Глава 10. Медовик

За окнами еще не рассвело, когда внизу тихо звякнул колокольчик. Я открыла глаза, хотя мне казалось, что вообще не спала. Тело было тяжелым, голова почти не соображала. Прислушалась к тому, что происходит внизу, приподнявшись на локтях.

Охранник у двери что-то произнес вполголоса, ему резко ответил Мартин, а затем все стихло. На лестнице вдруг появилась тонкая полоска света. Я села, осторожно прижимая перебинтованную ладонь к груди. И расслабилась, только когда услышала голос дракона.

Кайрус вернулся. Но не поднимался, потому я пошла сама вниз, натянув платье и накинув шаль поверх. В зале горели только две лампы, было сумрачно и тихо. Кайрус еще не снял дорожный плащ, на темной ткани блестели капли дождя, волосы растрепались от ветра, под глазами залегли тени. Он поднял голову, увидев меня, и сразу шагнул навстречу.

– Мне нужно поговорить с тобой, – произнес он, пока я спускалась вниз. – Север прислал приказ привести тебя и шкатулку на встречу, – сказал генерал без предисловий. – Они требуют, чтобы я использовал наши… отношения.

Я медленно опустила здоровую руку на стол, потому что кухня вдруг качнулась под ногами. Вот так… Приказ о том, чтобы доставить меня, оказался куда быстрее, чем я думала.

– Ты уже согласился? – спросила глухо, не глядя на него.

– Разумеется, нет, Айлин. Я сказал, что мне нужно время, передал информацию императору. Он сказал подтвердить встречу и использовать ее, чтобы вывести на поверхность северных связных.

Север хотел получить меня и шкатулку. Император хотел, чтобы я стала приманкой. Можно ли считать успехом то, что сам Кайрус рассказал мне хоть что-то, а не сделал все, как считал нужным?

– А чего хочешь ты? – голос предательски дрогнул.

– Отказаться, – ответил он сразу. – Я не хочу подвергать тебя опасности, но пока не придумал, как это сделать, – добавил честно.

Я горько усмехнулась и отвернулась к полкам. На одной стояла банка меда, которую Мартин достал для чая, рядом лежала ложка, и все осталось таким обычным, будто несколько часов назад на моей ладони не выступила кровь. По плечам и шее медленно ползли ледяные мурашки, заставляя обнять себя руками за плечи.

– Если сеть уйдет в тень, что изменится, Кайрус? Они не прекратят охотиться за шкатулкой… – я поставила подрагивающие пальцы на стол. – А если соглашусь. Может быть, все и закончится, хотя бы на время.

– Нет, Айлин, – отрезал он. – Нет, ты не понимаешь, насколько опасн…

– Из-за шкатулки напали на мою кондитерскую! – голос сорвался, и я до боли закусила губу. – Мне надоело просыпаться по ночам, ждать, пока придут. Ни ты, ни Мартин не можете быть постоянно рядом. Поэтому я поеду на встречу.

– Нет.

Слово вырвалось у него прежде, чем Кайрус успел остановиться. Пальцы сжали спинку стула, дерево тихо хрустнуло, по шее поднялась чешуя. Он закрыл глаза, медленно вдохнул и разжал ладонь.

– Я против, – продолжил Кайрус уже спокойнее.

– Значит, я посвящу в план Мартина и отправлюсь с ним, – усмехнулась, глядя на то, как он поморщился. – Скажи императору, что приманка будет. И посвяти меня в детали.

* * *

На старых медовых складах до сих пор пахло воском, сыростью и чем-то приторно-сладким. Мед успел впитаться в доски за долгие годы, когда сюда свозили бочки со всей южной провинции, и все еще чувствовался сквозь плесень, речную воду и холодный вечерний воздух.

Мы вошли через восточные ворота ровно на закате, и первые несколько минут все шло по плану. Кайрус держался рядом, Рэкан остановился у дверей, я несла шкатулку. Люди Империи должны были ждать знака в старой мастерской, на барже и в переулках вокруг складов.

У меня на языке горела фраза-сигнал, после которой Кайрус обещал забрать меня немедленно. И я повторяла ее, боясь забыть от страха.

Мед горчит.

В центре склада стоял длинный стол, потемневший от времени, за ним сидела женщина в сером плаще. Рядом находились двое мужчин, еще несколько человек скрывались в проходах между пустыми чанами.

– Вы похожи на мать меньше, чем я ожидала, – улыбнулась женщина.

– Вы назначили встречу со мной и потребовали принести мою шкатулку. Вот она.

Я положила ладонь на крышку, но не поставила шкатулку на стол. Усилием воли заставила себя оставаться на месте и смотреть в глаза северной связной.

– Но у меня есть требования к вам.

– Буду рада выслушать их от вас. И особенно от генерала, который привел к складу двадцать семь солдат.

Внутри у меня все похолодело. Кайрус не изменился в лице, но его рука медленно опустилась ближе к спрятанному под плащом оружию. Где-то снаружи ударил металл – так звонко, что я вздрогнула.

На улице раздался крик, затем вспыхнул белый свет, и тяжелые створки захлопнулись. По стенам побежали ледяные знаки, один за другим отрезая все выходы, возле которых должны были находиться наши люди.

Я успела сделать один шаг, когда между нами из пола поднялась ледяная стена. Кайрус рванулся вперед, пальцы сомкнулись на моем запястье, но по коже прошел обжигающий холод. Лед раздвинул нас, отбросил его к столу, а меня в проход между пустыми чанами.

Мужчина в темном... Я лихорадочно пыталась вспомнить, где его видела. Утром, в поместье. Точно. Он стоял рядом с Рэканом, когда проверяли оружие и распределяли людей.

– Госпожа, скорее! – он протянул мне руку. – Вас нужно вывести отсюда, южная дверь свободна.

Не знаю, что именно сработало в голове, почему я не поверила ему в ту же секунду и не побежала следом. Вместо этого отступила.

– Какую фразу я должна повторить?

Мужчина замер всего на мгновение, но этого хватило. Размахнулась и ударила его шкатулкой в лицо, он выругался, схватился за нос, а я бросилась в противоположную сторону. За ледяной стеной полыхнул огонь дракона – Кайрус пытался пробиться ко мне, по складу пошли трещины, сверху посыпалась пыль.

До южной двери оставалось несколько шагов, когда вокруг ног затянулась светящаяся сеть. Я упала на колени, вскрикнула, едва не выпустив шкатулку из рук. Нити поползли выше, обвили талию и руки, не позволяя подняться. Человек в темном догнал меня и вырвал шкатулку.

Он ударил меня по лицу наотмашь, перед глазами поплыли разноцветные круги. Я успела вцепиться ногтями в его запястье, когда мужчина попытался поднять, и услышала крик Кайруса:

– Айлин!

Ледяная стена лопнула, но меня уже тащили в узкий служебный коридор. Я билась в сетях, пыталась зацепиться ногами за дверной косяк и снова закричать, но один из светящихся узлов затянулся возле горла. На губах остался привкус крови, в ушах стоял грохот, с которым Кайрус ломал склад за нашей спиной.

Служебная дверь вывела в крытый двор, где ждала темная карета без гербов и фонарей. Меня буквально швырнули внутрь и захлопнули дверь. Двое мужчин сели по сторонам. Один удерживал сеть, второй прижимал ладонь к разбитому носу, и под расстегнутым черным плащом у него виднелся имперский мундир. Предатель…

Карета тронулась, снаружи загремели копыта, кто-то крикнул, что восточная группа прорвалась во двор. Я снова дернулась к двери, но нити впились в руки.

– Сиди спокойно, – процедил человек с разбитым носом.

Я ударила его ногой, в тесной карете он не успел увернуться. Каблук пришелся под колено, мужчина выругался и повалился на меня. Второй схватил за плечи. Я извернулась, укусила его за руку и потянулась к ручке двери.

Удар пришелся в висок. Боль оказалась короткой, на мгновение я увидела качнувшийся потолок кареты, светлое пятно собственной юбки и шкатулку в чужих руках.

Потом все исчезло.

* * *

В сознание меня вернул холод – ярко, болезненно прошелся по телу, проник под платье и сковал пальцы. Я попыталась пошевелиться, но руки были привязаны к подлокотникам тяжелого кресла, а на запястьях тускло светились магические нити.

В углу чернела печь, которую давно не топили, вдоль стен стояли шкафы с выломанными дверцами. Комната… Какая-то незнакомая комната. Сознание еще плыло, я с трудом сфокусировалась и сразу увидела на столе шкатулку.

Возле нее стояла женщина в сером плаще. Она сняла перчатки и теперь медленно проводила пальцами над крышкой, проверяя защиту. Пятилистник на кольце вспыхивал при каждом прикосновении, но замок не реагировал.

Тошнота подкатывала к горлу, в виске пульсировала боль, но я все равно заставила себя выпрямиться. За дверью послышались голоса, и в комнату вошел пожилой мужчина с узким металлическим футляром. Следом двое слуг внесли круглую каменную плиту, покрытую инеем.

– Нет, – произнесла я, сама не знаю, громко или тихо.

Пожилой мужчина поставил футляр на стол и открыл. Внутри лежали тонкие иглы, стеклянные трубки и маленькие кристаллы, мутные от заключенного в них холода.

– Защита глубокая, – сказал он, рассматривая меня. – Если Элиза запечатала воспоминания в детстве, придется проходить через все последующие слои.

– Проходите как хотите, – ответила женщина. – Нам нужна последовательность открытия. Столько, сколько она выдержит. Пусть генерал получит в итоге живое тело, – хмыкнула она. – Истинную… Похожую на овощ.

Пожилой мужчина начал раскладывать иглы возле ледяного круга. Слуги передвинули плиту ближе к креслу, и иней пополз по платью.

– Мед горчит, – произнесла я едва слышно.

Кайрус не мог услышать…

Мартин

Северное сообщение пришло после полудня, и весьма интересное. Мне приказали не приближаться к медовым складам, не вмешиваться в переговоры и дождаться людей, которые привезут подтверждение подлинности документов в шкатулке.

Я пришел раньше и занял место в глубине лавки, где обычно собирались наши связные, надеясь узнать подробности. Переговоры?.. Подлинность? Нехорошее предчувствие зрело внутри со злостью.

Первым появился мужчина лет тридцать, положил на прилавок серую книгу, зажег одну свечу, и через четверть часа в дверь постучали. Вошли двое: один держал ладонь возле разбитого носа, у другого покраснели костяшки правой руки.

Связной запер за ними дверь и вернулся к столу.

– Шкатулка у них?

– В доме, – ответил мужчина с разбитым носом. – Вместе с наследницей.

Слова шумели в ушах, пока слушал их. Наследница могла быть только одна, но я так надеялся, что речь о ком-то другом.

– Генерал? – спросил связной.

– Остался на складе, потом побежал за каретами, но имперцы ведут наблюдение.

– Девушка сопротивлялась?

– Пришлось успокоить, – хмыкнул мужчина с покрасневшими костяшками. – Она ударила Хорна шкатулкой и едва не откусила мне руку. Я один раз приложил по голове. Не умерла ж, нормально, довезли.

Я смотрел на его пальцы. Он ударил ими Айлин. Ее. Тронул своими руками. Пока я ждал в пустой лавке, уверенный, что Север собирается отдать приказ о шкатулке мне, эти люди связали ее, увезли и ударили.

– Где ее держат? – спросил я.

– Тебе это не требуется, – немедленно повернулся связной.

Он раскрыл серую книгу, записал время доставки и забрал у мужчин полоску бумаги с защитными знаками.

– Восстановитель уже прибыл?

– Должен быть на месте, – ответил Хорн, ухмыльнувшись. – К полуночи поди закончит. Девчонку будут ломать грубо.

Мужчина с покрасневшими костяшками фыркнул.

– Если после восстановления сможет ходить и говорить, генералу повезет. А нет, так Истинная все равно останется Истинной. Пусть кормит ее с ложки и благодарит Империю за спасение.

– Империя не спасет ее до появления старшего, – напомнил связной и захлопнул книгу. – В этом и смысл.

– Я передам отчет. Вы двое останетесь здесь до рассвета. Мартин, вернешься на прежнюю явку, если генерал сорвет операцию, Совет вызовет всех агентов внутреннего круг...

– Кто ударил Айлин? – спросил я.

Все трое посмотрели на меня. Мужчина с разбитыми костяшками улыбнулся нехорошо и поднял руку.

– Кого? А, девку. Я. А тебе какое дело?

Тела найдут. Разумеется, найдут… Север узнает, кто нарушил приказ, весьма быстро. Это был конец моей личины. Возможно, и мой собственный.

Но я все равно шагнул вперед.

Первый мужчина попытался схватиться за оружие, но не успел. Я вошел слишком близко, ударил под ребра и придержал его, пока ноги не подогнулись, глядя сверху вниз на искренний шок в глазах. Второй оказался быстрее, выхватил нож и отступил к двери.

– Ты сошел с ума? Это приказ Совета!

– Ее зовут Айлин.

Он бросился первым. Я отвел его руку, ударил запястьем о край прилавка и перехватил нож. Мужчина был тяжелее и сильнее, но через несколько мгновений все закончилось. Оставалось добить связного, и на старую бумагу веером брызнул багрянец.

В лавке снова стало тихо, только свеча трещала и чадила. Возле моих ног темнела кровь. И прежняя жизнь разрушилась в тот же миг, когда я вынул нож.

Мне не было жаль ни убитых, ни себя. Найти Айли первым… Вытащить ее из ледяного круга и услышать, как она назовет меня братом. Хотел этого так сильно, что мог убить любого, кто окажется между нами. Ради нее. Ради ее улыбки, ради смеха и спокойствия.

Я накинул на голову капюшон, вытер нож о чужую одежду и вышел в дождь. До того, как Север сломает разум Айлин, оставалось меньше часа.