Как уже отмечалось в конце прошлой лекции, Россия, её народ, а в особенности её образованный слой, оказались в последней трети 19-го века перед новой угрозой – появлением идеологии по переустройству мира, осуществляемой в жизни отлично финансируемой и организованной группой людей, подчиняющейся строгой иерархии и внутренней дисциплине. Это уже были не розовые мечты фурьеристов. Как скажет позднее Достоевский – это была «организация». Кроваво-красная организация.

Эта организация видела свою задачу в том – чтобы потрясти общественные основы России.

Если оставить за скобками саму метафору «бесов», фиксируемую евангельской цитатой и строками пушкинского стихотворения, то всякому становится ясно, что в романе «Бесы» речь идёт о «подпольной» организации революционеров.

В одной из предыдущих лекций я уже обратил внимание на то, что Достоевский рассматривает несколько «перфекционистских» моделей сверхчеловеческого: одну религиозную («святость» через «обожение») и три секуляризованных – «сверхчеловек» и путь к нему через: 1) самоопределяемое самоубийство; 2) самоопределяемое убийство «другого» (других) человека (людей); 3) коллективно-определяемое убийство других людей.

В романе «Бесы» Достоевским представлены первый секуляризованный вариант и третий. Поскольку же первый вариант я подробно рассмотрел в четвёртой лекции, постольку здесь речь пойдёт о случае, когда группа (организация) людей самостоятельно определяет условия, способы, форму жизни других людей, да, кроме того, определяет и ответ на вопрос – жить этим людям или умереть.

Именно поэтому «бесы» или в развёрнутом виде – «революционеры» (сверхлюди) и становятся предметом тщательного анализа Фёдора Михайловича.

Итак, кто такой «революционер-сверхчеловек»?