'Я не соревнуюсь за славу.

Я сражаюсь за то, чтобы её было кому передать!'

Дисан Неистовый

— Куда, зачем? — продолжал недоумевать я.

— За надом! — а Микт всё никак не хотел объяснять ничего. — Расталкивай давай сестру нашу боевую, а я книги поставлю на место пока, — и, прихватив томики, скрылся за стеллажами в указанном мной направлении.

Даже после исчезновения объекта внимания с глаз долой растолкать-дозваться до Меланиты вышло не с первой попытки. Книга держала её ещё более цепко, чем меня. Но — смог! И за малым не утонул в той обиде, что плескалась в глазах девчонки. И это поборол!

Или мне помогли, потому как Светлый вернулся и спас:

— О, Мела очнулась уже! И гораздо быстрее, чем тебя расталкивал, Власт! — укорил меня и начал сразу поторапливать обоих: — Давайте, встаём и дружненько в темпе за мной!

Всё ещё ни Предела не понимая, переглянулись с гильдейской и потопали вниз, прочь из Библиотеки…

По ходу дела, наконец, расколов Миктлана.

Выяснилось, что ребята не просто ушли узнать упущенное из виду у старшей Либеры, а осенила их одна «гениальная» мысль по пути. Раз уж все распечатали свой нулевой баланс, то теперь не только Аркос и я можем попасть в СТ-2-О. И чего времени даром пропадать? По времени далеко не то, что до вечера, далеко даже до четырнадцати, когда всем нужно быть в практориях. И в новой столовке картина настолько отличалась от первой, что быструю разведку решено было на месте и сразу переформатировать в плотную и долгую осаду.

Что же до вопросов, на выяснение которых они убыли, то Библиотека работает всегда, доступ у учеников в неё есть круглосуточно. Только несколько раз в году двери становятся запертыми. И сегодня как раз один из тех дней — время, когда проводятся Приветственные Испытания новичков.

По второму же ответ не столь радостен. Удары часов-гиганта не слышны внутри хранилища знаний.

Но решение проблемы есть. И оно — наши драгоценные пластины-ключи. Уже сейчас в них доступно несколько полезных функций, но на самом деле их перечень гораздо, гораздо бо́льший. И чтобы их разблокировать, необходимы баллы, которые безвозвратно списываются ради этих благ.

Так вот, открытие функции часов сто́ит всего-то сто баллов. Взамен получаешь возможность отслеживать реальное время, устанавливать будильники и таймеры, использовать секундомер. Удобно, но дорого. Пока что, во всяком случае. Без понятия, как там дальше и в каких количествах получится зарабатывать очки, но сейчас всё добыто исключительно на везении и в однозначных числах, а потому только и остаётся, что облизываться на ништяки и плюшки.

СТ-2-О встретила нас совершенно иначе, нежели её предыдущая версия. Знакомство началось приятно — запахи, витавшие здесь, не шли ни в какое сравнение с прошлыми. От них не выворачивало, не рождалось желание развернуться и уйти чуть ли не бегом, не появилось стремление стать обладателем легендарных техник перемещения Эрни Суетливой, в том числе и сквозь стены. Наоборот, вполне привычное человеческое чувство голода разгоралось ярче, предчувствуя свою скорую кончину.

Следом за обонянием порадовала и визуальная составляющая убранства столовки. И под впечатлением от него язык уже не поворачивался на такое уничижительное наименование. Уместнее сказать было бы что-то типа «трапезная»: столы намного меньше, вместо скамьи рядом — стулья, пусть не мягкие, но уже отдельные. И отсутствие мягкости наталкивало на мысли, что она, мягкость, встретит счастливчиков в СТ-3-что-то-там. И мы обязательно постараемся оказаться там первыми! А не выйдет, то снизим планку на уровень — на «среди первых».

И расстояние! Здесь оно между столами-островками было немного, но больше, шире, если, конечно, память не изменяет мне за предыдущую. И его такого вполне достаточно, чтобы шёпот одной компании не услышали за соседним. Приятно, Предел побери!

Если и визуально-вкусовая составляющая пищи не подкачает, то и вовсе живём счастливо.

Аркос и Кирон обнаружились за, вроде бы, тринадцатым столом от входа. Но цимес заключался далеко не в его порядковом номере, а в том, что располагался он у окошка. Да-да, здесь были окна! Не замкнутое пространство-коробка титанических размеров, а вполне приличная и со всех сторон приятная зала. А за окошками, пусть и не в пол, как в лектории, качали зелёными ветвями невысокие деревья.

— Я — туда, а вы — на раздачу. Она во-о-он там, — указал Микт нам с Мелой дальнейший путь, а сам направился к что-то увлечённо уплетающим за обе щёки Аркосу и Кирону.

— Ты со мной? Или сразу к ним? — спросил у девушки, памятуя о словах о ненужности ей пищи.

— С тобой, — ответила она, чем отчего-то порадовала меня. Что-то неладное со мной происходит. Но что? Надо бы разобраться на досуге.

Двигаясь дуэтом к стойке, что маячила примерно в центре помещения, продолжал его осмотр. А точнее, рассматривал украдкой тех немногочисленных братьев и сестёр, что присутствовали здесь. Навскидку насчитал человек тридцать.

Первыми из них всех в глаза бросилась весьма колоритная парочка. Не в романтическом смысле, а просто две девушки. Колоритность их пары могла с лёгкостью поспорить с контрастностью наших «неуязвимых».

Одна — рослая, мускулистая, своей статностью похожая на единоутробную сестру-близняшку нашей Скалы. Помимо выдающейся фигуры, имела и кое-что ещё сильно выделяющееся — рыжие волосы, заплетённые в толстенную длинную косу. Даже и не знаю, кто победил бы на конкурсе рыжих — она или Флагран с недавно виденного холста. А на языке так и вертелось дать ей прозвище, звучащее как «Амазонка».

Согласно легендам древних, одно из самых загадочных и мифических племён, оставивших в культуре прошлого незыблемый след в археологии и фольклоре. В сказаниях — воинственное племя женщин-воинов, живущих отдельно от мужчин. Сражались на конях с луками, саблями и топорами, а иногда и копьями. Охотились и поклонялись богиням. И каждая амазонка в течение жизни должна была обязательно убить врага, чтобы доказать свою силу и стать полноценной воительницей. Мужчин же изгоняли или жестоко убивали после использования для продолжения рода, оставляя дочерей и воспитывая их как воинов, а сыновей отдавая отцам.

Второй девчонкой оказалась та сестра с робким голосом с первых рядов, что самая первая заработала балл. И настолько миниатюрная, что вспомнилась сказка о Дюймовочке. Тоже история из времён до Пришествия, повествующая о девочке, рождённой из цветка, прошедшей через множество испытаний, прежде чем обрести счастье. Миниатюрная сама по себе, а не рядом с могучей подругой, хотя это, конечно, тоже давало взрывной эффект. Белокурая малышка производила впечатление самого настоящего ангелочка, а своей «светлостью» затмевала даже нашего Миктлана. Увидь её первой, никогда бы не дал тому прозвища «Светлый». Её же про себя окрестил по той самой возникшей ассоциации — «Ангел». Ещё б крылышки ей — и совсем завершённый образ!

И тут я аж споткнулся и наверняка упал бы, если бы не рука Мелы, обхватившая моё предплечье и равновесие удержать помогшая.

Вот так встреча, брат-жених из «свидетелей»!

Сидел парень в одинокой гордости совсем недалеко от стойки, надменно осматривая столовую, будто прикидывая, кого ещё попробовать задоминировать.

А потом наши взгляды встретились — искра, неприязнь, безумие!

Впрочем, долго друг другу в душу мы не смотрели, он увёл взор в сторо… А-н нет, не в сторону! Если правильно понял-проследил направление, то сместил он его на наши с Меланитой руки… Потому как сразу же вернул-воткнул его в меня. Но теперь вместо простой неприязни там горел огонь иного чувства.

Ярость? Ненависть? Бешенство? Их ядрёная смесь?

И, кхм, такую реакцию мог легко объяснить — со стороны выглядело всё так, словно иду я с девушкой под ручку, словно как раз-таки из всех присутствующих именно мы и есть та самая романтическая парочка.

А я чего? А я и не стал разубеждать его в непонимании ситуации — не убрал, не отдёрнул руку, а, наоборот, постарался как можно счастливее улыбнуться и, отвернув голову к Меле, поблагодарил:

— Спасибо! — а потом совсем тихо добавил: — Не убирай руку, твой женишок-неудачник смотрит. Пусть бесится.

В ответ её рука чуть сжала мою, давая понять, что предупреждение услышано, а уже голосом девушка ответила, мило улыбнувшись:

— Всегда пожалуйста, Власт.

Да так сказала, что у меня на сердце тепло разлилось, а от Чупакабры — ему подходит! — послышался отчётливый скрежет зубов. Казалось, ещё чуть-чуть, и вовсе зарычит!.. И, провожаемые немузыкальным скрипом и взглядами, привлечёнными им же, без иных происшествий добрались к цели.

А там ждало нас прекрасное. Несколько видов блюд, от которых текли слюнки. Во всяком случае, у меня, за гильдейскую не знаю, всё ещё не понимаю, как она может быть индифферентна к еде. Особенно такой!

— Ты точно не голодна? — не удержался, спросил.

— Точно, — прозвучал однозначный ответ.

— Но как? — воззрился неверяще.

— Расскажу, но потом, — родилось обещание.

— Буду ждать, — пришлось согласиться.

Выбрав пару особо приглянувшихся вариантов да прихватив стакан с тёмно-красным питьём, отправились к ожидавшим ребятам.

А там нас встретили ехидные улыбки, значение которых озвучил радостный Кирон:

— А вы времени даром не теряете — уже за ручки держитесь!

Без понятия, могла ли начаться ледяная буря по соседству, причём опасно близко ко мне, но всё равно постарался упредить её зарождение, поспешив развеять возникший у парней образ:

— Братва, не гоните, это ж спектакль для вчерашнего Чупакабры! — и вроде бы получилось, улыбки стёрлись с лиц, а сбоку холодом веять перестало. Фух!

И, не желая более напрасно терять времени, принялся за свой паёк, не обращая внимания на ребят, вознамерившихся засыпать вопросами о чём-то ещё.

Первым выбранным блюдом стала моя единственная и неповторимая, простая и незатейливая кулинарная любовь — жареная картошечка с настоящими лесными грибочками. «Вкус счастливого детства» — так про себя всегда называл сей шедевр. Мама часто готовила её на ужин, потому как картошка была доступна и дёшева, привозимая огромными партиями из Анклава Беларусь, а грибы добывались в близлежащих к гарнизону лесах. В интернате о таком только мечтать и вздыхать мог. Так что — мням!

Вторым, а точнее, дополняющим к первому, шёл свежий, умопомрачительно пахнущий, хрустящий и слегка поджаренный ржаной хлеб. Сочетание, достойное любых времён и богов! Что уж говорить о Голодной Смерти, коей пришлось отступить под столь мощным натиском.

А затем наступил финал — тёмно-красным напитком оказался кисель. А с учётом оставшейся пары кусочков хлеба он стал последним гвоздём в гроб голоду.

Закончив завтрак-обед, зажмурился от удовольствия и расслабленно откинулся на стуле, возвращаемый к реальности чужими словами:

— Власт, моё тебе уважение! — их хозяином был Аркос. — Никогда не видел, чтобы жарёху ели с таким аппетитом. Заставляешь по-новому взглянуть на неё. В следующий раз обязательно попробую отыскать в ней то, что видишь и ощущаешь ты.

Видимо, Скала реально проникся — за моё недолгое знакомство с ним сейчас прозвучала самая длинная в его исполнении фраза. И похоже, что не только он — Кирон согласно вторил ему, кивая, а после сказал:

— А я не буду ждать следующего. Попробую прямо сейчас! — и утопал за ней.

Миктлан ничего не сказал, лишь покрутил пальцем у виска: «Дескать, больные так реагировать на какую-то картоху» — и продолжил смотреть куда-то в сторону. Хм-м, неужто? Проследив, получил подтверждение — Светлый загипнотизировался теми самыми девчонками — Амазонкой и Ангелом, а если конкретно, то последней.

Меланита же просто переводила взгляд с одного на другого, думая о чём-то своём, ведомом только ей.

А я наконец вышел из состояния нирваны и предложил:

— Вы хотели что-то спросить. Теперь я готов отвечать.

— Нет, сперва вам с Мелой ещё кое-что интересное дорасскажем, я по дороге сюда не всё успел, — начал вещать Светлый, вернув внимание к нам. — Баллы не только зарабатываются или отнимаются за штрафы. Каждый день они ещё и сгорают, какой-то там процент. Как подсказала старшая Либера, в нашем случае это целая одна штука, пока не достигнем сотни, а за ней совсем другие значения пойдут. В общем, там то ли табличка, то ли формула есть.

— Старшему Хтору, наверное, сейчас нехило так икается от меня, — озвучил свою позицию. — А уж как будет от остальных, когда они тоже узнают.

— И не говори, мы тоже уже успели повспоминать его, — поддержал Микт и затем дополнил: — Причём не единожды. Взять то же расхваленное упрощение перемещения между учебными залами через пелену. Не для нас тема — сто́ит баллов баснословных и дорогих не на нашем уровне, а в целом. И тут мы подходим к самому главному, — и замолчал.

— Чего умолк-то? Договаривай давай! — потребовал я.

— Самое главное и самое же паршивое в истории с баллами — рейтинг. За первое, второе, третье места — есть большущая пачка привилегий, за первый десяток, полусотню, сотню и так далее — свои.

— Прости, а что тут плохого-то? По всем признакам, мы же сейчас на его вершине, — в разговоре решило принять участие неожиданное лицо — кажется, в отчуждённости Мелы появилась новая трещина, что не могло не радовать.

— Рейтинг един для всей Академии, всех курсов, — ответил Миктлан с нечитаемым выражением и замолчал, давая нам осмыслить всю глубину.

— Ох ты ж, Туманный Ёжик! — похоже, я опять вслух подумал, потому как Светлый закивал согласно.

— Не может такого быть! Это же пропасть! — ого, а вот столь эмоциональной реакции в ближайшую пятилетку от нашей гильдейской вообще не ожидал. И, хм, это уже выглядит не радостно, а подозрительно. Что-то нехило так корёжит нашу…

Так, пора срочно придумать Меле прозвище! «Гильдейская» совсем уже мимо. Оставив зарубку в памяти, вернул внимание к реальности, где всплывали новые подробности со стороны вернувшегося с раздачи Кирона:

— Может-может! Во всём виноваты пластины-ключи Академии. Они все связаны в единую сеть. Они выдаются на всё время обучения. Вот и получилось, что получилось.

Да-а-а… Вот что такое настоящее фиаско! Ведь я навоображал уже нашу команду мечты как первых парней и красавицу на деревне, тьфу, в Академии. А теперь что? Получается, надо обратно отматывать, «размечтовывать» — корявое слово, но именно так процесс наиболее по́лно можно характеризовать. Облом, везде облом.

— Итого имеем следующее: ученики старших курсов являются единственными владыками всех плюшек от рейтинга, а нам только ждать, когда они выпустятся и вернут свои пластинки. И тогда всем набором дружно поедем «вверх» списка. Но до такого светлого будущего придётся влачить жалкое существование на самом дне. Чего-то не по нутру мне такая картина.

— Истину глаголишь, как всегда, Власт, — раздалось со стороны Миктлана.

Да Предел задери! Опять я вслух думаю! Тут не только у Мелы проблемы с её холодностью-отчуждённостью треснувшей. У меня вот самоконтроль шалит.

Стоило только подумать о девчонке, как раздался её же голос:

— Нет, Власт. Я с тобой не согласна. Не влачить и не жалкое.

— Почему? — обернулся к девушке.

— Потому что мы не будем сидеть сложа руки. Мы заложим фундамент, чтоб если вверх, то в самое Небо!

— Хо! Крепко сказано! — пришла похвала от Скалы.

— Пусть ещё будоражит меня иногда наша первая встреча, но сейчас согласен на все сто сорок шесть с тобой, — даже Светлому идея-стремление гильдейской понравились.

А мы с Кироном переглянулись и дружно бахнули каждый своё, но похожее:

— Слово «неуязвимого»!

— Слово «сжигающего»!

* Туманный Ёжик: https://author.today/reader/433488/4321410