Лучшие следопыты из воинов тщательно изучили каждую пядь земли в лагере. Оставшиеся у нас кастеры сделали то же самое. Те и другие пришли к выводу, что на территории внутри магического круга никто из посторонних не появлялся. Гетта не похитили. Да и зачем похитителям его палатка понадобилась бы? Он сам ее собрал, вскочил в седло и уехал. Мимо спящих уже беспробудно часовых, — а прочих вовсе не приходилось опасаться. Его уровень не предполагал способностей, достаточных для того, чтобы разом отправить в отключку весь наш отряд вместе с дозорными. Особенно учитывая пестрый расовый состав команды, что потребовало бы от любого кастующего дополнительных усилий. Гетт был гоблином. А остальные — кто кем.

— Значит, ему содействовали, — задумчиво пробормотал Росси. — И раз Гетт темный, ясно, откуда была поддержка.

Среди присутствующих тут же разгорелась дискуссия на тему: можно ли вообще доверять темным, и особенно здесь, в Экситиуме. Одни считали, что нельзя ни при каких условиях. Другие — что вполне, и приводили в подтверждение положительные примеры. Третьи придерживались нейтральных взглядов. Их было больше всех — они и победили, дружно призвав прочих закрыть бесполезное обсуждение и впредь вечных вопросов не касаться.

— Ничего не понимаю! — сердито воскликнул Элиас, когда гомон смолк. — Нам причинить зло не хотели — иначе уже никого не было бы в живых. Но тогда зачем это представление? Гетт мог покинуть нас в любое время, и никто не стал бы выпытывать, почему он так решил и куда направляется. Любой может нас покинуть! Мы собрались вместе ради большей безопасности в пути. Всего лишь. Для какой цели кому-то обставлять свой уход как побег? Это выглядит глупо!

— Именно что выглядит, — сказал Росси. — Но не потому, что глупо в самом деле. А из-за нашего невежества. Несомненно, в произошедшем есть смысл. И да помогут нам боги постичь его раньше, чем случится предвозвещенное Безумным Часовщиком. Теперь я уверен, что полночь пробило для нас.

— Так, может, заодно подскажешь, господин умник, что нам теперь предпринять?

— А чего ты на меня-то взъелся? Я, по-твоему, с Часовщиком дружу, и специально попросил его дать для нас концерт? Или Гетта знал лучше других и предвидел, что он сбежит сегодня?

Элиаса отповедь Росси слегка охладила.

— Ладно, не гневайся на вздорного склочника, — сказал он. — И я на тебя не стану. Ты тоже бываешь вздорным. Вспомни, что я прощал тебе, и прости мне.

Росси буркнул что-то вроде: «Замяли». И мир между командиром и лучшим магом отряда был восстановлен.

— Кстати, Гетта никто не знал хорошо, — заметил один из воинов. — Даже те, кто с ним из одного стана. Я, например. Мы многажды на зачистки ходили вместе, и он ни разу не подвел. Но не скажу, что я знал его. Дружбы он ни с кем не водил. Замкнут был очень.

Говорившего поддержали. Да, брат, правду глаголешь. Не прославился Гетт открытостью.

Я решил вмешаться:

— Если хотите знать мое мнение, Гетта предупредили, что нам скоро кранты. Вот прям очень скоро. И дали понять, что он не обязан делить печальную судьбу с остальными, поскольку нужен для чего-то важного. И коль согласится… Гетт согласился. Его доброжелатели еще недавно ничего не знали об угрожающей отряду опасности. Наверно, до Часовщика и не догадывались о ней. А после Гетт уже не смог бы свободно нас покинуть, как Элиас говорил. Всему есть пределы, правда? Даже темный не станет срываться черт знает куда на ночь глядя, ни с того ни с сего. И не сможет это сделать не вызывая подозрений.

— Похоже, так и было, — сказал Росси.

— И еще, считаю, Элиас не прав, что нам не хотели зла причинить, — продолжал я. — Хотели, но посчитали ненужным тратить силы на без пяти минут покойников. Доказать я это не могу: моя уверенность основывается всего лишь на ощущении, которое у меня было, когда я проснулся. И странном состоянии одного из талисманов, что я ношу. Мне этого достаточно. Как вам — не знаю. Предупредившие Гетта убеждены, что от смерти нам не уйти. Иначе они нас уничтожили бы.

— Тоже так думаю, — опять поддержал меня Росси. — Разбираться с чьими-то ощущениями и талисманами — это слишком долго, и неизвестно, что получится. Но Часовщика все слышали.

— В любом случае будет разумнее поверить князю, верно? — спросил Элиас, оглядев присутствующих. — А Росси мы и так доверяли. Раньше я не уважал Часовщика, однако он уважает. И я склоняюсь к тому, чтобы тоже начать уважать. Все по тем же причинам: это разумнее. Если князь и Росси ошибаются, и нам ничего не угрожает, мы всего лишь переосторожничаем. Если же они правы, повысим наши шансы уцелеть. И пусть благодетели Гетта пожалеют, что нас не убили.

Все выразили свое согласие сказанному. Без энтузиазма, однако единодушно. Сперва нам следовало дождаться рассвета. А потом отряд мог оставаться на месте, в надежде на прояснение ситуации какими-либо последующими событиями, продолжить путь к «Бахардану», свернуть к какому-нибудь другому лагерю или вернуться на окраины Экситиума. Каждый из вариантов имел свои преимущества и недостатки. Выбрать объективно лучший мы не смогли. Гибель могла ждать нас всюду. А могла нигде не ждать.

— Значит, поедем туда, куда и ехали, — постановил Элиас. — Кто-то против?.. Нет?.. Тогда — ложимся досыпать, выставив удвоенные дозоры. По малейшему подозрению — общая тревога, кто бы что ни заметил странное.

Однако до утра ничего особенного не случилось. После восхода солнца мы пересекли заболоченный лес, помешавший продвижению вчера, — и тоже без происшествий. Он оказался неширок, и нам удалось найти сухую тропу через него. За лесом отряд почти сразу оказался среди руин мощного укрепрайона, выжженного до состояния пустыни. Когда-то он включал в себя минимум одну пятибашенную крепость, рыцарские и баронские замки, отстоявшие друг от друга на версту и даже меньше, оборонительные земляные валы и протяженные засеки, призванные мешать маневрам вражеских войск.

— Это остатки укреплений вокруг Гарвата, — пояснил Росси, заметив, с каким интересом я смотрю по сторонам. — Гарват до разрушения был вторым по величине городом королевства. Здешние земли славились сказочным плодородием. А теперь, как видите, на них и чертополох растет с трудом. До войны вправо и влево отсюда хотели протянуть четвертую линию Западных Рубежей. Но так и не начали, потому что Эльвейс и без того почти разорился на первых трех.

Маг хотел сказать еще что-то, но равнина впереди нас вдруг задрожала и всколыхнулась, словно поверхность океана от подводного землетрясения. Воздух тоже задрожал, искажая очертания развалин и торчащих между ними мертвых деревьев. Никаких толчков мы не почувствовали, только заплясали под некоторыми всадниками напуганные странным и страшным явлением кони.

— Назад, назад! — в панике крикнул Росси. — Поворачиваем — и во весь дух!

Однако повернуть мы не успели. Волны воздушных искажений и колыхания земли докатились до нас, до руин за нами, до леса… Нас самих будто бы всколыхнуло, — но именно «будто бы». У меня закружилась голова, затошнило чуток. Больше ничего не произошло. Несколько секунд — и уже все успокоилось, точно ничего и не было. Только равнина вокруг как-то странно сморщилась, точно скомканная и вновь расправленная бумага. Буроватое из-за Покрова небо стало свинцово-серым. И с него на нас посыпался снег.

Приготовившийся к скачке и потому привставший в стременах Росси со стоном опустился в седло. Ну и остальные тоже. Спешить стало некуда. На территории Экситиума только что возникла новая зона инферно. Вероятно, окно попадания в нее будет невелико — всего несколько сотен или даже десятков метров в поперечнике. За редкими исключениями все зоны таковы. Однако при рождении они способны затягивать в себя разумных с расстояний в километры. Скорее всего, мы оказались бы в этой зоне даже в том случае, если бы утром повернули в противоположную от «Бахардана» сторону.

— Проклятый Часовщик! — пробормотал Элиас. — Наворожил таки мне беду. Ведь я в самом деле слышал его пять раз без последствий. Потому и верил, что его шуточки пустые.

— Ты все еще командир, — сказал Росси. — Так что о личных бедах забудь и за прошлые промахи себя не кори. Главное, сейчас не промахнись, когда будешь думать, как нам избавиться от общей беды.

— И ты думай!

— А я что — башку с плеч снял и в седельную сумку положил? Конечно, уже думаю. Но ничего пока не придумал. Никто еще не выбирался из зоны инферно сразу, едва в ней оказавшись. Сперва надо найти место, с которого можно вернуться в Срединное Пространство. Нет способа отыскать это место иначе, как только наугад странствуя здесь. Но мы замерзнуть можем раньше, чем отыщем. Чувствуешь, как с каждой минутой холодает? А ни у кого из нас теплой одежды нет. Плащи одни да заклинания согревающие. Однако когда станет по-настоящему холодно, ни то, ни другое нас не спасет. Потому что здесь может стать как угодно холодно. Хуже, чем в землях северных варваров. Хуже, чем в ледяных пустынях еще дальше.

— В зонах инферно все быстро меняется, — сказал я. — Максимум полдня померзнем, а потом, глядишь, начнем задыхаться от жары.

— Вы бывали в зонах, князь? — повернулся ко мне Росси.

— В одной. И чуть не испекся, как свиная нога в духовке.

— А я ни в одной не был. Но ставлю что хочешь — знаю о них больше вашего. Условия в зоне меняются быстро тогда, когда она старая. А эта новая, ей еще устояться надо. И нынешняя наступающая зима в ней может наступать всю первую неделю существования. Или месяц. Заранее не скажешь. Но жары я в ближайшие несколько суток точно не ждал бы.

Поблизости от нас в землю вонзилась упавшая с неба увесистая ледяная игла. От удара она и рассыпалась почти до земли, брызнув во все стороны сверкающими осколками. Мы дружно посмотрели вверх. Обстрел иглами — плохое дополнение к снегопаду. Тем более что заранее заметить их среди мелькающих снежинок будет невероятно трудно.

— Развалины на равнине остались где были, — сказал Элиас. — Как и сухие деревья. Давайте поищем укрытие и соберем достаточно топлива. С хорошим его запасом мы сможем хоть и месяц просидеть в любом из более-менее уцелевших замков. Лишь бы в нем оказалось достаточно помещений с каминами и крепкими потолками. Жратвы у нас полно: мяса-то вчера с монстров сколько заготовили? Фуража, правда, немного. Но на неделю хватит и его, если растягивать.

Пока наш атаман рассуждал, вокруг отряда упало еще несколько ледяных игл. И несколько десятков — поодаль. Снег летел все гуще, и маги, не надеясь на зоркость, прикрыли всех одним большим магическим щитом. Вовремя: одна игла тут же шарахнула в него прямо над головой Элиаса.

Еще только подъезжая к первым намеченным для рубки деревьям, мы заметили, что с ними что-то не так. Оказалось, они превратились в камень. Гореть точно не захотят. С деревьями чуть дальше было то же самое. Еще дальше — то же самое.

Развалины замков разочаровали нас не менее жестоко. Внушительные тесаные блоки уцелевшей кладки потрескались, и крошились так же легко, как очень плохой старый кирпич. На наших глазах ледяная игла ударила в гребень совершенно не поврежденного в войну участка крепостной стены и развалила его до основания, превратив в груду щебня.

— Дальше можно ничего не проверять, — сказал Росси. — Всюду будет одно и то же. И никакой другой местности мы не увидим. Сколько бы ни ехали в любую сторону, вокруг будут бесконечно повторяющиеся окрестности Гарвата. Нужно время, чтобы зона обрела какое-то разнообразие даже и в этом.

В магический щит уже успели попасть восемь игл. И каждая забирала из него ману соразмерно силе удара. Холод усиливался. Когда мы только очутились в зоне, было где-то немногим ниже нуля. Может, минус три или минус пять. А сейчас уже, наверно, минус двадцать! На согревающие заклинания каждым из нас тоже расходовалась мана. И очень много — особенно воинами. Доспехи в принципе не предназначены для экономного отопления изнутри. Да и плащи магов — не замена тулупам. Они не толще обычных, и в основном для волшебства нужны, как и посохи.

Слева от отряда падающий снег закружило вихрем. Он рос, пока не превратился в громадный бушующий смерч, который двинулся вперед, — к счастью, мимо нас. Мы смотрели, как он прошелся по ближайшим руинам, оставив после себя ровное место. Следующий зародившийся смерч сразу нацелился на отряд, однако наши кастеры успешно его рассеяли.

— Если местность в зоне бесконечно повторяется, то и выходов из нее должно быть бесконечно много, — сказал я. — Допустим, на территории, что зона захватила при рождении, только одна лазейка в Срединное Пространство…

— Да понятно! — перебил меня Элиас. — Беда в том, что территория слишком велика. Попробуй найди эту твою лазейку. Даже одну из двух или трех, если их столько. Нет, нам надо искать укрытие и ждать, пока погода изменится к лучшему. Молясь, чтобы не изменилась к худшему… За Гарватом вроде существовали какие-то рудники. Медь добывали, что ли… Как добывали, я не знаю. Но, может быть, там штольни есть. Под землей не должно холодать так быстро, как на поверхности. И вдруг крепи в штольнях не превратились в камень? Тогда их порубим на дрова.

— Давай поедем за Гарват, — согласился Росси. — Лучше плана все равно нет.

— Мы замерзнем раньше, чем доберемся до рудников, — сказал кто-то из воинов. — Или нас задолбит этими небесными сосульками. Сколько маны вы можете пустить на щит?

— Много, — ответил Росси. — Еще и вам подкинем на обогрев. А если повезет, то и на выход из зоны наткнемся по пути.

Мне не понравился тон последней реплики мага. Когда мы тронулись в выбранном направлении, я захотел пообщаться с ним. Подумав, решил попробовать сделать это приватно. Получится? Мыслесвязь — штука тонкая. Даже когда владеешь ею, не всегда можно запросто выйти на контакт с кем-то. В том числе и с тем, кто владеет тоже, если он не твой маунт, не член твоей группы, не… Но ведь я вроде как член отряда, хотя меня официально не принимали в него? И в любом случае Росси волшебник. То бишь индивид чуткий. Должен засечь мои потуги.

— Слушаю, князь! — отозвался он через минуту. — И очень внимательно.

— Мне кажется, ты что-то скрываешь, — сказал я. — Как и остальные кастеры. И кажется, я знаю, что именно. Маны до рудников нам не хватит. Хотя бы потому, что продолжает холодать. И ледяные иглы падают все чаще. А выходов из новых зон вообще не существует. Они появляются только в последствии. Да?

— Вы угадали. Однако нам лучше умереть пытаясь спастись. А не сидя в унынии на одном месте. Проще будет в Мире Теней.

— Умереть в бою в этом плане еще лучше.

— Жаль, биться не с кем.

— Сейчас будет с кем. Вы нас щитом накрыли как медным тазом, успокоились, и вверх совсем не смотрите. А там…