ВОЖДЕЛЕНИЕ (сущ.). Жгучее желание.

Уилл вошел в комнату следом за мной. Снял рюкзак с плеч и бросил его на пол, не отрывая от меня взгляда. Затем наклонился, чтобы развязать шнурки: ботинки были перепачканы грязью. Атмосфера между нами стала настолько напряженной, что у меня свело желудок от одного только осознания того, что мы собираемся сделать. Я разулась, даже не развязывая шнурки, и поставила кроссовки у двери. Обогнула открытую с вечера сумку и направилась в центр комнаты. Уборка уже прошла: шторы были распахнуты, в комнату щедро лился полуденный свет, а на кровати не было ни единой складки.

Я обернулась к Уиллу как раз в тот момент, когда он выпрямился. Несколько мгновений он неподвижно стоял у двери, разглядывая меня так, словно перед ним был не человек в испачканном землей спортивном костюме и с растрепанными волосами, а комета, пролетающая по небу раз в тысячу лет. От его пронзительного взгляда мое сердце забилось чаще – так же, как тогда, у водопада. Как вообще возможно, чтобы кто-то так возбуждал меня одним лишь взглядом? Когда он сделал первый шаг ко мне, я сглотнула. А на втором мне пришлось сжать кулаки – руки начали дрожать.

Снаружи донеслись голоса проходивших мимо домика людей, и я посмотрела в окно над кроватью. Оно выходило на тропу, которая вела к центру долины.

Уилл сделал шаг назад и задвинул штору у двери. Увидев это, я тоже пришла в движение. Задернула дальнюю штору – ту, что была у ванной. Когда Уилл закрыл последнюю, мне показалось, что сердце сейчас выскочит из груди. Света, просачивающегося сквозь полотно, было достаточно, чтобы все видеть без лампы.

В комнате воцарилось обманчивое спокойствие. Спокойствие, которое грозило в любой момент рассеяться, уступая место хаосу. Я не знала, что чувствует Уилл, но меня трясло от возбуждения.

Он медленно подошел, и мой желудок сделал с десяток разных кульбитов. Как это вообще возможно: он еще не коснулся меня, а внутри я уже таю, как масло?

Подойдя вплотную, он поднял руку и слегка приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть на него. Зрачки были расширены, но в полумраке я все равно видела блеск зелено-голубых глаз. Он глубоко вдохнул, и на выдохе теплое дыхание коснулось моего лица. Уилл нежно погладил меня по щеке и провел большим пальцем по нижней губе. Напряжение читалось в его сжатых челюстях. Он был очень серьезен.

– Что мне с тобой делать? – спросил он.

Я нахмурилась: ответа просто не нашлось, да и голос, казалось, мог меня подвести.

– Я совершенно точно знаю, что хочу с тобой сделать, – сказал он. Его рука скользнула к моей шее, большой палец продолжал ласкать скулу. – Но мне нужно знать, чего хочешь ты. Что должно случиться здесь.

От этих слов меня будто прошило током до самых кончиков пальцев. Не в силах вымолвить ни слова, я поднялась на цыпочки и поцеловала его. Может, так он меня поймет. Почти сразу я провела языком по его губам и проникла в рот. Я чувствовала, как кожа пылает от его щетины.

– Скажи мне, чего ты хочешь, Ракель, – прошептал он мне в губы.

«Уф. Только не говори со мной по-испански прямо сейчас…»

– Чего я хочу? – Я так нервничала, что сердце сбивалось с ритма.

Я… чего я хочу?

Мне совершенно точно хотелось почувствовать, как его щетина царапает другие части моего тела.

Передо мной был тот самый мужчина, которого я хотела уже несколько недель. Я была нетерпеливой, жаждущей, готовой сорваться, но в последний момент подал голос здравый смысл и напомнил: «А что будет после? Как мы будем вести себя, когда вернемся к работе?»

– Мы же не испортим все? – спросила я едва слышно.

– Нет. – Он покачал головой. В его голосе не было ни тени сомнения. – Мы сделаем так, чтобы все было идеально.

От этих слов мое сердце растаяло, будто сахар в кофе.

Мне очень хотелось в это верить. Правда.

Я прижалась губами к его шее – для этого не надо было вставать на цыпочки. Разбушевавшиеся гормоны отчаянно требовали своего, но…

– Я не хочу, чтобы потом между нами возникла неловкость, – сказала я.

– Еe не будет. Мы, даже если ссоримся, остаемся честны друг с другом.

– Хорошо. – Я кивнула. Это было правдой.

Граница, разделявшая нас с самого начала, стерлась, и теперь мы готовы были переступить черту. Внутри моей комнаты мы могли быть кем угодно.

Указательным пальцем я прочертила невидимую горизонтальную линию по его животу. Возможно, это был наш ритуал: сначала нарисовать линию, а потом вместе ее пересечь.

– Я хочу, чтобы ты сделал со мной все то, что уже успел себе представить, – без колебаний ответила я на его первый вопрос.

Уилл резко вдохнул, кивнул, затем облизнул губы. Он обхватил мое лицо ладонями и жадно поцеловал. Его дыхание на моей коже разжигало кровь еще сильнее. Он бережно откинул все еще влажные пряди волос. Кончиками пальцев он ласкал мое лицо, спускаясь к шее и оставляя за собой дорожку поцелуев. Когда его губы прижались к месту, где бился пульс, уже я шумно втянула в себя воздух.

– Боже, – хрипло прошептал он мне на ухо, – ты не представляешь, как сильно я хотел поцеловать эту родинку. – Он обвил руки вокруг моей талии и прижал меня к себе. – Я одержим.

От этого признания мои соски напряглись еще сильнее. Лифчик только мешал. Я знала, что облегчение мне принесет лишь одно – его язык на моей коже.

Словно угадав мои мысли, Уилл дерзко провел языком по моей шее. Когда он добрался до мочки уха, у меня вырвался стон, кожа покрылась мурашками, и мне пришлось вцепиться в его плечо.

– Тебе нравится? – прошептал он мне на ухо.

Сердце билось в груди с такой силой, что я не была уверена, не потеряю ли сознание прямо в его объятиях. Его запах и шепот затуманивали мне разум.

Уилл сделал это снова, и с моих губ сорвался пугающе громкий стон. Каждый сантиметр моего тела был во власти его прикосновений.

– Похоже, что да. – Низкий смешок у самого уха заставил мою кровь закипеть.

Он осыпал мою шею бесчисленными поцелуями и произнес:

– Такая болтушка, а теперь вдруг онемела?

Я фантазировала о нем не раз, особенно в последние дни. Ни в одной из этих фантазий на мне не было грязного мокрого спортивного костюма, и мы не находились в домике посреди гор. Но Уилл вел себя так же самоуверенно, как я и представляла.

– Да, мне нравится, – подтвердила я шепотом.

Уилл поцеловал уголок моего рта.

Как только наши языки встретились, желание, копившееся во мне неделями, полностью овладело мной. Не теряя ни секунды, мои руки скользнули к краю его толстовки. Я резко потянула ткань вверх и без колебаний стянула ее, прихватив по пути и футболку. Одежда не успела упасть на пол, как мои нетерпеливые руки уже жадно исследовали его торс. Я мечтала об этом с того самого момента, когда впервые увидела его без футболки. Уилл был до того красив, что рядом с ним я теряла голову.

Между нами все вышло из-под контроля: поцелуи стали горячее, дыхание участилось. Моя одежда все еще была влажной, но, если жара в этой комнате продолжит нарастать, она высохнет в считаные секунды.

Мои пальцы запутались в узле его спортивных штанов, а его – в подоле моей толстовки.

– Ракель, руки…

Оторвавшись от его тела, я подняла их, чтобы он мог снять с меня толстовку и футболку.

– Черт… – Уилл провел рукой по лицу и на мгновение отвел взгляд. Когда он снова посмотрел на меня, я отчетливо увидела, как тот самый динамит, о котором он говорил, взрывается у него в глазах. – Ты чертовски сексуальна, и я уже на грани. Стоит тебе дотронуться до меня – и я потеряю голову.

На этот раз непристойно улыбнулась уже я.

Желание в его голосе пробралось под нижнее белье и вспыхнуло там огнем. Все чувствительные точки тела горели. Я положила ладонь ему на грудь, прямо поверх татуировки, и медленно провела вниз. К моей радости, мышцы живота напряглись под моими пальцами. Его взгляд был прикован к моему лицу. Я посмотрела на него, и он без слов понял, о чем я спрашиваю. Почти незаметно кивнул, и я просунула руку ему в штаны. Когда я коснулась его поверх белья, из его горла вырвалось шипение, от которого внутри меня все содрогнулось.

Его взгляд скользнул к ложбинке между грудей, и желание стало еще острее, а одежда показалась невыносимо лишней. Я стянула с него штаны, не прерывая поцелуя.

Уилл положил ладонь мне на талию, и меня словно обожгло жаром пустыни. Он сел на край матраса и притянул меня к себе. От каждого поцелуя, оставленного на моем животе, я вздрагивала все сильнее. Мне уже не терпелось. Срочно. Я зарылась пальцами в его волосы, а он крепче обхватил меня за талию, вероятно, заметив, как у меня дрожат ноги. Он стянул с меня штаны, не переставая целовать живот. Я сделала шаг назад, высвобождаясь из них, и отшвырнула их ногой в сторону.

– Черт, меня сейчас инфаркт хватит, – услышала я.

От того, как завороженно Уилл смотрел на меня, я чувствовала себя богиней. Теперь я понимала его взгляды: внутри этой комнаты он был так же свободен, как и я. Его пальцы вцепились в край матраса. На нем оставались только черные боксеры. Никогда еще он не выглядел так сексуально.

– Иди сюда, – попросил он.

Я подошла, и Уилл притянул меня за бедра. И вот я уже сижу верхом на нем. Когда я почувствовала его возбужденный член, мне показалось, что я умираю. Он, должно быть, ощущал то же самое: его грудь вздымалась и опускалась так же часто, как и моя. Обхватив мое лицо руками, он снова жадно поцеловал меня, как будто не делал этого целую вечность. Я застонала, когда он собственнически сжал мои бедра.

– Я не смогу сейчас медленно, – прошептал он мне в губы. Его руки скользнули к застежке лифчика. – Потом, если захочешь…

– Да. Потом… – нетерпеливо перебила я, прижимаясь к нему в поисках столь необходимого контакта.

«Потом» – это слово уже содержало в себе обещание, что мы повторим все, что были готовы сделать прямо сейчас.

– А сейчас я просто хочу трахнуть тебя как сумасшедший…

«Вызовите 911!!!»

Сердце чуть не выпрыгнуло у меня из груди, да и желудок тоже. Все мое тело будто рассыпалось от этих слов.

– А потом я буду делать это так медленно, как ты захочешь, – пообещал он.

– Ладно.

Это была лучшая идея на свете.

Он расстегнул мой лифчик и так сжал челюсти, что я готова была поклясться, что слышала, как скрипят его зубы. Я убрала руки с его плеч, и его ладони снова легли мне на бедра. Когда он снял с меня лифчик, мои волосы скользнули по груди. Я откинула их назад, за плечи. Впервые в жизни мне так хотелось, чтобы мужчина видел меня обнаженной.

– Ты идеальна.

Его глаза были полны желания так же, как и мои. Притяжение между нами стало непреодолимым.

Уилл прижал меня к себе. В тот самый миг, когда его язык коснулся моего соска, последние остатки разума мгновенно развеялись в пыль. Он облизал мою грудь, и я вцепилась ногтями ему в плечи. От трения его щетины о мою чувствительную кожу я издала стон. Воодушевленный этим, он принялся ласкать языком другую грудь. Второй стон разорвал тишину, и он рухнул на матрас, потянув меня за собой.

Когда моя грудь коснулась его горячего торса, между нами будто вспыхнул огонь.

Он потянул меня за бедро, и мы перекатились по матрасу, чтобы он оказался сверху.

Почувствовав твердый член, прижатый ко мне, я укусила Уилла за шею. Он потерся о мое тело, и пружины матраса жалобно заскрипели. Просунув руку между нами, я погладила его поверх белья. Низкий стон, сорвавшийся с его губ, наполнил меня невероятным чувством удовлетворения.

Уилл целовал шею, грудь, пупок. Медленно стянул с меня трусики, и по животу побежали мурашки от нервов и предвкушения. Он покрывал поцелуями каждый сантиметр моих ног, и я задрожала, словно желе. Жара стояла удушающая. Еще несколько часов назад я пряталась за маской равнодушия, а теперь позволяла ему видеть меня такой уязвимой. Он опустился на колени, бросил трусики на матрас и многозначительно приподнял брови. Я скользнула взглядом по его торсу и прикусила губу, заметив выпуклость под бельем.

И тогда до меня дошло. Это было по-настоящему. Это действительно сейчас случится. Это не просто игра моего воображения.

Я нервно теребила подвеску – единственное, что на мне еще оставалось.

«О боже…»

– Что? – спросил он, а я нахмурилась. – «О боже» что?

«Я сказала это вслух?»

– Мы действительно собираемся это сделать, – ответила я.

Его губы растянулись в самой высокомерной и развратной улыбке из всех возможных. Той самой, когда человек знает, что сейчас доставит тебе огромное удовольствие.

– Еще как собираемся, – самодовольно подтвердил он. – Ты будешь говорить мне, что и как тебе нравится, а я дам тебе все, что ты попросишь.

От этих слов у меня буквально растаяло все тело. Он не сводил с меня глаз, пока я придвигалась к нему. Я тоже встала на колени. Зацепилась пальцами за резинку его белья и потянула вниз настолько, чтобы освободить член. Когда я обхватила его, Уилл затаил дыхание, а когда я провела рукой вниз, из его груди вырвался глубокий стон.

– Похоже, тебе это нравится, да? – спросила я, повторяя его собственные слова.

Уилл улыбнулся мне в губы и утвердительно хмыкнул.

– Мне безумно нравится, когда ты меня трогаешь, – подтвердил он через пару секунд.

– А мне нравится, когда ты шепчешь мне на ухо и когда… – Я сбилась и не смогла закончить фразу, потому что он коснулся самой горячей точки моего тела. Когда его палец скользнул внутрь меня, я напрочь забыла, что собиралась сказать.

Какое-то время мы просто целовались и ласкали друг друга. Я открывала для себя Уилла с новой стороны – той, о существовании которой даже не подозревала. Мне ужасно нравился его непристойный шепот. Наши стоны повисали в воздухе и становились все громче. Я полностью потеряла счет времени.

В какой-то момент, прервавшись на стон, я отстранилась и посмотрела ему в глаза. И он понял, что я делаю.

– Обязательно все превращать в соревнование? – спросил он.

– Да, – кивнула я с улыбкой.

И пусть он упрекал меня в этом, мы действительно соревновались, кто первым сведет другого с ума. Хотя к тому моменту мне казалось, что мы оба проигрываем.

Я довольно улыбнулась, когда он перехватил мое запястье, чтобы остановить меня.

– Я выиграла, – сказала я, прежде чем поцеловать его.

Уилл одну за другой поцеловал костяшки моих пальцев. Интимность этого жеста застала меня врасплох. Я была не готова к волне тепла, разлившейся в груди. Воздух между нами словно сгустился. Я целовала его уже медленнее, чувствуя его пальцы на своей спине и нежно лаская линию челюсти. Не прерывая поцелуя, мы опустились на матрас.

Он был надо мной, полностью обнаженный. Каждый сантиметр кожи, где мы соприкасались, горел. Я двинула бедрами навстречу. Трение между нами было невыносимым.

Я обхватила его и направила к себе, прижалась чуть сильнее. Он был так горяч, что я едва это выносила.

– Подожди, подожди, – попросил он почти умоляюще. – Презерватив.

Впервые я совершенно забыла о защите. Явный признак того, насколько я была не в себе.

– Точно. – Я лизнула его губы. – Пожалуйста, быстрее, – прошептала я.

Матрас качнулся, когда он поднялся. Он наклонился к своим штанам и выругался.

– Что случилось? – спросила я.

– Презервативы в моей комнате… или в чертовой машине. Не знаю.

– Не нужно никуда идти, у меня есть.

Я перекатилась по кровати влево, порылась в косметичке в чемодане, с нетерпением достала один и протянула ему. Я не могла оторвать взгляда, пока он надевал его. Потом он снова устроился между моих ног.

– Уилл, – позвала я шепотом. – Я хочу быть сверху.

Он кивнул и поцеловал меня с отчаянной жаждой. Мы поменялись местами. Я смотрела ему в глаза, пока брала его член рукой и во второй раз направляла ко входу. Медленно опустилась, впуская его всего на пару сантиметров, и остановилась.

– Все хорошо?

– Да. – Прикусив губу, я опустилась чуть ниже.

Мы оба застонали, когда мое тело полностью раскрылось. Когда он вошел целиком, я откинула голову назад, пытаясь удержать равновесие. На секунду я замерла, осознавая, что мы стали одним целым. Руки Уилла скользнули вверх и легли мне на талию. Я уперлась ладонью ему в живот и начала двигаться – сначала медленно, потом увереннее.

– Тебе нравится? – спросила я, не останавливаясь.

– Нравится? – Он посмотрел на меня так, будто я сошла с ума. – Меня вот-вот удар хватит.

В том, как идеально совпадали наши тела, была странная, почти пугающая привычность, будто мы занимались этим месяцы, а не впервые.

Я выгнулась, ускоряя движения. Мне нужно было, чтобы он потерял голову так же, как потеряла ее я.

– Боже, я тысячу раз мечтал… чтобы ты исчезла из поля зрения… а теперь не хочу, чтобы ты слезала с меня, – признался он прерывисто.

– Типичный Уилл… – улыбнулась я.

– В смысле?

– Такой романтичный… – Ирония в моем голосе прозвучала как мольба.

Его руки сомкнулись на моих бедрах, и у меня сорвалось первое признание:

– Я хотела этого… с вечера квиза… Тогда ты сжал мне бедро точно так же, как сейчас, и я думала… только об этом.

– А я тогда возбудился и потом дрочил.

Казалось, стоило Уиллу дать себе волю, и он полностью терял контроль над языком.

И, похоже, между его словами и моим возбуждением существовала прямая связь. Я опустилась грудью на его торс и без всякого стеснения провела языком по губам.

Я подавила вскрик, когда он перехватил инициативу и двинулся подо мной, крепче сжимая мои бeдра. Наши стоны заглушали скрип матраса. Мы с Уиллом двигались в унисон. Вскоре я уперлась ладонями ему в грудь и снова взяла все под контроль. Хотя я знала, что это повторится, мне хотелось, чтобы этот момент стал незабываемым, чтобы он помнил его всегда. Я хотела, чтобы эта встреча со мной стала лучшей в его жизни, поэтому двигалась быстрее. Мне понравилось чувствовать бешеный стук его сердца под своей ладонью. В какой-то момент единственным, что имело значение и на чем я могла сосредоточиться, было удовольствие – мое и то, которое я хотела подарить ему. Мне стало не хватать воздуха, его пальцы крепко сжимали мои бедра, а мои движения стали нетерпеливыми. У Уилла затуманились глаза, раскраснелась кожа и вспотела грудь. Хриплые стоны, вырывающиеся сквозь сжатые зубы, стали тем самым спусковым крючком, из-за которого я отпустила себя с криком. Он сдался оргазму через несколько секунд, двигаясь подо мной в поисках собственного удовольствия.

Я обмякла у него на груди. Это было невероятно: я вспотела и была полностью измотана. Я чувствовала удовлетворение, но далеко не насыщение. Мы обменялись медленным, страстным поцелуем, и я поняла, что он чувствует то же самое. Он прижался губами к моему лбу, и я позволила себе утонуть в этом идеальном моменте.