'Только нашла свой сапог, стащенный Медвежутью.

Помыла доспехи.

Села пить чай.

Сказала: «Ну наконец-то тишина!» —

и в этот момент из Аномалии явился новый Король.'

Эрни Суетливая

В последнее время Меланита стала слишком часто ловить себя на странной мысли, что жизнь изменилась. И не по причине того, что смогла поступить в Академию Воинов Предела, что обрела Воплощение.

Нет, всё с точностью наоборот.

Жизнь перестала быть лишь погоней за Силой, чтобы отомстить предателям и отыскать брата. Жизнь словно решила самовольно вернуть себе краски и цвета.

И даже ответ на вопрос: «Когда это произошло?» — получалось легко отыскать.

Началось всё в миг, когда, придя в себя после боя с полчищами пауков в подземелье Лабиринта, Меланита обнаружила себя не только не там, погребённой и мёртвой, а живой и целой, и рядом с темноволосым парнем, что тоже лежал в беспамятстве. Лежал, но сжимал до белых костяшек знакомый клинок.

Нож её давно пропавшего деда.

А дальше — искра, безумие и добивание едва живого нового владельца ножа. Именно что владельца. Это обескураживало, тревожило и, более того, выбивало из всех эмоциональных ограничений, возведённых самой же Проклятой.

Просто так клинок деда не сменил бы себе хозяина, ведь это один из самых ценных артефактов, что за свою жизнь сотворил Создатель Вьюги. Причём артефакт, привязанный кровью не только к своему творцу, но и в целом ко всей семье Мелы. И тем сложнее давался к осознанию факт, что теперь клинок принадлежит чужаку. А тот совершенно ничего не знает о том, что ему досталось, и не понимает ни возможностей обретённого, ни свалившейся ответственности. Очень похоже на проделки Леди Удачи, которую так часто любил поминать по делу и нет Власт — нынешний владелец Узора Мороза.

С «не просто так» тоже не всё гладко. Без сознательного волеизъявления творца артефакт не привязался бы к другому человеку, да ещё и чужому по крови.

Всё это Меланита проверила сразу же, как только удалось заполучить Узор в руки. Проверила, но не приняла, что теперь Власт — самый главный для клинка, дед лишь второй, а она и вся её семья — вовсе третьи и далее по списку. С другой стороны, это обнадёживало знанием, что дед где-то там, живой… Осталось только отыскать его. И в том ей как раз и поможет новый владелец, хочет он того или нет.

Но всё это будет позже. Пока она в Академии и обязана выяснить судьбу брата, что отправился сюда же на Испытание год назад. Отправился и сгинул без вести. Во всяком случае, именно так гласила официальная версия, переданная её дяде, ставшему новым главой гильдии «Лёд».

Пока у неё ничего не получалось. Ни единой зацепки обнаружить не удалось. Не у кого было что-то выспросить, никаких упоминаний не встретилось о каком-нибудь архиве с информацией об учениках. Только терзали мрачные мысли, основанные на личном опыте прохождения Испытания. Меланита видела тех, кто не справился, видела то, что от них осталось. А ещё не видела тех, от кого вовсе ничего не осталось. И версия, переданная год назад руководством Академии, стала казаться действительно правдивой… Но Мела гнала прочь эти варианты.

Гнала и зарывалась в тренировки со всё большим рвением. А те, в свою очередь, отвечали ей взаимностью и становились с каждым днём лишь сложнее, всё больше отнимая времени и сил, стремясь заполнить собой всё. Словно хотели вновь вернуть ту изматывающую погоню за Силой, от которой Мела только-только очнулась.

Вероятно, так бы и случилось — всё вернулось на круги своя, если бы не та четвёрка парней во главе с Властом, что вытащили её из паучьих лап. И не только в тот смертельный раз, но и во все последующие моменты, так кстати оказывающиеся рядом. Взять хоть случай с Чупакаброй, где они красиво того отвадили, тогда как она видела только один вариант — решить всё силой и сразу. Пусть и понимала, что последствия могут ждать хуже побудивших причин. Или та невероятная щедрость с оплатой обучения, до сих пор неподдающаяся объяснению и вгоняющая в ступор. Впрочем, одна догадка была, но здесь она искренне желала, чтобы она таковой и оставалась…

Ребята не чурались её. Совсем. И речь не о том, что Меланита — Проклятая Пределом, этого-то она всё ещё не раскрыла никому. Нет, просто им оказалось абсолютно всё равно, что она — выходец из гильдии, «серая», а сами — из «чёрных». Причём они даже не спрашивали, из какой именно гильдии. Хотя, может, и догадались-узнали по тому гербу, что видели у неё. Зато с другими «гильдейскими» парни частенько вступали в жаркие словесные баталии, и нет, не из-за неё и притязаний Чупакабры, а сами по себе. Пока всё держалось в рамках дозволенного правилами Академии, но с каждым днём напряжённость росла, как и уровни всех вокруг.

Уровень… Тут крылась одна из самых больших проблем на текущий момент. Предел не поскупился и явил во всей красе особенность Мелы. Сперва неудобные вопросы задавал Власт, на которые она пусть и ответила в целом правдиво, но сама же понимала, что некоторые нестыковки слишком бросаются в глаза. Сгладить их можно было только полной правдой, но рассказать её кому бы то ни было Меланита банально была ещё не готова. Затем скоростью её быстрого развития заинтересовался старший Ноэт и постоянно норовил засыпать вопросами, будто стараясь подловить на лжи, на том моменте, когда Меланита запутается в ней. Но тут всё складывалось хорошо — откровенную ложь она избегала, предпочитая уклониться от ответа или вовсе состроить глупенькое выражение лица. Пока это работало.

Но было место, где что-либо утаить не представлялось возможным.

Практические занятия.

Там наставник награждал её такими нагрузками, какие более не доставались никому. Даже тем, кто достигал её прошлого уровня. Это Меланита поняла слишком поздно. Она-то, наивная, выкладывалась на полную, превозмогала всё и осознала ловушку, в которую угодила, когда уже стало поздно — показала возможности, выходящие за пределы своего уровня. Но стоит отдать старшему должное — ни разу тот не подал виду, что что-то не так. И никому другому не тыкал её примером. И тренировки назначал ей по большей части такие, что проследить за их процессом мало кому удалось бы.

Например, одно из полюбившихся ей занятий проходило в Круге Невесомости. Следовало встать на большую платформу, которая создавала над собой поле, позволяющее левитировать. А дальше в ход вступали фантомные крылатые Звери, нападающие буквально отовсюду, а Меланите при этом необходимо было уклоняться от всех атак, отталкиваясь от стен и даже самих тварей, оказавшихся пусть и неживыми, но материальными. А стоило пропустить хоть один удар, как поле пропадало. И падать с высоты больно. Приходилось попутно тренировать легендарное приземление Воинов Предела, потому что иначе приземляться тоже становилось чересчур больно — срабатывал какой-то другой артефакт, пробивающий всё тело настолько мощным разрядом чего-то, что чуть ли не разрывало мышцы и ломало кости.

Самым любимым местом стало другое.

Стена Мелодий.

Располагалось оно так же, как и Круг, в одном из изолированных ответвлений практория. Доступ к Стене впервые появился только на седьмом уровне, этапе Сателлита Кожи. Вся Стена, выглядящая как высоченная плита из стекловидного камня, была испещрена бесчисленными шрамами от полученных за десятилетия ударов. Каждый удар по ней порождал в ответ звук. В зависимости от силы, скорости и ещё доброго десятка параметров, с которыми производилось воздействие, звук рождался совершенно разный. От приятно-мелодичного до мерзостно-дисгармоничного. Наставник даже легенду поведал, что на стене можно сыграть известнейшие симфонии прошлого при должном умении. Но последний раз этого добилась только Эрни Суетливая. Да и случилось то, когда ту одолела очередная хандра от того, что нигде нет суеты, что негде её навести. И не с кем.

И Меланита загорелась! Страстно желала если не повторить прошлый подвиг великой Первой, то воплотить легенду уже самой. Тем более кое-какие представления о музыке имела из своей прежней жизни, когда детство ещё было счастливым, когда мама радовала их игрой на скрипке в редкие вечера спокойствия. Потому девушка и стала часто пропадать здесь до глубокой ночи после всех обязательных занятий.

Правда, случилось это уже после того, как она погасила огонь предыдущего интереса, разожжённый когда-то в подземелье Властом.

Мела освоила-таки на практике навык со сменой рук для клинков Воплощения. Далось это с изрядным трудом, пришлось ломать устои своего сознания, а может, и чего-то более глубинного. Но результат окупал все потраченные дни и усилия сторицей! Разнообразие её приёмов резко возросло, причём не только благодаря наставнику, проводящему с учениками разъяснительные и демонстрационные занятия по обращению с их типом Воплощения. Меланита словно прошла повторно этап Воплощения Ядра, и Предел расщедрился на новую порцию знаний-навыков. Странным же было то, что никто более не смог повторить её успех. В том числе и сам старший.

Но всё перечисленное, вся текущая жизнь Мелы стали возможными не только из-за новых и, пожалуй, по-настоящему первых друзей.

Всё стало возможно благодаря неожиданному подарку самой Госпожи Судьбы. Проблема с её последним — во всех значениях этого слова — Ядром Зверя разрешилась невероятным образом. Оно полностью восстановило свой заряд. И невозможности не заканчивались лишь на одной «зарядке».

Ядро ещё и качество своё повысило.

Теперь в руках Меланиты находилось то, из-за чего и сломалась её прежняя жизнь — пропали и погибли родные, гильдия пришла в упадок, став чужой.

Это пугало.

Не дай Предел, кто-то узнает о подобном сокровище в руках ученицы-отщепенки всего лишь восьмого уровня. Исчезнет, и — всё! Знать не знаем, не поступала к нам такая. К тому же, пугали и необъяснимые причины столь кардинального изменения сущности, дарующей Меланите новые мгновения настоящего. Никогда прежде ни о чём подобном не доводилось слышать. Она даже весь доступный ярус Библиотеки облазила втихомолку в поисках объяснения этого феномена. Но — пусто.

И всё бы хорошо, но сегодня всё изменилось.

Вместо привычной четвёрки ребят её встретили трое.

Аркос, Кирон и Миктлан.

Власта не было.

И всё бы хорошо, если бы не два «но».

Первое — лица парней выражали неподдельное беспокойство, а Кирон и вовсе встречу начал с панического:

— Всё пропало! Власт пропал!

Дальше подключился Миктлан с пояснениями:

— Мы стучали, мы звали, но никто из комнаты так и не отозвался, никаких признаков жизни оттуда не подали.

— Надо к кому-то из старших идти! — стоило закончить Миктлану, как тут же снова Кирон-паникёр возник.

Но Круглого тут уже охолонил и сам Светлый:

— К кому ты здесь пойдёшь? Тут тебе не там! Мы — лишь обезличенные личинки Воинов. Нет каких-то воспитателей, закреплённых за группой учеников. Да и самих групп нет.

— Твоя правда, Микт, — понурился в ответ Кирон.

Над обоими спорящими молчаливой скалой возвышался угрюмый Аркос.

Всё ещё пребывая в некоем непонимании ситуации, Меланита произнесла первое, пришедшее в голову:

— Группы есть. Практические же.

— «Забывашки», — прогудел Шкаф.

— Точно! — воскликнули в унисон Миктлан с Кироном. — Идёмте скорее!

— А вы не слишком торопитесь с выводами? — Мела справилась с первой реакцией и приступила к выяснению всех обстоятельств возможной пропажи.

— Опаздываем! Ты же сама вчера волновалась, что он после практики не явился на сбор в столовку! — тут же развернулся к ней Кирон.

И да, Круглый был прав, такое действительно имело место.

Пусть Власт в последнее время и проводил всё больше и больше времени за своими занятиями и медитациями в попытках преодолеть барьер, но раз в неделю железно выбирался на общий сбор в столовку. Вчера как раз был один из таких дней. И Меланита почему-то не на шутку забеспокоилась, когда парень не явился на условленную встречу. Как будто давно застывшее во льду сердце кольнула неожиданная боль нехорошего предчувствия… Давно она ничего подобного она не чувствовала. Даже когда извинялась за свой поступок в подземелье перед Миктланом — раскаялась разумом, но не душой. Если вчера ещё неявку Власта объяснить как-то можно было, то сегодня уже никак.

Потому и согласилась сейчас:

— Идёмте! — и поспешила впереди всех, просто потому что только она и знала полный путь к П-1-З, что находился не так далеко от её П-1−2М. Тем более что из любопытства как-то даже добиралась до места истязания Власта.

Но сегодня там встретила их неудача. Практорий оказался закрыт опостылевшей неприступной пеленой. Оставалось только принять нелёгкое, но верное стратегическое решение: «Отступить сейчас, чтобы вернуться потом» — а именно, что перед практическими занятиями. Уж тогда-то наверняка доступ внутрь будет открыт.

Расположившись в столовке, хотели было приступить к мозговому штурму проблемы с нежданно исчезнувшим, как внезапно рядом раздался вопрос, заданный очень робким голосом:

— Простите… А ваш друг тоже исчез?

Да настолько неожиданно прозвучало, что аж вздрогнули! Только что рядом с ними никого не было. Пустота вокруг на пяток столов, а потом бац — и стоит та девчушка-Ангел, подруга Амазонки.

И это второе «но» из списка.

К сожалению Власта, он постоянно забывался и часто вместо имени использовал собою же придуманные прозвища. А если уж имени не знал, то вообще пиши пропало. К текущему моменту под сотню прозвищ его монструозный мозг точно породил, но это лишь примерное число только на основе того, что им довелось услышать. Витало подозрение, что прозвищ на самом деле много, много больше.

И Меланиту в этом кое-что смущало. Власт никогда не обращался к ней иначе как по имени. Но смущало не в прямом смысле слова, а скорее обижало. Почему только она одна не такая? У всех остальных по одному, а то и по два прозвища.

Так вот, эта белокурая малышка стояла рядом и настолько требовательно смотрела на их команду своими красными глазищами, что становилось жутко неуютно. И от нечеловеческого цвета глаз, и от напора-требования, в них плескавшегося.

Потому в царившей вокруг тишине громом небесным и прозвучал скрежет стула по полу — Меланита, похоже, что единственная из команды, кто не впал в ступор от внезапности явления Ангела, отодвинула тот от стола, сопроводив словами:

— Присаживайся…

— Камелия. Меня зовут Камелия, — робкий голос Ангела чутка окреп, а затем девчонка присоединилась к их группе.

Имя ей чудо как подходило, будто подбирали его исключительно под её же цвет глаз. Редко, очень редко в современном мире встречались носители необычной радужки. И, как ни прискорбно, но почти всегда это не несло никакого скрытого значения — не обладали особыми силами их владельцы, а скорее даже наоборот. Такие, как Флагран Сжигающий, были настоящими самородками.

Камелия же присоединилась к ним не только сейчас, а в целом. Во все последующие дни и даже недели она стала оказываться за их столом. Но никто против не был — и их команда, и девчонка остались без важных для себя людей, в компании с которыми гораздо легче было преодолевались все преграды, возникающие по ходу учёбы.

«Забывашки» исчезли вообще все, их практорий так и продолжил оставаться всё время недоступным.

Любые другие старшие, к которым ребята обращались с вопросами относительно судьбы Власта и Флаграны-Амазонки — подруги Камелии, — либо совсем молчали, либо выпроваживали их, советуя никак не отвлекаться от учёбы. Ребята уходили, чтобы на следующий день вернуться вновь и досаждать всем доступным наставникам теми же вопросами.