«Не хороший, — с грустью повторил мозг заявление кота. — Снова. И почему как не мерзавец, так ко мне? Что со мной не так?!» А я-то думала, что с психологом мы все подводные камни выкорчевали, плиточкой подсознание заглянцевали, и можно было жить и радоваться. Но увы…

— Ты бы лучше о мире в твоем мире думала, а не это вот всё, — заявил кот, садясь рядом.

— А смысл? Я не могу на него повлиять.

— В данный конкретный момент можешь. Выполнишь свою часть сделки, и твоему миру не настанет конец. Водяницы и без сладкого обойдутся.

— Почему я?! — Я с возмущением обернулась к коту.

Он пожал плечами опять совсем как человек.

— Этот болван прореагировал только на тебя. Я уже долго пытаюсь до него достучаться: пень-пнем.

— Что же, он в меня в самом деле влюбился? — удивилась я.

— При чем тут любовь? — фыркнул кот. — Ох вы, девицы, все вам любовь подавай! Хорошая совместимость аур. В общем, как пельмень к пельмешку — не прилипаете, но в одном кипятке отлично совмещаетесь.

— Значит, химия все-таки есть? — Моя радость была иррациональной.

И в голове моей вереницей пронеслись событий из нашего счастливого будущего: свадьба, Мальдивы, дети… Банально, но у меня такого в жизни никогда не случалось. Так отчего ж не вкусить банальности, раз он красив, богат, и с химией на десяточку? Это потом когда-нибудь, когда распробую, можно будет и от банальности нос воротить…

— Глянь на нее: еще не чаевничали вместе, а она уже детей женит, — через губу заявил кот.

— Я?! И не думала! — Я даже подскочила от возмущения.

— И не думай. У нас уговор деловой: ты покажешь то, что есть на острове, и убедишь его не «осваивать лесопосадку», — последнюю фразу кот произнес мужским баритоном, отчаянно похожим на весьма официальный голос альфа-павлина. — «Элитную застройку: бионика и экологичность, интеграция с природой»…

Я прыснула от неожиданности.

— Тьфу! К бесам всё! И фонари пусть уберет, — уже своим мурчащим, но довольно властным тоном продолжил кот. — Никто не должен устраивать свои порядки на острове. Не людской он. Зайти в гости, поглазеть, лес почуять — пожалуйста. Остальным мы не рады.

— Кто это, мы?

— Дýхи. Хозяин. Лес.

— А я что за это получу?

— Мир. Живи мирно дальше.

Я хитро сощурилась.

— Кто-то здесь про выгоду говорил… Соврал?

— Фу, какая фамильярность! — поморщился кот, в два прыжка переместился на клетку кролика, разглядывая его с любопытством, словно примерялся: не сожрать ли. — И корысть. Не стыдно?

— У меня ипотека, будешь тут корыстной, — усмехнулась я. — И потом это когда любишь, становишься бескорыстным, а раз любви нет, и разговор другой. Так в чем мой интерес?

Говорун покогтил клетку, загнав страшными звуками кролика в дальний угол. Обернулся.

— Дар получишь, щедрый.

— Какой?

— Какой сама попросишь, только б духу человеческого на острове не было! Хошь — мысли будешь слышать, хошь — будущее видеть; хошь — колдовской силой одарим; або дух Всевед мудростью наделит и на любые вопросы всю жизнь тебе ответы находить будет.

— Как Джипити-чат?

Кот поперхнулся воздухом и вытаращил глаза.

— Чаво?!

— Отстала от компьютерной жизни нечистая сила, — хихикнула я.

Кот вздыбился, увеличился внезапно, и искрясь золотом, прыгнул обратно на диван. Выпустил когти.

— Дура ты, дура! Подумаешь, «питича» какое-то! Разве оно знает, кто любит тебя, а кто нет? Распознает предательство або дружбу? Подскажет, как стихии угомонить? Тайны жизни, что в книгах не писаны, выдаст тебе?!

Я отодвинулась на всякий случай, чувствуя холодок по спине — кот выглядел устрашающее.

— П-пожалуй, нет.

— Тот-то ж! — Кот продолжал шипеть искрами, как яичница в зной на асфальте.

— Хорошо, поняла я! — Я занервничала. — Хватит, мне уже дурно!

И вдруг послышался голос из дверей:

— Тебе плохо, Ева? Прости, задержался. Уже несу чай.

Говорун принялся растворяться, оставив рядом лишь синеватую дымку. В комнате с подносом в руках появился Стас. Он успел переодеться, хотя босой, в белой футболке и джинсах выглядел не менее привлекательно. Подлецу — все к лицу, как говорили древние. Видимо, знали толк в подлецах. А этот вообще был сплошной соблазн, слегка взволнованный.

— Нет, все нормально, — поспешила ответить я. — Это я кролику.

Стас заулыбался, как будто радушие было его вторым именем. Поставил на диван деревянный поднос с изящным китайским фарфором. Ногой подкатил стеклянный столик. Я вытаращилась на свернутое туго маленькое полотенце в небольшой дымящейся чаше с водой, и второе — в чаше со льдом.

— Я подумал, тебе захочется освежиться, вымыть руки… — проговорил Стас, указывая мне и на сухое миниатюрное махровое полотенце.

Оно было сложено так идеально, что я заподозрила наличие горничной где-то в дебрях квартиры.

«Такая аккуратность в мужчинах вызывает подозрения. Нарцисс или маньяк? — задумалась я, отчаянно ища в нем недостатки. — Боже, но какой красивый…»

В противоположное ухо мне пробурчал невидимый кот:

— Влюбляться в него не вздумай! Не к добру будет! Но улыбаться ему в ответ надо!

Я мысленно выругалась.

— Тебе все-таки плохо, — взволновался Стас. — Голова закружилась? Вот вода. Скорая будет через пять минут!

— Нет. — Я тяжело вздохнула и попыталась изобразить улыбку. — Видишь ли, тот кот был не просто…

Говорун снова зашипел мне в левое ухо:

— Напрямую про волшебство говорить не вздумай! Болван отправит тебя к полоумным!

Я покосилась влево. Кота видно не было, даже шерстинки в воздухе не летали. Это себя он, что ли предлагал под видом духа Всеведа? Впрочем, может, он и прав.

— Так что кот? — напомнил о себе Стас.

— Э-э… он в центре острова обитает, типа логова у него. Там, где ты меня подстрелил. Сходим вместе завтра?

— С тобой — хоть к дракону, — подмигнул Стас. — К тому же, у меня к «милому животному» есть вопросы.

— Какие?! — встрепенулась я. — Он ска…

— Пусть сначала услышит он меня сам! Ну дура! — рявкнул Говорун.

— И дурой меня больше не обзывай! — огрызнулась я.

Стас удивился.

— И в мыслях не было!

— Хорошо, а то знаешь, всякие бывают мужчины… — попыталась выкрутиться я. — В общем, ты со мной сходишь в лес, договорились? В то же время, как сегодня, я ведь работаю…

Альфа-павлин просиял, и с томной поволокой в глазах налил мне в крошечную пиалку чаю.

— Конечно, как скажешь. Может, и пикник там устроим? На случай, если кот не попадется?

— Может, и пикник, — еще раз вздохнула я.

От нового приступа притворства и раздвоения личности меня спасли врачи. Вот у кого действительно судьба — спасать жизни! Шишка моя была признана не опасной, мышцы пришли в норму, но было рекомендовано как следует выспаться. Так что я, не допив чай, сбежала домой. И захлопнув дверь в квартиру перед заботливым Стасом, съехала по деревянному полотну на пол. Это надо же было так вляпаться!

Обволакивающий харизмой красавец, в которого нельзя влюбляться, — раз. Кот-шантажист с армией нечисти, — два. Муки совести — три.

Вот только чует моя душа, что простой экскурсией к водяницам мы можем не обойтись. Ведь Говорун, похоже, и соврет — недорого возьмет. Но что же делать?!

Кажется, мне нужен колдун, или шаман. А, может, настоящая ведьма, способная всю эту нечисть заговорить!

* * *

Весь день я работала через пень-колоду, переписываясь с мошенниками, эзотериками и чудесниками разного уровня странности. Устала от этого ужасно. Мне предлагали открыть чакры, закрыть чакры, снять порчу, сделать отворот, освободить от гнета подселенных сущностей, провести ритуал один другого страннее, побрызгать весь остров святой водой и изгнать демонов. Только не уточнили куда: туда или оттуда.

Вечер только занялся, когда в мою дверь позвонили. Стас, спортивный и довольный, вооруженный улыбками и рюкзаком, сиял передо мной, как письмо счастья. («…которое если не разошлешь всем родственникам и друзьям, проклянет тебя на тысячу лет горения в адских муках, болезненных болезнях и несчастьях из фильмов ужасов» — напомнила я себе).

— Привет, Ева! — сказал он. — Пойдем, прогуляемся?

«И голос у него идеальный, как у диктора», — подумала я, неуместно покрываясь мурашками.

— Еще ведь не сумерки…

— А я подумал, зачем ждать? Пройдемся. Пообщаемся, а там и сумерки наступят, как ты хотела.

Работать все равно не получалось, так что я проворчала, как старая карга:

— Ладно, раз уж тебе так невтерпеж.

Но вскинув ресницы, опять начала таять в сиянии его синих глаз, не понимая: он моей бледностью после ночи без сна восхищается с незаметным сарказмом или он реально в восторге от девиц с синяками под глазами, потому что в юности был готом…

Я тут же напомнила себе, что он «не хороший», «влюбляться нельзя», «не к добру» и так далее. Отчего сразу стало тоскливо и совсем не захотелось рисковать собой и своим добрым именем ради ЖК, в котором я никого не знаю. Может, сказать все прямо и «до свидания»?

На площадке зашумели соседские дети, и совесть тут же, даже без Говоруна, привела меня в чувство.

— Подожди меня у подъезда, — хмуро сказала я. — У меня не так просторно, как у тебя.

— Конечно! Сорок квадратов общая площадь, коридор небольшой, хоть и с гардеробной нишей, кухня и комната. Я знаю, сам проектировал, — с улыбкой заявил Стас, словно ждал медаль.

— Вот значит и понимаешь, что в моей прихожей, ты со своим рюкзаком не поместишься, там велосипед стоит, — буркнула я, но тут же заставила себя быть повежливее и даже улыбнулась. — Подожди внизу, пожалуйста.

И как ни странно, он подождал. Мы пересекли мост через реку, и я почувствовала лес. Он говорил со мной! Без слов: одними ветками и листьями, травами, запутавшимися в ветре, и перекличкой птиц. Но я мгновенно поняла: это мне! Целый оркестр, который приветствовал меня. Он был рад, что я пришла! Мурашки пробежали по моим рукам, и Стас внезапно повернулся ко мне и без голливудщины на лице заметил:

— Как-то невероятно хорошо сегодня здесь, правда? Совсем по-другому.

Он с удивлением осмотрелся, словно пытался понять, что же, собственно, иначе. И в лице его возникло что-то такое, что мне стало ясно: просто в этом деле ничего не будет.

— Идем скорее к логову кота. Остальное потом, — ответила я и, пугаясь предчувствий, осмелела и взяла его за руку.

А он и не сопротивлялся. С теплом его ладони, новая волна опасений окатила меня. Что ждет нас в волшебном мире? Правду ли сказал Говорун? А вдруг это ловушка?