Возле помещений, находящихся в пользовании майордома, стояли два гвардейца. Что ж, майордом — вещь во дворце необходимая, поэтому я не удивился. Не разобравшись, они преградили мне путь. Но всмотревшись стушевались. Видимо, рассмотрели фамильные черты.

— С дороги! — рявкнул я.

— Никак нельзя, ваше высочество.

Я впился взглядом в глаза гвардейца. Тот потупился, но с места не сошел. Так, надо прекращать эту фигню. Что же это такое? То майордом меня посылает, то гвардеец вознамерился препятствовать мне. Да скоро поломойка будет входить ко мне в комнату, и кидать в меня тряпкой, с приказом: «Быстро пол вымыл!».

Я сжал эфес сабли так, что побелели костяшки.

— Одну минуту, ваше высочество!

Каролина шагнула вперед, выставив грудь вперед. Не знаю, что на гвардейцев произвело большее впечатление, ее эполеты, или ее грудь.

— Фамилия?

Голос Каролины приобрел командные нотки.

— Еремеев!

— Ты?

Каролина перевела взгляд на второго стража.

— Скорпатский!

— Слушай меня! Не сметь препятствовать его высочеству Льву Александровичу.

— Но…

— Ты что, боец, эполет не видишь?

— Вижу, господин…ээээ…госпожа капитан.

— Выполнять! Или, клянусь, вы оба пожалеете!

— Мы вынуждены доложить… — промямлил Скорпатский.

— Докладывайте. Оба! Марш!

Гвардейцы неуверенно двинулись прочь. А я скрежетал зубами от злости. Вот, значит, как! Мои желания игнорируются, будь я хоть трижды принц. Если бы не капитанское звание Каролины, тогда что? Меня бы сопроводили под белы руки обратно в чулан?

— Ваше высочество.

Каролина посторонилась, пропуская меня к дверям. Я от души саданул их с ноги. Створки распахнулись, и мы оказались в большой комнате, исполняющей роль прихожей. Ну, или фойе. Ага, этот майордом тоже не ютиться в скромном углу. Да, комната не такая огромная как у меня, но ведь это всего одна из нескольких.

Похоже, я нашел место для всего хлама, что хранилось в башне. Моей башне!

Я поспешил к затворенной двери. По пути приметил, жилое помещение майордома — трехкомнатная квартира. Ну, держись!

Я так же ударом ноги распахнул двери. Там оказалась спальня. Майордом уже вскочил, горел свет. Стоя на постели, толстяк смотрел на меня ошалелыми глазами. Увидев в моих руках саблю, побледнел.

Я вскинул клинок на плечо и шагнул к нему. Майордом тонко, по-бабьи, вскрикнул. Попятился, и навернулся с кровати. Я навис над ним. Толстяк молча дрожал, не в силах вымолвить ни слова. Еще бы! Чего-чего, а ночного визита с холодным оружием в руках он точно не ожидал от меня. Безумие-то принца было тихим. Было…

— Слухи о моем выздоровлении оказались сильно преувеличенны, — я попытался улыбнуться самым неприятным образом.

Толстяк заскулили. Значит, получилось.

— Ты знаешь, зачем я пришел?

Я позволил толстяку сесть на полу. Он испугано отполз на заднице и вжался в стену. Мелко затряс головой.

— Вот и я о том же, — я пристально посмотрел на него. — Как ты мог позволить себе такую наглость, привязал бант на одного-единственного котика, и подбросил его мне в комнату.

— Что?

От изумления майордом обрел голос. Он-то был уверен, что речь пойдет о башне. Пойдет. Но позже.

— Ты считаешь меня настолько безумным, что я не смог бы догадаться о твоей хитрости? Ай-яй-яй!

Я покачал головой. Майордом решил, что я окончательно слетел с катушек. Врываться ночью с саблей, чтобы упрекнуть его за безвредную попытку угодить мне же. Толстяк перевел взгляд на девчонок.

— Где охрана? — сипло спросил он.

Девчонки промолчали.

— Их больше нет, — я добавил в голос ироничной скорби.

Показалось, что майордом сейчас потеряет сознание.

— Итог таков, — продолжил я. — Я прошу невинную вещь, нарядить всех кошек во дворце. И что же? Ты просто делаешь видимость исполнения приказа. Теперь я требую башню и слуг. И что? Ты просто игнорируешь мои требования. Ты говоришь, что уволить тебя может только император?

Майордому хватило ума не отвечать.

— Но его нет. И вот мне интересно, кто запретит мне, его сыну, приходить сюда каждую ночь? И ты не понял главного. Раньше мое безумие было тихим, унылым и бесцельным. А теперь оно нацелено на тебя! Скажи мне, майордом, что для тебя проще? Отдать мне чертову башню, или ложась спать думать, что же может случиться ночью. Вдруг я тоже подброшу тебе кота с бантиком.

Я засмеялся. Нарочито громко и безумно. Майордом спрятал лицо в ладонях. Я повернулся и вышел. Девчонки последовали за мной.

На пороге нас встретили давешние гвардейцы, а с ними незнакомый мне офицер. Я выдержал паузу.

— Хочу предупредить. Следующая попытка препятствовать мне, закончится для вас плачевно. Сообщите об этом своим товарищам и начальству. Ясно?

Они закивали, а офицер тревожно спросил:

— Что с господином майордомам?

— Думаю, сейчас ему понадобится помощь. Одного рулона туалетной бумаги ему явно не хватит.

И мы с девчонками зашагали по коридору.

— И что это сейчас было? — спросила Мира. — Я думала, вы снесете ему голову за дерзость, мой принц.

— Ты чего такая кровожадная?

— Я бы взяла вину на себя!

— Обойдемся без этого. А то, что было, можешь считать театрализованным представлением, в моем исполнении.

— Теперь, все будут уверенны в вашем безумии, — произнесла Каролина.

— Знаешь, а это неплохо. А то мне кажется, некоторые стали сомневаться в нем.

В комнате я вызвал мысленный интерфейс. Нет, задание все так же значилось не выполненным. Значит, майордом, не смотря на весь свой страх, не поддался. Пойдет жаловаться? К Виталику и канцлеру. И если на его пороге окажутся не дворцовые гвардейцы, а личная охрана моего братца и Савдина? Что тогда?

Подумаю об этом завтра. А пока спать.

Не успел я провалиться в объятия морфея, как меня разбудил гомон, топот, грохот и прочие неприятные звуки. Я выглянул наружу.

— В чем дело? — спросил я у гвардейцев, стоящих на карауле.

— Слуги, ваше высочество. Целая сотня примчалась, и затеяла тут перестановку. Прикажите угомонить их?

— Нееет, — протянул я. — Не надо. Пускай люди работают.

Вернулся в постель. Интерфейс возник передо мной сам по себе.

«Задание выполнено».

Снизу и сверху раздавался шум и громкие голоса. Но это был самый приятный звук, под который я когда-либо засыпал.

Утро началось со звонка телефона. Никто за эти дни не звонил мне, поэтому смартфон валялся где-то в комнате. Сначала, я попытался спрятаться под подушкой, от надоедливого звука, уложив ее себе на голову. Но проклятый трезвон проникал и под нее.

Потом я сообразил, что звонит телефон. Вскочил. Долго ходил по комнате, разыскивая смарт. Телефон ненадолго заткнулся, и снова принялся раздражающе гомонить. Надо будет поменять звук звонка.

Наконец, я нашел его. Ряд цифр — номер звонящего — ничего мне не сказал. Я нажал зеленую кнопку.

— Алло!

— Вот это ты учудил сегодня ночью! — весело сообщил молодой голос. — Да тут вся прислуга на ушах. А майордом не встает с постели.

— Кто это?

— Лева, я начинаю переживать, вдруг ты снова сошел с ума! Это Глеб, твой любимый брат!

Голос в трубке перешел на смех. В сложившихся обстоятельствах, действительно, из двух моих братцев, Глеб, куда больше располагал к себе.

— А, — протянул я. — Неужели это вызвало столько шума?

— Ха-ха, да еще какого! Виталька в ярости, он же считает себя хозяином во дворце! Вызвал майордома, чтобы как следует пропесочить его. А тот, хитрец, слег в постель.

Что хитрец, это точно.

— Говорят, ты там саблей махал, грозился отрезать ему все, что этому жирдяю давно не нужно! Правда?

— Привирают. Только то, что ему необходимо.

Снова смех.

— Ну, ты отжег! Давай встретимся, поговорим. Очень уж интересны подробности.

— Давай. Но я только встал, поэтому, позже. А откуда ты номер мой достал?

— Да там целое расследование. Главный по связи во дворце, кочевряжился. Но куда он денется.

— Тогда днем созвонимся.

— Хорошо, братец! Башневладелец ты, обезбашенный!

Глеб отключился, и сразу же в дверь постучали.

— Войдите!

Я ожидал, что это Каролина либо Мира. А может, они обе. Но в дверь вошел худой лысый мужчина. На вид, лет пятьдесят. Безукоризненные манеры и непроницаемое лицо. Одет в черный фрак и белую сорочку.

Поклонился.

— Я ваш личный камердинер, ваше высочество, Чихаев Матвей Константинович. Прикажите подать завтрак?

Я немного опешил от неожиданности. Но завтрак есть завтрак. И он не терпел промедления.

— Прикажу.

Камердинер склонил голову, и вышел за дверь. Через минуту в комнату вошли трое слуг. Они в момент накрыли стол, и замерли навытяжку. Ух ты! Раньше мне, только что не кидали еду, а тут смотри-ка, трое слуг, да еще целый камердинер.

Я уселся за стол. Слуги тут же окружили меня. Подали салфетку. Налили апельсиновый сок в стакан. Один из них спросил:

— Чего изволите, ваше высочество?

Из всего обилия на столе, я изволил омлет с травами, жаренные колбаски и легкий салат. Каждое мое желание предугадывалось. Захотелось кофе — меня уже ожидала дымящаяся чашка. Потянулся к масленке, и тут же мне подают щедро намазанный маслом тост.

Появился и камердинер.

— Вы всем довольны, Лев Александрович?

Я кивнул.

— Скажите, Матвей Константинович, сколько слуг приписано ко мне?

Хоть лицо камердинера и осталось непроницаемым, в глазах я заметил довольное выражение, когда я назвал его по имени-отчеству.

— Ровно сотня, ваше высочество. Кроме меня, еще двое дворецких, шесть батлеров, двадцать три лакея…

— Стоп, стоп, Матвей Константинович. Потом разберусь. Я хочу знать, где мои телохранительницы — капитан Каролина Зуева, и рядовая Мирослава Морозова.

— Ожидают вас, ваше высочество. Если позволите, я советую вам после завтрака привести себя в порядок, и только после этого появляться на глазах у дам. Даже, если они ваши охранницы.

Сначала я хотел возмутиться. Тут каждый, что ли, будет лезть с советами. Но потом понял, камердинер, просто хочет выполнить свою работу наилучшим образом. Действительно, если его хозяин позволяет появляться при дамах в виде огородного пугала, то к нему, как личному слуге, возникают вопросы.

— Можете оставить для помощи лакеев.

Камердинер указал на слуг.

— Сам справлюсь, — буркнул я.

Умыться и почистить зубы, ну тут мне помощь не нужна. Даже не смотря на статус. Лакеи убрали посуду, под внимательным взглядом камердинера. Когда они исчезли за дверью, Чихаев с достоинством кивнул мне, и последовал за ними.

Камердинер появился через полчаса.

— Прикажите впускать? — спросил он.

— Кого?

Я пока еще не привык к такому образу жизни. Когда каждый мой шаг пытаются предугадать.

— Рядовая Морозова. Она с самого утра порывалась попасть к вам.

— Конечно, впускайте!

Камердинер снова кивнул, и, отворив дверь, громко произнес:

— Рядовая императорской гвардии Морозова, вас просят войти.

Мира вошла не смело. Зыркнула на Чихаева.

— О, мой принц! Я уже с самого утра…

— Я знаю, Мира.

Камердинер закрыл за собой дверь.

— Присядь, — сказал я ей. — Хочешь кофе, или чего-нибудь еще. У меня тут целая рота слуг.

Я улыбнулся.

— А, нет. Я, нет, мой принц, я ничего не хочу.

Вот только по ее взгляду я понимал. Хочет она сказать мне что-то, но не решается. Эх, ладно, придется брать вожжи в свои руки.

— Мда, — произнес я. — Как-то многолюдно стало. Кстати, ты не знаешь, как там дела в башне? Все ли вынесли.

Мира помотала головой.

— Не обратила внимания.

— Пойдем, посмотрим?

Через минуту мы с Мирой вышли из комнаты. За мной хотели увязаться гвардейцы и целый десяток слуг. Но я приказал им оставаться на месте. Забавно, несколько дней назад такая процессия меня очень бы порадовала. А сейчас, не знаю, даже. Может быть, пропало желание заявлять о себе? Я ведь, уже это сделал.

В башне оказалось целых семь этажей, это не считая помещения под крышей, и подземных уровней.

— Что вы собираетесь сделать на этажах башни, мой принц?

— Пока не знаю. Кстати, а где Каролина?

— Госпожа капитан ушла по делам.

Наверное, это неплохо. Я вдруг вспомнил рекомендацию систему. Ну, ту самую, где она советовала мне начать собирать гарем. И я не видел ни единой причины, почему бы мне не начать с Миры. Я уже дважды пытался подобраться к ее прелестям, и каждый раз что-то мешало. То, мой джентельменский настрой (ой, дурак!), то неведомые убийцы, не нашедшие более подходящего времени для вторжения.

— Мира, давай устроим сегодня свидание.

— Свидание?

— Ну, а как это еще называется.

— Я даже не знаю. Будет ли, сейчас это приличным.

Да что опять-то!

— Я видел тебя голой и даже хлестал по попке.

— Банным веником.

— А ты бы предпочла плеткой?

— Да. Ой, нет, конечно.

— Сегодня вечером. Знаешь, я прикажу накрыть длиннющий стол на одном из этажей, истребую живой оркестр. Полумрак, музыка, и мы вдвоем.

Мира не спешила с ответом. Я вдруг разозлился. Да, что она мне тут голову морочит! Серьезно. Не возникло бы вопросов, если бы у Миры был муж-жених-возлюбленный. Тогда понятно. Ладно, может, я ей противен. Такое вполне может быть. Ну, а что тогда в этой чертовой бане было?

— Как тут все изменилось!

Женский голос достиг слуха. Я повернулся. Прямо перед входом стояла княгиня Вяземская. В сопровождении слуг и охраны. Она посмотрела на меня жадным взглядом зеленых глаз. Улыбнулась, присела в реверансе.

Я направился к ней.

— Лев Александрович, как я счастлива видеть вас, — промурлыкала княгиня.

Протянула руку. На этот раз без перчатки. Пальцы словно бы выточил искусный скульптор. Ногти, окрашенные темно-красным лаком, не сильно впились мне в ладонь, когда я поднес ее руку к губам.

— Прошу вас, встаньте, княгиня.

Она снова улыбнулась, и поднялась.

— Что вы тут делаете, милое создание?

Я решил, что взгляды и улыбки Вяземской позволяют мне некоторую фривольность.

— О, Лев Александрович! Ходят слухи, что вы получили в пользование всю эту башню. Боже, да как вы добились этого у майордома? Он же костьми ляжет, но не позволить что-то менять во дворце.

Да как же так можно смотреть-то? Взгляд княгини, снизу вверх, заставлял забыть обо всем.

— С боем, — ответил я.

— Я рада за вас.

Княгиня взяла меня под руку. И мы двинулись по пустому этажу башни. Заметил, как Мира стоит с уже знакомым мне покер-фейсом. А вот нечего выкобениваться!

— Что вы планируете здесь сделать, ваше высочество?

— Только что раздумывал, не устроит ли мне тут, нечто вроде комнаты отдохновения, — нарочито громко произнес я. — Поставить большой стол. Вон там, организовать сцену для оркестра. А в том углу сделать нечто, ну, как у турок, знаете? Диваны, ковры и прочее.

— Мило.

— Да, буду сидеть тут в одиночестве и грустить.

— Почему же в одиночестве. Я тоже иногда люблю взгрустнуть.

Ее рука сжала мой бицепс. Может, ну эту Миру, с ее загонами? Вот же, роскошная женщина, уже второй раз намекает, да еще так толсто, что хочет скоротать со мной вечерок.

Только я открыл рот, чтобы сделать крайне не пристойное предложение замужней женщине, как зазвонил телефон. Один из слуг княгини устремился к нам, держа в руках смартфон. Он с поклоном протянул хозяйке трубку.

— Князь, — коротко сообщил слуга.

— Простите.

Ольга взяла телефон и, приложив его к уху, отошла в сторону. Пока княгиня разговаривала, я надеялся, что князь не требует, чтобы жена спешно приехала к нему. Где он там обитает.

Ольга закончила разговор и вернулась. Нет, муж не требовал, чтобы она ехала к нему.

— Я должна вас покинуть, Лев. Князь уже на пути во дворец, хочет увидеть меня. А я не смею перечить мужчине.

Княгиня снова склонилась в реверансе. Она заспешила к выходу, а ее люди следовали за ней. Я подошел к Мире. Еще раз окинул пустые стены. Да, скверно. Не суждено этим стенам сегодня увидеть мой томный вечер.

— Мой принц.

— Да, Мира.

— Я хочу провести с вами ночь.

Блин, неужели на нее так действует внимание других женщин ко мне? И, она ведь сказала ночь? Правда, же?