Пока парочка наших гениев усердно косила под кусты и вживалась в образ партизан, я незатейливо сложил пальцы в уже ставший любимым жест. Паники, как ни странно, не было.

— Техника Теневого Клонирования!

Из дыма нарисовалось пять раздражающих рож.

— Так, пацаны, будете бежать веером. Руками не махать, в контакт не вступать. А как найдёте седого садиста, маякнёте мне.

Клоны дружно кивнули, после чего бесшумно растворились в листве. Я же зашагал по тропе, неторопливо раскачиваясь и засунув руки в карманы. В голове вроде с горем пополам отлился железобетонный план. Чтобы завалить этот дурацкий экзамен и выбить себе законный год учёбы, мало будет прошляпить колокольчик. Необходимо потопить всю команду, хе-хе.

И как это провернуть без палева? Возможно, вредительство под видом братской заботы?

Саске на цыпочках будет подбираться к одноглазому спецназовцу? Обязательно выпрыгну из-за дерева с криком: «Саске, я прикрываю!», чтобы вопль услышала вся округа. Решит розовая устроить ловушку с лесками? Я туда непременно завалюсь во весь рост. Как тебе такая многоходовка!? Какая сволочь посмеет обвинить в саботаже парня, у которого просто шило в заднице и диагноз нерасторопного идиота? Пуф!

Лёгкий укол в висок — один из клонов развеялся. В мозг тут же поступила картинка: залитая солнцем поляна у речки и стоящий посреди неё Какаши, который всем своим видом показывал, как интересно и увлекательно ему на лучшей работе мира. Он там уснул, что ли?

Ну и хорошо. Я перемахнул через торчащий корень и прибавил шагу навстречу своему светлому будущему.

Через пару минут я выскочил на нужную опушку.

Ветер поднял с земли горсть пыли, погнал между нами сухой лист. Я встал метрах в десяти от джонина, чуть расставив ноги и опустив руки. Черт, не хватало только ковбойских шпор и заунывной трели губной гармошки. Прям настоящий вестерн. Дикий Запад, версия «Коноха-хард».

Какаши склонил голову набок. Знакомое выражение лица. Точно также наш тренер обычно смотрел на опоздавших на сборы.

— Знаешь, Наруто... Основа ремесла шиноби — скрытность. Твои сокомандники это хорошо усвоили. А ты заявляешься в лоб. Это что — избыток самоуверенности или недостаток ума?

Я мысленно похлопал себя по плечу. Первый этап плана работал идеально: лучшая маскировка — это полное отсутствие маскировки. А что? Наруто справлялся с этим мастерски, от меня ровно этого цирка и ждали.

— А мне не от кого прятаться! — я вскинул кулак и выдал свою самую наглую ухмылку. — Я тебя одной левой уделаю, даттебайо! В первом же раунде! Мне эти ваши прятки даром не нужны!

— Ого, смело. В первом раунде, значит? Звучит грозно. Особенно от парня, который умудрился шнурки с утра криво завязать.

Мой взор машинально покосился на сандалии, и тут же дёрнулся. Вот гаденыш… Чуть не купился на банальнейший детский развод.

— Эй, хорош глумиться, даттебайо! — взвился я, принимая низкую боевую стойку. — Сейчас ты у меня запрыгаешь!

Я уже перенес вес на носок, готовясь сорваться с места, но тут Какаши успокаивающе поднял ладонь:

— Секундочку.

Он неторопливо залез в подсумок. Я тут же подобрался, сжавшись в пружину: кунай? взрывная печать? Но вместо смертоносного железа наставник извлек на свет... книжонку в оранжевой обложке. А затем раскрыл её где-то на середине и демонстративно уткнулся в текст.

Я так и замер посреди стойки, сдувшись, как проколотый мяч. Стоп, не время из образа выходить!

— Э-э... Ты чего творишь?

— Читаю, — невозмутимо бросил Какаши, даже бровью не поведя. — Ты продолжай, не отвлекайся.

— Читаешь?! Прямо посреди боя?!

— Недостаток ума, значит, — он неторопливо перелистнул страницу. — Мне ужасно интересно, чем там у них закончилась сцена в коридоре. Но ты атакуй. На исход дела это никак не повлияет. Для тебя мне и одной руки с избытком хватит.

Я опешил. Уровень неуважения переходил все разумные границы. Вот же наглый тролль и… что это? Тут мой взгляд зацепился за знакомую Наруто обложку. Стилизованные буквы складывались в фразу: «Приди, приди, рай».

Челюсть медленно съехала вниз. Да ладно. Серьезно?

Я же в своем мире тоже видел этот литературный мусор! Этим макулатурным чтивом про горячих мафиози, токсичных красавчиков и бесконечные постельные сцены были забиты все электронные читалки моих сокурсниц.

Я еще раз присмотрелся к названию, вдруг померещилось. Пиз*ец... Элитный шиноби, машина для убийств, от которой зависело, сдохну я завтра или нет... на серьезных щах шпионит за клубничкой для утонченных барышень? Испанский стыд… Суровый ореол джонина сгорел до тла.

— Ну чего ты завис? — лениво протянул Какаши, шурша страницами. — Передумал меня одной левой раскатывать?

— Ах ты... Я тебе сейчас эту книжку в одно место засуну! — взревел я на весь полигон.

Сжав рукоять куная, я оттолкнулся носками от земли и бешеным тараном бросился на врага.

Какаши даже не удосужился поднять взгляд на лезвие. Удар был легко отбит стальной пластиной на перчатке. Дзинь! Я мгновенно крутанулся на пятке, вкручивая в атаку всю массу тела. Джонин в ответ плавно откинулся назад, и мой кунай вспорол лишь воздух. Черт с ним, бью в третий раз — снизу. Пятка устремилась исполнить грязный приём, на что наставник вальяжно выставил ногу вперед. Показалось, голень врезалась в твёрдый камень. Он что, из металла отлит? Баланс мгновенно полетел к чертям, и я, чудом не пропахав носом местный чернозем, отпрыгнул на безопасную дистанцию.

В груди клокотало от нагрузки, в ушах шумело. Вот это весовая категория! В характеристиках зияла колоссальная пропасть. Это как пытаться забить гвоздь микроскопом, пока твой оппонент вовсю орудует пневматическим молотом. Время реакции, предсказание траекторий, пластика — этот гад точно играет против меня с читами.

— Столько шума, а толку ноль, — насмешливо бросил Какаши. — Твои атаки предсказуемы. Ты целиком состоишь из открытых зон, Наруто.

Я возмущенно ткнул в него пальцем, включая режим обиженного ребёнка:

— Да всё потому, что у твоей книжонки обложка оранжевая, даттебайо. А этот цвет приносит нереальную удачу! Придумал, я отожму её у тебя! Тогда посмотрим, кто тут предсказуемый.

Глаз Какаши поверх переплета сузился до миллиметровой щелки. За показным пофигизмом прорезалось вполне реальное раздражение. Вот оно что. Посягать на святое — его личную коллекцию макулатуры — судя по всему, было смертным грехом.

— Даже не думай тянуть сюда свои грязные руки, мелкий вандал. Эта книга — духовная пища для элиты, — вкрадчиво процедил он. — Я ведь могу случайно забыть, что мы на тренировке, и сломать тебе пару пальцев.

«Ну-ну, — злорадно ухмыльнулся я про себя. — Посмотрим, как твой возвышенный ум отреагирует на это».

Я резко сложил пальцы в крестообразный замок, щедро вливая поток своей бурлящей энергии:

— Массовое Теневое Клонирование!

Каскад хлопков ударил по ушам. Поляну накрыло дымовой завесой, а когда она осела, вокруг Какаши уже стояла рота из двадцати моих копий. Я специально раскидал их широким радиусом, чтобы взять противника в кольцо.

— А ну, гаси его, парни! — скомандовал я.

Банда блондинов сорвалась с мест. Мы начали носиться вокруг Какаши на предельной скорости, мельтеша одинаковыми оранжевыми силуэтами. Пространство затопило криками. Каждый клон горланил что-то свое, создавая невыносимый гвалт: «Сюда смотри!», «Гони колокольчики!», «Получай, извращенец!», «Я буду Хокаге!». Примитивный трюк, призванный забить его мозги информационным мусором.

И вдруг весь этот хоровод синхронно сжал кольцо. Двадцать кунаев сверкнули на солнце, атакуя неподвижную фигуру со всех возможных векторов.

— Количество вместо качества, — донеслось из центра свалки. — Как банально.

Он даже не удосужился убрать свою похабную литературу. Джонин незамысловато сделал прогулочный шаг вперед. Бам! Один клон разлетелся облачком пара от небрежного тычка локтем. Уворот, подсечка — и еще двое исчезают с ойками.

Наставник шагал сквозь строй моих копий с таким видом, словно вышел за хлебом, лениво отмахиваясь от комаров. Он вообще человек? Ни одного лишнего движения! У меня аж дух перехватило. Он просто шел, перелистывая страницы, а клоны лопались о него, как воздушные шарики.

Хлопок. Еще один. Взмах — минус три.

На поляне остались только четверо двойников. Они дали по тормозам, подняв тучу пыли, и в шоке уставились на этого монстра. Какаши даже дыхание не сбил.

— Пацаны! — нервно сглотнув, гаркнул один из клонов. — Сворачиваем лавочку! План «Б»!

— Тактическое сваливание! — завопил второй.

Не сговариваясь, выжившая четверка развернулась на сто восемьдесят и рванула в разные стороны так, словно от этого зависела их жизнь. Позади послышалось, как Какаши с щелчком захлопнул книгу.

— Обещал уделать меня одной левой, а в итоге сверкаешь пятками? Что ж, переходим тогда к практическим занятиям на развитие ног.

В руке джонина появился кунай. А в следующую секунду началась жёсткая просадка кадров.

Раз — и Какаши исчез. Никакого тебе размытого силуэта, тупо какой-то телепорт. Он возник прямо за спиной первого беглеца. Короткий взмах, даже без замаха, — и клон превратился в пар.

Рывок, похожий на визуальный глитч. Второй двойник даже пискнуть не успел, как тяжелая рукоять впечаталась ему в затылок. Хлопок.

Третий сообразил, что бегать от этого терминатора бесполезно. Он резко остановился и раскинул руки в стороны, закрывая грудью собрата от амбразуры.

— Беги, босс! Я прикрою! — истерично завопил он, отыгрывая дешевую драму.

Наставник даже шаг не сбавил. Ленивый тычок в солнечное сплетение — и герой пал смертью храбрых.

Остался последний, самый паникующий «я», который улепетывал так, что трава под сандалиями дымилась. Какаши деловито спрятал оружие в подсумок. Пара нечеловечески быстрых шагов — и он оказался ровно позади тушки.

Но вместо того, чтобы просто развеять копию пинком, этот облеченный властью мужик присел, складывая ладони в специфическую печать-пистолет.

— Секретная тайдзюцу-техника Конохи! — торжественно провозгласил он. — Тысячелетие боли!

И со всей дури всадил сплетенные пальцы... прямо бегущему клону в задницу.

Огласив полигон визгом, в котором смешались боль и растоптанное достоинство от такого вопиющего нарушения границ, копия взмыла вверх и лопнула.

Какаши расслабленно выпрямился. Его глаз просканировал пустую поляну. Затем он перевел взгляд на дальние кусты, лениво вытащил кунай и, почти не целясь, швырнул его далеко за пределы зоны видимости. Где-то там раздался сдавленный вскрик и еще один хлопок.

Метрах в трехстах от этого поля боя, вжавшись в ствол раскидистого дуба, сидел я. Пальцы судорожно вцепились в кору.

В мозг лавиной хлынули данные от всех уничтоженных копий. И если удары по шее и подсечки ощущались просто как фантомная ломота, то последние кадры от беглеца...

Я рефлекторно сжал ягодицы, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.

Твою мать. Он засунул ему... то есть мне... пальцы! Это что за методы обучения?!

Я тяжело задышал, пытаясь унять колотящееся сердце. Какаши двигался быстрее, чем глаз мог зафиксировать. Его тайминги были идеальны. Но главное... Главное — этот мужик в неадеквате.

«У сенсея точно фляга свистит от порнухи, — мрачно резюмировал я, стараясь даже не дышать. — Читает про всякую грязь, а потом на детях практикует! Кто вообще додумался дать этому кадру допуск к несовершеннолетним?»

Экзамен мгновенно перестал быть просто тестом на смекалку. Теперь это был вопрос выживания и сохранения моей мужской чести. Одно дело — получить железякой по ребрам, и совсем другое — стать жертвой «Тысячелетия боли». План «шхериться в кустах до победного» только что приобрел статус наивысшего приоритета.

Но тут же возникла проблема размером с небоскрёб. Наруто так бы не поступил.

Оригинальный Узумаки — это гиперактивный снаряд, который физически не способен сидеть на месте дольше трех минут. Если я сейчас уйду в оборону и просижу до полудня, у начальства возникнут очень серьезные вопросы. «А чего это наш проблемный джинчурики вдруг освоил тактическое ожидание? Уж не потекла ли печать? А давайте-ка отведем его к спецам из Яманака, пусть покопаются в его извилинах!»

Нет, такой риск мне непозволителен. Нужно завалить тест, но сделать это правдоподобно, в рамках психотипа наглого подростка.

И тут меня осенило.

Точно! Зачем мне вообще лезть к этому седому извращенцу, или играть роль криворукого помогайки? Можно же просто найти Учиху и с воплем наброситься на него с кулаками! Наруто же терпеть не мог Учиху. А потом, когда тест будет провален, спихнуть всё на пресловутую детскую ревность. Мол, не хотел, чтобы этот пижон получил колокольчик, ведь Сакура должна смотреть только на меня! Идеальная многоходовочка, замаскированная под подростковый гормональный сбой. За такое меня стопудово вышвырнут из команды за полную профнепригодность.

Я уже начал было довольно потирать руки, предвкушая, как изящно солью этот экзамен, как вдруг лесной покой распорол крик.

Это был душераздирающий, полный ужаса вопль. Сакура.

Я замер, так и не донеся руки до карманов. Обычно девчонки так визжат, только если происходит что-то по-настоящему непоправимое. Да, мозгом я понимал: это экзамен, тренировка, Какаши вряд ли пустит малолеток на фарш. Но инстинкты нормального взрослого, услышавшего крик ребенка о помощи, сработали в обход холодного рассудка. Чёрт, ненавижу такие ситуации.

Жесткий ком перекрыл горло. Я спрыгнул с ветки.

— Теневое Клонирование! — пара двойников материализовалась по бокам. — Живо ищите Саске. И прочесать периметр!

Клоны без лишних слов брызнули в разные стороны, а я, стараясь ступать как можно мягче, рванул туда, откуда донесся вопль. Нужно было убедиться, что девчонка цела. Мало ли, вдруг этот любитель сомнительного чтива заигрался в садиста.

Я крался через подлесок, огибая узловатые корни и молясь не хрустнуть сухой веткой. Впереди замаячил просвет. Я аккуратно раздвинул листья папоротника и застыл.

Никакой Сакуры там не наблюдалось, да и откуда ей взяться, я же ещё не дошёл. Зато у подножия толстенного дуба, прямо на мху, что-то блестело.

Твою налево, это ж колокольчик.

Внутри всё оборвалось и ухнуло куда-то в район желудка. Я пялился на этот кусок металла, и в голове складывался препаршивейший пазл.

Приплыли.

Вещи с элитных инструкторов просто так не осыпаются, как осенняя листва. Какаши меня вычислил. Он точно знал, где я заныкался. Просчитал мой маршрут и тупо кинул приманку. И прямо сейчас этот тролль стопроцентно сидит на ветке повыше и смотрит, как я буду выкручиваться. Тестирует мою жадную тупость, ну либо тупую жадность, плюс зрение на ловушки.

«Не трогай, придурок! — орал инстинкт самосохранения. — Это мина! Растяжка! Щас схватишь, и получишь еще одно „Тысячелетие боли“, только теперь уже по основному адресу!»

Но выбора у меня не оставалось. Если Наруто видит цель — Наруто прет к цели. Вдумчивый саперный обход ловушек — это не про него, иначе меня мигом потащат на проверочку. Я сжал челюсти до скрежета эмали и шагнул на открытое пространство.

Каждый метр давался как приседание с максимальным весом. Паранойя лупила по нервам кувалдой. Я ждал удара сверху, из-под земли, ждал, что колокольчик рванет, как противотанковый фугас.

Подошел вплотную. Наклонился. Деревянными, негнущимися пальцами потянулся к приманке. Зажмурился, готовясь к неминуемой боли.

Схватил.

И... ни звука.

Только легкий звон металла нарушил покой леса. Я стоял, сжимая в потном кулаке этот несчастный бубенец, и чувствовал, как сердце отбивает лёгкие.

Какого хрена? Почему он дал мне его взять?!

Мозг лихорадочно перебирал варианты и выдавал самые нелепые из них. Неужели мой перфоманс с толпой клонов реально впечатлил джонина? Или он принял мою неотёсанность за нестандартное мышление? Или просто пропустил меня чисто поржать?

Я держал в руке путёвку в мир кровавых миссий, сломанных психик и ранней инвалидности. Пропуск, от которого я так отчаянно пытался откреститься. Мой выстраданный план провала только что пошел прахом из-за извращенной логики начальства. Тупо не повезло.

Колени вдруг превратились в кисель. Я медленно осел на мох.

Глядя на зажатый в ладони шарик, я почувствовал, как горло сдавливает спазм. Грудь дернулась. Изо рта вырвался странный звук — не то всхлип, не то кашель.

Я согнулся пополам, уперся свободной рукой в землю и начал надрывно ржать. Что-то попало в глаза. Ирония судьбы была настолько жесткой, что оставалось только истерично хихикать посреди гребаного леса. Я официально сдал норматив. Добро пожаловать в стройные ряды пушечного мяса.

Но приступ отпустил так же резко, как и накрыл. Судорожно выдохнув, я утер лицо рукавом.

Так, отставить панику. У любой проблемы есть решение, а если нету, спихни её на другого.

Мозг радостно вцепился в спасительную соломинку. Да это - шедевр мысли! Раз эта проклятая метка у меня, я могу отдать её. Нужно срочно найти Сакуру и торжественно всучить ей этот металлолом. Подарок возлюбленной! Жертва ради её светлого будущего! Наруто бы именно так и сделал — расшибся бы в лепешку ради улыбки. Я остаюсь с пустыми руками, вылетаю с позором, а девчонка сдает тест. Ха, выкусите!

Вскочив на ноги, я крепко сжал колокольчик.

— Класс! — театральным шепотом выдал я, натягивая на лицо фирменную улыбку. — Осталось отобрать у лоха еще один, даттебайо!

Спрятав «черную метку» в карман, я бодро зашагал туда, где недавно голосила Сакура. Лес казался вымершим, но вскоре до моих ушей долетел перезвон металла. Дзынь! Лязг!

Ага. Похоже, наш угрюмый мститель решил сыграть в героя и попер в лобовую на Какаши. Ну-ну. Удачи ему там, с его-то зубочистками против мужика, который практикует телепортацию и анальные кары.