Royal Blood — I Only Lie When I Love You

Люси дернула руку, разрывая контакт. Его пальцы соскользнули с ее ладони.

Она быстро поднялась, едва не задев коленом коробку с крепежом, и посмотрела на оставшегося у каркаса Генри.

— Довольно, мистер Сноу.

К собственному удивлению, сказала она это совершенно ровно. Только пальцы чуть сильнее сжали злосчастную отвертку.

— Поиграли в джентльмена-спасителя, и хватит. Напоминаю: мы находимся в Квинсе, в доме моей семьи. И здесь, ради вашего же британского благополучия, действуют исключительно мои правила. Займитесь делом. Блэйз, что там дальше?

Уголок рта Генри дернулся.

Люси заметила.

Разумеется, заметила.

Она отвернулась к шкафу и демонстративно проверила уже затянутый болт.

Сноу ничего не сказал. Правила существуют лишь для того, чтобы он ломал их с особым, изысканным удовольствием.

Блэйз, по-прежнему сидевший спиной к ним, преувеличенно громко перевернул страницу инструкции, всем своим видом показывая, что его наняли охранять тело босса, а не участвовать в чужих психологических дуэлях.

В этот момент тишину дома буквально разорвал оглушительный, беспардонный клаксон с улицы.

Звук повторился. Три коротких, требовательных гудка, от которых у Люси внутри все похолодело.

— Помяни черта, — пробормотал Блэйз, первым сориентировавшись в ситуации и бросив быстрый взгляд в окно гостиной. — Шеф, у нас гости. Тот самый коп.

На лице Сноу на мгновение промелькнула опасная гримаса, которую он тут же привычно спрятал за маской вежливого равнодушия. Но его зеленые глаза все же выдавали его чувства.

Входная дверь без стука распахнулась.

— Спринг! Живая! — на пороге материализовался высокий, долговязый мужчина в помятом кофейном тренче поверх рубашки.

Огненно-рыжая шевелюра детектива Макларена была растрепана ветром, а на скуле красовался свежий пластырь. Он вошел в дом Люси так, словно владел этим районом, но, заметив двух мужчин в гостиной, резко затормозил. Его взгляд мгновенно зафиксировал Генри Сноу, небрежно сидящего на коленях посреди опилок.

— Макларен? — Люси сделала шаг вперед, загораживая собой Генри, что разозлило миллионера еще сильнее. — Ты что здесь делаешь? Бабушка сказала, что ты звонил.

— Звонил. — Стью сделал шаг вперед, тяжело дыша и не сводя взгляда с Генри, который уже успел подняться во весь рост. — Звонил, потому что твоя бабуля выдала мне порцию отборного мата вместо адреса. Спринг, ты вообще в своем уме? Твой телефон недоступен, в Квинсе тебя нет, а на скачках в Саратоге…

Рыжий детектив запнулся. Он посмотрел на недособранный шкаф. На Люси. Потом на Генри.

Стью засунул руки в карманы помятого тренча и качнулся с пятки на носок.

— Так.

Макларен пренебрежительно сплюнул на пол воображаемую зубочистку.

— Я вижу, мистер Сноу времени зря не теряет. Устраиваем семейные посиделки в Квинсе, сэр?

Генри даже не шелохнулся.

Он стоял чуть позади Люси и спокойно смотрел на Стью.

Только желваки на его породистом лице опасно заходили ходуном.

— Детектив, — голос Генри прозвучал тихо, но в нем отчетливо звякнула сталь. — Вторжение в частный дом без ордера — это уже превышение полномочий. Но ваше появление здесь в качестве… незваного ревнивого призрака из прошлого мисс Спринг — это уже дурной тон.

— Мое появление здесь — это оперативная необходимость, — отчеканил Макларен, резко подавшись вперед и нависая над Люси, отчего его образ «опасного копа» стал почти карикатурным. Он демонстративно игнорировал Сноу, хотя его взгляд то и дело испуганно косился на вставшего британца. — Лю, нам нужно поговорить. Наедине. В Бруклине всплыли кое-какие документы по твоему прошлому объекту. И, судя по всему, твой… жених, — он выплюнул это слово, кивнув на Генри, — замешан в этом дерьме по самое свое аристократическое горло. Я веду это дело, Люси. И я шутить не люблю.

Люси почувствовала, как между двумя мужчинами воздух буквально трещал от напряжения. Блэйз Тини за ее спиной молча отложил чертеж шведского шкафа. Его массивная фигура тут же перекрыла половину дверного проема, помножив на ноль всю напускную грозность рыжего детектива.

— Поговорить? — Люси скрестила руки на груди, изо всех сил удерживая маску ледяного безразличия, хотя сердце снова пустилось вскачь. — Прямо сейчас, Макларен, мы заняты сборкой мебели для Эл. И если ты пришел без официальных обвинений, я предлагаю тебе…

— Какие обвинения, Лю?! — перебил ее Макларен. — Я пытаюсь тебя вытащить из этой петли! Пока этот британский пижон не скормил тебя своим адвокатам! Я закрою эту лавочку, Люси.

Генри шагнул вперед и отвел Люси себе за спину. Теперь они с Маклареном стояли лицом к лицу.

Рядом со Сноу тот вдруг стал похож на мальчишку, стащившего отцовский значок.

— Еще одно слово в таком тоне с моей невестой, детектив, — почти ласково произнес Сноу, слегка наклонив голову, — и я позабочусь о том, чтобы ваш разбитый автомобиль стал вашей самой меньшей проблемой. Начиная с сегодняшнего дня делами мисс Спринг занимаюсь я. Целиком. И полностью.

Он протянул руку.

— А теперь покажите ваши документы. Если они, конечно, существуют, а не служат лишь поводом потоптаться на чужом ковре.

Люси сделала глубокий вдох, заставила плечи расслабиться и шагнула из-за широкой спины Генри. Она намеренно сократила дистанцию, легонько — почти нежно — коснулась пальцами предплечья Сноу и посмотрела прямо в ошеломленные глаза рыжего копа.

— Генри прав, Стьюарт, — неожиданно мягко сказала Люси. — Наш статус изменился. И все мои дела — как личные, так и профессиональные — теперь проходят через юридический отдел мистера Сноу. Так что твои детективные игры здесь неуместны. Если у тебя действительно есть официальные бумаги, связанные с моими заказами, направь их на Манхэттен. А сейчас… нам правда нужно закончить со шкафом.

Макларен перевел взгляд с Люси на Генри.

Он просто молчал. Потом шумно втянул носом воздух, поправил воротник помятого тренча и сделал шаг к выходу.

— Вот как, значит? — выдавил он. — Переметнулась к большим деньгам, Спринг? Ладно. Бумаги придут. Но учти, Лю… когда этот замок из фальшивых обещаний начнет рушиться, не звони мне.

Он круто развернулся и вышел из дома, громко хлопнув входной дверью.

Через секунду с улицы донесся натужный, дребезжащий рев потрепанной служебной малолитражки, на которой Макларену пришлось передвигаться, пока его «Форд» торчал в автосервисе.

В гостиной Квинса повисла оглушительная тишина.

Люси медленно убрала руку с предплечья Генри. Ее пальцы, только что имитировавшие нежность, превратились в стальные хваты. Она сделала шаг назад, и ее фирменная железобетонная броня вернулась на место с тихим ментальным щелчком. Лед в ее глазах мог бы заморозить весь Гудзон.

Генри повернулся к ней. Тонкие пальцы миллионера так сильно сжали деревянную рейку шкафа, что казалось, еще пара секунд и он ее сломает.

— Ну что, лав, признайте, мы сработали как… — начал он, но в его баритоне вместо привычной иронии сквозило глухое, едва подавленное рычание.

— Блэйз, — не терпящим возражений тоном перебила его Люси, даже не глядя на миллионера. — Выйди, пожалуйста, на крыльцо. Покури. Посчитай ворон. Сделай что угодно. Мне нужно ровно пять минут, чтобы объяснить твоему боссу правила техники безопасности.

Амбал, который все это время заменял собой элемент интерьера, моментально оценил уровень радиации в комнате. Он молча бросил отвертку на ковер, аккуратно обошел Генри и с поразительной для его габаритов бесшумностью исчез за дверью.

Люси осталась наедине со Сноу. Она медленно подняла отвертку, которую до этого сжимала в руке, и направила ее острие прямо в грудь лорда, остановив в сантиметре от хрустящей белой ткани его сорочки.

— А теперь послушай меня сюда, «жених» недоделанный… — прошипела она.

Генри даже не дрогнул при виде оружия в ее руках. Напротив, он сделал шаг вперед, сознательно натыкаясь грудью на кончик отвертки, заставляя Люси немного отступить. Его маска светского льва окончательно треснула.

— «Стьюарт»? — переспросил он, полностью проигнорировав ее гнев. — Вы назвали его по имени, Люси. С такой трогательной, мягкой интонацией, будто этот долговязый неудачник в помятом плаще действительно имеет право врываться в дом вашей семьи и требовать отчета. Скажите мне, лав… какие еще общие секреты, кроме подработки на участок и походов на джаз, связывают вас с этим бруклинским копом? Потому что по его лицу мне показалось, что он претендует на гораздо большее, чем дружба.

Люси на секунду лишилась дара речи. Острие отвертки дрогнуло у него на груди. Она отступила на полшага, медленно опустила инструмент и посмотрела на Генри.

А потом до нее дошло.

— Сноу… — Люси театрально прижала свободную ладонь к груди, уже не пытаясь скрыть улыбку. — Вы что, ревнуете?

Генри нахмурился.

— Серьезно? — продолжила она. — Вы сейчас устроили эту сцену из-за того, что я назвала Стьюарта по имени?

— Я ничего не устраивал.

— Конечно. Вы просто совершенно случайно допросили меня о другом мужчине и пригрозили ему разорением. Обычный британский этикет.

— Я задал вполне разумный вопрос.

— О, безусловно. Осталось только спросить, целовались ли мы на выпускном и обещал ли он жениться на мне после колледжа.

Генри на мгновение застыл.

Люси прищурилась.

— Господи, Сноу. Только не говорите, что вы действительно хотите знать.

— Теперь, когда вы это предложили…

— Нет.

— Я еще не задал вопрос.

— А я уже на него не ответила.

Генри выпрямился.

— Я? Ревную к этому… ходячему недоразумению в старом плаще? — Он фыркнул и отвел взгляд к окну. — Помилуйте, мисс Спринг. У меня просто обостренное чувство эстетики. Мои юристы сейчас бьются за чистоту вашего имени, а вы позволяете какому-то провинциальному полицейскому портить воздух в этой комнате своими дешевыми угрозами. Это… нерационально с точки зрения бизнеса.

— Бизнеса, говорите?

Люси сделала шаг вперед и заглянула ему в лицо.

— Мистер Сноу, у вас уши покраснели.

Генри медленно перевел на нее взгляд.

— И вы сжимаете эту несчастную рейку так, будто собираетесь огреть ею бруклинского копа. Очень по-деловому.

— Я держу рейку.

— Она уже поняла.

Генри посмотрел на собственную руку и немного ослабил пальцы.

Люси улыбнулась.

— Боже. Вы действительно ревнуете. Вы буквально кипели от злости, когда он подошел ко мне ближе чем на метр.

Генри резко повернул голову обратно к ней, и Люси с удовлетворением заметила, как по его шее вверх к скулам действительно пополз едва заметный, но вполне реальный румянец. Он открыл рот, чтобы выдать очередную колкую, леденящую тираду, но все его светские манеры разбились о ее довольный, торжествующий взгляд.

— Это… — Генри запнулся, лихорадочно подбирая слова, что само по себе было историческим событием. — Это была профессиональная актерская игра, лав. Мы фиктивная пара, забыли? Я просто создавал достоверный образ страстного и безумно влюбленного жениха.

— Ну конечно, — хмыкнула Люси, легонько постучав кончиком отвертки по его плечу. — Станиславский передает, что за эту сцену он ставит вам твердую двойку за переигрывание. И вообще, вернитесь в реальность, граф. Нам еще заднюю стенку крепить.

Генри насупился, став похожим на оскорбленного в лучших чувствах большого кота. Он недовольно дернул плечом, убирая его из-под отвертки, и буркнул:

— Больше никакого Станиславского. В следующий раз я просто прикажу Блэйзу выкинуть его в окно.

— Тини! — звонко крикнула Люси в сторону закрытой двери, не сводя с побелевшего от смущения Сноу триумфального взгляда. — Заходи! Твой босс больше не планирует никого убивать.

Входная дверь тут же бесшумно приоткрылась, и в гостиную просочился Блэйз Тини. По его абсолютно непроницаемому лицу было понятно, что на крыльце он не просто считал ворон, а внимательно прислушивался к перебранке.

Генри быстро вернул себе маску ледяного бизнесмена, хотя уши все еще предательски горели. Он демонстративно отвернулся от Люси, подошел к телохранителю и произнес изменившимся, непривычно сухим и тихим голосом:

— Блэйз. Свяжись с ребятами из отдела безопасности. Мне нужно знать все об этом рыжем недоразумении. Какое именно дело он ведет в Бруклине, какие документы раскопал на объект зачищенный мисс Спринг и под кого конкретно копает. Ровно через два часа у меня на столе должен лежать полный отчет.

— Понял, шеф, — коротко пробасил амбал, уже вытаскивая из кармана брюк рабочий смартфон. — Сделаю.

Оставшийся час прошел в наэлектризованном, но продуктивном молчании. Железная Люси яростно орудовала отверткой, Генри с преувеличенным усердием придерживал дубовые панели, стараясь лишний раз не соприкасаться с ней пальцами, а Блэйз ловко забивал фиксаторы в пазы шведского конструктора. Наконец последний винт был закручен, и трехстворчатый шкаф занял свое место в гостиной семейства Спринг вместо старого мебельного недоразумения.

Генри отошел на пару шагов, расправил рукава сорочки и взглянул на часы.

— Мебельный долг перед вашей… эксцентричной родственницей закрыт, — произнес он. — А теперь вернемся к регламенту. Напоминаю вам, что сегодня ночью у нас рейс. Мы летим в Роттердам. Деловые партнеры в Нидерландах не любят ждать, а наш фиктивный статус должен выглядеть там безупречно. Постарайтесь не опоздать в аэропорт.

Он снял с вешалки бежевый пиджак и накинул его на плечи.

— И ради бога… оставьте отвертку дома.

Не дожидаясь ответа, Генри коротко кивнул и направился к выходу. Блэйз бросил на Люси быстрый взгляд и последовал за боссом.

Дверь закрылась.

Через полминуты под окнами заурчал двигатель «Эскалейда».

Люси все еще стояла посреди гостиной с отверткой в руке.

Она посмотрела на нее. Потом на дверь.

— Ревнует, — пробормотала она и невольно улыбнулась.

Из спальни появилась Слепая Эл в неизменных очках-авиаторах и с сигаретой в руке. Она потянула носом воздух, повернулась в сторону нового шкафа и ехидно проскрипела:

— Ну надо же… Британский лев все-таки умеет пользоваться руками. И шкаф собрал, и копа выставил. Слышь, мелкая, а твой лорд оказался куда зубастее, чем я думала. Ты уверена, что сможешь удержать его на поводке контрактных обязательств?