'Надеешься на дно?

Зря!

Оно обманчиво.

Всегда есть ступенька ниже.'

Потря Суровый

Сколько бы Меланита руки не тянула и не ждала, эффект был один.

Точь-в-точь такой, как у меня.

Воплощение совсем не спешило являться на зов.

— Что за?.. — настал и её черёд озадаченность выражать.

— Вот и я о том же, — сперва поддержал озвученное девчонкой замешательство, а затем уточнил: — Скажи, в момент того удара Мечи развеяла ты, или они самопроизвольно пропали?

— Погоди секунду! — вместо ответа произнесла та и знакомо замерла.

Только мысль оформилась, что не один я в панике ринулся проверять Средоточие Предела, как Мела вернулась ко мне:

— Так… С Ядром всё в порядке. У тебя тоже?

— Да-да, тоже, — махнул рукой и продолжил требовать: — Ты лучше на мой вопрос ответь!

— Хм-м, об исчезновении? Дай-ка вспомнить, — тут Меланита задумалась куда как дольше, чем ушло на проверку Ядра. — Я точно помню, что рук не разжимала на рукоятях, так что не могли они из-за этого пропасть. Получается, сами? — и воззрилась полувопросительно на меня.

— И да, и нет. Мне кажется, тот удар-звук, что с ног нас сбил, как-то повлиял на способности. Ну или это сделала та волна устрашения, что последовала за ним. Если это, конечно, не одно и тоже. В общем, хочу сказать, что вряд ли это запоздалое последствие от синергии, — немного сумбурно, но поделился выводами, к которым успел прийти.

— Не могу не признать, что твоя версия звучит вполне логично. Особенно, если принять во внимание моё уточнение о развеивании Ноля, — кивнула и Мела, соглашаясь. — Но раз ты умный такой, может и предположения о возвращении сил имеются?

— Увы, — развёл руками.

Ну а в самом деле, какие тут предположения можно иметь? Правильно — никаких. Только если погадать, других вариантов нет. Это с блокировкой вроде как стройную цепочку выстроить удалось, потому что нашлось на что-то опереться.

— Ситуация, конечно, неприятная, — подвела этакий итог Мела с нотками грусти.

— Почему же сразу неприятная? — возразил. — Вполне себе рабочая. Во-первых, не всё так страшно, как выглядит. Вспомни, я долгое время не мог Воплощениями пользоваться, и ничего — жив, цел и даже немного Грозовой Орёл!

Последнее сравнение употребил совсем не зря. Немного приунывшая девчонка воспряла духом, едва заметно улыбнувшись:

— Допустим. А во-вторых?

— Во-вторых, как минимум проблема с цветком разрешилась, и сила для прокладывания дороги нам пока не требуется, — указал в направлении единственного выхода из обители Владыки. — Можем хоть сейчас уйти.

Мела взгляд с меня на тёмный зев почти неразличимого прохода перевела, хмыкнула и сказала с куда большим задором:

— Звучит как предложение, от которого не следует отказываться.

— Тем более, что есть ещё и «в-третьих».

— А? — её взгляд вернулся ко мне.

— После удара свет стал менее ярким. Приглядись, — и ткнул пальцем в местное «небо».

Громадная руна на потолке, что и после разлома ранее нисколько не потеряла силы своего света, начала угасать. Насколько стремителен будет этот процесс — вопрос открытый, но и ответ на него никто ждать не собирался.

— Власт, позволь я исправлюсь, — вновь раздался голос девушки. — Нельзя. От предложения не «не следует», а нельзя отказаться.

— В таком случае — решено единогласно! — констатировал окончательный вердикт предстоящим нашим свершения.

Будучи на опыте, лагерь свернули не в пример быстрее, чем в прошлом. Практика однозначно решает: раз-два — и все дела! Дольше всего пришлось повозиться со сбором разбросанных значков. Оставлять их воспринималось расточительным кощунством — не раз они уже помогали мне на жизненном пути.

Пока сборы вели, ещё несколько раз пробовали призвать Воплощения, но все потуги оказались тщетны. Сила ни в какую не желала отвечать. Так что вздыхали да продолжали намеченные дела.

Помимо Воплощений пытался я и свою «книгу» навыков из подсознания вытащить, надеясь хотя бы в ней увидеть изменения способностей. Увы, но неудача и сюда смогла протянуть свои ручки — «книга» не отозвалась, и убедиться в наличии метаморфоз из-за воздействия Атрибута не вышло.

Когда уже стояли у выхода из обители, когда свет руны уже практически померк, не сговариваясь с Мелой, обернулись и окинули прощальным взглядом место, что стало свидетелем очень и очень многого: непредсказуемого и опасного, болезненного и тяжелого, приятного и окрыляющего.

На ступеньки, ведущие вверх, я вступил в гордом одиночестве. Проявил, так сказать, самоотверженность. Меланита тоже порывалась, но после того, как я на неё слишком уж пристально и веско посмотрел, вняла голосу безмолвного разума и отступилась.

На сей раз наш старый враг никак себя не проявил. Никакой ловушки меня не поджидало. Даже несколько раз поднялся-спустился туда-обратно на десяток ступеней, но всё выглядело совершенно безопасным. Верилось этому, правда, с трудом, а потому скрепя сердце кивнул гильдейской, давая добро.

Поднимались медленно, постоянно ожидая внезапного подвоха. Это напряженное ожидание вымотало нас много сильней, чем бесконечное число выступов, что возникали и возникали перед нами. Впрочем, вид их тоже внёс весомый вклад в усталость, отчего «выступами» их и прозвали. Тёмные, едва различимые в зелёном свете старых-добрых кристаллов, коими мы подсвечивали себе путь, ступени имели ещё и очень неудобную для нас высоту. Во-первых, она менялась от одной к другой — та выверенная идеальность, которую нам когда-то показали на спуске и которой тогда же подло лишили, здесь отсутствовала. Каждый шаг приходилось выверять заново, чтобы ненароком не упасть-запнуться и ногу не подвернуть. Во-вторых, высота иногда доходила до таких величин, что вообще непонятно становилось, на кого данный подъём рассчитан, особенно если учесть ещё и его ширину. Всё-таки что Меланите, что мне очень далеко до телосложения того же Аркоса. Но слабо верилось, что даже его могучего роста хватило бы для комфортного восхождения. Окончательно эта вера пропала, когда в поверхности некоторых ступеней мы стали замечать следы.

— Может я ошибаюсь, но вроде у названного тобой Владыкой как раз и был похожий размерчик, — произнесла Мела, когда мы впервые замерли над одним из них.

— Знаешь, Мела, — ответил ей, — я искренне надеюсь, что это его следы. Нам сейчас ну совсем не в масть встретить того, кто мог бы их оставить здесь.

— Не ты один, Власт. Не ты один надеешься, — отозвалась и она, и мы продолжили нелёгкое восхождение, перемежаемое редкими попытками призвать Воплощения.

Достижение последней из ступеней нами, измождёнными, воспринялось чуть ли не настоящим благословением Предела. Это при том, что мы без понятия, существует ли оно на самом деле, или это очередная подача желаемого за действительное одним из религиозных орденов.

Путь завершился там, откуда и начался — то же пустое пространство подножия Башни. Разве что с двумя отличиями, которые заметили не сразу. Преодолев последнюю ступень, мы буквально рухнули на пол и какое-то время бездумно лежали, глядя во тьму над головами. Когда силы вновь нашлись в телах, то первым, бросившимся в глаза, стало почти полное отсутствие освещения, за исключением наших же кристаллов. На стенах Шпиля более не проявлялись символы и узоры, даруя крохи своего света.

— Такое ощущение, будто Башня… умерла, — произнесла Мела, оглядываясь по сторонам.

— Как бы странно это не звучало, но очень похоже, — согласился, думая и сам о том же.

Пусть проявления рун и были опасны, если вспомнить о судьбе Примечательного, но тем не менее воспринимались неким дыханием архитектурного творения неизвестных мастеров. Было очень похоже, что прекратилось оно после удара. Во всяком случае, после затухания руны в обители, мысли наводили именно на это. Смерть Владыки вряд ли могла сказаться спустя такое долгое время, а значит виновато что-то другое.

— Мела, — окликнул девушку, что уже успела встать и ходила кругами, что-то старательно выискивая во мраке, — нам надо наверх.

— А? Хорошо! — отозвалась та так, словно и вовсе не слышала, о чём я говорил. Гильдейская была напрочь поглощена своими поисками.

— Ты что-то потеряла? — спросил, когда малость надоело наблюдать за ней, беспорядочно бродящей туда-сюда. Будь здесь светлее, можно было бы и дольше смотреть на её фигурку, но увы интерес отсутствовал.

— Да, потеряла, — тут же ответила она. — Где спуск, через который попали вниз? Где подъём, через который только что вернулись?

Вот здесь-то и вскрылось второе отличие пространства от себя прежнего. Всего оставшегося в Башне отныне — подъём наверх и арка выхода. Накопившаяся усталость и ленивые размышления так притупили внимание, что напрочь упустил из виду подобный казус. А Меланита — нет. Она молодец и бдительности не потеряла.

Тогда уже и я соизволил наконец-то подняться и даже вслед за девчонкой нарезал пару кругов по знакомому по старой памяти подножию Башни. Знакомому настолько, что некоторые участки пола со своим особым рисунком и следами-выбоинами капитально отпечатались в голове — круги, которые намотал, пока Мела отдыхала, а потом создавала Ядро Атрибута, прошли не зря.

— Вероятно, вот это уже наша, так сказать, вина, — подытожил и свои безуспешные поиски.

— Думаешь, победа над Владыкой так сыграла?

— Других вариантов не вижу, — отозвался, завершая очередной круг у оставшегося подъёма к вершине.

— В принципе, не лишено смысла, — Мела остановилась рядом. — Спуск доступен, пока испытание не будет кем-то закрыто. Подъём — пока победитель не покинет обитель.

— Ага, — подтвердил совпадение её выводов с моими. — Пойдём наверх? Или отдохнём?

— Чур теперь я первая! — вместо прямого ответа девчонка решительно вступила в новую битву со старым врагом.

Мне же только и оставалось, что покачать головой, глядя ей в спину, да следом зашагать.

Это сражение выдалось пусть и не менее долгим, чем подъём из обители, но гораздо более лёгким. Когда ступеньки одна к одной да адекватных размеров — шагать по ним одно удовольствие! В начале, по крайней мере, пока мышцы ног не забиты усталостью. Потом-то — да, раздражение на клятые выступы вновь расправляет в душе огромные крылья.

Ещё до того, как достигли вершины, в воздухе стало ощущаться странное. Едва уловимый металлический оттенок, который, несмотря на свою кажущуюся незначительность, будто предвещал наступление неизбежных событий. С каждой пройденной ступенькой мы становились всё ближе и ближе к ним. А оттенок обретал всё большую глубину и плотность. Он становился тяжелее, насыщеннее и, казалось, старался проникнуть в каждую пору кожи, вызывая тревожное чувство, заставляя ускорить шаг в ожидании того, что может обнаружиться наверху.

Кровь.

Кровь, что встретила нас прежде, чем закончился подъём.

Кровь, что однажды хлюпнула под ногами, заставила прилипнуть к себе, густой и уже успевшей чуть подсохнуть.

Кровь, что заставила Меланиту убавить шаг, позволив мне сперва вровень стать, а потом и вовсе обойти её. Сделать это аккурат перед завершением лестницы. Впрочем, что её конец, что опережение девушки — всё прошло мимо внимания. Как только появилась возможность взглянуть на памятную площадку, так всё прочее отошло на Предел знает какой по счёту план.

Наверху нас встретило лишь три цвета.

Бело-голубой — от кристалла, что стал надгробием для Алканы.

Бурый — от крови, что обильно покрывала всё вокруг.

Чёрный — от тьмы, что скрадывала детали свершившейся здесь трагедии.

И ни малейшего оттенка зелени. Ни от знаков на стенах, ни от руны над алтарём, сейчас полностью скрытом. А та зелень, что распространялась от кристаллов в наших руках, в зачёт не шла.

Вступать на площадку я не торопился. Как не пустил туда и Мелу, придержав за руку:

— Погоди, давай осмотримся сперва.

— А ты разве что-то видишь?

Этот встречный вопрос звучал чересчур резонно, так что ничего иного не оставалось, кроме как согласиться с гильдейской:

— И то верно…

После чего мы действительно завершили своё восхождение, вступив на площадку.

Ближе всего к нам располагалась глыба льда, к которой и направились, не сговариваясь. И уже там, замерев возле неё, Меланита произнесла:

— Так вот ты какое, Безвременье Льда, — и руку осторожно протянула, касаясь поверхности.

— У этой штуки ещё и название своё имеется? — спросил, вставая рядом, но не касаясь. Я-то знал по прошлому разу, как силён холод кристалла.

— Конечно, есть, — отозвалась девчонка, руку убирая и заключая её во вторую, которые и поднесла ко рту, чтобы дыханием отогреть. — Оно в наличии не только у неё, а ещё и у многого того, о чём ты пока вообще ничего не знаешь.

Будь окружение более располагающим для задушевных разговоров, я обязательно бы расспросил Мелу, о чём таком она говорила. Но — увы. Пришлось лишь очередную зарубку в памяти сделать, при этом отметив, как хорошо подходит озвученное название к фразе-активатору, что позволила использовать Безвременье на Алкане и Дикасте-Пожирателе.

— Когда ты описывал произошедшее, я всё не настолько ярко себе представляла. От настоящего вида в дрожь бросает, — откуда-то издалека раздался голос Мелы, вырывая меня из воспоминаний.

И не только из них.

Слишком глубоко погрузившись в думы, не заметил, как подошёл вплотную к надгробию и всё-таки коснулся его. Только теперь до разума дошёл лютый холод, что пронзал плоть до самого сердца костей. Как дошло и то, что касался грани кристалла не в произвольном месте, а одной из глубоких борозд. Отметины, оставленные неизвестно кем и чем, щедро покрывали Безвременье со всех сторон, в чём убедился, обойдя его вокруг. Помимо борозд, поднимавшихся от самого пола до, наверное, двухметровой высоты, глыбу «украшали» и иные следы. Нижние полметра были обильно забрызганы кровью.

Отступив от кристалла, потерявшего всю свою чистоту и, пожалуй, святость, если так можно выразиться, сокрушённо вздохнул.

Пришла пора приступить к установке причин воцарения двух других красок — бурой и чёрной. А потому развернулся и двинулся в направлении алтаря.

Того древнего и жертвенного куска камня, которого более не присутствовало здесь. Его вообще не было на площадке.

Но и место его не пустовало.

Тела. Целые, частично целые и совсем не целые.

Тела, кровь из которых столь обильно и покрывала пол, достигая края и убегая за него…

Тела, одетые в чёрную форму Академии.

— Власт, глянь, — голос Мелы звучал неестественно тихо. Девушка находилась чуть в стороне от меня и склонилась над чьей-то головой.

Подойдя к ней, склоняться не стал, но присел, старательно вглядываясь в лицо мертвеца.

Лицо, которое впервые увидел совсем недавно.

Лицо, которое ещё не успел позабыть.

Лицо, которое мелькало в свите Сигнуса, главного «чупакабры».

Лицо, которое пальчиком по горлу проводило, грозя будущими неприятностями нашей команде. Пророческий, однако, жест. Парень ведь буквально головы не сносил.

— Не так я себе нашу встречу представлял, — произнёс, качая головой. — Как думаешь, главный их, который Гнус, тоже здесь? — обвёл рукой всё место кровавого забоя.

— Может и да, но проверять не буду, — призналась девушка. — Я бы вообще предпочла поскорее убраться отсюда. Уже дурно понемногу становится от местных ароматов.

— Твоя правда, — согласился. — И в принципе, всё, что хотел, я увидел. Так что можем уходить.

— Тогда идём, — Мела подала мне руку и отпускать не стала после того, как я поднялся.

Уже у самого спуска, бросив взгляд на Безвременье, носящее на себе кощунственные отметины, решил попробовать кое-что сделать:

— Мела, подожди, пожалуйста, — высвободился из хватки девушки и направился к нему.

Там, вытянув руку с так и не возвращённой печаткой «ледяных», произнёс фразу-активатор:

— Лёд — это время, застывшее в правде…

Как и в первый раз, печатка обрела тяжесть, стараясь заставить руку опуститься. Но, справившись тогда, я справился и сейчас. Поток, вырвавшийся в направлении надгробия, захлестнул его до самого верха, захлестнул, обогнув с обеих сторон…

Держался я столько, сколько мог. И даже больше!

А потом, удовлетворённо кивнув вернувшему свой совершенный вид кристаллу и приличному куску пространства вокруг него, впечатал кулак в собственную грудь, вновь отдавая дань благодарности той, кто позволил мне и дальше идти по пути Воина Предела. В том я был не одинок — рядом раздался такой же стук…

Обратный путь вниз прошёл в полном молчании.

Только достигнув подножия Шпиля, Мела попробовала в очередной раз призвать Воплощение:

— Абсолютный Ноль! — но, как и ранее, ничего ей не откликнулось. — Сила так и не вернулась, — посетовала девушка.

— В таком случае ничего другого нам не остаётся, кроме как совсем уйти отсюда, — и указал в сторону арки с пеленой, ведущей прочь из Башни.

* Грозовой Орёл: https://author.today/reader/433488/4662489