'Я прошёл через ад… Прошёл его весь!

Прошёл, чтобы вернуться туда, где наконец вновь могу стать уязвимым…'

Астерон Неуязвимый

Противостояние волнам врагов в стенах Чёрной Цитадели длилось долго… Час? Два? Или вовсе уже который день?.. Ответа ни у Камелии, ни у остальных ребят не имелось. Всякие рамки и границы давно стёрлись, оставив только невыносимо бесконечный бой на истощение с единственным по-настоящему важным вопросом: «Кто закончится первый? Четвёрка молодых Воинов или бесчисленные жуткие Звери?».

В последнее время ответ казался всё более и более очевидным. И он не радовал.

Как не радовали и начавшие своё воплощение новые противники…

— Сколько там? — кто-то в очередной раз хрипло прокаркал опостылевший вопрос.

— Восемьдесят… — ответили ему точь-в-точь таким же голосом.

А Камелия… вздохнула и повернулась к уже накатывающей на них волне Зверей. На этот раз в качестве противников Цитадель отправила Лютых Насекомышей. Плечами передёрнув непроизвольно от столь же лютого омерзения, девушка просипела в тон прошлым голосам:

— Цветение! — и взмахнуть постаралась широко-широко своим Воплощением-Цветком.

Отзываясь на произнесённую ключ-фразу, в воздухе возникло такое количество закрытых бутонов камелии, что с далёкой стороны они бы точно показались тучей тёмной грозовой.

Подчиняясь жесту, всё это бесчисленное множество устремилось навстречу такому же неисчислимому рою Насекомышей.

Миг встречи двух облаков был одновременно и прекрасен, и мерзостен. Смотря с чьей стороны смотреть. Для Камелии и её команды — первое, а вот для Насекомышей — точно второе. Ну и поделом им — каждой твари по бутону!

Соприкосновения животной и растительной плоти порождало не вспышки, не взрывы, а нечто созвучное по смыслу.

Бутоны раскрывались, распускались, обращаясь лепестками…

Алыми и смертоносными лепестками, что, словно ужас, летящий на крыльях Силы, впивались нещадно в тварей.

Впивались и кромсали их похлеще любого Воплощения!

Кромсали и превращали в куски опадающей наземь мёртвой плоти, смердящей и тошнотворной…

— Прекрасно! — позади вновь раздался первый из тех каркающих голосов. Обернувшись, Камелия столкнулась взглядом с Миктланом. С его новым, изменившимся взглядом, что порождали глаза, в которых вспыхивали молнии… Так быстро и бесчисленно, что иногда казалось, будто зрачки светятся. Не сумев долго выдерживать такое, лишь кивнула коротко в ответ да вернулась к тому, во что превратилась текущая волна врагов.

Сделала это вовремя — Чёрная Цитадель времени даром не теряла и уже приступила к порождению новых противников. Только и оставалось, что вздохнуть тяжело в очередной раз, перехватить Воплощение покрепче да, поморщившись от опостылевшего жжения Ядра, постараться приготовиться к их встрече…

Пока враг не воплотился, в голову опять полезли мысли, полные невысказанного сожаления: «Как? Как их угораздило так вляпаться? Ну почему, почему именно они⁈».

После чудесного спасения Миктлана из лап Молниевых Крыс и пасти такого же Ликаона, испытания и вызовы так и не пожелали оставить в покое их команду. Витало стойкое ощущение, что вся их совокупная удача стремилась к абсолютному нолю, а то и много, много дальше, куда-то ещё глубже…

Следом за битвой на истощение с Ликаоном началось такое же воплощение Ядра Атрибута Миктланом. С одной стороны, им сильно повезло, что до того состоялся бой со столь могучим Зверем, распугавший всю мелочь в округе, но вот с другой… Это отсутствие мелочи позволило крупным и гораздо более опасным тварям беспрепятственно добраться до оставшейся троицы, самоотверженно защищающей Светлого.

Звери-то добрались, но встретились плоть к плоти с навыком Камелии. Не со спасительными Лепестками, а со смертоносным Цветением — первой из двух оставшихся способностей Отклонения, которые сознание девушки до того ни в какую не желало открывать из-за прошлого ужаса, пережитого на Испытании. Пока не возникла череда ситуаций на грани жизни и смерти, преграда та стояла незыблемо… А как обратилась новыми навыками, так её место заняла их команда, стоящая на страже Миктлана. Стоять им твёрдо, правда, позволяла не столько воля и стремление защитить, сколько новенькая.

Айлин.

Гильдейская девчонка, да ещё и из «чупакабр». Не будь первые секунды встречи такими судьбоносными да подкреплёнными присутствием Кирона, Камелия ни в жизнь бы не доверилась ей.

Но пришлось.

И ни разу не пожалела. Мало того, что исцеляющая и усиливающая способности Айлин были выше всяких похвал, так и сама девчонка оказалась на удивление светлой человечкой. Немного зажатая или, может, затравленная прежним окружением, от которого и предпочла отказаться, отделиться? Но тем не менее твёрдая духом, упрямая и… честная. Почему-то именно это слово настойчиво просилось на язык. Этим она до странного походила на другую гильдейскую в полной команде. Меланиту. Хотя с черновлаской ситуация, конечно, свои нюансы имела.

Наверное, потому, когда настал черёд Айлин воплощать Ядро откликнувшегося Света, её они защищали безо всяких сожалений и терзаний. Новенькая, безусловно, заслужила помощи за жизни Кирона и Миктлана. То, что она тоже заработала Отравление Атрибутом, из-за чего времени для благоприятного создания Средоточия оставалось не так много, никак не влияло на решение помочь. А вот корыстных мотивов, конечно, не отнять: «Сильная Поддержка — залог успеха!». Насчёт же статуса «новенькой» ещё предстояло поговорить не только с Властом и остальной частью команды, но и самой девушкой. Вдруг предпочтёт вернуться к «своим» прежним?

Защита медитирующей Айлин вроде и стала проще с учётом способности Миктлана, усиленной Атрибутом, но вместе с тем оказалась и много сложнее. Всё потому, что они так и не смогли покинуть место сражения с Ликаоном. И Звери, заявляющиеся на такие продолжительные всплески Сил, с каждым разом становились только опаснее. Да и Миктлану, только что вышедшему из медитации, для полного восстановления никак не новые сражения требовались.

Но даже будучи ослабленным, Светлый со своим обновлённым навыком Всполоха всё равно творил чудеса, без которых им бы точно несдобровать. К старому имени способности добавилось определение «цепной». Отныне Копьё после броска не исчезало бесследно, возвращаясь в руки владельца, а наносило ещё два последовательных удара. И все три были не простыми, а полнящимися силой Молнии, жгучей и непокорной.

Несдобровать ребятам не только тогда, но и сейчас. После роя Насекомышей Цитадель решила натравить на них противника-одиночку. Зато какого! По их души заявился Теневой Ликаон собственной персоной.

Заявился, чтобы тут же схлопотать от всё того же каркающего голоса:

— Цепной всполох!

Как и всегда прежде, Копьё исчезло из рук Миктлана. Исчезло и появилось на краткий миг прямо перед оскаленной мордой Ликаона. И сразу после — с одного бока, и тут же — с другого!

Три настолько быстрых сине-фиолетовых всполоха, что воспринимались чуть ли не одномоментными и всамделишной молнией, что ударила Зверя. Настигла и беспощадно покарала не хуже самого Неба. Ликаон ничего, кроме своего предвкушающего оскала, показать в итоге и не смог. Издав напоследок нечто, похожее на жалобный скулёж, пал на месте своего же появления…

— Сколько там? — снова раздался сакраментальный вопрос.

— Восемьдесят шесть… — ответил Кирон. — Насекомыши добавили два, Ликаон — четыре…

После идентификации первого из каркающих голосов, определить принадлежность второго не составило труда.

А вот что составило — так это удержаться от новых проклятий в адрес Цитадели. Она после Ликаона решила натравить на них Саламандру Вихря. Такого же Зверя, которого сумели еле-еле победить ранее. Из которого и добыли Ядро Воздуха, откликнувшееся Кирону…

Проклятия сорваться желали, потому как Саламандру эту уничтожать придётся Камелии: Миктлан только что использовал способность, а Кирон из-за совпадения Атрибутов пропускает очередь. Да и в остальном Зверь как противник очень неудобен для него. Ну а Айлин напрямую, понятное дело, в противостоянии никак не участвовала, но и без дела не сидела.

— Лунная призма! — как раз и прозвучало от неё.

А следом блаженное чувство всемогущества мигом овладело Камелией, заставив возжелать, воспылать жаждой действия! Как-либо пытаться сдержаться девушка не стала.

Направив Алую Камелию в сторону Саламандры, произнесла голосом, полным нетерпеливого ожидания:

— Бутонизация!

Третья и последняя способность её Отклонения. Но только в порядке «вспоминания» навыков. Если же выстраивать последовательную цепочку для всего процесса природного цветения, то он был бы первым, за которым следовало бы само Цветение, предвещающее появление Лепестков.

Возле Зверя появился единственный и закрытый бутон огромной камелии, покрытый тончайшими прожилками серебра.

Появился и замер в том же ожидании, что и сотворившая его, — оба трепетно ждали момента, когда враг достаточно приблизится. Камелия, правда, ещё и Предел молила, чтобы времени жизни самого бутона хватило на это…

Благо, долго ждать Саламандру не пришлось. Как только процесс её воплощения Цитаделью завершился, так Зверь, взревев чуть ли не ультразвуком, устремился в сторону вкусных и манящих человечков…

Устремилась, чтобы наконец-то вступить в зону, достаточную для активации!

Прожилки на бутоне налились ало-серебристым светом. Не режущим взгляд, а притягивающим его своей мягкостью. Притягивающим, чтобы ввести в заблуждение… А после — взорваться мгновенным цветением! Похожим и нет на созвучный навык — бутон-то один, зато какой! Неудивительно, что лепестки распустившегося цветка выглядели под стать ему.

В миг срабатывания Саламандра находилась своей башкой над бутоном.

В миг последующий обезглавленное тело Зверя по инерции сделало несколько шагов, после чего упало и ещё немного проскользило, прежде чем окончательно замереть… Чтобы тут же начать исчезать, втягиваясь в пелену за спинами ребят, даруя той новые единицы.

Несмотря на помощь Айлин, применение последней способности для Камелии стало уже чрезмерным. Воплощение растаяло в руках, а в ногах поселилась слабость, заставившая сперва покачнуться, а затем и вовсе упасть.

Камелия не упала — удержала её как раз Айлин, которая не лучше выглядела… Но была ли в том хоть толика усталости — вопрос, потому что частичка Отравления Атрибутом с гильдейской девчонкой осталась навсегда. Свет заставил Айлин выглядеть истинно потусторонним существом, успев низвести её чуть ли не до состояния призрака. Воплощение Ядра лишь ненамного вспять обратило произошедшее. И определить, кто из них — сама девушка или её Посох — более материален в моменте, не всегда удавалось верно.

— Спасибо… — Камелия звучала под стать состоянию: тихо и почти неслышно.

— Не за что, — всё-таки слабость гнездилась и в Айлин, о чём поведал её голос и то, как тяжело на Посох она опиралась. И последнее было совсем не из-за добавления нагрузки в виде Камелии — та уже успела отстраниться, утвердилась на собственных ногах, но Воплощение являть обратно не торопилась. Каждая секунда без него немного, но унимала жжение в Средоточии.

— Девяносто один, — на сей раз интересующий всех ответ прозвучал без предваряющего вопроса.

— Всего лишь пять… — сокрушённо покачал головой Миктлан.

— А как со стороны легко всё выглядело… — вторил ему голос Айлин, что всё-таки не выдержала и сделала то, от чего спасла Камелию — сползла наземь, но Посох при том умудрилась не отпустить.

А Камелия на доли секунды погрузилась в недавние воспоминания.

После двух подряд и спешных созданий Средоточий Атрибутов команда не придумала ничего лучше, чем отправиться на поиски выхода из Аномалии. Идти обратно в Белую Цитадель претило — после рассказа Кирону и Айлин о произошедшем там, вторая тотчас присоединилась к категоричному нежеланию Камелии и Миктлана возвращаться. А из всего другого примечательного в округе виднелся только антипод Белой — Чёрная Цитадель.

Так, вследствие безысходной очевидности, и оказался выбран новый путь. На нём позже и произошла встреча с Саламандрой Вихря, даровавшей Ядро Воздуха, что выбрало Кирона. Из-за чего вновь пришлось менять планы — повторения ситуации с Айлин никому не хотелось. Но они справились и с этим новым вызовом, заодно раздобыв последнее необходимое Ядро. Для неё, Камелии. Но приступить к нему девушка уже не успела — под самое завершение медитации Круглого заявился настолько грозный противник, что ноги уносить пришлось очень и очень спешно. Переживала ли Камелия при этом за своё возможное Отравление? Пожалуй, что нет. Банально некогда было о том думать. Следовало бежать и как можно шустрее!

А потом они достигли Чёрной Цитадели. Её громада из-за деревьев явилась внезапно и неожиданно. Слыша громоподобный топот позади, приостанавливаться ни на миг, чтобы полюбоваться строением, прикинуть грозящие опасности уже от него, они не стали. А наоборот — припустили пуще прежнего! Желанное спасение окрыляет. По крайней мере спасение от преследующей их громады — протиснуться во врата Цитадели у той точно не выйдет. Так и случилось. Они — «в домике», а тварь снаружи обиженно ревёт.

Прекрасно? Ещё как! Но только первые мгновения.

Успели лишь дыхание перевести да начать осматриваться, как всё исчезло, всё мигнуло — мир будто на секунду-другую им всем веки смежил принудительно, а когда дозволил раскрыть их, то картина изменилась.

Команда находилась на большом чёрно-каменном нечто, отдалённо напоминающем мост. Шириной метров в тридцать и длиной в пару сотен. По обе стороны его где-то далеко внизу плескался мрак бездонной пропасти, а вдалеке, на самом горизонте, вздымались стены коварной Цитадели. Там её странные башни-лезвия всё так же неистово впивались в местное небо зазубренной тьмой и гротескной сутью.

Ощущение себя настоящей песчинкой среди неподдающейся пониманию чуждой мощи ударило по сознанию оглушающе. Потому то, что находилось на обоих концах «моста», осозналось не легко и сразу, а жёстко и принудительно.

Когда на одной из сторон из сгустившегося в серую хмарь воздуха соткалась первая тварь, стало не до размышлений. Особенно если учесть, что на втором конце застыла знакомая всем арка с пеленой. Вот только пеленой «мёртвой» — не переливалась она призывно, приглашая войти в себя.

Выхода нет.

Зато на застывшей поверхности пелены витиевато красовался здоровенный такой ноль. Совершенно человеческий, доступный пониманию и находящийся внутри ясно очерченной окружности…

Со страху они вдарили по ринувшемуся на них монстру всем, что только имелось.

И — зря!

Зверь пал от попадания самого быстрого навыка — Цепного всполоха Миктлана, а остальные лишь бесполезно рассыпались, не встретив цели.

Зверь пал, но не исчез бесследно. Он вновь обратился в серую хмарь, что его и породила. Которая тут же широкой лентой промчалась над их головами, чтобы втянуться в «мёртвую» поверхность пелены, даруя той крохи «живого» свечения, сменяя ноль на число и добавляя в самый низ окружности немного цвета, превращая её в круг.

Так дальше и пошло: Цитадель, затеявшая непонятное испытание, — с разной интенсивностью порождала волны противников-Зверей; ребята — противостояли этой напасти, с надеждой следя за сменяющимся числом на поверхности пелены и наполняющимся кругом…

Противостояние, однако, не протекало легко. Не всегда врагов удавалось уничтожить с одного удара, потому и наработанная очередность в отражении волн давала сбой, потому и выйти победителем раунда совсем без ранений не получалось. Количество лечилок давно уже сравнялось с нулём, и если бы не Айлин, то до текущей отметки в девяносто один они бы никогда не добрались.

По достижении этого значения наступила неестественная пауза. Такого продолжительного отсутствия противника со стороны Цитадели ещё не было, а потому с каждой утекающей секундой смутное беспокойство о готовящейся подлянке всё более и более крепло в душе каждого.

Крепло, чтобы воплотиться настолько же крепким противником, имя которому — Чёрная Черепаха.

— Твою ж!.. — рядом не сдержался, выругался Миктлан.

Солидарны с ним в том были все. Надежду в сердца вселяло одно: Зверь — не настоящий, а фантомная копия, а потому — много слабее… Должен быть. Но и с такими мыслями надежда была откровенно робка.

Навстречу медленно двинувшейся бронированной туше устремились все их навыки.

Поочередно и вместе.

Вместе и поочередно.

Взяло ли хоть что-то Черепаху? Да ни Предела подобного! С высокой башни она плевала на все применённые способности. Ни Цепной всполох, ни Бутонизация вообще ничего не смогли. И ладно бы обычные, но нет, пробовались и усиленные Айлин.

Черепаха обладала невероятным чутьём и за доли мгновения успевала спрятаться в своём панцире, который только очень высокоуровневое Воплощение способно повредить. В команде, естественно, такого не имелось. Цветение Камелии тоже ничем не помогло — слишком хрупки были лепестки, порождаемые им. Ну а Лепестки здесь на «мосту» вообще не работали, в чём девушка успела убедиться ещё в самом начале противостояния.

Не атаковать Черепаху было нельзя. Если не заставлять её постоянно прятаться в панцирь, то она разгонится и наберёт такую скорость и скорость для своей способности Прилёт панциря, что единственное же применение станет для команды фатальным.

А силы меж тем таяли неумолимо, грозя последствиями для ещё неокрепших Средоточий. Но даже так никто не собирался сдаваться. Что Камелия, что Миктлан, что Айлин — каждый черпал и черпал энергию, наплевав на всё и вся, лишь иногда давая выход терзающей боли в виде хриплого, но яростного рычания.

С таким же неистовым рёвом в момент, когда эта тройка совсем уж выдохлась, навстречу Зверю наконец-то устремился Кирон:

— Удар бесстрашия!

Когда-то бывший Ударом смелости навык эволюционировал под влиянием Атрибута, став кратно лучше. Повинуясь устному приказу, подкреплённому мысленным обращением, из Перчаток парня соткались, вырвались полуметровые когти из уплотнённого, дрожащего в завихрениях Воздуха.

Пусть панцирь и не пробить, но голова и лапы-то оставались. Можно попробовать им вред причинить. А если приблизиться к Зверю да создавать для него постоянное ощущение опасности, то он вынужден будет спрятаться на гораздо более продолжительное время. А оно в их положении — это шанс: возможность для остальных приблизиться к Зверю, возможность придумать план победы.

Но намерения не есть реализация.

Как Кирон стремительно рвался вперёд, так и обратно он полетел — первый же выпад Кулаков Бесстрашия, украшенных когтями, стал единственным. Перчатки встретились с Контрой Черепахи. От столкновения с возникшей на пути удара преградой раздался оглушительный хруст, после которого Круглый и отправился в обратном направлении… Породив новую порцию хруста от встречи с «мёртвой» пеленой.

Куда тут же и от Айлин устремилось:

— Проблеск!

На ногах отныне в команде остались только двое.

Камелия и Айлин.

Миктлан, увы, нет. Он и так удивительно долго продержался со всеми своими накопившимися повреждениями.

Девчонки, коротко переглянувшись, устремились вместе вперёд. Пусть у одного Кирона и не получилось провернуть задуманного, но у двоих-то, может, что и выйдет!

Впервые творить Цветение на ходу оказалось сложнее, чем думалось. Первые два раза оно и вовсе сорвалось, превратив прекрасные руки Камелии в кровавое и непослушное непотребство. Но Проблеск, то и дело звучащий из-за спины, придавал новые силы, исцеляя раз за разом.

Главное, что безостановочное применение Цветения работало — и прятаться Черепаху оно заставляло, и достигнуть её позволило.

Что делать дальше было совершенно непонятно. «Как побеждать-то?..» — невысказанный вопрос бился Мрачным Вороном в мыслях Камелии, грозя ввергнуть в полнейшею безысходность…

Но у отчаяния есть не только сила погубить. Оно может спасти, пусть и взяв непомерную плату за это.

— Айлин, Призму, — полным решимости и неестественного спокойствия прозвучала не просьба, но приказ от Камелии, не обернувшейся на… наверное, подругу?

Почувствовав, как тело наполняется заёмной мощью от поддерживающего навыка, Камелия не стала в очередной раз использовать Цветение. На невыносимо долгие несколько секунд установилась тяжёлая тишина-предвестница чего-то страшного.

А затем из панциря показалась голова Черепахи.

Ме-е-едленно — но только в восприятии Камелии.

И столь же ме-е-едленно на этой голове раскрылась пасть.

Чувствуя, как рвутся жилы в руке, неспособные полностью раскрыть дарованную Лунной призмой мощь, Камели вложила эту самую руку в открытую пасть.

Вложила и произнесла:

— Бутонизация!..

И… мир исчез…

Последним, что Камелия услышала, но чему не поверила, стали слова Миктлана:

— Держись, Лепесток!..

А после… После её поглотила тьма неизвестности…

* Лютый Насекомышь: https://author.today/reader/433488/4110246

* Саламандра Вихря: https://author.today/reader/433488/5347361

* Чёрная Черепаха: https://author.today/reader/433488/5358711