- К тому же, могу помочь в изучении шведского языка,- сказала Аннет.

- Я буду очень рада,- улыбнулась Линда.

6.

В Стокгольм прибыли днем. Пароход долго шел вдоль скалистых берегов, поросших редким лесом. На Линду дохнуло каким-то неприветливым холодом. Незнакомые берега, освещенные скупым северным солнцем, казались загадочными, как в старых сказках Андерсена.

Стоявшая рядом на палубе Аннет Кагельман словно догадалась о ее мыслях.

- Вам не нравится здесь?

- Пустынно как-то,- призналась Линда.

- Да, это не южный курорт. Наша страна на камнях и скалах и, наверное, кажется суровой, неуютной. Мы, северяне, к этому привыкли. Но это моя Родина, и милее этой страны для меня нет. В Германии я живу шесть лет, но меня все время тянет сюда.

- Вы часто навещаете родных?

- Раз в два года стараюсь приехать сюда, не выдерживаю.

- А в Германии вам нравится?

- Я люблю Леона,- просто ответила женщина.

« Да, нелегко ей,- подумала Линда.- Тоже живет вдали от Родины. Бодрится, чтобы не расстраивать мужа перед разлукой. Умница.»

И вот, наконец, показался большой город. Средневековые высокие шпили были видны издалека. Черепичные крыши, освещенные солнцем, придавали городу нарядный и веселый вид. Вот она – шведская столица!

Линда с палубы с волнением оглядывала толпу людей, пытаясь угадать, кто встречает их с Паулем. Радостно вскрикнула Аннет, увидев родителей. И Дитрих вдруг кому-то махнул рукой.

Наконец, они сошли на землю. К ним подошел молодой мужчина лет тридцати в сером плаще и мягкой шляпе и обнялся с Паулем.

- Зиберт… Артур,- назвался он, пожимая руку Линды.- Вот вы какая.

- Какая же?

- Красивая. Ну идемте, здесь моя машина.

Зиберт подхватил было чемоданы, но Дитрих остановил его и огляделся по сторонам, ища Кагельманов. Они стояли неподалеку, бабушка и дед бурно целовали внука. Линда и Пауль подошли, простились.

- Звоните, Линда,- с легкой улыбкой напомнила Аннет.- Я помогу вам в шведском языке.

На площади Зиберт подвел путешественников к новенькой спортивной машине, помог уложить вещи. Линда незаметно оглядела его: среднего роста, темноволосый и довольно интересный мужчина

- Как отец и матушка? – спросил его Пауль.

- Нормально. Их подарок,- кивнул тот на автомобиль.- Они ждут нас к обеду.

- Подожди. Я думаю, надо сначала устроить нашу фройлейн. Мы успеем?

- Да, вполне. Садитесь, едем.

По дороге Зиберт расспрашивал о Берлине, об общих знакомых.

- Ты надолго к нам, Пауль?

- На месяц. Я, собственно, и сюда по делам. Ну а ты все там же, в нотариальной конторе?

- Бери выше. Юридическая консультация « Флабеккен». Слышал?

- О-о! Линда, перед вами молодой адвокат. И с большим будущим, я уверен.

Машина медленно ехала по узким центральным улицам и остановилась возле четырехэтажного серого дома. Мужчины помогли выйти даме, позвонили в парадную дверь, и им открыла средних лет горничная в черном платье и белоснежном фартучке. Артур что-то сказал ей по-шведски, женщина провела их в квартиру на первом этаже и оставила в хорошо обставленной гостиной.

- Квартира владелицы этого дома,- шепнул Линде Зиберт.- А вот и она.

В комнату величественно вплыла солидная пожилая женщина с высокой прической.

- Добрый день, господа,- заговорила она по-немецки с легким акцентом.- Здравствуйте, господин Зиберт. Прошу садиться.

- Добрый день, госпожа Расмуссен,- Артур почтительно поцеловал ей руку.- Позвольте представить вам фройлейн Эрлих, о которой я вам говорил.

Линда изящно наклонила голову.

- Очень рада видеть вас,- улыбнулась г-жа Расмуссен.- Тереза, кофе! Вы давно приехали?

- Только что с парохода. А это мой попутчик и друг господин Дитрих.

- Рад познакомиться,- поклонился Пауль.- Мы хотели бы посмотреть квартиру.

- Да, да, конечно. Квартира отличная и прекрасно обставлена. Вам понравится, фройлейн.

Горничная принесла на подносе фарфоровый кофейник. Пришлось выпить по крошечной чашечке кофе. После этого хозяйка встала и пригласила гостей за собой. По широкой светлой лестнице они поднялись на второй этаж. Г-жа Расмуссен сама открыла ключом дверь, вошла первой, за ней остальные. Линда увидела прихожую, освещенную красивыми светильниками. Здесь стоял гардероб для одежды, на стене висело зеркало.

Хозяйка открыла первую дверь. Здесь была, видимо, небольшая гостиная, убранная в теплых бежево-коричневых тонах: диванчик, кресла, между ними маленький чайный столик, на полу пушистый ковер, на стенах старинные офорты, на круглом столике в углу телефон и приемник.

Из гостиной широкие двери вели в маленькую спальню. Здесь все было красного цвета – гардины, абажуры, покрывало на кровати.

- Там ванная,- показала хозяйка.- Горячий душ, набор шампуней и полотенец.

И наконец, просторный холл, выдержанный в серебристо-сером цвете. Это светлая столовая в два окна с балконом, во всю стену буфет из финской березы, такие же стулья и обеденный стол, над которым висела хрустальная люстра. Между окнами, в кадке – большая экзотическая пальма с резными листьями.

- Вам нравится, фройлейн? – спросил Зиберт.

Линда кивнула, совершенно растерянная такой шикарной обстановкой.

- Господа, вы нигде не найдете лучшей квартиры,- заговорила г-жа Расмуссен.- Тихое место, рядом парк. Прекрасный уголок для достойной девушки. Пойдемте, фройлейн, я покажу вам кухню.

Линда покорно пошла за хозяйкой.

- Я думаю, мы с вами поладим. Тридцать тысяч в год не очень большая цена.

Линда не знала, что ответить, и искоса взглянула на Пауля. Тот понял ее замешательство и поспешил помочь.

- Соглашайтесь, фройлейн. Это не так дорого.

- Да, пожалуй,- сказала девушка.- Это мне подходит.

- Ну вот и чудесно! – обрадовалась хозяйка.- Можете располагаться.

Мужчины спустились вниз за вещами, а Линда тем временем сняла плащ и шляпу.

- Вы будете брать прислугу? – спросила г-жа Расмуссен.

- Право, я еще не знаю,- растерянно ответила девушка.

- Моя Тереза могла бы убирать у вас.

- Да, пожалуй.

- Если пожелаете, вам будут носить обеды. Напротив приличное кафе.

- Благодарю вас, я подумаю.

- Оформить наш договор можно завтра. Не буду вам мешать,- поклонилась хозяйка.- Вот ключи. Отдыхайте, фройлейн.

Г-жа Расмуссен неторопливо выплыла из комнаты. Линда по мягкому ковру прошла в столовую. В тишине размеренно постукивали старинные часы. За полированным столом стулья с высокими спинками, во всю стену резной буфет с посудой. Блестел светлый паркет, отражая длинные лианы пальмы. Девушка подошла к окну, подергала дверь балкона. Слева за домами был виден парк за высокой оградой. Да, все это, конечно, стоило тридцать тысяч крон…

Хлопнула входная дверь, слышно было, как, переговариваясь вошли мужчины.

- А, вот вы где! – заглянул в столовую Пауль.- Собирайтесь, Линда, нам надо ехать. Нас ждут к обеду.

- А может быть, не стоит?

- Без разговоров! Это старинные друзья нашей семьи. Вы должны с ними познакомиться. Артур, иди сюда! Где твое красноречие адвоката?

- Фройлейн Линда, как можно быть одной в такой прекрасный вечер? – заговорил Зиберт, подходя.- Вы должны побывать в нашем доме. Сегодня у нас к обеду превосходная рыба и французское вино.

- Но я устала и не одета для визита,- попробовала отказаться девушка.

- Да вы прекрасно выглядите! – пылко сказал Артур.- Собирайтесь. Уже скоро пять.

Линда сдалась. Она чуть подпудрилась, поправила прическу, костюм, надела шляпу и свой великолепный плащ со свободно летящей спинкой. Посреди комнаты остались стоять чемоданы.

- Мы заскочим по дороге в какой-нибудь отель? – спросил Дитрих.

- Какой отель? Не валяй дурака! – рассердился Зиберт.- Матушка давно тебе комнату приготовила.

- Тогда заедем в ближайший банк. Нам надо поменять наши марки.

Из окна машины Линда с интересом осматривала улицы и площади, по которым вез их Зиберт. Город понравился ей. Старинные дома, средневековые церкви, чистые зеленые улицы и парки произвели на нее хорошее впечатление.

Вскоре Артур затормозил возле высокой решетчатой ограды, заросшей кустами, за которыми стоял небольшой двухэтажный дом.. Зиберт несколько раз посигналил, ворота открылись, и автомобиль по широкой аллее подъехал к самым дверям особняка.

Почти весь первый этаж дома Зибертов занимала большая гостиная-холл, которая одновременно служила и столовой. Она разделялась стеклянными раздвижными дверями, и при желании в ней можно было принять много гостей. Украшенная красивыми растениями, она была очень уютной. Здесь гостей встретила хозяйка, привлекательная и моложавая еще женщина лет пятидесяти или немного старше. Она, улыбаясь, пошла навстречу Дитриху.

- Пауль, мой мальчик,- заговорила она по-немецки певучим приятным голосом.- Сколько лет мы не видели тебя. Помнится, ты приезжал сюда в тридцать пятом. Майн готт! Семь лет прошло. Нашей Сюзане тогда исполнилось тогда девятнадцать. Помнишь, как мы веселились, как ты ухаживал за ней, плут!

Она ласково обняла Пауля, который почтительно поцеловал ей руку.

- А это ваша попутчица? Рада видеть вас у себя, фройлейн…

- Эрлих, сударыня.

- Да, да… прошу вас, проходите. Вы впервые в Стокгольме? О, вы знаете, я сама со страхом ехала сюда. Но здесь прелестно. Тихий уголок земли… Вы уже видели свою квартиру? Это я посоветовала Артуру обратиться к госпоже Расмуссен. У нее очень приличные дома.

Линда видела, что г-жа Зиберт незаметно оглядывает ее всю, от костюма до прически. Не переставая говорить, хозяйка что-то поправляла на накрытом обеденном столе, указывала на что-то прислуге. На маленьком столике рядом стояло серебряное ведерко со льдом, из которого выглядывали бутылки с шампанским.

Артур усадил гостей на диван возле камина. Фрау Зиберт окинула последним взглядом стол и подсела к ним. Она стала спрашивать Пауля о Германии, о родителях, сестре. Линда оглядывала холл и удивлялась про себя богатой и изящной обстановке.

Наконец, хозяйка повернулась к ней, и Линда поняла, что теперь ее очередь отвечать на вопросы.

- Вы из Лейпцига, фройлейн? – спросила фрау Зиберт.- Прекрасный город. Я бывала там. На Карлштадтштрассе жила моя бабушка.

- На Карлштадтштрассе пансион, в котором я училась,- ответила Линда, помянув про себя добрым словом Пауля с его уроками.- А в парк Инесгоф мы ходили гулять после занятий.

- А какой в Инесгофе пруд! Говорили, что он времен еще Карла Четвертого.

- Его засыпали, фрау. На его месте теперь новый кинотеатр.

- Ах, эта цивилизация! – простонала г-жа Зиберт.- В Швеции все-таки больше ценят старину. И вы в этом убедитесь, дорогая.

В гостиную вошел худощавый мужчина лет шестидесяти. Он был повыше среднего роста, лицо аскетически сурово, темные глаза пристально вгляделись в гостью. Он поцеловал руку Линды, коротко назвав себя « Зиберт», потом обнял Пауля и стал что-то говорить ему.

- Мой муж очень много работает,- шепнула Линде хозяука.- Он крупный специалист по энергетике. Но, однако, где Сюзанна? Пора за стол.

И в эту минуту в дверях показалась хорошенькая молодая женщина в распахнутом легком пальто и берете.

- Добрый вечер! – весело поздоровалась она. Одну минутку, я разденусь. Только я не одна, мамочка. Со мной господин Ортель. Я опаздывала, и он подвез меня с бульвара Кюндстрем.

- Приветствую святое семейство,- басом провозгласил из дверей крупный мужчина лет сорока пяти с пышными усами.

- Здравствуйте, господин Ортель,- сказала фрау Зиберт и пояснила вполголоса:- Известный человек. Корреспондент « Инхольм-Экспресс»

Мужчина вошел первым, шумно поздоровался, отвесил общий поклон, с интересом поглядывая на незнакомую красавицу. Их представили. В ожидании обеда все негромко разговаривали на общие темы. Наконец, вошла Сюзанна, женщина лет двадцати шести, в ярком голубом платье, с пышными золотистыми волосами и темными живыми глазами. Она была чуть полна, но держалась легко и изящно. Она дала гостям время полюбоваться собой, потом поцеловала мать и отца, кивнула брату, пожала пальцы Линде и улыбнулась Паулю.

- Сюзи, а что с твоей лошадкой? – спросил Артур.

- Что-то с зажиганием. Завтра придет механик.

За столом Линду усадили по правую руку хозяйки, с другой стороны сел Артур. Все выпили шампанского, затем подали рыбу и десертное вино.

- Как, должно быть, страшно сейчас в Германии,- говорила г-жа Зиберт.- Как правильно мы поступили в свое время, что покинули ее. Мы спаслись от войны.

- Ах, мама, каждый цивилизованный народ должен воевать,- смело заявила Сюзанна, сидевшая напротив Линды.

- Зачем, моя прелесть? – спросил Ортель.

- Как зачем? Чтобы доказать всему миру свое превосходство над другими нациями.

- В вас бурлит арийская кровь,- серьезно сказал Пауль, сидевший рядом.- Или вы рождены быть девой-воительницей.

- Ни то, ни другое,- шепнул Линде Артур.- Просто сестра обожает офицеров. Она и замуж вышла за моряка. Он сейчас в Северном море, капитан военного судна.

- А вас не тянет в Германию? – тихо спросила Линда.

- Нет. Я не люблю военный режим. Но я всегда удивлялся, каким чутьем мои родители поняли приближение этой военной грозы. В тридцать первом году подвернулся случай переехать в Стокгольм. И вот мы здесь.

- Боязнь войны должна быть нормальным человеческим чувством,- вздохнула Линда.- Жаль, что многие этого не понимают.

- Слава Богу, скоро всему этому конец,- проговорил Зиберт-старший.- Вот-вот падет Сталинград, и перестанут гибнуть солдаты.

- А по-моему, до конца еще далеко,- пробасил Ортель.

- Вы ждете второго фронта?

- Нет, что вы! Русские прекрасно обойдутся без него.

- Боже, как ужасно вы говорите, Эдди! – воскликнула Сюзанна.- Пауль, вы же из Берлина. Растолкуйте этому провинциальному писаке, что к чему. Он совершенно не разбирается в военном положении.