В 1668 году, где спала пятнадцатилетняя Фэйрис Энтроус и пребывал в полудрёме Эрик Йон, время шло к вечеру. Тишина перебивалась треском полена из каменного очага скромного жилища Маргарет, которая находилась в саду за домом. Шум дождя снаружи уже давно был привычен и его почти не было слышно.
Эрик вытащил диктофон из джинсов, куда убрал его в тот раз, когда сменил верхнюю одежду на старое тряпьё. Руки его подрагивали от тревоги. Он чувствовал себя чужаком. Был чужаком. И вот, постукивая указательным пальцем по пластику диктофона, он смотрел в сторону спящей девушки, размышляя о многом. О том, что с ним приключилось. И о том, куда это всё приведёт.
В 1980 году. За пару дней до своего исчезновения, детектив Чейз Гловер сидел на кухне своей квартиры. Время на циферблате настенных часов стучало к десяти вечера. На столе перед ним стоял стакан с виски. Он был уже изрядно выпившим. В руках держал снимок: на нём было запечатлено шествие вооружённых людей в чёрном и их предводитель, который развёл руки в стороны, чуть кверху. Лицо мужчины было отчётливо видно. Бледное и устрашающе спокойное.
По тому снимку Гловер вспомнил плакат о предстоящем фестивале «Армии Теней» в Эктабоне. Это не укладывалось в его голове.
На столе, рядом со стаканом лежал бумажник некоего Эрика Йона. На вложенной фотографии этот парень был в синей кепке. Рядом лежал пластиковый пропуск на иностранном языке, выданный в 2012 году. Журналист и репортёр. Но что он забыл в Эктабоне, Гловер и вообразить не мог. Почему дата 2012-го? Тоже было неясно.
Гловер резко встал со стула, откинув его в сторону. Закрыл глаза и просто тяжело вздохнул и выдохнул. Он просто не мог этого принять. Всё это было необъяснимо. Детектива словно кто-то сводил с ума.
Раздался стук в дверь.
В 2018-м году свирепо шумели ливень и ветер. В это же время инспектор Чейз Гловер уже вошёл в свою квартиру, пока с его коричневой куртки стекала вода. Следом вошёл и старик в обносках, который пришёл к нему недавно со снимком в руках и с вязаным мешком за спиной. В руках старика находился второй такой мешок из пятого гостиничного номера… Не просто такой же. А точная копия.
Гловер и старик были разбиты. Лица на них не было.
Инспектор вошёл на кухню и включил свет, со скрипом раскрыв старый холодильник и вытащив бутылку с виски. Он сделал глоток прямо из неё, затем обернулся к старику.
— Ты говорил, что они будут там, — хрипло упрекнул Гловер.
— Они были там, — ответил он ему, кинув копию мешка на стол и кивнув на него. — Ничего. Сейчас они в конце семнадцатого века, пока что. У нас ещё остался шанс всё исправить. — Старик уселся на стул, тихо постукивая указательным пальцем по столу и смотря на инспектора.
— Откуда ты знаешь? — Гловер поставил два стакана на стол и разлил выпивку, тяжело дыша с хрипом.
— Ты знаешь, Чейз, — кратко ответил старик, посмотрев на жгучую жидкость в стакане. — Мы оба там были. Наш путь начался оттуда. Но спираль этой истории началась именно с моего приезда в этот город.
Оба мужчины взяли стаканы и выпили. Затем оба устремили взгляды на циферблат настенных часов.
В 1960 году, двадцатилетний Адам Олдри и профессор встретились у лесополосы и вошли в леса Эктабона. У профессора в руках находился неизвестный радиочастотный прибор. Адам же, он шёл впереди. Его уверенная походка выдавала то, что он знал, куда следует идти.
— Парень, а на кого ты постоянно глядел в баре?
— Сейчас это не особо важно, профессор. Думаю, мне просто показалось, — ответил Адам, смотря себе под ноги.
Но именно в этот момент, мистер Фредерик Миллс следил за ними двумя из-за дерева. Ему удалось выйти из бара первым и незаметно.
В конце августа 1980 года Сира в тёмном плаще вышла из главных дверей закрытой на выходные школы. Вечер был душным, а над Эктабоном собирались тучи.
Горожан на улицах почти не было. Да и солнце зашло.
В руках у женщины находилось неизвестное устройство. Детонатор.
Сира отошла дальше по улице Эшфорд. Закрыла глаза. Тяжело вздохнула и нажала на кнопку. Прозвучал протяжный высокочастотный писк. Затем грохот, который ещё с несколько секунд резонировал по округе.
Главные двери школы и часть второго этажа были уничтожены ослепительным взрывом.
Сира откинула детонатор в сторону, а затем вынула кинжал из ножен. Она провела спиралью по воздуху, затем, разрезав крестом пространство и время, открыла себе червоточину-портал.
Всего один шаг в этом времени, и уже второй в другом.
Женщина оказалась в туманном лесу Эктабона возле заброшенного карьера, дно которого невозможно было разглядеть — одна лишь чернота. Небо сгущалось во мраке. А старое, облупившееся белое трёхэтажное здание возвышалось массивной прямоугольной коробкой. Крышу его венчала огромная мачтаобразная радиоантенна, уходящая шпилем прямо в атмосферный постиндустриальный смог.