Until We Bleed — Lykke Li

Кончики ее пальцев едва заметно вздрогнули, но Люси не убрала руку. Тепло его кожи, медленно поднималось выше по запястью, заставляя окончательно сдаться перед этой сумасшедшей ночью в Саратоге.

— Вы ведь тоже блефуете, лорд Сноу, — прошептала она, не отводя взгляда от его потемневших зеленых глаз. Алкоголь все еще кружил голову, но она отдавала себе отчет в каждом действии.

Он улыбнулся.

— В ваших безупречных планах точно нет пункта о том, что делать, если фиктивная невеста из Квинса окажется сильнее ваших британских призраков.

Секунда молчания.

— Ради этого вечера, Люси, я готов переписать все правила.

Генри поднялся с пола. Его ладонь скользнула по ее предплечью вверх.

Люси прикрыла глаза.

Он присел на самый край узкой шелковой кушетки.

Теперь их лица разделяли считанные сантиметры. Пахло табаком, мятой и лавандой.

Генри потянулся к ее голове. Пальцы подцепили край пудровой шляпки-таблетки, успевшей перекоситься за время их разговора. Сноу снял ее вместе с вуалью и, не глядя, отбросил в сторону.

Перья упали на пол.

На секунду между ними повисла тишина. За окном мерно стучал дождь. Люси посмотрела на его губы. Напускной самоконтроль, который они оба так усердно выстраивали последние дни, рухнул в одно мгновение, уступив страсти.

Генри наклонился, полностью стирая оставшиеся сантиметры между ними, и поцеловал ее.

В этот раз никто не считал.

Этот поцелуй не имел ничего общего с фиктивностью. Он был властным, горячим. Голодным. Люси первой подалась ему навстречу. Ее пальцы вцепились в ткань белой сорочки, сминая тонкий хлопок и притягивая Генри к себе.

Сноу глухо выдохнул ей в губы, подхватывая ее на руки. Одним плавным, мощным движением он перенес Люси на огромную королевскую кровать под балдахином. Шелк ее светлого костюма-тройки скользнул по покрывалу, а платиновый кулон на груди начал лихорадочно вздрагивать в такт их рваному, сумасшедшему дыханию.

Его руки — требовательные, настойчивые и невыносимо горячие — уверенно очерчивали изгибы ее талии, срывая остатки всякой деловой дистанции. Генри действовал решительно, но со сводящей с ума чуткостью. Люси содрогалась от каждого его прикосновения, когда его ладони помогали ей избавиться от одежды. Он снова поцеловал ее. Его ладони прошлись по ее талии, и Люси вздрогнула от прикосновения.

Пиджак оказался на полу. Следом за ним — жилет и паллацо.

Когда Люси осталась перед ним в кружевном белье, Генри на секунду замер.

Она сама притянула его обратно. Этого оказалось достаточно. Его губы коснулись ее шеи, потом ключицы. Люси запрокинула голову и запустила пальцы ему в волосы.

Не было больше портовых инвесторов, министерских советников и криминальных зачисток — осталась только химия, сжигавшая их обоих дотла.

Но отдавать Генри всю инициативу Люси не собиралась. Она запустила ладони под воротник его рубашки и потянула на себя. Несколько пуговиц не выдержали и с тихим стуком разлетелись по постели.

Генри посмотрел сначала на пуговицы, потом на нее.

— Дорогая была? — спросила Люси.

— Теперь уже неважно.

Она стянула рубашку с его плеч и отбросила на пол. Ее взору открылся его безупречный торс, крепкие плечи, рана, которая свела их.

Люси снова потянулась к нему, но Генри вдруг остановился, сдерживая собственное бешеное дыхание.

— Что?

Он несколько секунд смотрел на нее.

— Вы пьяны, мисс Спринг.

Люси нахмурилась.

Он приподнялся на локтях, вглядываясь в ее лицо сквозь полумрак. Сноу отчетливо видел, как сильно она устала за последние дни — за этой Железной Люси, выстраивающей подельников и зачищающей портовые склады, скрывалась обычная девчонка, выжатая до предела безумной гонкой.

— И ты только сейчас это заметил?

— Я стараюсь быть джентльменом.

— Плохо стараешься.

— Тем не менее. — Уголок его рта дернулся.

Генри лег рядом и притянул ее к себе. Люси еще секунду смотрела на него, потом устроила голову у него на плече. Его сердце под ее ладонью все еще билось быстро.

— Спи, любовь моя, — хрипло прошептал он ей в макушку.

— Не называй меня так.

— Конечно, лав.

— Я серьезно.

— Я тоже.

Люси фыркнула, но голову с его плеча не убрала. За окном мерно стучал дождь. Она не заметила, когда уснула.