Образ «возделывания земли» довольно часто встречается в христианской литературе, хотя обычно в различных аспектах. Так, Ориген говорит о «возделывании умозрительного навыка» (της γεωργίας της έξεως νοητικης)[89]. Св. Григорий Нисский называет человека, посвятившего себя подвижнической (девственной) жизни, «разумным земледельцем (ο σώφρων γεωργος), мудро возделывающим себя»[90].

Преп. Максим Исповедник в «Главах о богословии и о Домостроительстве воплощения Сына Божия, Первая сотница, 42-43» использует образ пашни и жатвы для выражения духовного делания: «Жатва есть собирание и познавание разумной душой, соответственно добродетели и естеству (вещей), духовных логосов сущего. Жатва жатв есть постижение Бога, доступное далеко не всем, возникающее в уме после таинственного созерцания умопостигаемых (существ); это постижение надлежащим образом приносит (в дар Богу) тот, кто достойно и благоговейно чтит Создателя, (прославляя Его) от тварей видимых и невидимых»[91]. Данная фраза предполагает, что «один из путей познания и почитания Творца есть познание тварного мира, но познание не в его «феноменальной» текучести, но, так сказать, в его логосной структурности», т.е. в его духовной основе. Это есть просто «жатва», которая соотносится с «духовным деланием» и «естественным созерцанием». За ней следует «жатва жатв», т.е. «Таинственное богословие»»[92].

Преп. Симеон Новый Богослов говорит в «Слове 26»: «Трудись же теперь в добродетелях, и храни заповеди Божий, или, лучше сказать, храни себя самого посредством заповедей, чтоб не преступить ничего из того, что заповедал тебе Бог, и не пострадать за то того же, что пострадал Адам, или даже больше того, теряя большие и небесные блага»[93].