Если внимательно присмотреться к сочинениям Достоевского, то невозможно не увидеть одну странность, если не сказать закономерность: Фёдор Михайлович отводит уму «тёмную сторону мира»[224], тогда как персонажи, пусть и не лишённые ума, но явно отличающиеся «умственной простотой», легко им помещаются в «стороне светлой».

Здесь даже не требуется какого-то специального анализа: Князь Мышкин, Алёша Карамазов – явно отличавшиеся «умственной простотой», – выведены Фёдором Михайловичем как персонажи «девственно светлые» и, наоборот, Николай Ставрогин, Иван Карамазов и его собеседник – чортъ[225], – явно отличающиеся «умственной изысканностью», выведены Фёдором Михайловичем как персонажи «безусловно тёмные». Сюда же можно было бы отнести и Колю Красоткина.

Не нам судить – насколько такая оппозиция уму оправдана. Что называется: на всё воля писателя!

Мы же, в настоящей лекции, прикоснёмся к лаборатории мысли самого Фёдора Михайловича. Мы попробуем рассмотреть и понять то, что не понимало и не могло понять абсолютное большинство его современников.

Итак, рассмотрим «Легенду о грешнике», которой, сколько я знаю, в отечественной литературе вообще не было уделено никакого значительного места. И, между прочим, зря. Эта легенда, в силу своей специфичности, может по праву считаться одним из его выдающихся достижений, далеко опередивших своё время. Но, как говорится, всё по порядку.