Утренний туман еще цеплялся за черепичные крыши Конохи, когда я неспешно шагал по мощеной улице. Воздух был прохладным и влажным. Пахло мокрой землей и прелыми листьями.

А у меня в животе приятно разливалось тепло наваристой ухи из сома. Вот это я понимаю — нормальный завтрак. А не картонный стаканчик с лапшой быстрого приготовления, который здесь считают едой. Бабуля за такую «диету» зашибла бы меня поварешкой, а батя добавил бы пару ласковых про язву в раннем возрасте.

Да, я совершенно сознательно проигнорировал приказ Какаши не завтракать.

Если подумать, не есть перед серьезной нагрузкой — идея, мягко говоря, странная. Голодный человек и соображает хуже, и устает быстрее. А если моя цель — благополучно провалить экзамен и вылететь из команды, то нарушение первого же приказа будущего командира — отличный старт. Минус один балл к репутации, плюс один шаг к спокойной жизни. Всё сходится.

К тому же грех было не воспользоваться подсказкой. Память Наруто подкинула мне шикарное местечко для рыбалки.

Тихая заводь с крутым берегом. Удобный пень. Сомов там плавало больше, чем мозгов у иных ниндзя. Сам Наруто туда почти никогда не ходил. Почему? Да потому что рыбу сначала нужно поймать, почистить, выпотрошить, а после этого еще стоять над булькающей кастрюлей. То ли дело пачка дешевой лапши — кипятком залил и готово.

И смешно, и грустно. Местные умеют создавать молнии из воздуха, но лучшим обедом считают размокшую верёвку со вкусом курицы. Хотя, чувствую, что память Наруто меня в чем-то обманывает.

Дорога петляла между высокими заборами тренировочных площадок. Деревня только просыпалась. Навстречу попадались сонные патрульные в зеленых жилетах, торговцы с тележками и редкие прохожие. Я с любопытством крутил головой.

Забавное место. Словно кто-то смешал эпохи. Деревянные избы с бумажными дверями соседствовали со столбами электропередач. Вон гудит трансформаторная будка, а рядом сушится белье на веревках.

Конечно, до моего родного города эта деревня сильно не дотягивала. Ни широких проспектов, ни машин, ни круглосуточных магазинов, ни интернета. Отсутствие сети ощущалось особенно болезненно — привыкаешь жить в постоянном информационном шуме.

Но все эти минусы меркли перед одной деталью. Перед чакрой.

Я свернул на узкую тропинку и принялся выискивать глазами нужный номер. Третий полигон... где-то тут.

Шагая к цели, я снова поймал себя на мысли о пользе клонов. Это же идеальный инструмент для жизни! Создай копий — и горя не знай. Один учит правила, пока второй тренируется, а третий проверяет удочки. В конце дня весь накопленный опыт и вся усталость возвращаются к тебе. Получаешься одновременно заучкой, спортсменом и искусанным гадскими комарами неудачником.

Добавь к этому звериную ловкость тела шиноби — и вообще красота. Я сейчас в свои двенадцать лет могу сигануть на высокое дерево так легко, будто под ногами не воздух, а батут. В прошлой жизни я о таком только мечтал.

Жаль только, что оригинальный Наруто теорией вообще не заморачивался. Базовые техники, тонкий контроль энергии, основы маскировки — все прошло мимо него. Пацан искренне считал, что для счастья достаточно качать выносливость, метать железяки в ствол и... превращаться в голую девицу.

О да, «Ойроке но Дзюцу». В памяти услужливо всплыли картинки того, как этот малолетний террорист выскакивал из кустов в сумерках. Он доводил случайных прохожих до нервного тика, а некоторых особо впечатлительных шиноби — до обильного кровотечения из носа. И при этом он был просто ребенком. Одиноким шкетом, который тратил прорву усилий не на реальное обучение, а на дешевый эпатаж, лишь бы на него обратили внимание.

Впереди наконец показалась просторная поляна с тремя вкопанными в землю столбами. Под раскидистым деревом уже маячили две фигуры.

Саске сидел на траве, скрестив руки на груди. Вид у него был такой, словно кто-то пять минут назад лично оскорбил весь его род. Главное — вслух об этом не говорить, а то парень и впрямь обидится. Сакура клевала носом рядом, периодически вздрагивая и бросая на Учиху тоскливые взгляды.

Я приближался к ним как на иголках. Всё-таки сейчас решалась судьба всей моей второй жизни. Но стоило увидеть их лица, как напряжение отступило... ну и пусть смотрят волком. Моя главная задача сейчас — тихо слиться, наверстать упущенную базу теории, а потом найти себе неприметную должность в местном архиве, где самая опасная миссия — получить бумажный порез. Или устроюсь на склад экипировки. Максимально далеко от передовой. Оставим героические миссии тем девяноста девяти процентам шиноби, которые в итоге там и заканчивают свой путь.

А у меня планы на долгую жизнь. И, надеюсь, начинается она прямо сейчас, на сытый желудок.

Стоило мне выйти из-за деревьев, как Сакура резко вскинула голову. Сон с нее сняло как рукой. Она угрожающе вскочила на ноги.

— Наруто! — возмущенно выкрикнула она. — Ты бессовестно опоздал! Мы тебя уже почти час ждем!

Внутренне я ликовал. Опоздание — классический косяк на любом испытательном сроке. Если ничего не путаю, за такое меня должны сразу отправить в канцелярию забирать документы. Но играть нужно было до конца. Я расплылся в самой дружелюбно-идиотской улыбке:

— Сакура-тян! Неужели ты целый час думала обо мне? Я так растроган, даттебайо!

— Не выдумывай! — Она сердито ткнула в меня пальцем. — Просто из-за твоего идиотизма могут наказать всю команду!

«Да-да, запишите жалобу в книгу отзывов и предложений», — закатил глаза я. Наказывают одного, а страдают все — классика коллективной ответственности. Вслух же я с виноватой улыбочкой выдал:

— Прости-прости! Я случайно. А, это… Какаши-сенсей где?

Мы втроем одновременно посмотрели на пустой полигон. Какаши нигде не было.

— Его здесь нет, — мрачно произнес кэп очевидность, не поднимая головы. А затем принюхался и чуть нахмурился: — И ты ел. От тебя пахнет дымом и рыбой.

Я мысленно выругался. И стоило мне торопиться? Если начальник сам кладет болт на расписание, я мог бы спокойно поспать еще лишние полчасика.

— Ну ел, и что? — я демонстративно выпятил грудь. — Какаши-сенсей личным примером показал, к чему нужно стремиться. Настоящий шиноби должен быть сытым. И обязательно выспавшимся!

Саске лишь коротко хмыкнул, возвращаясь к созерцанию травы. А вот Сакура внезапно подобралась. Она окинула меня придирчивым взглядом и буквально поперхнулась воздухом.

— Наруто... Почему у тебя повязка... оранжевая? — Она с ужасом уставилась на мои ноги. — И ботинки тоже?!

Я с удовольствием посмотрел на результаты вчерашнего эксперимента с найденным в шкафу баллончиком краски. Доведение образа «незаметного ниндзя» до крайнего абсурда прошло успешно.

— Это психологическое оружие, Сакура-тян, — авторитетно заявил я.

— Психологическое оружие? — переспросила она с интонацией, с которой обращаются к тяжелобольным.

— Именно. Я буду отвлекать внимание, даттебайо. Пока противник пытается осознать, зачем шиноби надел ярко-оранжевые ботинки, вы с Саске зайдете с флангов. Скажи, классная же стратегия!?

Сакура долго смотрела на меня. В ее глазах медленно угасало желание ругаться. На смену ему приходило глубокое, я бы даже сказал, взрослое смирение перед чужой глупостью.

— Ты безнадежен, — тихо констатировала она, отворачиваясь.

— Вот-вот, тупые враги тоже моей сверхкрутизны не заметят, — парировал я, устраиваясь в тени под деревом.

Саске покосился на меня, и его плечи едва заметно расслабились. Видимо, в его картине мира мой окончательно поехавший образ означал только одно: этот идиот самоликвидируется при первой же возможности, избавив команду от бесполезного балласта. Что ж, наши желания совпадали на сто процентов.

Я заложил руки за голову и закрыл глаза. Раз уж командир считает опоздание на час нормальным явлением, почему бы не использовать это время с пользой? Например, честно и добросовестно отлежать украденные утром минуты.

Солнце медленно ползло вверх, прогревая утренний воздух. Я лежал под деревом, надвинув оранжевую повязку на глаза, и старательно изображал спящего. Сакура и Саске молчали, так что мне никто не мешал провести внутреннюю инвентаризацию.

Итак, допустим, сегодняшняя клоунада пройдет как по маслу, и год отсрочки от самоубийственных миссий у меня появится. Вот только вечно сидеть на скамейке запасных мне никто не даст. Внутри меня запечатано местное оружие массового поражения. А значит, рано или поздно система все равно потащит меня на передовую. И к этому моменту нужно стать сильнее. Гораздо сильнее.

Я мысленно вернулся к вчерашнему анализу устройства этого мира, опираясь на обрывки воспоминаний Наруто.

Знаете, что больше всего поражало меня в местной политике? В моем мире правителем становился человек с мозгами, связями и харизмой. А здесь? Местный «президент» — Каге — это просто самый опасный и разрушительный боец в деревне. Эдакая должность главного качка на районе. Будь ты хоть трижды гением экономики и стратегии, твой потолок — должность советника. В кресло Хокаге сажают только того, кто способен в одиночку сровнять с землей гору. Прямолинейная и пугающая система, основанная исключительно на объеме личной силы.

Раз уж здесь такие порядки, нужно обязательно понимать, с каким стартовым капиталом я вступаю в эту игру.

Козыри Наруто были очевидны: конский объем чакры и чудовищная выносливость. Мой «аккумулятор», а также запас прочности превосходили нормы обычных генинов в десятки раз. Это и был мой фундамент.

Осталось выбрать, что лепить на нём. Гендзюцу — сразу мимо. Для иллюзий нужен ювелирный контроль. С моим резервом, который хлещет как из прорванной трубы, плести тонкие иллюзии — все равно что рисовать Мону Лизу малярным валиком. Кендзюцу — туда же. Хороший клинок стоит бешеных денег, да и учиться надо годами. Фуиндзюцу — уже ближе. По сути, местное программирование. Мне это безумно интересно, но без наставника лезть в этот код — верный способ случайно поджарить самого себя.

Оставались Тайдзюцу и Ниндзюцу. Мордобой — вещь полезная, особенно для человека с такой регенерацией и выносливостью. Но с голыми кулаками против противников, которые умеют дышать огнем, многого не навоюешь. Поэтому тайдзюцу я оставлю как важное дополнение для ближнего боя.

А вот Ниндзюцу — это мой профиль. Я могу просто задавить противника объемом. Особенно если подключить клонов.

Оригинальный Наруто был непаханым полем. Он тупо посылал клонов толпой, пытаясь взять врага количеством. Никакой фантазии. А ведь если включить голову и совместить их с базовыми техниками...

Возьмем стандартных иллюзорных клонов. Тех самых, из-за которых Наруто валил экзамены. У него они получались бледными и не имели физической массы. Любой удар проходил сквозь них насквозь. А теперь добавим Теневых Клонов, которые вполне осязаемы и могут дать в рожу. Что если я создам десяток мерзких, ну реально уродливых иллюзий... а среди них спрячу пару Теневых Клонов, изменив их внешность техникой Хенге под таких же перекошенных инвалидов?

Для противника это будет настоящий кошмар.

Представьте: на вас бежит толпа криповых доппельгангеров. Вы оцениваете их как дешевку, бьете со всей силы по первому — и кулак неожиданно пролетает сквозь воздух. Инерция несет вас вперед, но вы не пальцем деланы и успеваете вернуться в боевую стойку. По второму клону вы бьете уже осторожно, чтобы не улететь... а это оказывается осязаемый Теневой Клон. Он принимает слабый тычок, хватает вас за руку и с размаху бьет коленом в печень. А потом по почкам, а потом по яйцам, а по… кхем, ладно, я увлекся. Суть в том, что враг точно зависнет, пытаясь угадать, кто есть кто.

То же самое и с сюрикенами. Бросить веер настоящих железек вперемешку с иллюзорными — и враг сломается на таймингах.

Идеально. Никаких сложных техник. Простой спам базой, помноженный на бесконечную чакру.

Главное — пережить сегодняшний день и не выдать своих тактических соображений. Я плотнее натянул оранжевую повязку, пряча ухмылку.

Какаши всё не было. Что ж, пусть задерживается. Мне ещё нужно тщательно продумать план будущих тренировок.

Мои размышления нагло прервал резкий окрик: — Чему ты радуешься, Наруто?!

Ну началось… Я сдвинул повязку с одного глаза. Сакура стояла надо мной, нервно теребя край шорт. Сонливость у нее сменилась легкой паникой от долгого ожидания.

— Мы тут сидим, а ты лыбишься! — обвиняюще выдала она. — А если с наставником что-то случилось? На него могли напасть вражеские шпионы! Или... точно. Во вчерашнем послании был шифр. Мы просто пришли не на тот полигон!

Я мысленно покачал головой. Поразительная наивность. Синдром отличницы и вера в авторитеты — в одном флаконе. Люди без жизненного опыта всегда склонны идеализировать начальство. В их картине мира руководитель — это безгрешное божество. Если он опаздывает, то он либо спасает мир, либо ведет хитрую многоходовую игру, проверяя подчиненных на сообразительность. Мысль о том, что взрослый мужик мог просто проспать или забить, ее мозг отбрасывал.

Хотя, возможно, я слишком строг? Они с Саске злые, уставшие и очень голодные. Отличная почва для нервного срыва. Как же... классно всё-таки складывается утро. Просто праздник какой-то. Нужно обязательно этим воспользоваться и перетянуть их на тёмную сторону. Интересно, как отреагирует седоволосый, если вообще все нарушат его приказ?

Я сел и натянул на лицо беспечную улыбку:

— Да брось, Сакура-тян! Какие еще шифры, даттебайо? На входе висит огромная табличка с цифрой «три». Мы точно на месте. А если наш мощный джонин умудрился заблудиться по дороге — это его проблемы. Вы просто нервничаете, потому что животы пустые.

Я потянулся к подсумку и выудил небольшой свиток. Перед выходом я немного покопался в школьных конспектах Наруто. Базовое распечатывание давалось ему со скрипом, но ради сохранения свежести продуктов организм вспомнил нужные жесты. Легкий импульс чакры, хлоп — и на траву лег сверток с остатками запеченного сома.

— Смотрите, я запасливый! — я показал рыбу, от которой исходил тонкий аромат. — Давайте перекусим? У меня на всех хватит.

Сакура замерла. Было буквально видно, как в ней боролись два чувства: голод и страх нарушить приказ. Взгляд девочки метнулся к Саске.

Учиха сидел неподвижно, хмуро рассматривая землю между ботинками. Полный игнор.

Поняв, что от кумира поддержки не дождаться, девочка сцепила зубы и гордо отвернулась.

— Я не буду нарушать приказ сенсея. И тебе не советую, если не хочешь вылететь из команды. Убери это немедленно!

— Ну, как хочешь, — я пожал плечами, скрыв разочарование, и спокойненько откусил кусок.

Сам же я думал о том, что мне глубоко плевать на причины отсутствия Какаши. Джонин — это элита вооруженных сил. У него наверняка есть в арсенале теневые клоны, призывные животные, да хоть почтовые голуби, в конце концов. Десяток способов передать весточку: «Задержусь, ждите». Но он этого не сделал. Это либо попытка выбить нас из колеи, либо обычное наплевательское отношение к чужому времени. Ни то, ни другое уважения не добавляло.

Прошел еще час. Затем второй. Солнце палило вовсю, суша горло.

Я привстал. Отлёживать бока уже надоело. Да и желудок тонко намекнул, что перекус давно сгорел и время как бы близится к полудню.

А Какаши всё не было.

И вот теперь, глядя на пустую поляну, я начал по-настоящему злиться. Одно дело — изящно саботировать тест. И совсем другое — когда взрослый дядя маринует тебя на жаре половину дня. Ну всё, держите меня семеро. Провалить этот тест стало не просто частью моей стратегии, а делом принципа!

Внезапно послышался хлопок, облачко дыма — и прямо перед нами соткался наш наставник. Какаши выглядел… как и вчера. Пофигизм в чистой красе.

— Вы опоздали! — вскочила с травы Сакура. От ее утренней обеспокоенности не осталось и следа. — Мы здесь с пяти утра! Вы хоть представляете, сколько времени прошло?!

— Извините, — Какаши без малейшего стыда почесал затылок. — Мне дорогу перебежала черная кошка. Пришлось обходить через всю деревню. А потом я заблудился на жизненном пути.

Я понял, что пора включать режим оскорбленной невинности, иначе Сакура перетянет все внимание на себя. Наруто в такой ситуации устроил бы громкий скандал.

— Эй! Это вообще нечестно, даттебайо! — я вскочил и замахал кулаками перед его носом. — Я тут успел дважды проголодаться! Командир называется. За такое к ответственности привлекать надо!

Какаши медленно перевел на меня свой единственный открытый глаз. Осмотрел сверху вниз с ленивым прищуром.

— Кстати, о еде, Наруто, — суховато произнес он. — От тебя пахнет жареной рыбой. Похоже, ты проигнорировал мой приказ не завтракать. Что ж... с тебя спрос будет строже.

Есть! Срезка баллов на старте — именно то, что доктор прописал. Ещё парочка косяков, и будет бинго. Давай, штрафуй меня полностью, начальника, мне для успешного отчисления только этого и не хватало.

Но в ту же секунду меня уколола легкая досада. Я посмотрел на свои оранжевые ботинки. Я ведь вчера так старался: кастомизировал шмот, превращал маскировку в вызов всем писаным правилам шиноби, а этот циклоп даже не взглянул! Никакого внимания к деталям. Даже банального уважения к чужому труду.

Тем временем Какаши достал из кармана два серебристых колокольчика. Они тихо звякнули.

— Ваша задача проста, — спокойно объяснил он. — Вы должны отобрать у меня эти колокольчики до полудня.

Сакура нервно сглотнула. — Но сенсей... — протянула она, испуганно косясь на Саске. — Их всего два. А нас трое.

— Именно, — Какаши едва заметно прищурился под маской. — Тот, кому не достанется колокольчик, останется без обеда. И отправится обратно в Академию.

Я слушал условия и пытался как-то сопоставить этот бред со здравым смыслом.

Серьезно? Отобрать вещь у чувака, который по уровню сил находится в стратосфере по сравнению с нами? Это как первокурснику пытаться отобрать ключи у опытного омоновца. Да это физически невыполнимо.

Значит, перед нами психологическая ловушка. Критерии оценивания нам не раскрыли. Это может быть проверка на изобретательность. Или на умение искать слабости противника. А может, проверка на командную работу? Или система желает узнать, готовы ли мы пожертвовать сокомандником ради выполнения миссии? Нас ведь изначально ставят в условия дефицита ресурсов. Два колокольчика на троих. Нас буквально стравливают.

— Вопросы есть? — лениво спросил Какаши, выставляя таймер на будильнике, а затем ставя его на пенёк.

— Всё понятно, — сквозь зубы процедил Саске. Его тело уже подобралось для рывка.

— Да, сенсей. — тихо отозвалась Сакура.

— Тогда... старт!

Сакуру, Саске, да и самого Какаши как ветром сдуло. Сокомандники мгновенно разлетелись по кустам, растворяясь в зелени полигона, а наставник бесшумно скрылся следом за ними. Нервы у ребят сдали, вот и побежали выполнять приказ.

А я остался стоять на месте. На лице сама собой расплылась ухмылочка.

Ах ты хитрый лис... Хочешь посмотреть, насколько далеко мы готовы зайти ради галочки в отчете? Так сказать, провести военную селекцию: проверить, сможем ли мы ради победы бросить жизнь товарища на алтарь системы. Стравливать двенадцатилетних детей — ну и людоедская же у вас педагогика, Какаши-сенсей.

Фух, ладно, я спокоен. Посмотрим, дедуля, как твоя система справится с тем, кто вообще отказывается играть по твоим правилам.