«21 сентября 1975 года»

«Воскресенье»

«18:04»

«Дом семьи Энтроус»

Этим вечером после приезда домой из церкви, десятилетние Фэйрис и Адам сидели в детской комнате на втором этаже дома семьи Энтроус. Внизу собрались гости на вечерний ужин. Бэка, как обычно, старалась строить прилежную жену и мать.

— Давне-е-енько я тут не был… — протянул Адам, сидя на краю кровати. — Обои конечно… Да… — усмехнулся он.

— Мать настояла на розовых, — с горечью проговорила Фэйрис, находящаяся за столом у окна.

— Это, Фэй, так и чего же там случилось в церкви. Ты так и не рассказала.

— Думаю от жары потеряла сознание.

— Так не теряют сознание. У тебя ручьём кровь из носа пошла.

— Я не знаю. Отец говорит, что завтра отведёт меня в больницу.

— Почему не сегодня?

— Так ведь воскресенье. А вызывать врачей на дом незачем. Я же в порядке уже.

— В порядке, как же. Это ведь мать настояла не звать врачей? Да?

Фэйрис кивнула, ощущая, как всё ещё побаливает щека от удара матери этим днём.

Адам призадумался.

— Может погуляем? — предложил мальчик, улыбнувшись так, что девочка хихикнула.

— Ну… — она посмотрела на свою одежду, теребя подол чёрной вельветовой юбки, ощущая, как лямки давят на плечи. — Я ведь наказана, Адам.

— А… Точно, прости. А может сбежим? Всё ровно ведь наказана. Что теряем?

— А если и тебя закроют потом дома, накажут, как меня?

— Я что-нибудь придумаю. Весело будет, давай решайся, — напирал он, смотря на неё авантюристически с полностью раскрытыми глазами.

— Да и темнеть начнёт скоро… — тихо отметила она, посмотрев в окно, где небо уже начало принимать мутно-оранжевые тона, а тучи сгущались. — И дождь пойти может.

— Ну мы ненадолго. Вот увидишь. Никто даже и не заметит.

В дверь постучались, а затем она приоткрылась.

— Я зайду? — спросил Дэвид.

— Да, конечно, — ответила Фэйрис дяде. — Что-то случилось?

— А должно? — забавно сощурился он. Было видно, что его лицо налилось краснотой. Конечно, Фэйрис сразу поняла — дядя пьян.

— А… да нет, — ответила девочка на его вопрос.

Дэвид подошёл ближе. Его некогда белая рубаха выделялась редкими красными пятнами, по видимому от вина или чего похожего.

— Адам, позволишь нам поговорить?

— Да, мистер Энтроус, — мальчик встал с кровати и поглядел на Фэйрис, подмигнув той, прежде чем вышел за дверь.

— Ну чего, как ты, родная?

— Хорошо.

— Славно, — Дэвид икнул, чем позабавил девочку.

— Так ты чего-то хотел? — посмеявшись, спросила она.

— Да. Спросить.

— О чём же, дядя Дэви? — спросила она.

— Да вот размышляю всё. Сегодня видел девочку похожую на тебя, ну, постарше лет эдак на пять будет.

— Серьёзно? — удивилась она.

— Ты знаешь о ком я? Знакома с ней?

— Не-а, — протянула она. — Но мне мальчики о ней говорили. Тоже с белыми волосами, да?

— Странности… Во дела, чёрт бы меня побрал…

— Не ругайся.

— Да, точно, извини, — он шутя побил себя по губам.

— Дядя Дэви?

— Да, родная?

— Ты же скоро уедешь? Когда ты вернёшься?

— Ох, не знаю… — он пустил взгляд в пол и лицо его помрачнело.

— Что-то стряслось? — заметила его печаль девочка, забеспокоившись от такой резкой смены настроения всегда весёлого дяди.

— Всё хорошо, я так… задумался. Уеду я уже на той неделе.

— Ясно…

— А вы тут с Адамом о чём шептались? — просверлил её взглядом Дэвид, опять вернув свою улыбку.

— Ты ведь знаешь, что я наказана? — Фэйрис нервно начала перебирать пальцами, отведя взгляд.

— Ну да. Колечко украла, да?

— Ага…

— Знала бы ты, что мы с твоим отцом в далёком юношестве могли учудить. Ух, закачаешься! Это пустяки, думаю твоя мама остынет вскоре, — поддержал дядя племянницу. От его слов, на её душе становилось невообразимо тепло.

Девочка улыбнулась.

— Узнаю этот взгляд. Что такое?

— Мы с Адамом гулять хотим пойти.

— Тут уж я вряд ли смогу помочь, милая. К слову, я сюда изначально не только поговорить зашёл. Но и позвать вас с Адамом вниз. Ну и мать с отцом хотят с тобой поговорить.

— Ага, опять ругать в чём-то, в очередной раз, — закатив глаза, Фэйрис обернулась и посмотрела в окно.

— Думаю, там иной повод… Ты чего застыла?

— А? — вновь обратила она внимание на дядю. — Да там в кустах кто-то прошёл. Не важно. Так чего там за повод? Ещё куда-то помимо музыкального кружка и вокала хотят записать меня? Я уже ничему не удивлюсь.

В комнату вновь вошёл Адам.

— Тебя зовут, Фэй! Родители!

— Иду я, иду, — она спрыгнула со стула, переглянулась с дядей, который последовал с ней к дверям.

* * *

«18:09»

По лестнице уже поднимался Мигель.

— Идите к остальным, я поговорю с Фэйрис и мы спустимся.

Шум разговоров снизу доносился яснее. А на пианино в гостиной кто-то играл мелодичную спокойную музыку. Казалось, дом сотрясался от вибраций шума. Фэйрис никогда не нравились шумные места, она испытывала все самые отрицательные эмоции к этому. Впрочем, и сейчас.

Ну как ты? — задал вопрос отец, потирая глаза. — Спряталась совсем у себя там.

— Вовсе я не пряталась, и не старалась.

— Как скажешь. У меня тут кое-что есть для тебя, — сказал он и вынул что-то с кармана брюк.

Девочка молчаливо наблюдала за каждым его движением, за мимикой, пытаясь предугадать, что они приготовили в качестве сюрприза на этот раз.

— Гляди, — Мигель показал ей маленькое колечко. — Настоящее серебро. Удачно сторговался в ювелирной лавке на площади.

Фэйрис посмотрела на вещицу оценочно: серебряное кольцо, как раз по размеру, блестящее, с розовыми цветками вокруг, где в центре у каждого кристаллик. На вид обычное детское, девичье украшение.

— С чего это такие подарки?

— Мы с матерью твоей решили тебя порадовать.

— Вы с мамой или всё же ты, — надула обидчиво губы девочка, посмотрев в сторону лестницы, где внизу виднелась Бэка, разговаривающая с матерью Адама.

— Это, на самом деле, было её решение.

— Как же…

— Зря ты так. Она переживает. Ей жаль за свой недавний поступок. Ты же знаешь, у неё много забот, ещё и… как бы это сказать… — замялся он, — …в общем, голова у твоей мамы часто болит. Знаешь, такое иногда бывает. Такое, что даже лекарства могут не помочь.

— А я тут причём? — скрестила руки девочка, ощущая горечь на сердце, топящую её во всём этом давящем мире с разных сторон. — Она сказала, что я стану воровкой и…

— Конечно же нет. Она так с гореча.

Мигель приспустился на одно колено, дабы сравнять рост с дочерью, и, посмотрел ей прямо в глаза.

— Послушай… — начал отец.

А Фэйрис скользнула взглядом вновь на Бэку. Мать посмотрела на неё. Взгляд казался ожидающим чего-то, как будто озадаченным или опечаленным. Девочка не могла распознать наверняка.

— Однажды, Фэйрис, ты поймёшь как в мире всё устроено, — начал Мигель. — Не всегда мы контролируем то, что происходит. Часто не знаем, как себя вести в той или иной ситуации от… нехватки опыта или, проще говоря, сил. И мы никогда не знаем, как повернётся наша жизнь. Сейчас ты может и не поймёшь меня. Честно? Я сам не знаю, как тебе более конкретнее сказать.

— Не знаешь, так зачем же говоришь, отец?

— Один ноль в пользу Фэйрис Энтроус, — пошутил он тихо, встав. — Ну чего, примеришь? — он протянул ей колечко.

— Ладно, давай, — смиренно ответила она, чувствуя, что её будто заговорили невообразимым способом. Казалось бы, простые слова, но что-то от них оседала глубоко в её душе.

Фэйрис взяла кольцо. По размеру оно подходило к среднему пальцу на левой руке.

— Помочь?

— Сама справлюсь уж… — надев серебряное, яркое изделие на палец, она посмотрела на улыбающегося отца, а затем вновь пустила взгляд вниз по лестнице, прямо на Бэку. На мгновение, девочке показалось, что мать наконец ей улыбнулась.

— Нравится?

— Красивое. Спасибо.

— Ладно, готова спуститься к нам?

Девочка кивнула.

Музыка пианино внизу сменилась на блюзовую пластинку.

* * *

Спустившись, на Фэйрис обратили внимание, что её заставило немного зажаться в себе.

Джо Олдри общался с сыном, пока Дебора стояла неподалёку с Бэкой. Мать Адама была нарядна, осеннее лёгкое сарафанное платье в белом цвете, а мать Фэйрис в шестиклиновом платье чуть ниже колен серого цвета и нежно-карамельный кардиган.

Стол в гостиной был заполнен осенними салатами и выпечкой, которыми пропахло всё от прихожей до, быть может, самого чердака.

— А где дядя Дэви? — задалась вопросом девочка.

— Он сказал, что скоро придёт, — ответила Бэка. — Фэйрис, подойди ко мне, — подозвала её она, когда Дебора отошла к мужу.

Девочка подошла к матери, переглянувшись с отцом, который ей кивнул, давая понять, что подойти стоит.

— Да, мама.

— Тебе идёт это кольцо, — начала Бэка неуклюже, но сохраняя лицо.

— Спасибо вам с отцом за него, — через силу проговорила ей дочь, всё ещё тая в себе глубокую обиду.

— Нравится самой?

— Да. Нравится.

— Держишь на меня обиду?

— Немножко.

Бэка помолчала. Было очень заметно, что она думает о том, что сказать.

— Фэйрис, для вас с Адамом есть задание. Вынесите мусор. А после, можете погулять во дворе, но на виду.

— Хорошо, мама.

* * *

«18:20»

Дотащив пару небольших пакетов с мусором до большого ржавого бака за забором, Фэйрис и Адам остановились. Девочка застыла, наблюдая за безмятежно качающимися ленивыми движениями кронами деревьев.

— Классное кольцо, кстати, — заявил Адам, потирая ладони.

— Ага, — Фэйрис развернулась и прошла к качелям на территории дома, из которого доносилась глухая музыка 70-х.

— Тебя покачать, Фэй?

— Давай.

Девочка села на качели и сжала руками цепи.

— Только не сильно, — предупредила она.

— Эт можно… — ехидно улыбнулся мальчишка, встав позади неё и, оттянув чуть деревяшку назад, толкнул Фэйрис.

Свежий поток воздуха взъерошил её волосы, приятно скользнув по её лицу и ещё недавно побаливающей щеке.

— Адам.

— Да, Фэй? — толкнул он её ещё раз.

Дребезжащие звенья цепи перебивали их тихие голоса.

— Ты же никуда из Эктабона не уедешь?

— А к чему вопрос? Нет, не уеду. Зачем?

— Да так… — ответила девочка и замолчала.

— О… — протянул Адам. — А это не твой дядя там? — мальчик указал на лес, перестав раскачивать подругу, которая тотчас повернулась туда, куда он вскинул руку.

В лесу, за кустами стоял высокий силуэт человека.

— Что он там делает? — задалась вопросом Фэйрис.

— Ха! Может трубку курил, да решил отлить по пути. Правда… он будто бы с кем-то общается. Видишь?

Белая рубашка дяди Дэвида выделялась на фоне тёмно-зелёной хвои. Однако того, с кем он, вероятно, общался, видно не было.

Пока дети с любопытством глядели, мужчина резко обернулся на них и кому-то махнул рукой в кустах.

— Занятно… — пробурчал Адам. — О, идёт сюда!

Сидящая на качелях Фэйрис ощутила, как на лицо упали первые капли дождя, посмотрев в уже мрачное небо, которое застыло, словно фотография.

— Дядя Дэви? — окликнула его девочка, когда он подошёл.

— Д-да? — задумавшись, он остановился. Лицо у него было мрачно-печальное, губы заметно подрагивали.

— Что вы там делали, мистер Энтроус? — задал вопрос Адам. — Кому вы махали? Вы как будто с кем-то там общались.

— А?

— Ну там, в лесу! Вы будто призрака увидели.

— А… Ты про это. Вам это могло показаться, я жука с плеча скинул.

— Жуков боитесь, да?

Если Адаму было забавно, то Фэйрис довольно встревоженно глядела прямо в глаза дяде. Он явно врал. Совершенно точно что-то утаивал. Но девочка не задавала вопросов.

— Отстань ты от него, дурак. Ничего он не боится, — пресекла она Адама. — Так ведь, дядя Дэви? — постаралась девочка улыбнуться дяде.

Но мужчина просто кивнул. Вся его недавняя улыбка в доме вдруг слетела с лица. Он явно был чем-то встревожен.

— Дождь собирается. Долго не гуляйте, — отметил он сухо и прошёл в дом.

— Чего это с ним? Впервые его таким вижу.

— Да он ещё в церкви какой-то странный был, — отметила Фэйрис и взглянула в то место, за кустами, откуда и вышел Дэвид.

Там, она увидела фигуру, которая была облачена в тёмный как ночь плащ и высокие сапоги.