Пересохшая река, у которой мы ночевали, в свое время была полноводной. Осторожно, чуть бочком, конь спустился по крутому галечному склону в русло. Меж разбросанных там и сям по дну окатанных валунов росли худосочные низенькие ивы. На пределе видимости справа темнел неясным силуэтом полуразрушенный мост. Противоположный берег имел украшение в виде длинного широкого козырька — бревенчатой пристани на покосившихся сваях. Возле нее нашли себе вечный приют рассохшиеся купеческие ладьи, рыбачьи лодки, неказистые баржи.

Портовый городок по сравнению с пристанью показался мне маловат. Всего шесть небольших пакгаузов, две таверны, бочарня, тележная мастерская да часовня. Наверно, большую часть товаров сразу после разгрузки увозили куда-то, а для хранения оставшегося много помещений не требовалось. И суда здесь надолго не останавливались. А если б останавливались, то непременно верфь при этой пристани была бы: ремонт ведь любым плавучим корытам требуется регулярно. Однако их ремонтировали где-то еще, выше или ниже по реке. Там же оттягивались в кабаках и борделях сошедшие на берег команды.

Я заставил Люцифера попетлять меж строений. Все они давно иструхлявели. Крыши провисли, местами провалились. Тем не менее городку повезло в плане сохранности. Никто его не разрушил и не сжег. Никому не захотелось ни захватывать его, ни удерживать. Может, потому, что как порт он потерял значение, а для чего-то еще не годился. Тут даже нечисть не поселилась, хотя, казалось бы, лучше обиталища в округе не сыскать.

Грунтовую дорогу в поле за городком некогда так здорово укатали тяжелыми возами, что и теперь трава на ней росла хуже, чем по бокам. Она была и ниже, и реже, и тоньше, всем видом свидетельствуя, как ей здесь не нравится. А кому бы понравилось бедствовать на землебите каменной прочности?..

Источник дыма находился дальше, чем я предполагал. Однако мало-помалу мы приближались к нему. На подступах передвигаться стало трудно. Почва где-то просела, точно в подземные пустоты, а где-то выпирала вверх растрескавшимися буграми. Дышать тоже стало трудно: воздух вонял пренеприятно. Потом нам на пути попалось грязевое озерцо. Оно лениво побулькивало, испуская струйки пара. Присмотревшись, я заметил такие же струйки шагах в двухстах слева. А справа — еще ближе. Наверно, там такие же грязевые озера, или по меньшей мере лужи. И окружают они…

Проехав еще немного, мы очутились на краю самого настоящего вулканического кратера метров тридцати в диаметре. Только магма из него не выплескивалась наружу, и потому не нарастила вулканический конус. Она ворочалась внизу, будто медленно кипящее варево в котелке. И при взгляде на эту беспокойную вязкую массу мне отчего-то стало тревожно. Чем же таким сюда вхерачили в войну, если расплав не затвердел до сих пор? И по кому били?.. Я был уверен, что кратер рукотворный. Может, как раз после его появления здесь и река рядом высохла? Система не сочла нужным сказать мне об этом хоть слово. Расспроси, мол, сведущих смертных. Но для расспросов надо сперва найти свидетелей случившегося. А их могло не остаться в живых.

— Достойное бога деяние! — сказал Люцифер. — И уничтожили не меньше чем полную материализацию могущественного демона. Или другую подобную сущность. Должно быть, она таилась под землей. А магма не превращается в камень оттого, что кто-то поддерживает ее горячей.

— Но кому это может быть нужно? — недоуменно спросил я. — И зачем?

— Не знаю. И угадать вряд ли сумею. Как и ты. Сперва следует хотя бы общее представление составить, что именно произошло и какие последствия имело. Допустим, действительно было уничтожено воплощение демона. Светлые силы могут не давать магме остыть, чтобы помешать демону обретать какие-либо осязаемые формы, сильно ограничивая тем самым его возможности. С равным успехом тем же самым способны заниматься темные владыки, если остывание кратера приведет к окончательной гибели воплотившейся сущности. Она еще может присутствовать в магме в рассеянном состоянии.

— И Мрак не теряет надежды ее реанимировать? Тогда это весьма ценная сущность.

— Да. Или сама по себе, или ее предназначили для чего-то важного. Вот скажи: что будут делать чистильщики, кода доберутся сюда? Такую дыру не закидать землицей, начитывая рядовые заклинания. И если закидаешь, что толку?

— Понимаю… Темные предвидели появление Экситиума. И будут мешать его исчезновению.

— Верно… Однако мы здесь слишком задержались — тебе не кажется? А между тем над нами сгущаются тучи.

Я запрокинул голову. Тучи над нами сгущались в буквальном смысле. Поднимающиеся из кратера газы и водяной пар образовали невысоко в небе приличных размеров облако. Оно не рассеивалось и не уплывало прочь несмотря на стойкий южный ветерок. Наоборот, становилось плотнее и темнее, словно предвещая грозу. В нем где-то уже и посверкивало — пока слабо и беззвучно. Над грязевыми озерами вокруг кратера активно формировались такие же облака, только поменьше.

— Поехали отсюда! — сказал я. — И побыстрее.

Люц развернулся и с места взял в галоп. Облака тут же стронулись со своих позиций и поплыли за нами, постепенно снижаясь. Ладно — зато они хоть перестали расти за счет испарений.

— Думаю, поддержку кипения магмы светлыми можно исключить, — бросил я коню по мыслесвязи, поскольку разговаривать вслух стало неудобно. — А темным процесс обходится не так дорого, как может показаться. Кратер частично окупает себя за счет охоты на всяких охламонов вроде твоего хозяина, которые не слушают ни голоса разума, ни своих мудрых маунтов… Прибавь ходу! Иначе наша мана пойдет на здешний проект, а нас самих запишут в отходы производства.

Люцифер не ответил. Хотя наверняка мог бы сказать немало теплых слов в мой адрес. Но, может, нам повезет, и он еще скажет их. Хоть бы повезло! А чем оправдаться — я найду. Или даже — хрен с ним! — не стану оправдываться.

Перекошенная так и сяк земля поблизости от кратера не давала коню разогнаться, вынуждая все время менять направление. Облака нас чуть не настигли, — но вот Люцифер вырвался на простор и поскакал по прямой. Сто метров выигрыша… Двести… Однако ровная местность перед нами не была бесконечной. Впереди маячила пересеченная, и там опять придется замедлиться. Я надеялся, что к тому моменту облака захотят вернуться к кратеру. Они же не должны слишком отдаляться от него?..

Облака не вернулись. Их нежелание прекращать погоню означало, что схватки не избежать. Когда Люц устанет, мы не просто замедлимся — вообще остановимся. Стоит ли доводить дело до этого? Может, следует принять бой, пока конь еще свеж?

Мне очень хотелось так и поступить, но я сознавал, что потеряв подвижность, мы превратимся в чересчур хорошую мишень. Если я спешусь — получится две мишени. А облаков девять. И отвечать мне им особо нечем. Они уже потемнели почти до черноты и злобно потрескивали переполнявшим их электричеством. Сумеем ли мы их истощить прежде, чем окажутся исчерпаны возможности защиты? Поможет ли нам даже Эги, если ее призову?.. Пока я колебался с решением, Люцифер достиг осиновой рощицы меж двух холмов и юркнул в нее. Хоть какое-то прикрытие — и у меня есть еще несколько секунд, чтобы подумать, как спастись, не подставляясь под массированный обстрел молниями. Жалкая отсрочка! И совершенно бесполезная. Реально выручить нас мог только лес громоотводов.

Проскакав рощицу, Люц нырнул в начинающийся за нею овражек. Тот открывался в большой овраг, который закончился у реки с узкой заболоченной поймой в обрамлении крутояров. По такой грязи быстро и далеко не удрать — где-нибудь обязательно завязнешь. Правда, противоположный берег не столь топкий, как этот. И можно бы пробросить к нему «Воздушную тропу», забыв об опасностях перемещения по ней над водными преградами в Экситиуме. Но если посреди реки до дна хотя бы метра три, заклинание нас над поверхностью не удержит. Оно не предназначено для построения волшебных мостов через что угодно: хоть через пропасти, хоть через водоемы любой глубины. Ему какая-то твердая опора недалеко внизу требуется. Или по крайней мере нечто погуще воздуха и воды.

Над нашим берегом — вдоль него — раскатать «Тропу» ничто не мешает. Однако скакать галопом по ней я еще не пробовал. И нет охоты пробовать именно сейчас. Условия эксперимента будут далеки от безопасных…

Короче, хватит! Надо или строить портал на крутояр напротив, с риском, что он под нами обрушится, поскольку вижу я только самый его край. Или валить сразу в Убежище, хотя закл на это втрое длиннее. Но ведь время в запасе еще есть? Лишь бы проклятый мандраж не напал пуще прежнего! Лишь бы система не вздумала препятствовать, посчитав, что сражения мне таким способом избегать непозволительно!..

На средине каста облака всей сворой оказались над нами. Карамба! Думал, они дальше. Надо ж так просчитаться… Мандраж тебе! Система тебе! Обо всем вспомнил, кроме главного: внутренний таймер может дать сбой, и не стоит на него слишком полагаться.

Я прервался, не дожидаясь, пока мне испортят колдунство разрядом в гребень шлема. Люц запрыгал во все стороны, уклоняясь от молний, и рванул обратно в овраг. На ходу он уже не мог так хорошо уворачиваться, хоть и старался скакать зигзагом. Я загородил нас сзади магическим щитом. Продержался он недолго, однако позволил выйти из-под обстрела: облака могли бить только вертикально вниз или под небольшими углами. Теперь бы еще увеличить разрыв, но пока мы в этом чертовом овраге со всеми его поворотами, сделать это можно лишь самыми короткими порталами… Стой, лопух! Не важно, самыми или не самыми. Проблема в том, что Люцифер может не рассмотреть какую-то из конечных точек портирования так же четко, как ты. Или ямы, кочки, коряги сразу за ней. И переломает ноги. Ты раньше портировал себя и его только с места, а не в движении. Кстати: а сам-то уверен, что видишь достаточно ясно? В глазах все пляшет! Не впишешься в рельеф на выходе — запросто можешь устроить себе и коню самозахоронение, не хуже чем у владельца эгиды…

Люцифер должным образом оценил мои сомнения, выбрал более-менее подходящий участок на склоне слева и не то чтобы взбежал — кое-как вскарабкался по нему, под конец чуть не опрокинувшись на самой крутизне. Облака нас тут же настигли, но мы хоть вылезли из проклятой канавы с ее проклятыми особенностями, мешающими практически всему. Я развернул над нами магический щит, как зонтик. Мощный залп разрядов не оставил от него и следа. Ничего, сейчас новый сделаю!

Люц пока сохранял резвость, и нам опять удалось оторваться. Неплохо, — но как бы совсем отделаться от преследования? По идее, следует просто достаточно далеко ускакать от кратера. Однако сколько это — «достаточно далеко»? Вдруг Люцифер помрет от переутомления еще на полдороге?

— Поднажми как следует! — сказал я ему по мыслесвязи. — А потом остановись. Не хочу играть в рулетку даже здесь. Умею портироваться с места — значит, и делать это будем с места.

Люц выполнил указание, хотя пространство перед нами мало годилось для поставленной цели: неровное, с увалами и промоинами, заросшее бурьяном… А впереди, вроде, еще один овраг? Да! Больше того, из которого мы только что выбрались. Перед ним по-любому придется тормознуть, какими бы ни оказались результаты поднажатия. Если выиграем нужные на каст мгновения, я нас куда-нибудь переброшу. Хорошо бы как раз через овраг. Но это лишь в том случае, если сумею рассмотреть пригодную площадку на той стороне. А если нет — то вбок…

Нам оставалось сделать еще метров пятьдесят, когда над краем оврага показалась чья-то голова. Вторая. Третья, четвертая, пятая… Я не сразу понял, что это головы коней выезжающих по крутому склону всадников. Сколько их там? Кто они?

Да какая уже разница…

Всадники заметили нас и закричали что-то вниз тем, кто следовал за ними. Я натянул поводья, прочел заклинание и благополучно переместил себя и Люцифера шагов на триста вправо, так как выбирающийся из оврага отряд загородил мне весь обзор впереди. Облака к нам не свернули, узрев новую добычу, гораздо жирнее. Вот это, я понимаю, подлянка так подлянка! Ехали ребята тихо-мирно своей дорогой, и вдруг какой-то чмырь подставляет их под удар нежданного противника, а сам сваливает. Надо бы еще дальше свалить, чтоб избежать неприятных объяснений, которые могут закончиться хрен знает чем. Но я же на самом деле не чмырь? А хоть и чмырем был бы, не обязательно вести себя по-дурацки вдобавок. Мир тесен, — а Экситиум еще теснее. Могу встретиться с кем-то из этих хлопцев в самом ближайшем будущем. Или, что хуже, со всеми сразу. Вот тогда действительно будет неприятно. Облака ведь они точно победят. Вон как их дербанят!

Всего в отряде насчитывалось тридцать четыре бойца. Из них семеро — маги. Они в основном и наносили урон врагу, а воины большей частью лишь оттягивали на себя его ресурсы, ловя молнии да отвлекая внимание. Я бы присоединился, но еще один почти бесполезный меч в придачу к двадцати семи имеющимся ничего не решал. Да и вообще, с моей стороны это больше напоминало бы дешевую показуху. Загнал, понимаешь, всех в дерьмо по брови, и спешит измазать пальчик, чтоб не придирались… Поэтому я дождался конца сражения, и только тогда подъехал и сказал:

— Элики с меня. Если не хватит, или каких не окажется, компенсирую деньгами.

Потрепанные победители облаков свирепо на меня уставились, но материться не стали. Тем более нападать. Оценили, что я не сбежал и не побоялся вступить в контакт, хотя у них есть прекрасный повод ограбить меня и убить. Или сперва убить, потом ограбить. И что я смогу сделать? Все воины отряда высокоуровневые, а кастеры только что показали высочайшую профпригодность.

— Годится, княже! — сказал командир. — Однако если сойдемся с тобой в местах, где винцо подают, еще и поишь всех, пока не упадем.

— С удовольствием! — ответил я. — Но опохмелки уже не ждите.

Послышались смешки. С кряхтением — от пострадавших, добродушные — от остальных. Ну, точно, мировая! После такого обратный ход уже не дают.

Я въехал в самую гущу новых знакомцев. Половина из них спешилась, осматривая лошадей. Отряд был настолько разношерстным, словно кто-то специально постарался включить в состав представителей всех рас Аусанга. Только тролли отсутствовали, да некоторые экзоты, коих вообще редко где увидишь.

— Куда путь держите? — спросил я командира.

— В «Бахардан», — ответил он. — Есть такой большой лагерь добровольцев в двух переходах отсюда. Кто-то там и останется. Кто-то дальше поедет — в сторону Песков, к Черному обелиску, в стан Пархатого. Команда у нас временная. Собрались вместе только на дорогу. Аж с четырех станов на окраинах, что между Проходным каналом и Душной долиной. Надоело, знаешь ли, отираться в тех местах. Перемен захотелось. А ты откуда едешь?

— Из стана Верховного.

— Знаю его! Вместе парились тут еще каторжанами.

Мне показалось, что над кратером и окружающими его грязевыми озерами формируются новые облака. Однако из-за большого расстояния судить об этом с уверенностью было трудно. Командир посмотрел в ту сторону из-под руки.

— Да или нет — лучше убираться отсюда, — сказал он. — Кратер этот твой мне не нравится… Если хочешь, поехали с нами. Я с кем только ни мотался по белу свету, но князей в попутчиках не имел. А они, вижу, ничего себе. По крайней мере некоторые.

— Наверняка даже среди королей найдутся не совсем говнюки, — ухмыльнулся я. — Правда, с правящими монархами я близко не знаком, так что ничего не гарантирую. Зато знаю целых двух кандидатов на престолы — Гинкмара и Каграла. Уверен, даже усевшись на троны, они останутся отличными парнями.

— Про Каграл впервые слышу. Может, там и хорошо владычествовать. Но Гинкмар? Это ведь такой заколдованный лес в Оргое. Кто и как собрался им править?

— Расскажу по дороге. И за это выпивка уже с тебя, когда до «Бахардана» доберемся… Ох, соврал я тебе невзначай! Совсем из памяти вылетело: встречался я и с состоявшимся уже королем. Все того же Каграла. И мы плотненько так пообщались. Но он как раз был самым настоящим говнюком — его даже убивать пришлось дважды.

— Да… Не знаю, насколько в порядке у тебя с деньгами, но на истории ты точно не беден. Держимся, значит, вместе до «Бахардана». Зовут меня Элиас Кривоногий. Уж три года как лекари мне ходули выправили, обобрав до нитки, словно разбойники. А прозвище все никак не отвалится.