ФЭНТЕЗИ (сущ.). Жанр, который сделал Уилла знаменитым.

До встречи с Норой моe будущее было предрешено. План был прост: украсть у нее камни и отвести ее к скитальцам. Но мои чувства начали мешать миссии. Едва я ее увидел, как меня к ней потянуло. Я старался выстроить наши отношения так, чтобы она чувствовала себя в безопасности и могла доверить мне свои секреты, а я – использовать их в своих интересах. Я был холодным человеком. Выжить в постапокалиптическом мире можно лишь одним способом – обзавестись броней и никого к себе не подпускать. Но я не мог одновременно завоевывать ее доверие и держаться на расстоянии. Одной-единственной ссоры хватило, чтобы я понял: мне важно, что она обо мне думает. Нора сказала, что у меня нет сердца. Эти слова ранили, а еще разрушили ту хрупкую связь, что протянулась между нами.

Когда я смотрел, как она уходит, я понял: между нами образуется пропасть, которая уже никогда не сомкнется.

– Нора, подожди! – Я бросился за ней.

А догнав, перегородил ей путь.

Не обращая никакого внимания на ее раздраженный вздох, я протянул ей руку.

Она посмотрела на мою раскрытую ладонь, и в еe взгляде мелькнула нерешительность. Через несколько секунд она подняла дрожащую руку и вложила еe в мою. Не думая, я резко притянул еe к себе и заключил в объятия. Она уткнулась головой мне в грудь. Швырнула в лицо миллион ругательств, но они звучали далeким эхом, потому что единственное, что слышалось в том заброшенном доме, – бешеный стук моего сердца.

Я немного отстранился, чтобы взглянуть на нее.

Она выглядела такой же злой и обиженной, как и я. Я ослабил объятие, взял еe лицо в ладони.

– Мне так жаль. Я не должен был говорить эти ужасные вещи, – сказал я, давая волю своим чувствам.

– Мне тоже жаль. – Она накрыла мои руки своими.

– Не уходи, пожалуйста, – попросил я.

Мы несколько секунд молча смотрели друг на друга, и я почувствовал, как внутри что-то рушится. Мне было страшно открываться.

Нора подняла руку и провела пальцами по моим волосам.

– Я бы хотела тебя поцеловать, – прошептала она.

Мое эго пустилось в пляс. Я самодовольно улыбнулся и наклонился к ней.

– Тогда целуй, – прошептал я.

Стоило почувствовать еe мягкие, тeплые губы, как меня накрыло волной облегчения. Я жадно целовал еe в ответ. Хотел касаться каждого сантиметра еe тела, пока она не сойдет с ума. Поцелуй стал глубже, страстнее, а еe ладони легли мне на грудь. Удивительно, как быстро нежность превратилась в страсть.

Когда я прижался губами к родинке в форме звездочки на еe шее, она тихо застонала, а мое возбуждение стало невозможно скрывать. В воздухе чувствовался только еe цитрусовый запах. Мгновение я просто разглядывал ее. С покрасневшими губами и взъерошенными волосами она выглядела потрясающе.

– Хантер, я хочу этого.

И в этот момент она пробила мою броню.

Когда мы снова поцеловались, все мысли улетучились из моей головы. Я поднял ее, и она обвила ногами мою талию. Не отрываясь от ее губ, я попятился назад, пока не уперся в деревянный стол.

– Здесь или?..

– Здесь, – перебила она нетерпеливо.

Я развернулся, держа еe на руках, и усадил на стол. Нора опустила ноги, и я наклонился, чтобы снова поцеловать родинку на шее.

– Я давно хотел это сделать, – прошептал я.

Она притянула меня ближе и жадно впилась в мои губы. Мы целовались, кусали друг друга, дразнили, стаскивая одежду, пока Нора не выдохнула:

– Я не могу больше ждать.

Я вошeл в неe медленно, стиснув зубы. Хотел быть нежным, но Нора не позволила. Я сбился со счета, сколько раз мы сливались воедино. А когда еe мышцы сжались вокруг меня и мы оба отдались этому чувству, я понял две вещи: я хочу видеть ее счастливой и дам ей всe, что она попросит.

Сцена, которую я только что прочитала, снова и снова прокручивалась у меня в голове. Странное чувство узнавания, возникшее при чтении, будто вышло за пределы страниц и прилипло к коже. Я была сбита с толку и вся горела, потому что в процессе невольно представляла на месте героев себя и Уилла.

Было тяжело, но я знала, что должна взять эмоции под контроль и двигаться дальше.

Оставалось всего несколько минут, чтобы захватить ноутбук и подключиться к видеозвонку с Уиллом в забронированной переговорной. Я в спешке выскочила из туалета и врезалась в кого-то. Подняв голову, я увидела того, кого меньше всего ожидала встретить в издательстве.

– Уилл? – удивленно спросила я. – Что ты здесь делаешь?

Он несколько секунд смотрел на меня совершенно невозмутимо. Держал за предплечья и стоял слишком близко.

– Здесь ты не должна звать меня Уиллом, – прошептал он медленно. – В издательстве я мистер Андерсон, помнишь? Что подумают люди, если услышат, как ты зовешь меня по имени?

– Я… да, верно.

Уилл отпустил меня и сделал шаг назад.

– Готовы к нашей встрече, сеньорита Гарсиа?

Да.

На нeм был тот самый темно-синий костюм из журнала. Он выглядел внушительно и очень привлекательно.

– Я забронировала переговорку, – сказала я дрожащим голосом.

Он последовал за мной по коридору на верхний этаж. Добравшись туда, положил руку мне на поясницу и провел внутрь. Все формальности исчезли, стоило ему закрыть дверь. Уилл поставил портфель на стул и подошел ко мне.

– Мне правда очень жаль, – сказал он. – Я не должен был говорить тебе все эти ужасные вещи.

Я кивнула и промолчала.

– Я… хочу быть с тобой честен… – Он потянулся и взял мою руку. – Я все время думаю о тебе. Я вел себя как идиот, а ты…

Я распахнула глаза, а сердце сделало кульбит. Атмосфера моментально накалилась. Если он продолжит говорить по-испански, я потеряю голову.

Он на секунду отвел взгляд, откашлялся – ему явно было неловко. Когда я уже собиралась признаться, что тоже сожалею, он снова посмотрел на меня своими разноцветными глазами и сказал:

– В тот день… ты собиралась меня поцеловать? Мне нужно знать.

– Да, – ответила я почти шепотом и сделала шаг к нему. Чтобы посмотреть ему в лицо, пришлось запрокинуть голову.

– Как жаль, что ты этого не сделала. – Его спокойный, низкий голос окончательно взволновал меня. – Ты потрясающе выглядишь в этом платье.

Уилл взял моe лицо в ладони, на секунду задержал взгляд и наклонился поцеловать. Стоило его губам коснуться моих, как у меня бешено забилось сердце. Он скользнул рукой мне на затылок, углубляя поцелуй, и у меня вырвался тихий вздох. Я никогда ещe не целовалась настолько развратно. Я полностью отдалась ощущениям. Теплая дрожь пробежала между ног, когда он оставил дорожку поцелуев по моей шее до самой ложбинки на груди.

– Уилл… – прошептала я.

– Мистер Андерсон, – поправил он и расстегнул две верхние пуговицы на моем платье.

– Господи… – выдохнула я. – Мы правда сделаем это здесь?

Он кивнул и ослабил узел галстука.

– Я давно хочу это сделать с тобой.

Мне пришлось сглотнуть. Я была одновременно возбуждена и взволнована.

– Это сумасшествие… кто-то может войти.

– Никто сюда не войдет. – Он шагнул ближе, заставляя меня отступить, и снова обхватил мое лицо ладонями. – У нас есть час, верно? – прошептал он мне в губы.

По коже побежали мурашки, и сердце сорвалось в галоп. Ничего подобного я раньше не делала. Я снова поцеловала его и прижалась к нему, отчаянно нуждаясь в этом контакте. Уилл мягко подталкивал меня назад, пока я не уперлась в край стола.

Он отстранился и посмотрел на меня таким голодным взглядом, что у меня внутри все вспыхнуло. Он провел ладонью по краю выреза, и платье, чуть свободное сверху, легко сползло с плеч. Я освободила руки, и ткань опустилась до талии.

Уилл смотрел на меня словно заворожeнный, его взгляд буквально обжигал. Расстегнув одной рукой застежку лифчика, он его снял. Когда он коснулся моей груди, у меня вырвался стон.

– Ш-ш-ш. – Уилл поцеловал меня. – Тише, сеньорита Гарсиа.

Он прижался губами к моему подбородку, потом к шее. Чем ниже он опускался, тем сильнее я дрожала. Я знала, что он собирается сделать, но всe равно оказалась к этому не готова. Когда он лизнул сосок, с губ сорвался второй тихий стон. Он выпрямился и прошептал мне на ухо:

– Если будешь такой шумной, мне придется закрыть тебе рот. Как тогда, на квизе.

Вместо ответа я провела ладонью по его очевидной эрекции, и он только выдохнул сквозь зубы:

– Сеньорита Гарсиа…

– Меня возбуждает, когда ты называешь меня «сеньорита Гарсиа», – прошептала я.

– Правда? – Он украл у меня поцелуй. – Какое совпадение: у меня встаeт как камень, когда ты называешь меня «мистер Андерсон».

«Уф».

Мы снова поцеловались так, будто были не посреди офиса, а в каком-то параллельном мире, куда никто не мог войти.

– Ляг на стол, – попросил он мгновение спустя.

Я послушалась, чувствуя себя полностью раскрепощенной. Уилл провел ладонями вверх по моим ногам, крепко сжал бeдра и опустился передо мной на колени. Я охнула, когда он стянул с меня трусики.

В тот момент, когда его лицо оказалось между моих ног, у меня чуть сердце не выскочило. Дыхание сбилось, а он только ускорял ритм и усиливал давление языка. Внутри все сжалось в тугой узел, и я прикусила губу, кончая.

Когда я пришла в себя, я положила руку на грудь и глубоко вдохнула.

Через секунду открыла глаза и уткнулась взглядом в темноту своей спальни.

«Господи, Ракель… – Голос в моей голове звучал осуждающе. – Если ты ласкаешь себя, думая о нeм, как ты собираешься держать дистанцию? Как завтра посмотришь ему в глаза и скажешь, что всe ещe на него злишься?»

Хуже всего было даже не то, что я кончила, думая о нeм. Я дала волю фантазии, и Уилл в моих мыслях оказался скорее персонажем эротического романа о бизнесменах, нежели писателем.

На меня подействовала фотография в журнале, где он позировал в костюме с галстуком. А еще две выпитые маргариты. А может, виной всему был «Очень чувственный придурок» – эротический роман, который я сейчас редактировала.

Перед глазами всплыл образ Уилла, задумчиво поглаживающего щетину во время нашего обсуждения книги Мии Саммерс, и я сжала ноги от желания.

Что со мной вообще происходит?

Меня теперь заводит, что мужчина читает любовные романы?

«Тебя возбудило то, что он читал Джейн Остин».

Меня что, правда заводят разговоры о литературе? Я настолько примитивная?

«Ну да, Правка. Настолько».

Частично виновата была и сексуальная неудовлетворенность, мучившая меня последние несколько недель. С тех пор как я переступила порог его дома, я ни разу не прикасалась к себе.

«Давай признаем: тебя завела сцена, которую он написал».

Даже страшно было подумать, что бы он сказал, узнай, что меня возбудила его книга…

Поворочавшись в постели, я встала, подошла к стеллажу и достала свой экземпляр романа «Дорогое сердце, почему именно он?».

Я надеялась, что встреча с моим книжным идеалом поможет выкинуть Уилла из головы.

* * *

На следующий день в офисе я первым делом открыла рукопись, которую редактировала, и продолжила с того места, где остановилась вчера. Проблема была в том, что каждый раз, когда в тексте появлялся Том – нахальный красавчик в костюме, – вместо темноволосого парня с серыми глазами я представляла Уилла. Чем ближе был утренний созвон, тем сильнее я нервничала. За десять минут до встречи я пошла в туалет.

Пригладив волосы, я поправила помаду. Чтобы хоть как-то дистанцироваться от своих фантазий, я надела черные классические брюки и розовый жакет.

«Ты справишься. Как всегда», – напомнила я своему отражению.

Не теряя времени, я вернулась к столу, схватила все необходимое и, жутко нервничая, направилась в переговорку.

Я вошла в комнату и стала ждать.

Уилл появился на экране почти сразу. Стоило увидеть его, как внутри все нетерпеливо подпрыгнуло.

«Успокойся, пожалуйста».

– Доброе утро, Ракель.

Я глубоко вдохнула и ответила:

– Доброе утро. Ты меня хорошо слышишь?

– Да. А ты меня?

– Тоже хорошо.

На Уилле была зелeная футболка, а щетина уже походила на бороду. Он выглядел таким же уставшим, как и я.

Нужно было правильно подойти к ситуации. А именно – притвориться и сосредоточиться на работе. Притвориться, будто его появление ничего для меня не значит, будто мне все равно, хорошо ли он спал или провел тяжелую ночь. В моем списке задач было всего три пункта: извиниться, обсудить сцены и спросить, хочет ли он, чтобы я вернулась в Кармел.

– Как ты? – опередил меня Уилл.

– Нормально, – ответила я максимально нейтрально. – Вчера я была у Дэвида, мы обсуждали варианты обложки твоей книги. Есть идея сделать дизайн более романтическим. – Уилл заметно обеспокоился. – Разумеется, не теряя сути. Я уже попросила иллюстратора сделать первый эскиз – как только она пришлет вариант, я тебе его покажу. И еще нам нужно определиться с названием.

– Ракель, я спросил, как ты, а не как дела с книгой.

– Я в порядке. А ты? Много написал? – добавила я, чтобы дать понять: мы здесь только по рабочим вопросам.

– Бывало и лучше… – признался он. – Слушай, я хотел извиниться. Мне не стоило называть тебя мисс Правкой и несостоявшейся писательницей. Мне правда очень жаль.

Я на секунду отвела взгляд и вздохнула. Нельзя позволять извинениям и этому виноватому выражению лица смягчить меня. Я тоже хотела извиниться и вернуть легкость в наше общение, чтобы дальше работа шла гладко.

– А смену названия мы можем обсудить, когда ты вернешься, – услышала я.

Очередное сальто в животе. Я посмотрела на Уилла и выпрямилась на стуле, раздраженная собой и сбитая с толку.

– Хорошо, – ответила я. – Обсудим на следующей неделе. Я прилечу в четверг вечером.

– Отлично. Когда будет удобно, пришли мне номер рейса, чтобы я знал, когда тебя встречать.

«Ракель, только не принимай это за романтику… Держись, иначе мы пропали».

– Я тоже хотела извиниться, – выпалила я. – Прости за то, что сказала так про твоe сердце. Это было ниже пояса. И… за то, что назвала тебя придурком.

– Всe нормально. – Он пожал плечами, уже заметно спокойнее.

«Ну же, остался последний пункт».

– Сцена, которую ты прислал, отличная. Мне очень понравилась романтическая часть.

– Спасибо. – Он немного расслабился. – Хотел передать раскаяние Хантера, а дальше все само пошло.

– Да, это чувствуется. Получилось сексуально, но не по́шло, мне понравилось. Можно чуть растянуть сцену, но это мы обсудим позже.

Уилл кивнул.

– Проверю, есть ли у меня ещe комментарии. – Я взяла красную ручку и стала листать распечатанные страницы. Одну за другой.

– Ракель, хочу предложить сделку…

У меня на секунду остановилось сердце. Я выпустила лист из пальцев и удивлeнно посмотрела на него.

– Я не буду тебя беспокоить, пока ты в Нью-Йорке, – продолжил он. – А взамен ты целиком посвятишь мне следующую пятницу, чтобы мы могли поработать вместе.

– Хорошо, – сказала я, отвела взгляд и провела красную линию по бумаге от края до края.

– Не помешало бы съездить в горы на выходных и устроить с тобой мозговой штурм.

– Да, конечно. Как тебе удобно.

– Отлично. – Он улыбнулся, и я вежливо ответила ему улыбкой. А сердце снова забилось быстрее.

Мы ещe немного обсудили главы, и после звонка я осталась в переговорке, несколько минут водя красной ручкой по той самой линии. У меня было несколько дней, чтобы убедить себя, что я смогу перенести эту линию с бумаги в своe сердце. И оставалось надеяться, что Уилл не станет ее стирать.