Симулируем исключительность

Наше восприятие делит мир на фигуру и окружающий её фон. Что-то относится к зоне искреннего интереса, а что-то заполняет промежутки. Это прекрасно понимают работники музеев. Секрет воздействия часто кроется не в добавлении, а в очищении пространства вокруг ключевой идеи. В Лувре «Мона Лиза» одиноко висит на огромной пустой стене, и в своё время этот факт поразил меня сильнее, нежели сама картина. Чтобы насладиться красотой объекта, лучше разместить его на спокойном, непримечательном фоне, в противном случае яркое обрамление поглотит и без того невеликую ёмкость нашего восприятия.

Точно так же люди автоматически выделяют в толпе незнакомцев тех, кто чем-то отличается. То, что Тёмный Друг отнёс к фону, ему не интересно.

Чтобы собрать армию сторонников, сперва придётся выделиться из толпы.

Наша задача стать «фигурой», тем классным человеком, который первым придёт на ум, когда наши знакомые задумаются, кому предложить интересную работу, с кем пойти гулять вечером, кому позвонить. Только для этого нужно прекратить сливаться с фоном. О том, как вы умеете потрясающе отжигать перед зеркалом дома никто не в курсе.

Выделяться не столько сложно, сколько страшно. Для того чтобы привлечь внимание других, требуется смелость, которая человеку, да и большинству животных, не свойственна. Скорее наоборот, базовая эволюционная стратегия – поменьше отсвечивать.

Уверен, что древние люди гордились храбрыми соплеменниками, которые пытались приручить саблезубых тигров или первыми бросались на мамонтов. Только вот большинство храбрецов умирали, не оставив потомства. Наши предки были осторожны, сперва подозрительно вздрагивали от любого шороха, после чего говорили: «А, это всего лишь ветер». В результате мы всячески стараемся избегать риска, даже когда он сулит потенциальную выгоду. Проклятая эволюция!

По-настоящему выдающиеся поступки, люди, вещи – всегда на фронтире. Самый большой, быстрый, умный, сложный. Не столь важно, на каком переднем крае мы находимся, главное – стоять на нём, а не смотреть издалека.

Просто выделиться из толпы – ещё не гарантия, что тебя заметят. Быть «не таким как все» недостаточно, надо убедиться, что другие в курсе данного факта. Обратить внимание других на себя, свои положительные качества – одна из важнейших задач жизни в стае. И чтобы незамедлительно привлечь ваше внимание, прямо сейчас мы обсудим, с чем связаны крики девушек во время секса. Говоря по-научному – зачем самки приматов издают копуляционные сигналы.

Ведь они кричат. Хоть это не свойственно большинству животных. Напротив, дело ответственное, все заняты, а лишний шум может привлечь внимание хищников, и вместо продолжения рода получится его очень быстрое окончание. Чтобы узнать мнение людей, я провёл в своем блоге небольшое исследование, спросив, зачем самочки кричат во время секса, и получил 3700 ответов, которые распределились как указано на рисунке.

Третий вариант имеет право на существование. Однако ответ в стиле «животные так поступают, потому что им это нравится» своей беспомощностью вгонит в уныние любого поклонника научного подхода. Гипотеза показать криком всем – я готова к спариванию и пользуюсь популярностью – логична. По сути, то же делают и все компании, потрясая отзывами от клиентов, крича: «Посмотрите, с кем мы работали! Нас все хотят!»

Но, к чести читателей моего блога, большинство ответило правильно. Полевое исследование профессора эволюционной антропологии Саймона Таунсенда и Тобиаса Дешнера показало, что скорее верен второй ответ. Секс – дело приятное, но быстрое, а воспитывать его последствия в виде маленьких шимпанзанят – долго и сложно. Желательно, чтобы партнёр тебе помогал, как минимум – не пытался прибить детёнышей. Для чего необходимо убедить, что он и есть настоящий отец. Крики помогают запомнить: «Ты был именно со мной», а их громкость находится в прямой зависимости от статуса самца.

Однако мы всё же не спаривающиеся обезьянки, у людей попытка привлечь внимание исключительно увеличением «громкости крика» обречена на провал. Требуются доказательства. Обратимся за ними к киноиндустрии. В фильмах постоянно происходит что-то грандиозное – астероид несётся к земле, инопланетяне атакуют, бомба отсчитывает последние секунды до взрыва, но вдруг появляется герой и в последнюю секунду спасает мир.

Подобных лент много, поклонников жанра тоже. И начинающие сценаристы думают, что фишка заключена в демонстрации масштаба. Хотя настоящая задача в том, как сделать, чтобы необыкновенная ситуация выглядела правдоподобно и никто из зрителей не задумался о чудовищной невероятности события – ведь во всей истории человечества ещё не было прецедента, чтобы цивилизация была уничтожена за сутки.

Уникальность должна выглядеть бесспорной.

Как писал Джон Рональд Руэл Толкиен: «Не трудно придумать зелёное солнце. Трудно придумать мир, в котором оно будет естественно». Поэтому при создании кассовых фильмов привлекают научных консультантов, прописывают психологические портреты героев. Обеспечивают правдоподобие выкрученной на максимум яркости. Чем сильнее мы заявляем о своих отличиях, тем больше объяснений и доказательств придётся собрать.

А для сбора подтверждений требуется потратить ресурсы. Иногда больше, иногда меньше, но без этого никак не обойтись. Слова дёшевы, рассказ в стиле «да я почти завалил этого кабана, только в последний момент он извернулся и убежал» твистов к репутации добавит мало. А вот накидка из шкуры немейского льва, как у Геракла, без всяких слов производит сильное впечатление. Древние люди порой охотились на животных, добыча которых с рациональной точки зрения была не столь уж и оправдана. Зато давала возможность продемонстрировать собственную крутизну.

Обряды инициации вообще редко связаны с плетением венков. Ожерелье из клыков собственноручно убитого медведя – ясное свидетельство силы и мужественности древнего охотника. Правда, к украшению могут прилагаться и шрамы, поэтому такой подход доказательства своей уникальности в науке называется теорией дорогостоящих сигналов.

Когда кавалер в течение нескольких месяцев тратит деньги на конфетно-букетную осаду – можно предположить, что он и вправду заинтересован в отношениях. Особенно если подарит бриллиантик. Вдобавок делается вывод о его хорошей форме, по крайней мере, финансовой.

Выделяться – дорого. Так что производить впечатление стоит лишь на тех, с кем действительно имеет смысл говорить.

Обычно людям лень тратить много усилий. Вместо долгой осады «той самой», ищется лёгкий вариант в стиле подхода к десяти девушкам подряд с вопросом уровня: «Вашей маме зять не нужен?» Однако чем больше ресурсов мы тратим на создание сигнала – тем сильнее партнёр верит нашему сообщению. Поэтому мы ценим в людях верность, доброту, великодушие, следование моральным принципам – всё это дорогостоящие сигналы (по той же причине мы не столь часто помогаем чужим: альтруизм – дорогое удовольствие).

Политика регулярных обновлений

Когда я показал эту картинку в своём блоге, то пусть и не 90 %, но 82 % из 4700 человек заявили: «Нет, не заметил я повторение „что что“, и что!» Говоря на психологическом, это следствие проявления феномена слепоты к повторению – сниженной способности замечать повторяющиеся зрительные объекты, особенно если они расположены рядом друг с другом. Тёмный друг быстро маркирует такие элементы как «фоновый шум». С его точки зрения всё логично – каждый раз детально всматриваться в одно и то же смысла не имеет.

Так что, даже если нам удалось выделиться и сделать это убедительно – помним, Тёмный Друг привыкает ко всему. Когда мы примелькались – другим скучно на нас глядеть. Что модно, скоро выйдет из моды. Став выдающейся личностью, но прекратив инвестировать в себя, долго наверху не удержаться, начнём сливаться с фоном. Вместо почивания на лаврах следует постоянно думать, какие ещё существуют возможности для укрепления собственного образа.

Выделяться среди других – процесс, а не разовое достижение.

Давайте доведём идею «стать заметной фигурой» до крайности – представим, что обладаем поистине необыкновенными отличиями. Люди, не ощущающие боли, способные завиться в узел, обладающие иными экстраординарными способностями, всегда вызывают интерес, даже болезненное любопытство. С одной стороны, хочется узнать, каково это. С другой – понимаешь, что отклонения от нормы, как правило, не слишком благоприятны для человека.

Но для читателей «Спринта к Лучшему» я расстарался. Хотите узнать, каково это – не ощущать холод? Вообще не чувствовать температуру?

Услышав такое, с содроганием ждёшь перечисления химических реактивов, которые потребуются для эксперимента. Но ничего особенного нам не понадобится. На самом деле, каждый знает, каково это – переносить самый лютый мороз и ничегошеньки при этом не ощущать.

Просто подумайте о своих глазах. В них нет клеток, чувствительных к изменению температуры. На пальцах, носе, ушах их множество, так что опасность незаметно замёрзнуть нам не грозит. Но вот на глазах терморецепторов нет. Поэтому ни у кого из нас они никогда не мёрзли.

Множество вещей кажутся нормальными лишь потому, что мы привыкли к ним.

Это пример из моей любимой коллекции, что всё привычное необычное, сколь бы удивительным оно не было, человек не замечает, пока в это необычное его не ткнут носом. Примелькается даже самый главный человек в мире, если мы видим его постоянно. Чтобы лично убедиться, предлагаю ближайшим вечерком повторить исследование доктора психологии Джованни Капуто, посвящённое эффекту «чужое лицо в зеркале».

Сядьте где-то в полуметре от зеркала. Включите тусклое освещение и смотрите на себя на протяжении минут десяти. Вполне вероятно, что через какое-то время начнутся непродолжительные, буквально по паре секунд, галлюцинации. Будет казаться, что в зеркале уже не совсем ваше отражение.

В реальном эксперименте около 60 % участников продолжали видеть себя, но с искажёнными чертами лица. Кто-то – родственников, незнакомых людей, морды животных и всяких фантастических существ. Тут прямо напрашивается какое-нибудь мистическое объяснение, хотя причины прозаичны. Тёмный Друг просто устаёт долго смотреть на одно и то же. Ну зачем пялиться в одну точку? Уже во всём разобрался, ничего не происходит. И мозг решает, что так пристально вглядываться смысла больше не имеет. Активность зрительных нейронов снижается, «качество картинки падает», черты лица и впрямь начинают расползаться.

Даже серебряная пуля тускнеет со временем.

Если посмотреть на проблему шире – мы перестаём замечать любые повторяющиеся стимулы. Вот скажите – заметили ли вы, что вместо номеров последних страниц изображён рисунок единорога? Забавно, но большинство людей, даже обратив внимание на эту странность, немедленно перестают на неё реагировать. «Мало ли что, – думает Тёмный Друг. – Может, я что-то упустил, может, так и надо». После чего начинает игнорировать все последующие аналогичные рисунки.

Вот и листок с напоминанием на мониторе сначала цепляет взгляд, а через пару дней становится невидимкой. Притупляется острота реакции на трекеры привычек. Список целей на холодильнике становится частью интерьера.

В общем – выделившись на фоне других, необходимо регулярно проверять, что наши отличительные черты заметны для окружающих и пока ещё не успели примелькаться.

К сожалению, сам факт того, что нас заметили, автоматически выдающимися нас не делает. Пробежка голым внимание привлечёт, но особой пользы из этого мы не извлечём. Мы должны стать фигурой не в своих глазах, не по собственной мерке, а по мнению других. Так что обсудим, как заинтересовать хотя бы малую часть людей.

Прикасаемся к реальности № 12. Превращаем рутину в поэзию.

Время: 1 день. Сложность: 4 из 10

Окружающие, как и наш Тёмный Друг, обращают внимание на выделяющиеся на общем фоне объекты. Чем ярче образ, тем легче присвоить ему внутреннюю ценность. А как мы обсуждали в разделе о привлекательных фактах – отношение к незнакомым вещам во многом задаётся их названием.

Давайте переименуем собственные обыденные роли и действия в метафоричные образы. Станем, переиначивая старую притчу на современный лад, из программиста «строителем цифровых соборов».

Для этого задумайтесь – какова глубинная суть ваших действий? (Допустим, не «отвечать на письма», а «соединять людей».) Критерий правильности выполнения задания: вы без тени стеснения используете самоназвание, чтобы представиться незнакомым людям.