— Я своими глазами видел, как Пастырь призвал пустых, — сказал Нинейт.

Амилла медленно подняла на него глаза. Крови на губах уже не было, но лицо оставалось серым и измождённым.

— Пустых, — повторила она тише. — Так вы их называете…

— Ты правда думаешь, что твоему Пастырю есть до тебя дело? — Нинейт стоял перед ней спокойно, не повышая голоса, но каждое слово звучало твёрдо. — Он с лёгкостью пожертвовал почти всеми своими людьми, лишь бы достать нас.

— Он защищал наш дом от вторженцев, — резко возразила Амилла.

— Каких вторженцев? — Нинейт нахмурился. — Мы хотели вернуть то, что вы у нас отняли. Ты правда считаешь, что у нас не было на это права? Пастырь даже не собирался отдавать Химико, пока не понял, что проигрывает. Тогда он хотя бы принял разумное решение: прекратить огонь и вернуть её. А потом вышел из себя. Ты видела, что случилось дальше.

— Не видела! — крикнула Амилла.

Голос сорвался, но она упрямо подалась вперёд, насколько позволяли связанные руки.

— Я видела только, как на парковку хлынули толпы заражённых. Я знаю, что Пастырь управляет стадом, но он никогда бы не пустил их к своим людям.

— Ты меня вообще слышишь? — перебил её Нинейт. — Он вышел из себя, закричал, и через несколько секунд заражённые полезли со всех сторон, словно он сам открыл им дорогу. Когда мы заходили в здание, поблизости их не было. Ты просто не хочешь верить, что твой человек поставил свою гордость выше ваших жизней.

Амилла опустила голову. Лицо по-прежнему оставалось неподвижным, только слёзы быстро стекали по щекам и падали на испачканный ворот куртки.

— Он обещал защитить, — сказала она тише. — Он сказал… сказал, что вы даже разговаривать не стали. Что он не дал вам взорвать бомбу.

Мэлл коротко прыснул. Элиас посмотрел на Нинейта и не сдержал слабой улыбки.

— Да не было у нас никакой бомбы, — устало сказал Нинейт. — Химико вас обманула. Просто ляпнула первое, что пришло ей в голову. Мы не настолько отчаянные.

Амилла помолчала, осмысливая услышанное.

— У неё хотя бы есть дар предвидения?

Нинейт кивнул.

Она опустила глаза на связанные руки. Пальцы дрогнули, но больше она не попыталась вырваться.

— Ты мне не враг, Амилла, — сказал Нинейт. — У тебя был шанс убить меня тогда. Но ты сомневалась. Или в тебе было недостаточно ненависти. Я не хочу тебя убивать, но и не позволю использовать твою силу против моей семьи.

— Мне это уже ни к чему, — глухо ответила Амилла. — Я и так чувствую себя дурой.

Она уставилась куда-то мимо них, в пустое пространство кабинета. Губы дрогнули.

— Из-за чувств к Харцо я потеряла свою внучку. Мне незачем больше жить. Она была моим смыслом.

— Тогда у тебя идеальный шанс отомстить ему, — бросил Мэлл.

Элиас подхватил:

— Скажи, где он прячется, и мы убьём его.

Амилла перевела глаза с Мэлла на Элиаса, потом посмотрела на Нинейта.

— Не так сразу. Сначала я потребую от вас кое-что.

— Ты не в том положении, чтобы требовать, — заметил Нинейт.

Амилла подняла голову выше и пристально посмотрела ему в глаза. Голос ослаб после ранения, но твёрдости в нём хватило, чтобы в комнате все замолчали.

— Я буду откусывать себе язык снова и снова, если придётся. Пока не выполните мою просьбу, вы не получите от меня никакой полезной информации.

Нинейт выдержал её взгляд и выпрямился.

— Что тебе нужно, Амилла?

— Останки, — резко сказала она. — Я хочу похоронить свою внучку. Я должна найти её.

Элиас чуть нахмурился.

— А если она ещё заражена и ушла куда-то?

— Ей было два года, — ответила Амилла. — Даже если она поднялась, далеко уйти не могла. Я знаю, где оставила её.

Парни притихли. По их лицам было видно, что возраст девочки оказался для них неожиданностью.

— Я понимаю, зачем тебе это, — сказал Нинейт после паузы. — Но ты правда считаешь, что стоит рисковать ради человека, которого уже нет в живых?

— Так надо, — твёрдо сказала Амилла. — Клеймённый и так пожинает дары смерти после всего, что случилось с нашим миром. Я не хочу, чтобы её душа попала в его обитель.

— Надо же, — сухо бросил Нинейт. — Так ты ещё и верующая.

Он тяжело выдохнул и повернулся к Элиасу с Мэллом.

— Химико в идеале лучше не брать. Но пока Пастырь жив, оставлять её здесь тоже нельзя. Кому-то из вас придётся защищать её на материке.

— Как обычно, — заметил Мэлл и слабо улыбнулся. — Мы уже привыкли.

Шорох за дверью разбудил Химико. Элиас вошёл осторожно, стараясь не шуметь, но она всё равно поднялась на кровати и сонно посмотрела на него.

— Уже проснулась, — сказал он.

Химико улыбнулась, откинула одеяло и встала.

— Мне надо умыться, — хрипловато произнесла она и пошла в сторону ванной.

— Я подожду. У меня новости.

Она ненадолго обернулась, кивнула и скрылась за дверью. Когда Химико вернулась, Элиас сидел на краю кровати и что-то просматривал в телефоне. Лицо у него было спокойным, но слишком сосредоточенным для обычного разговора.

— Химико, — начал он, убирая телефон. — Нам снова надо на материк. Ты сможешь пойти с нами?

Он наблюдал за её реакцией, явно ожидая страха, усталости или желания отказаться. Но Химико выпрямилась, и в глазах появился интерес.

— Конечно. А что мы будем делать?

Элиас выдержал короткую паузу.

— Убивать Пастыря.

Улыбка на её лице стала слабее, но отступать Химико не стала.

Океан был спокойным. Волны лениво били в днище маленькой яхты, и этот ровный звук странно не вязался с причиной их возвращения на материк.

Амилла и Химико сидели на мягких диванчиках друг напротив друга. Между ними держалось неловкое молчание: слишком много уже было сказано в кабинете Нинейта, слишком многое ещё оставалось впереди. Элиас стоял неподалёку и время от времени поглядывал то на Химико, то в телефон, проверяя сохранённую карту.

Когда Мэлл поднялся на палубу, он уловил тяжёлую паузу и решил нарушить её первым пришедшим в голову вопросом.

— Амилла, а как далеко ты можешь видеть своими глазами?

Она повернула к нему голову. Зрачки расширились, затем глаза полностью почернели: радужка и белки на несколько секунд исчезли под густой тьмой. Амилла молчала, и даже ветер вокруг стал слышнее.

— Отсюда я уже вижу причал на материке, — сказала она наконец. — Тот, который вы перекрыли. Машины. Здание рядом, где вы прятались.

Элиас тихо присвистнул.

— Нам плыть ещё час…

Мэлл посерьёзнел.

— У тебя потрясающий дар.

Амилла опустила глаза.

— Спасибо.

Когда они добрались до материка, часы уже показывали двенадцать. Солнце спряталось за плотными облаками, и прохладный ветер лениво тянулся по полупустым улицам, гоняя пыль, обрывки бумаги и сухие листья вдоль бордюров.

— Придётся половину дороги идти пешком, — сказал Нинейт, когда они спустились с пирса. — Наша машина уже не на ходу, а у медцентра остался пикап с пулемётом.

— Надеюсь, его никто не украл, — бросил Мэлл, идущий сзади. — Мы вроде хорошо его спрятали.

Элиас внимательно следил за Амиллой, которая шла рядом спокойно, без сопротивления, хотя руки ей уже развязали. Химико держалась чуть впереди и тревожно оглядывалась по сторонам, боясь увидеть в окнах стрелков, но за пыльными стёклами двигались только пустые. Они шаркали по улицам, натыкались на машины, поворачивали головы на редкие звуки и теряли интерес, если рядом не было живого страха или громкого движения.

— Устраняем тихо, без стрельбы, — сказал Нинейт.

Элиас и Мэлл разошлись в разные стороны, перехватывая тех, кто начинал приближаться к дороге. Нинейт пошёл прямо, коротко схватил Амиллу за рукав, давая понять, чтобы держалась рядом, потом посмотрел на Химико.

— Не отходи.

Она кивнула.

Элиас и Мэлл расправлялись с пустыми быстро и бесшумно. Ножи мелькали коротко и точно; Химико едва успевала замечать, как лезвие исчезает в горле одного заражённого и через мгновение оказывается у глазницы другого. Пустые падали с глухими ударами о грязный асфальт, а парни двигались дальше, расчищая дорогу перед остальными.

Амилла наблюдала за ними с явным удивлением. Иногда её внимание задерживалось на Мэлле, иногда на Элиасе, но ни одного вопроса она не задала.

До медицинского центра они добрались примерно через час. Пикап оказался там, где его оставили: спрятанный за зданием, частично закрытый мусорными контейнерами и тенью пожарной лестницы. Мэлл первым проверил кузов, Элиас быстро осмотрел салон, Нинейт сел за руль, и уже через несколько минут они ехали в сторону торгового центра.

Когда впереди показалось знакомое здание, Химико невольно сжала пальцы на краю сиденья. Улица возле торгового центра выглядела чуть спокойнее, чем в прошлый раз: пустых стало меньше, часть толпы ушла куда-то дальше, часть осталась внутри, за разбитыми витринами и тёмными провалами входов.

Но их всё равно было много.

Слишком много для места, куда нужно было войти добровольно.

Элиас первым нарушил молчание:

— Я считаю, глупо идти туда всем. Лучше, если один проберётся внутрь и тихо заберёт тело.

— Ну раз предложил, — сказал Нинейт, не отрывая глаз от торгового центра, — иди сам.

Элиас усмехнулся, но Мэлл уже требовательно посмотрел на Нинейта.

— А можно и я пойду? Буду прикрывать его.

— Это излишне, — ответил Нинейт.

Мэлл насупился и опустил голову. Элиас посмотрел на него, потом коротко ткнул пальцем в плечо.

— Ладно. Иди ты. Погеройствуй.

Мэлл удивлённо уставился на него.

— Серьёзно?

Элиас кивнул. Мэлл уже взялся за ручку двери, но вспомнил о главном и обернулся к Амилле.

— Где именно её искать?

Амилла подняла на него глаза.

— На парковке, у служебного коридора, — ответила она. — На ней был зелёный комбинезон с капюшоном и белые кроссовки.

Мэлл коротко кивнул. Они с Элиасом быстро хлопнули ладонями друг о друга, и Мэлл, пригнувшись, выскочил из машины.

Вскоре он исчез за разбитой витриной бокового входа.

Его не было около пятнадцати минут. За это время в машине царило молчание. Нинейт следил за улицей и окнами торгового центра, Элиас держал оружие наготове, Химико сидела настолько неподвижно, что начали неметь пальцы, а Амилла смотрела в одну точку перед собой, боясь пропустить момент, ради которого вернулась сюда.

Когда Мэлл появился в проёме окна, лицо у него было мрачным. В руках он нёс маленькое тело, завёрнутое в белую простыню. Из-под её края виднелся рукав зелёного комбинезона.

Амилла увидела его издалека. Сначала только судорожно выдохнула, словно воздух выбили из груди, а потом всхлипнула и завыла — глухо, надломленно, уже не пытаясь держаться.

Парни молчали. Химико моргнула, но слёзы всё равно выступили на глазах. Она потянулась к Амилле, не зная, можно ли вообще утешить женщину в такой момент.

Амилла вышла из машины, когда Мэлл приблизился. Прежде чем он успел передать ей тело, ноги у женщины подкосились, и она упала на колени прямо на потрескавшийся асфальт.

Рыдания вырывались из неё беззвучно; плечи дрожали, пальцы тянулись вперёд, но никак не решались коснуться того, что Мэлл держал в руках.

Мэлл выглядел тяжело и растерянно. Нинейт молчал, глядя на руль, а Элиас осторожно притянул к себе плачущую Химико, прикрывая её плечо ладонью.

Амилла всё-таки приняла тело внучки.

Оно оказалось совсем лёгким.

Слишком лёгким.

Из-под края простыни виднелись маленькие посиневшие пальцы, и Амилла, увидев их, прижала Лили к себе так бережно, словно боялась причинить ей боль даже теперь.

— Её всю обглодали, — произнесла она сквозь всхлипы. — Как же ей было больно…

Никто не ответил. Вокруг оставались только ветер, редкое шарканье пустых вдалеке и тихий рваный плач женщины, потерявшей последнее, ради чего держалась.

Через пять минут они снова сидели в машине. Амилла держала внучку на руках, не отпуская, и смотрела вниз, на маленькое тело, укрытое простынёй.

— Где ты хочешь её похоронить? — спросил Нинейт.

Он внимательно следил за дорогой, но голос звучал совсем тихо.

— Ближе к лесу, — сказала Амилла. — Высадите меня здесь. Я уйду.

Нинейт остановил машину и обернулся к ней.

— А как же наш договор?

Амилла ответила ровно:

— Он на шестнадцатой ферме, рядом с парком Варлсона. Ферма там только одна, не заблудитесь. И не думайте, что он так легко сдастся. Он построил вокруг себя баррикаду из заражённых. Просто так вы до него не доберётесь.

— Ты жила там всё это время? — спросил Мэлл.

Амилла кивнула.

— Пастырь может скрывать присутствие живого человека среди заражённых. Он делал так со своими людьми и сам может прятаться в толпе. Так что будьте осторожны и…

Она замолчала, сильнее прижимая к себе внучку.

— Спасибо, что вернули мне мою девочку.

Химико осторожно дотронулась до её плеча и посмотрела ей в глаза.

— Нам очень жаль. Похорони её. Я тоже помолюсь за её душу.

Амилла кивнула. Лицо снова стало спокойным, но в глазах осталась такая глубокая усталость, что смотреть на неё было больно.

Она вышла из машины, прижимая внучку к груди, и свернула в переулок. Вскоре её фигура скрылась между домами.

Нинейт проводил её глазами. Телефона и рации при Амилле не было — это они проверили ещё на острове. Машины у неё тоже не осталось, а до шестнадцатой фермы отсюда было слишком далеко, чтобы добраться пешком раньше них.

— Если поедем сейчас, мы будем там раньше неё, даже если она решит предупредить Пастыря, — сказал он и потянулся к ключу зажигания.

— Вряд ли она всё ещё на его стороне, — тихо сказала Химико. — Не после того, как увидела эту девочку.

Нинейт ещё не успел завести мотор, когда заметил движение на улице.

Пустые, до этого бродившие между машинами и у разбитых витрин, начали поворачиваться в одну сторону. Сначала несколько ближайших, затем те, что шли дальше, потом целые группы у перекрёстка. Их движения становились всё увереннее, словно они услышали зов, недоступный живым.

Парни поражённо наблюдали за происходящим. Химико вжалась в кресло, изо всех сил стараясь не вскрикнуть, когда один из пустых прошёл совсем рядом с машиной. Он даже не повернул головы. Остальные тоже обходили пикап, не обращая внимания ни на запах живых людей внутри, ни на её страх, и один за другим ускоряли шаг.

— Что происходит? — тихо спросил Элиас.

Парни одновременно подняли автоматы и прицелились через окна, но стрелять не стали. Поток пустых двигался мимо машины, постепенно сворачивая в сторону дороги, ведущей от торгового центра.

— Это Пастырь, — сказал Нинейт. — Он созывает их к себе.

— Но как? — удивился Мэлл, не опуская оружие. — И почему они нас игнорируют?

— Потому что его зов сейчас сильнее всего остального, — ответил Нинейт.

Он проследил за уходящей толпой.

— Если Амилла не соврала о ферме, они движутся примерно в ту сторону.

— Значит, он может управлять ими через половину города? — спросил Элиас.

— Звать — возможно, — сказал Нинейт. — Управлять такой массой отсюда — вряд ли.

Химико всё ещё смотрела туда, где исчезла женщина с телом внучки на руках, сжимая пальцы на краю сиденья.

— Мы должны ей помочь.

Нинейт покачал головой.

— Мы ей больше ничем не обязаны.

— Её могут убить.

— У неё сила видеть издалека. Если заметит опасность, уйдёт раньше, чем они до неё доберутся.

Химико замолчала. Лицо оставалось тревожным, но она сжала губы и попыталась удержать эмоции при себе.

— Поехали уже, — сказал Нинейт.

Он снова потянулся к ключу, но Химико сделала странный прерывистый вдох. Глаза расширились, пальцы крепче вцепились в край сиденья. Элиас повернулся к ней.

— Химико?

Она смотрела перед собой, но глаза будто не цеплялись ни за машину, ни за улицу, ни за пустых, уходящих в сторону переулка.

— Я чувствую…

— Что? — не понял Элиас.

Мэлл обернулся с переднего сиденья, а Нинейт убрал руку от зажигания.

— Пожар, — сказала она.

Сознание сорвалось куда-то в сторону.

Перед глазами вспыхнул горящий торговый центр, коридор, наполненный дымом, быстрый топот шагов, собственное частое дыхание и сердце, колотящееся так сильно, что грудь отзывалась каждым ударом.

Силуэты Мэлла и Элиаса мелькали впереди совсем рядом друг с другом, теряясь в мутном свете. Химико не могла понять, почему они держатся так близко и что происходит между ними, а жар уже подступал со всех сторон.

Она пришла в себя и судорожно вдохнула.

— Центр! — крикнула Химико. — Я смогла увидеть горящий центр. Мы там были.

Нинейт обернулся к ней всем корпусом.

— Что мы делали?

— Мы бежали, — с трудом произнесла Химико, пытаясь восстановить дыхание. — От пожара. Мэлл и Элиас были впереди, рядом друг с другом. Я не поняла почему. И вообще не понимаю, зачем нам туда заходить. Я… чувствую, что кто-то приближается.

— Это Пастырь? — спросил Мэлл.

— Я не знаю.

— Сосредоточься, Химико, — строго приказал Нинейт. — Закрой глаза. И не вздумай сейчас никуда перемещаться. Просто осторожно загляни в будущее. Ты уже это делала.

Химико послушно закрыла глаза и начала глубоко дышать. Руки на сиденье дрожали, но постепенно голос стал тише:

— Мы объехали квартал и увидели огромную толпу, идущую куда-то. Ты сказал, что нам надо развернуться и забрать больше оружия. Элиас предложил проверить торговый центр, раз он пуст. А потом… туман. Я вижу только дым. И нас, бегущих по коридору.

— Понятно. Теперь открой глаза. Твои видения опасны. Не испытывай судьбу.

Химико открыла глаза. Холодные капли пота стекали по вискам, дыхание оставалось неровным.

— Ты в порядке? — спросил Мэлл.

Элиас положил ладонь ей на лоб, проверяя состояние, но Химико только кивнула.

— Это было так странно.

Мысли метались, пытаясь собрать пазл видений, но чем больше она старалась разобраться, тем сильнее расплывались подробности.

— Мне любопытно узнать, почему здание загорится.

Нинейт выглядел озадаченным, но голос оставался ровным.

— Разве стоит рисковать? — спросил Мэлл.

— Не стоит, — ответил Нинейт. — Но там действительно должно остаться оружие, если Пастырь ещё не забрал его у тех трупов после прошлой перестрелки. Сейчас нам нужно всё, что стреляет.

Через две минуты они развернулись в сторону торгового центра. Машину спрятали у соседнего здания, за тёмной стеной служебного въезда, и дальше пошли пешком.

После ухода заражённых город выглядел окончательно вымершим. Даже те, кто был заперт в помещениях, били руками и плечами в двери, пытаясь выйти наружу и двинуться на зов Пастыря.

За стеклянными витринами мелькали силуэты, слышались глухие удары, а на улице остались лишь редкие фигуры.

Нинейт вышел из машины первым. За ним последовали остальные. Мэлл задержался возле Химико, осторожно притянул её ближе к себе и улыбнулся краем губ. Она была бледной, но всё же попыталась улыбнуться в ответ.

В торговом центре стояла тишина.

— Разойдитесь оба и ищите оружие, — бросил Нинейт. Его голос отразился от пустых галерей и ушёл под высокий потолок. — Химико, ты со мной.

— Я тоже могу поискать, — тихо возразила она. — Тут нет заражённых.

Нинейт посмотрел на неё с недоверием.

— Нет. Не хочу рисковать.

Химико не нашлась что ответить. С одной стороны, было приятно, что её берегут. С другой — обидно, что в её силы не верят даже настолько, чтобы позволить искать оружие в пустом здании.

Элиас направился наверх по лестнице. Через некоторое время его голос донёсся сверху:

— Тут пистолет!

Пауза.

— Разряженный, блин…

Мэлл пошёл в сторону парковки и скрылся за дверью. Нинейт тем временем осматривал один магазин за другим, быстро проверяя прилавки, подсобки и витрины. Химико шла следом, держась чуть позади. Одна рука лежала возле ремня, где был пистолет, а глаза цеплялись за каждый тёмный угол, открытую дверь и любую вещь, которая могла оказаться оружием.

Сердце начало биться быстрее.

Сначала Химико решила, что это обычная тревога. Потом дыхание участилось, колени стали ватными, а пространство впереди словно начало тянуть её внутрь, к парковке, туда, где скрылся Мэлл.

Нинейт посмотрел на неё и успел схватить за плечо, когда она пошатнулась.

— Что с тобой?

Химико повернула голову туда, куда ушёл Мэлл.

— Там, — выдохнула она. — Там что-то есть.

Лицо Нинейта мгновенно стало жёстче.

— Элиас, быстро на парковку!

Он сорвался с места и бросился в сторону двери. Химико попыталась побежать следом, но ноги плохо слушались, и она постоянно спотыкалась. Элиас прибежал сверху через несколько секунд и, не задавая вопросов, исчез за дверью вслед за Нинейтом.

— Мэлл! — крикнул он.

Химико добралась до двери, но дальше тело не выдержало. Она рухнула на колени, сжимая руками грудь. Сердце билось настолько быстро, что стало страшно: ещё немного — и оно просто остановится.

Из коридора послышались шаги. Дверь открылась, показался Элиас, следом Нинейт с озадаченным лицом. Он держал Мэлла за куртку и тянул его за собой, а тот выглядел ещё более удивлённым, чем они.

— Что случилось? — спросил Мэлл.

Элиас посмотрел на Нинейта.

— Там никого, кроме Мэлла, не было, — произнёс тот.

Химико всё ещё сидела на коленях, пытаясь прийти в себя. Ей казалось, что коридор за их спинами продолжает тянуть её к себе, хотя там действительно никого не было.

— Там кто-то есть, — сказала она с мольбой в голосе.

Элиас подошёл ближе и помог ей подняться.

— Может, ты переволновалась? — осторожно спросил он.

Химико одёрнула руку, оттолкнула парней и побежала в коридор.

— Химико! — крикнул Мэлл.

Он попытался остановить её, пальцы скользнули по предплечью, но не успели схватить ткань кофты.

Химико добежала до середины коридора и остановилась. Парни бросились следом.

— Здесь! — крикнула она срывающимся голосом.

Химико схватилась за голову и упала на колени. Воздух перед ней дрогнул, словно в нём на мгновение появилась невидимая трещина.

Из пустоты рухнуло тело.

Оно тяжело ударилось о пол рядом с Химико.

Парни вскинули оружие, но, разглядев лежащего перед ними человека, опустили стволы.

Сайлас.

Измождённый, с потрескавшимися губами, впалыми щеками и таким видом, словно долго не ел и не пил. Одежда была грязной, лицо — серым от истощения.

Он лежал неподвижно, затем судорожно вдохнул, словно всё это время не дышал и только сейчас снова получил доступ к кислороду.

Химико в ужасе отпрянула. Мэлл притянул её к себе и отвёл назад, закрывая от неожиданного гостя плечом.

Сайлас с трудом сел. Его мутные глаза прошлись по коридору, оружию в руках парней и остановились на Химико.

Узнав её, он оскалился и громко рявкнул:

— Что ты со мной сделала, стерва?!