Двойное удовольствие

(Данте)

Просто веди себя круто, Данте. Ты в порядке. Я пытаюсь успокоить свое бешено бьющееся сердце, пока мои глаза бегают по комнате.

— Они точно не слишком молоды? — быстро шепчу я Алессио, мой взгляд прикован к паре танцующих братьев, передающих друг другу почти пустую бутылку виски. Их одинаковые топы лежат на полу спальни наверху, которую мы нашли незапертой не так давно.

Алессио смотрит на близнецов на мгновение, прежде чем вернуть внимание ко мне, придвигаясь ближе на диване горчичного цвета. — Тебе нужно пересмотреть свое определение молодости. — Он усмехается и тянется к моему подбородку, притягивая меня для поцелуя, нежно покусывая мою нижнюю губу, когда отстраняется.

— Они как минимум вдвое меньше нас, Алессио. Ты не так молод, как думаешь, — возражаю я, игриво отталкивая его. Но он просто притягивает меня ближе, зажимая в своих объятиях, его знакомый запах успокаивает меня.

— Дорогой, им 32, они намного старше твоей жены. Так что тихо и наслаждайся своим свадебным подарком, — шутливо ругает меня Алессио.

Слово жена крутится в моем сознании, как незнакомое вино на языке. Даже сейчас, спустя часы после церемонии, это кажется сюрреалистичным. У меня снова есть жена.

Только это совсем не похоже на первый раз.

Стоя здесь, в этой экстравагантной комнате, глядя, как огни города мерцают за окнами, я едва могу поверить, что это моя жизнь. Что я здесь. Собираюсь сделать... я не знаю что.

Так долго я убеждал себя, что такие мужчины, как я, не предназначены для любви, — у нас есть империи, которые нужно строить, враги, за которыми нужно следить, обещания, которые нужно выполнять.

После того как я потерял Алессио в первый раз, я похоронил себя в работе, пытаясь понять, как удержать семью на плаву после смерти отца. Это поглощало каждый мой час бодрствования.

Затем появилась Элена — мимолетная вспышка света во тьме. На мгновение я почти поверил, что могу быть счастлив.

Когда она умерла, когда я не смог спасти ни ее, ни нашего нерожденного ребенка, я построил стены так высоко, что думал, что никто никогда их не преодолеет.

Более десяти лет это работало отлично.

Но затем появилась Даника.

Она не преодолевала стены — она прошла сквозь них, будто они были сделаны из дыма.

И теперь я здесь, на диване с Алессио, размышляя о мужественности полуобнаженных близнецов, танцующих перед нами, как шлюхи.

— Какой же ты везучий человек, — мурлычет Алессио, будто читая мои мысли, его голос несет то знакомое тепло, от которого у меня до сих пор сжимается грудь, как три десятилетия назад.

Его взгляд скользит к близнецам, покачивающимся, как очень гибкие тростники, их движения плавны и грациозны. — Большинство жен не доверили бы своих новых мужей мне, не говоря уже о всей моей команде.

Один из близнецов — Киаран или Джо, я все еще не могу их различить — посылает игривый воздушный поцелуй в нашу сторону. Мой желудок сжимается от неловкой смеси притяжения и неуверенности.

— Полагаю, нет. Хотя Даника была даже более взволнована, чем я. — Мы обмениваемся понимающим смехом.

— Идем, — говорит Алессио, — присоединимся к ним. Я хочу пить. — Он двигается с той легкой грацией, которой я всегда завидовал, скользя между парой, чтобы схватить бутылку виски. Он делает большой глоток, прежде чем протянуть ее мне.

Я послушно принимаю ее, позволяя виски сжечь часть моей нерешительности.

Музыка снизу пульсирует сквозь половицы, ровный бас, совпадающий с моим пульсом.

Один из близнецов притягивается к Алессио, их тела находят естественный ритм вместе.

Когда Киаран-или-Джо трется об Алессио, он обхватывает запястьями шею гораздо более высокого Шута, притягивая его для медленного поцелуя, который перерастает в нечто страстное.

Наблюдая за ними, я стою застыв, пустая бутылка свисает из моих пальцев. Это мир Алессио — все границы текучи, вся привязанность легка. Даже после всего, что мы разделили, я все еще чувствую себя чужим здесь, застрявшим между тем, кем меня воспитали быть, и тем, кем я могу стать.

Перестань анализировать, Данте!

Музыка внизу меняется, что-то более медленное теперь, более интимное. Я сажусь обратно на диван, закрываю глаза на мгновение, чувствуя вибрации через ноги, пытаясь найти свое место в этом странном новом мире.

Когда я снова открываю глаза, оставшийся блондин смотрит на меня, его улыбка нежная, но вызывающая. В его глазах я вижу неотразимое приглашение.

— Даже не думай. Я не танцую, — говорю я красивому мальчику, когда он приближается, чувствуя себя невероятно неловко, ерзая на диване и сжимая кулаки, чтобы скрыть беспокойные руки.

— Нам не обязательно танцевать, — шепчет молодой качок, протягивая руку, чтобы стащить меня с дивана. Я позволяю ему. Не отталкиваю, даже когда он сокращает расстояние между нами, глядя на меня снизу вверх своими нуждающимися глазами, похотливо надувая губы.

Застыв, я задерживаю дыхание, разглядывая фигуру без рубашки передо мной, идеальную, будто его вылепили боги.

Я не уверен, что сказать или даже что делать.

Это не та ситуация, к которой я когда-либо готовился.

Алессио — единственный мужчина, с которым я что-либо делал.

Чего этот ребенок от меня ожидает?

Мужчина, а не ребенок, — поправляю я себя.

Однако он выглядит намного моложе 32.

Нельзя отрицать, что он в форме, — поддержание таких мышц должно требовать много работы.

Киаран-или-Джо принимает мое молчание за согласие и кладет руку мне на грудь, прижимая наши тела друг к другу.

Его член тверд, неоспоримо, — он прижимается к моему, пробуждая желание, которое копилось под моей кожей.

Блондин замечает, что я замечаю, и ухмыляется. — Хм... Ты сам довольно тверд.

Это факт.

Мне хочется пожать плечами, но я сдерживаюсь. Как мне сейчас быть сексуальным? Что это вообще значит?

К счастью, Киаран (он скажет мне только позже, когда они уйдут) не из тех, кто страдает от неловкости. Красивый мальчик с сияющими светло-голубыми глазами ведет меня обратно на диван, слегка толкая меня вниз.

— Позволь мне потанцевать для тебя. — Он не ждет ответа, начиная соблазнительно покачивать бедрами, касаясь себя везде, пока выступает для меня.

Движения элегантны, отточены; я не могу оторвать от него глаз.

— Талантлив, правда? — Алессио снова плюхается рядом со мной, его рубашка расстегнута и развевается. Он, кажется, не замечает.

Джо присоединяется к своему брату, чтобы исполнить хореографический стриптиз, который выглядит как то, что Даника могла бы показать мне в видео в соцсетях.

На минуту я могу различить парней по их нижнему белью — черное у Джо, темно-синее у Киарана.

Я ахаю.

Но не стриптиз мгновенно заставляет мой пульс участиться до опасного уровня; нет, это Алессио, опускающий мою ширинку и вытаскивающий мой член, почти рассеянно поглаживая его, пока смотрит на представление.

Мой естественный инстинкт — паниковать. Мой член выставлен напоказ перед незнакомцами!

Но ловкие длинные пальцы Алессио быстро завладевают моим вниманием, массируя нервозность из моей твердой плоти, и я чувствую, как мое тело расслабляется на диване, плечи опускаются.

Не глядя, я протягиваю руку и отвечаю взаимностью, нащупывая тот знакомый толстый член, который знаю до дюйма.

Внезапно уже не только близнецы устраивают шоу; они получают представление от Донов на диване, стонущих и касающихся, ахающих и шепчущих.

Мистер Синее Нижнее Белье раздевается полностью первым, его брат позволяет ему занять сцену, прежде чем тоже уронить черную пару на пол, отбрасывая ее в сторону.

Пара почти одинаковых членов нормального размера и необрезанных — я не знаю, на что еще обращать внимание.

Эти мускулистые задницы, однако, я не могу оторвать от них глаз, полностью загипнотизированный.

Не так сильно, как Киаран, который забывает о танцах и возвращается ко мне, его глаза прикованы к моему члену между пальцами Алессио.

— О боже, ты такой большой, — шепчет он, опускаясь передо мной на колени.

— Я уверен, ты видел и побольше, — пытаюсь я отмахнуться, но у него нет намерения быть отвергнутым.

Голый мальчик смело раздвигает мои бедра, наклоняясь, чтобы рассмотреть поближе.

Алессио подмигивает ему. — На вкус он тоже отличный.

Блондин смотрит на меня с диким желанием в расширенных зрачках, буквально пуская слюни передо мной. — Можно?

Я ищу помощи у Алессио, но он не для этого здесь; это мое решение. Он просто подмигивает мне и убирает руку.

— Весь твой, — отвечаю я только после короткого колебания.

Я отчаянно нуждаюсь в разрядке. Вина Алессио.

Это, и мне любопытно узнать, как эти губы будут ощущаться вокруг моего члена.

Одна мысль посылает разряд по моему позвоночнику. Когда он проводит языком по моему стволу от основания до головки, я громко ахаю, хватаясь за руку Алессио для поддержки, чтобы не перевалиться через край.

Сначала только головка, затем весь я, Киаран проглатывает меня целиком, давясь, а затем берет больше. Иисус! Как можно взять так много?

Рядом со мной Алессио получает тот же подарок, когда Джо встает на колени рядом со своим братом на роскошном угольном ковре.

— Разве они не изысканны? — мурлычет Алессио, гладя волосы стоящего на коленях Джо, пока его светлая голова двигается вверх-вниз по члену Шута.

Мой единственный ответ — невнятное кряхтение, пока я двигаю бедрами навстречу экспертным губам, которые сейчас работают надо мной в ритме, которого я никогда раньше не испытывал.

Алессио притягивает меня для поцелуя, и я теряюсь в его запахе, его вкусе, пожирая его в небрежных поцелуях, пока мы проглатываем стоны друг друга, задыхаясь от смешанных вздохов.

Я держу его лицо у своего, близко. Я не могу долго продержаться в таком темпе, но и не должен. Даника дала мне свободу на сегодня, разрешение кончать столько, сколько я захочу и когда захочу. Она обещала, что к концу ночи я буду умолять остановиться, но как-то я не мог представить такую ситуацию. Глупый я.

Но ночь только началась.

— Я близко. — Я отрываюсь от губ Алессио ровно настолько, чтобы предупредить стоящего на коленях близнеца.

— Отдай мне все, — шепчет Киаран, к моему большому удивлению, прежде чем снова опуститься и сосать еще сильнее, пожирая мою головку, будто это мороженое, готовое растаять на асфальте в жаркий летний день.

— Я не могу сдерживаться, — выдыхаю я, вцепляясь в диван в поисках стабильности, которая не приходит.

— Тогда не сдерживайся, — шепчет Алессио мне в ухо, и я знаю, что вот-вот развалюсь. Он берет мою руку, сжимая слишком сильно, когда мы достигаем вершины наших оргазмов вместе, стоны смешиваются с кряхтениями, когда мы отпускаем и падаем за край.

Dio mio, это чувствуется невероятно!

Близнецы вылизывают каждую каплю, выпивая нашу сперму, пока ничего не остается.

Когда они заканчивают, работа выполнена удовлетворительно, пара присоединяется к нам на диване. Не хватает места, но Джо с радостью садится на колени Алессио.

Его брат возвращает мое внимание к себе, хватая меня за подбородок и целуя небрежным поцелуем, прежде чем вскочить в поисках еще выпивки.

Я удивлен, что чувствую себя на губах Киарана, хотя нет явной причины для удивления. Прошло так много времени с тех пор, как я пробовал свой оргазм с чьих-либо губ, кроме Даники или Алессио.

В этом есть что-то грязное, запретное — даже несмотря на то, что у меня есть полное разрешение.

Это заставляет мое сердце биться быстрее, а мой упавший член снова подниматься.

Я не могу дождаться, чтобы рассказать Данике об этом опыте.

Она была бы мной горда...

Как бы ни было весело, я мгновенно скучаю по ней, чувство чего-то недостающего жжет меня, как электрический сбой.

Интересно, чем она занималась.

Что-то вибрирует рядом со мной, и моему посторгазменному мозгу требуется несколько секунд, чтобы понять, что это мой телефон жужжит там, где упал в щель дивана.

Одно сообщение появляется на экране, когда я беру его.

От Даники.

Как будто по команде.

Похоже, я не единственный, у кого такие мысли.

Встретимся в туалете в холле, муж.