Традиционно Царство Божие и Царство Небесное не различаются в святоотеческих писаниях, будучи синонимами. «Понятие βασιλεία του θεου означает тот порядок вещей, в котором, в отличие от наличного строя эмпирического существования κόσμος' а. осуществляется воля Божия, фактически оправдываются Божественные планы о спасении мира и человека. Представляя собою, по самому понятию своему, конечную цепь и следствие божественного промышления о спасении мира и человека, βασιλεία του θεου — вместе с этим и потому самому — является верховной целью жизни и стремлений всякого человека... То обстоятельство, что выражения — βασιλεία του θεου и βασιλεία των ουρανων являются синонимическими, объясняется библейским значением. Это понятие получает здесь иногда прямо религиозный смысл, так как с ним связывается представление о месте особенного присутствия Божия. Отсюда название Царствия Божия βασιλεία των ουρανων содержит собственно тот смысл, что воля Божия осуществляется и Бог прославляется не в настоящем порядке вещей, а в том, который приходит свыше»[84].
Но в трактате преп. Никиты Стифата прослеживается другой подход, когда эти понятия различны, но не противоположны друг другу, а взаимодополнительны. Такой взгляд встречается еще у Оригена, Евагрия и св. Максима Исповедника. Разумеется, каждый из авторов, различая два Царства между собой, придает им свое толкование.
«Различие Царств (только Небесное именуется Христовым) восходит к сочинению Оригена «О молитве». Ориген опирается на известное евангельское изречение: Царство Божие внутрь нас есть. Поэтому для Оригена Царство Божие есть «блаженное устроение владычествующего начала души» и «упорядоченность мудрых рассуждений». А Царство Христово — «спасительные слова, обращенные к тем, кто слышит их», и «совершаемые дела праведности и прочих добродетелей». Другими словами, Ориген соотносит Царство Божие с созерцанием, а Царство Христово — с деланием. У Оригена, а затем у Евсевия Кесарийского, св. Иоанна Златоуста и других христианских писателей, прослеживается различие «предвечного Царства» (в котором «царствуют» Отец и Сын) и «домостроительного Царства», имеющего начало и завершающего свое существование со вторым Пришествием Господа»[85].
Несколько иной взгляд находим у Евагрия в «Послании о вере, 7» он проводит различие между Царством Божиим как областью собственно теологии (άυλον γνωσιν или της θεότητος θεωρίαν) и Царством Христовым, соотносящимся с икономией, т.е. сферой Домостроительства Божия (πασαν την ενυλον γνωσιν): «Ибо говорят, что Царство Христово есть все (в совокупности) материальное ведение, а Царство Бога и Отца — ведение нематериальное и, так сказать, неприкрытое созерцание Самого Божества»[86]. Он же разделяет и понятия Царство Небесное и Царство Божие во 2 и 3 главах «Слова о духовном делании»: «Царство Небесное есть бесстрастие души, совокупное с истинным ведением сущего. Царство Божие есть познание Святой Троицы»[87].
Преп. Никита Стифат тоже различает эти два понятия. Так, практическая философия есть Царство Небесное или «благоуханный рай Церкви Его (Христа)» (гл.30). И из Царства Небесного открывается вход в Царство Божие (гл.31), к Престолу Бога, где предстоят ангелы, только для тех, кто достиг конечных врат, т.е. высшей ступени добродетелей, пройдя от смирения к любви. Так, согласно трактату, Царство Божие это предстояние пред Престолом Божиим, который есть «не только божественные силы вокруг Него, но и все служители и святые Его, обращение среди которых со Словом, говорят, и есть достижение пребывания там и упокоения» (письмо 5.12). Царство Небесное и Царство Божие различны в понимании преп. Никиты, но четкого определения того и другого нет, их различие подобно различию Церкви земной и Церкви небесной.
Преп. Максим Исповедник говорит более определенно на эту тему: «Некоторые взыскуют: каково различие Царствия Божиего и Царства Небесного; отличаются ли они реально (καθ' υπόστασιν) друг от друга или же только мысленно (καθ επίνοιαν)? Ha это должно ответить, что они различаются не в реальности, ибо по сущности — одно, но лишь мысленно. Ведь Царство Небесное есть постижение чистого и предвечного ведения сущих согласно логосам их, (пребывающим) в Боге. А Царствие Божие есть обретение по благодати благ, которые естественным образом свойственны Богу. Первое (обретается) при конце сущих, а второе (обретается) мысленно после этого конца»[88].