Я следовал за Глебом. Мы шли куда-то вниз, ниже того уровня, куда нас доставил лифт. Пока спускались, я обдумывал слова брата. Нет, не о гонках. О судьбе империи. Я бы назвал Глеба идеалистом. Надо же, обеспокоился, что будет со страной, когда канцлер Савдин соизволит примерить деревянную одежку.

А может он и не идеалист, вовсе. А жесткий прагматик. Нельзя не согласиться с его мыслью, что после смерти канцлера за место возле нового императора начнется грызня. А сам-то император будет довольно слабеньким. При нашей встрече Виталий не произвел впечатления выдержанного человек, обладателя стального характера. Нервный, обидчивый, быстро срывающийся в угрозы.

Даже мелькнула мысль: возможно, Глеб — самый лучший кандидат на место правителя. Но ему мешают две вещи. Первая — он третий сын бывшего монарха, что мешает ему стать центром притяжения для сил недовольных Савдиным. Когда начнется борьба за влияние на Виталия, Глеб может стать таким центром. Но это превратит его лишь в одну из противоборствующих сил. А он хочет избежать подобного, как я понял.

И второе, трон по праву принадлежит мне! И, надо отдать Глебу должное, он это понимает. Понимает, и принимает.

А вот о его предложении поучаствовать в смертельной гонке, я не знал, что и думать. Скорее всего, он просто решил подшутить надо мной, предложив подобное. И даже не думал, что я соглашусь.

Мы спустились вниз, и вошли в помещение, где уже переодевались четверо парней.

— Господин Глеб! — воскликнул одни из них. — Мы думали вы уже не придете.

— Напрасно.

Глеб оглядел гонщиков.

— Господин Флинт, я вынужден попросить вас не принимать сегодня участие в гонке.

Тот, кого Глеб назвал Флинтом, удивленно посмотрел на Глеба. Глеб в свою очередь указал на меня:

— Это господин Кошкин. Он решил испытать удачу. Прошу вас, не отказывать ему.

Флинт смерил меня взглядом. Потом пожал плечами:

— Как угодно.

Остальные спорить не стали, хотя кидали на меня мрачные взгляды. Похоже, в команде Глеб обладал непререкаемым авторитетом.

Я подошел к шкафчику Флинта. Там обнаружил комбинезон, похожий на экипировку гонщиков Формулы-1. К комбезу полагался шлем, ботинки и перчатки. А под него я натянул огнеупорное белье. Насколько я знал, комбинезон сделан из метаармидного волокна, что давало мне шанс выжить в горящей машине. Если меня успеют вытащить. Вот только будет ли кто меня вытаскивать?

Глеб тоже влез в экипировку. Все комбинезоны гонщиков оказались ярко-зеленого цвета. Шлем, перчатки и ботинки — черного. На груди и левом рукаве красовался пятиугольный геральдический щит с буквой «Т» в виде башни. Ниже агрессивным шрифтом синего цвета надпись «Тверь».

— Почему Тверь? — спросил я.

Кто-то хохотнул. Послышались смешки.

— А что там писать, Петербург что ли?

Глеб разозлился. Понятно, ему неудобно пред своими гонщиками, что он притащил меня.

— Должен предупредить вас, господа, — обратился Глеб к остальным. — Господин Кошкин, впервые здесь. Водит он тоже, не очень. Не надо рассчитывать на него.

Парни посерьезнели. Жизнь каждого, как я понял, зависели от остальных гонщиков команды. А тут такое — «водит не очень».

— И все же, почему Тверь? — продолжил настаивать я.

Глеб повернулся ко мне.

— Это уже традиция. Какие бы команды не соревновались, одна из них будет «Тверь», вторая «Москва». Тверь, — он ткнул в геральдический щит на своей груди, — Сине-белые цвета, символ — башня. Москва — красный и золото, символ — копье. Ясно?

Ясно, ясно. Как гладиаторы в Древнем Риме — одни Самниты, другие Фракийцы. Не знаю, почему такой выбор городов, Тверь против Москвы. Но мне все равно, хоть Нижние Пупки против Черемушек.

— Теперь, господин Кошкин, коротко о правилах. Десять кругов. Первый круг без контакта. Тут мы будем занимать позиции, согласно плану. Но тебя это не касается, главное не отставай, и не давай «москвичам» зайти сзади.

— Ну, это дельный совет, — согласился я.

— Следующие девять кругов, мы будем стараться уничтожить как можно больше машин соперников. А они, соответственно, уничтожить наши. Нельзя съезжать с трека. Останавливаться можно не более двух раз. Каждая остановка, не более тридцати секунд. Твоя главная задача — выжить!

Вроде все понятно. Но, как-то жутко. Я так понял, без увечий и смертей заезды тут не обходятся. Мы двинулись из раздевалки, в гараж. Там стояли пять автомобилей, которые все называли «дефдредами».

Дефдред представлял собой помесь гоночного болида и бульдозера. Обтекаемые обводы, низкая посадка, спойлер. А впереди — таран. У одних машин в виде бульдозерного ножа, у других — клин, сваренный из стальных труб. Одна из машин красовалась веером из трех клиньев. Все дефдреды окрашены в синий цвет, с оскаленными мордами, орлами и прочими угрожающими рисунками, выполненных белой краской.

— И как же определяют победителя? — спросил я. — А то наверху, господин Глеб, ты говорил, что останется только один. А сейчас оказывается у нас всего десять кругов.

Гонщики застонали. А мне ответил уверенный голос с насмешливыми нотками, раздавшийся из-за спины.

— А победителя определять судьи, по сумме из оставшихся машин, и того, в каком порядке они придут к финишу.

Раскатистые «р» и акцентированное «г». Я повернулся, и чуть не подпрыгнул от удивления. Я рассмотрел всклоченную гриву светлых волос, косы на висках, шрамы на лице, сломанный нос и черную повязку на глазу. Африкан!

— Вот так встреча! — воскликнул я.

— Позвольте представиться, — произнес Африкан. — Меня зовут Один.

Северянин возвышался, затянутый в ярко-желтый комбез. На груди такой же пятиугольный геральдический щит, но красного цвета. На нем изображение наконечника копья, выполненное в золоте. Надпись «Москва».

— Не трудно догадаться, — я ткнул пальцем в щит на груди. — Одноглазый с копьем.

— Вы что знакомы?

В голосе Глеба сквозило удивление.

— Да, случайно познакомились, — ответил Африкан. — Увидел знакомое лицо, решил подойти, поздороваться.

Потом Африкан посмотрел на Глеба:

— Если этот парень с вами, то ваши шансы на победу возросли.

Он взмахнул рукой и отошел от нас. Только сейчас я заметил, что в гараже находились еще дефдреды, красные с золотыми рисунками. Возле них топтались гонщики в таких же, как у Африкана комбинезонах.

Слова Африкана произвели впечатление на моих товарищей. Хотя, они и не понимали, почему их соперник так высоко оценил меня. Я, кстати, тоже не совсем понимал.

— Я молился, чтобы этого хрена с севера не было, — сказал один из наших.

— Хреново, видать, молился, — ответил другой.

— Два наших на его счету с прошлого заезда, — подхватил третий. — Сегодня надо поквитаться.

— Тогда по машинам! — скомандовал Глеб.

Повернувшись ко мне добавил:

— Постарайся не сдохнуть. Я тебе уже говорил про неудачников.

— Ага, — отмахнулся я.

Но вот в душе я вовсе не был столь уверен, не смотря на похвалы от похитителя и мутного типа Африкана.

И об Африкане. Думаю, его появление на тайных гонках связано с тем, что он похитил мерзкого аристократика. Ведь сюда посторонних не впускают.

Я уселся в машину, на которую указал Глеб. Болид с выведенным вперед клином. Пристегнулся. Запустил двигатель. Дефдред отозвался утробным рычанием движка.

— Следуй за мной!

Скрипящий голос заставил меня вздрогнуть. Оказалось в шлеме есть рация, это Глеб отдал приказ. Он ведь наш капитан.

Машины одна за другой двинулись, я поехал последним. Трек встретил нас тишиной и ветром. Тишина — потому что все зрители сидят в своих ложах. А ветер — вентиляция. Ведь надо удалять выхлопные газы и дым, если автомобиль загорится.

Мы с нашими соперниками выстроились в две линии. Справа мы. Сначала Глеб, потом все остальные. Последний — я. Параллельно стояли наши визави. Я попытался определить кто из них Африкан. Но бесполезно. Шлемы скрывали лица. Я видел только красные корпуса дефдредов, желтые комбинезоны и черные затылки шлемов.

Над нами висел световой сигнал. Я обратил на него внимание, когда красный цвет сменился желтым. Не трудно догадаться, старт будет на зеленый. Двигатели вокруг заревели, готовясь бросить болиды вперед. Я тоже увеличил обороты.

— Кошкин, не отставай! Остальные действуют по плану, — прохрипела рация.

Я напрягся, не отводя взгляда от светофора. Так, не забыть — первый круг без борьбы. Не дать зайти мен в тыл. Не отставать от своих.

Зеленый!

Старт!

Дефдреды рванули вперед. Я замешкался на пару секунд и увидел спойлеры ушедших вперед уже на расстоянии в половину футбольного поля. Вдавил газ. Спидометр выдал почти 90 километров в час. Завизжала резина и я помчался вперед.

Красные и синие машины передо мной играли в шашки. Перестраиваясь и обгоняя другу друга. Стрелка спидометра поползла вверх, к отметке 110. Меня вдавило в сидение. Но впередиидущие машины неумолимо удались.

Может, и не стоит их догонять? На фига мне эти столкновения. Так и ехать, держась на безопасном расстоянии. Но вот для этого ли я влез в гонки? Чтобы плестись в хвосте, как последний трус?

Газ. Словно огромная рука легла на все мое тело, стараясь вдавить в обивку. Болид полетел как сумасшедший. Хотя, нет. Сумасшедший тут я! Мне удалось нагнать основную массу дефдредов.

Мимо промелькнуло красное размазанное пятно. Один из дефдредов «москвичей». Светофор горел слепящим белым светом. Я пулей пролетел под ним, и только тогда понял. Один из противников сзади. А допускать этого нельзя! И еще начался второй круг. Тот, где начинаются бои.

На моих глазах, один из наших синих болидов, ловко вильнув, оказался за спиной «москвича». Набрав скорость, подцепил его отбойником. Красный дефдред подпрыгнул, потерял управление. Мне под колеса полетели обломки. Краем глаза, проносясь мимо, я увидел, как красный болид вписался в стену трека.

Постарался повернуть голову, зеркал заднего вида, тут почему-то не было. Показалась, что шедший сзади «москвич» начал разгонятся. Ну, на хер! Я не хочу повторить судьбу его товарища. Я немного повернул руль, стараясь уйти с линии атаки.

Мелькнул белый свет светофора.

Удар бросил меня на руль. Мой дефдред завилял. Видимо, мой маневр спас меня от мгновенного поражения. А может и смерти. Что там? Можно же останавливаться на полминуты?

Выкрутил руль, разворачивая автомобиль носом к противнику. Встал, чуть не перевернувшись. Красный болид пулей пролетел мимо меня. Вдавил газ, выкрутил руль и помчался вслед за ним. Ладно, дружок, теперь моя очередь водить!

Я начал входить во вкус этой игры. Опасной. Смертельной. Но, черт возьми, сейчас мне хотелось выскочить из машины и руками разорвать этого парня в желтом комбинезоне. Я чувствовал ток жизни так отчетливо, как никогда раньше! Хотелось мчаться, врезаться, крушить!

Ушедший вперед противник попытался скрыться среди других автомобилей. Но не вышло. Красные и синие болиды сталкивались, пихали друг друга. Маневрировали самым неожиданным образом.

Моему сопернику даже пришлось сбросить скорость на секунду. И это стало его ошибкой! Не знаю, какие там правила тарана, но я без изысков вонзил таран в корму красного дефдреда. Удар вышел страшный! Меня бросило на руль. Я ударился головой, но спас шлем.

Машина моего соперника встала на дыбы. Бухнулась на передние колеса, мост сломался. И он заскользил, высекая искры по треку. Его развернуло бортом ко мне, и я еще раз ударил его стальным клином.

Пронесся сквозь фонтан обломков. Послышался дикий крик, достигший слуха сквозь рев двигателя, шлем и подкасник. Или показалось?

Сердце казалось, сейчас проломит грудину. Руки тряслись. Я сжимал руль до боли в кистях. Но продолжал давить на газ, стараясь настичь остальных.

Белый свет светофора, отсчитывающий круги, мелькал слишком часто. Я чудом обрулил горящий остов болида, даже не успев рассмотреть какого он цвета — красный или синий. Увидел у стены с ложами красный болид разбитый вдребезги. Наверное, тот самый, первый. А может и дугой.

Я сомневался, что смогу разобраться с еще одним противником. Тут мне, можно сказать, повезло. И я принял, единственное правильное решение. Когда мы закончили девятый круг, я просто вдавил газ на полную. Ведь очки начисляют и за порядок финиширования. Пускай, я буду первым сегодня!

На трассе стало куда свободнее. Но зато выведенные из строя дефдреды, мешали максимальному разгону. Еще я заметил, что пострадавшим пилотам никто не спешит на помощь. Жестко тут у них. Впереди шла двойка из «москвича» и «тверича». Примерился сбить пилота красного дефдреда. Но тут на пути выросли обломки той машины, что я раздолбал на втором круге. Пришлось, не снижая скорости маневрировать.

Момент был упущен, и я понесся по прямой. Справа мелькнул красный дефдред, чуть позже, я обогнал и одного из наших. Пускай, там между собой разбираются.

Впереди замаячила еще двойка противников. Красный и синий. Они неслись, стараясь столкнуть друг друга. Да, синему не повезло. Если у «москвича» все получится, то «тверич» въедет прямо в стену. А пилоту в желтом комбинезоне грозит только съехать с трека на асфальтовую площадь.

Черт! Да это же Глеб. Я узнал его болид по вееру стальных клиньев впереди. Красный автомобиль двигался куда увереннее, на мой взгляд. Он не спешил бросаться в атаку, но и не давал машине Глеба выйти на выгодную позицию.

Красный отстал на полкорпуса, и атаковал! Поддев дефдред Глеба, пилот в желтом комбезе принялся оттеснять его к стене. Не знаю, что предпринимал мой братец, но у него явно ничего не выходило. Еще пара секунд и он впишется в стену, отправившись вслед за нашим батюшкой.

Действовать надо было быстро. Я направил свой болид в сцепку соперников. Да, был шанс вместо красного автомобиля протаранить Глеба. Но если ничего не сделать, то ему точно конец. Гонщик, хренов!

Мой дефдред стрелой мчался вперед. Когда до сцепившихся в борьбе болидов остались считанные десятки метров, пред глазами вдруг вспыхнуло.

Что за хуйня! Лишь мгновение спустя я понял, передо мной развернулся интерфейс системы. Обычно, он не мешает мне видеть, но тут, в пылу гонки, я практически ослеп. Чего ей надо-то? И что делать? Сбросить скорость? Я ведь не мог прицельно протаранить «москвича», зато запросто мог расколошматить дефдред Глеба.

«Империи неудачники не нужны!», — зло подумал я. И ринулся вперед.

Удар! Грохот! Мне показалось, я взлетаю. Потом толчок снизу, ощущение невесомости, и мой дефдред тяжело ударился кормой. Я смахнул интерфейс. Дефдред Глеба уже умчался далеко вперед. Мимо пронеслась еще одна синяя машина.

Я принялся выбираться из автомобиля. Голова, казалось, сейчас лопнет от тока крови. В висках молотило. Тело непроизвольно трясло. Я удивился, почему земля так далеко. Но больше ни одна мысль не пришла мне в голову.

Только спустившись, я понял, что мой дефдред опрокинул «москвича» на бок, и залетел на него передними колесами. Пилот в желтом комбинезоне тоже покидал машину. Он встал на ноги, держась за ребра. Потом стянул шлем. На меня, сверкая гневом, смотрел одни-единственный глаз цвета льда.

Я тоже скинул шлем.

— Трахни тебя морж! — заорал Африкан. — Откуда ты взялся? Я думал ты в той горящей машине!

— Пересел, — огрызнулся я.

Потом посмотрел на наши раскуроченные болиды.

— Не взорвутся? — спросил я.

— Нет. Но давай лучше отойдем.

Мы поплелись к асфальтовому полю, опоясанному треком.

Гонка закончилась. Теперь к разбитым машинам бежали люди в синих одеждах, и медики в белом. К нам тоже подбежал медик, с чемоданчиком в руках. Он осмотрел меня, спросил, не болит ли что. Болело у меня, примерно все. Но я отрицательно покачал головой.

А вот у Африкана пострадали ребра. Медик кликнул помощь, и северянина, уложив на носилки, унесли с трека.

Так, а чего там система мне пыталась сказать? Опять, мол, вы в опасности, выйдите из этой ситуации. Вызвал интерфейс.

«Задание.

Вам требуется освоить боевую магию на уровне Ученика. Срок две недели.

Условия выполнения:

1. Сталь — создать режущее поле.

2. Камень — усилить предмет.

3. Свинец — ускорить предмет.

4. Применить в бою

Выполнение этих условий позволит вам пользоваться боевой магией.

Наказание за невыполнение задания: Безумие».