– Думаете, это дело рук управляющего? – высказанные полушёпотом новости заметно встревожили Мирэя. Да и всех нас, признаться.

– Думаю, он подозрительно относится ко всем гостям и предпочитает за ними присматривать, – предположил Нэйас. – Дело не только в нас. К счастью, мы не успели обсудить ничего действительно важного.

– У меня сразу предчувствие появилось, что там что-то не так, – скромно добавила Атика. – Вот я и решила проверить. А потом, как только вы уехали, киэр Шан тоже куда-то отправился. Как нам рассказали работники, по заданию Владыки он контролирует разведку новых мест добычи аскулминта и порой объезжает остров по выбранным точкам. Так что это ни у кого не вызывает вопросов.

Мы уже почти поднялись к нашему дому, если так можно было назвать этот шедевр экстремальной архитектуры. Но внутрь заходить не стали – всей компанией остановились на улице, чтобы выслушать Атику и Нэйаса до конца, ведь гарантии того, что там нет больше ни одного слухового артефакта, никто нам не дал бы.

– Вы поехали за ним? – удивилась я.

В таких условиях преследовать его незаметно было бы проблематично. Учитывая ещё, что он хорошо знает эту местность, а мы нет.

– Могли бы и преследовать, – подтвердил Нэйас, – но мы поступили проще. Отплатили ему, так сказать, той же монетой.

– Я перезачаровала один из слуховых артефактов и незаметно прикрепила к сбруе его паарда. Так мы выяснили, где он остановился, а потом побывали там сами, – пояснила Атика. – Надо сказать, очень странное местечко.

– Это грот на побережье, и там всё исчерчено вот такими знаками. Ничего не напоминает? – брат отдал мне свёрнутый лист бумаги, а внутри него находились символы, много символов магического языка, которым никто теперь не пользовался. Более того, это было запрещено законом.

Фалаэль и Мирэй тоже сунули в листок нос.

– Язык заклинаний Анджи Лоэлона… – светлый вздохнул. – И почему я не удивлён…

– Меня удивляет скорее то, – возразила я, – что простой управляющий выработки знает этот язык. Думаю, это место создал не он. Киэр Шан просто выполняет чьи-то задания.

– Из Цитадели?

– Кажется, тут история более прозаичная, – хмыкнул Мирэй. – Между духом Анджи Лоэлона и магами, которых ему удалось похитить, есть какая-то очень активная прослойка. Которая и помогла ему установить с ними связь.

Это было бы логично, ведь между Пеплом и остальными островами огромные расстояния, которые тяжело преодолеть даже сильнейшей магии, а уж тем более дотянуться из-за щита, установленного здесь сразу после Катаклизма. Так что у пробудившегося Анджи могли быть помощники – мелкие пешки, не имеющие реального магического веса, но способные сыграть свою роль.

– Значит, нам надо поговорить с киэром Шаном, – подытожил Нэйас. – Пусть он сам расскажет нам, что в этом гроте особенного, кроме запрещённых магических художеств, и для чего он нужен.

– Возможно, мы зря мотались по острову сегодня, – вздохнул Фалаэль. – И отгадка просто была немного в другой стороне.

Пока мы разговаривали, вокруг окончательно стемнело. Поселение зажглось десятками вечерних огней. Немного времени нам понадобилось на обдумывание того, что делать дальше. Если медлить ещё больше, киэр Шан сумеет замести следы – если уже не замёл – и тогда отыскать что-то полезное нам будет ещё сложнее.

– Кажется, нам пора заглянуть к управляющему на чай, – Мирэй осторожно свернул листок с символами и убрал его за пазуху. – Вряд ли он будет нам рад, однако его настроение меня не волнует. Мы слишком многое увидели в Цитадели, чтобы закрыть на это глаза.

– Пусть девушки останутся здесь, – настоял Нэйас. – Думаю, их он вряд ли испугается. Зато у нас будет прикрыта спина на случай неожиданных поворотов.

Я встревоженно посмотрела на Мирэя – его состояние вызывало у меня реальные опасения. Вдруг что-то случится, а меня не будет рядом?

Но светлый оказался непреклонен и проигнорировал мои призывные взгляды.

– Согласен, – кивнул он моему брату. – Так нам всем будет спокойнее.

И, оставив нас с Атикой здесь, мужчины отправились трясти Барру Шана.

* * *

Мирэй

То ли киэр Шан был не настолько прозорливым, как я думал, то ли просто ничего не боялся, но он оказался дома. Даже не попытался куда-то скрыться, чтобы избежать возможных расспросов от незваных гостей. Как можно было догадаться по его характеру, он жил один, даже дверь нам открыл самостоятельно. Скорей всего, прислуга здесь вообще не пользовалась спросом.

– Опять вы… – вздохнул он, хмуро нас оглядев. – Ещё не скопытились?

Последнее замечание относилось явно ко мне. Видимо, светлых он недолюбливал больше остальных. Возможно, я не нравился ему отдельно.

– Что-то часто вы желаете нам зла, – угрожающе протянул Нэйас.

К нему как раз киэр Шан относился с большим пиететом, чем к остальным. Его слова попали в нужную точку, и управляющий помрачнел ещё больше.

– Чего пришли? Дайте хоть отдохнуть перед сном. Весь день в делах, а тут ещё вы.

– На пороге будем говорить или впустите? – я сделал шаг вперёд.

А вот Фалаэль совсем уж не выдержал и уверенно пошёл в наступление на Барру. Тот попятился, но сбежать всё равно не успел. Ладерсиец поймал его за грудки и втолкнул внутрь, после чего вошли и мы с Нэйасом.

– Расскажи-ка нам, куда ты сегодня днём ездил? – принялся давить на управляющего лазуритовый. – И рассказывай подробнее. А мы сверим твои слова с тем, что нам уже известно.

– Да куда я ездил? На разведку аскулминтовых жил, конечно! Это все знают! – заметно напрягся Барра, хоть и не испугался. Правда, его сил не хватало, чтобы высвободиться из хватки Фалаэля, поэтому он просто повис в ней, не пытаясь вырваться.

– Это версия для всех, – кивнул я и подошёл ближе. Барра даже поморщился, настолько противно ему было видеть меня так близко. – А теперь скажите, вы знаете, что это за символы?

Я помахал у него перед носом исписанным магическими закорючками листом.

– Вы что? – изобразил удивление Барра. – Откуда мне это знать? Я вообще маг очень посредственный, иначе не оказался бы тут!

Он демонстративно отвернулся от улики. И его упорство выглядело по меньшей мере странно.

– Мы были в том гроте, куда вы сегодня ездили, – спокойно заключил Нэйас. – И готовы понять, что всё это создали не вы. Однако если вы скажете, кто, то вас могут признать жертвой чужого влияния или угроз, если они были.

Я с лёгким упрёком покосился на него: в настоящей ситуации его дипломатические заходы явно не сработают. На таких как Барра, нужно применять более жёсткие методы. В общем-то мои мысли на этот счёт мгновенно подтвердились: мужчина продолжил молчать.

– А ну говори! Иначе я тебя в том же гроте и прикопаю, – снова потерял терпение Фалаэль. – А лучше – в Цитадели. Ты видел её, верно? Станешь кормом для хозяина, которому явно служишь. Так ведь?

Он ещё раз хорошенько встряхнул управляющего, и тот как будто очнулся.

– Да вы, похоже, вообще ничего не знаете, да? – его слова сорвались в короткий жутковатый смешок, словно в нём внезапно заговорил кто-то другой. – Возвращение Анджи уже случилось. И ему помогают гораздо большие силы, чем вы можете себе представить. А я всего лишь маленький кусочек всей этой мозаики.

Он снова сник, будто эта тирада отняла у него все силы.

Оставив его под присмотром Фалаэля, мы с Нэйасом отошли в сторону, чтобы обсудить услышанное.

– Раньше я слышал об отдельных фанатиках, которые продолжали считать Анджи величайшим магом всех времён, – задумчиво проговорил тёмный. – Но их всегда отлавливали или прогоняли.

– А сейчас получается, что из них сплелась целая сеть, – подытожил я. – И где искать главные узлы, мы не знаем.

– Этого, – Нэйас кивком указал на Барру, – ещё можно потрясти. Но оставлять его на управлении таким важным объектом никак нельзя. Мы даже не знаем, какой вред он успел нанести за то время, что находится здесь!

– Заберём его с собой. Пока вернёмся, он, возможно, успеет рассказать что-то ещё.

Я осёкся, почувствовав, как в груди что-то неприятно шевельнулось. Затем перед глазами начало темнеть. Сначала мне удалось сморгнуть эту муть, но эффект повторился и усилился.

– Эй, что с тобой? Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Нэйас.

Его я видел плохо, но почувствовал, как он схватил меня за локоть.

– Думаю, мне просто пора перевести дух, – ещё попытался я бравировать.

– Мы немедленно возвращаемся. Пусть девочки посмотрят, что можно сделать.

* * *

Кейлет

Мы с Атикой уже заканчивали поиск других слуховых устройств в доме, когда метка на моей спине буквально зашлась невыносимым огнём. Меня бросило вперёд, я успела схватиться за попавший под руку стул и вскрикнула. Хотелось выгнуться так, чтобы этого не чувствовать, но метку я с себя, конечно, сбросить не могла. Казалось, нечто едкое выедает мне спину. На глазах даже выступили слёзы.

Атика услышала шум и сразу прибежала наверх.

– Что такое? Видения? – схватила меня за плечи и помогла сесть.

Пару мгновений я просто дышала, стараясь успокоиться, а затем смогла открыть глаза.

– Кажется, с Мирэем что-то случилось, – пробормотала, едва ворочая прилипшим к нёбу языком.

– Почему ты так решила?

– Не знаю, я… почувствовала, – ответила, вставая. – Его магия повела себя странно. Я никогда такого не чувствовала. Мне нужно к нему.

Я сделала пару шагов вперёд, но ноги подкосились, хоть неприятные ощущения между лопатками уже пропали. Осталось лишь лёгкое жжение.

– Так, постой! Куда ты собралась? – Атика снова поймала меня и усадила обратно. – Ты еле на ногах стоишь!

Она прислушалась к шуму внизу. Раздались шаги и голоса, явно чем-то встревоженные.

– Кей! – позвал меня Нэйас. – Кей, ты тут?

Я усилием заставила себя снова встать и, держась за хлипкие перила лестницы, всё-таки спустилась на первый этаж. Как только увидела брата, который привёл ослабшего Мирэя, чуть сама не свалилась в обморок – уже не от боли. Просто голову повело от страшной догадки: вот оно, случилось! Я же говорила ему! Говорила!

– Что с ним? – каким-то чудом я удержала себя в сознании и бросилась помогать Нэйасу, тут же подоспела и Атика. Втроём мы отвели Мирэя в постель.

– Я проверил его защитный артефакт, – на ходу пояснил Нэйас. – С ним, кажется, всё в порядке, но он резко разрядился. Буквально в один миг… Кей, у тебя волосы…

«Ну, волосы, – успела подумать я. – У всех волосы!»

А потом до меня дошло, что он имеет в виду.

– Да, у тебя белые пряди в волосах! – испугалась Атика так, будто они ожили и начали шевелиться.

– Не мешайте мне! – отмахнулась я. – Дайте я посмотрю.

Слабости как ни бывало. Весь мой организм буквально подобрался и наполнился силой от желания немедленно исправить то, что творилось сейчас с Мирэем.

– Пойдём встретим Фалаэля, – Нэйас взял Атику под локоть и повёл прочь. – Пусть она разберётся.

Они наконец оставили меня в тишине. Мирэй тяжело дышал и ворочал головой из стороны в сторону. Кажется, он уже ничего не замечал вокруг, хоть его глаза и были открыты. Он просто смотрел перед собой и молчал, а его тело всё было покрыто испариной, даже одежда стала влажной!

Первым делом я взялась за амулет. Зачаровывать его снова не было необходимости – он работал нормально. Но вот заряда в нём осталось словно бы совсем капля – и это, конечно, не могло его защитить.

Когда я попыталась влить туда хоть немного магии, светлый дёрнулся так внезапно, что артефакт выпал у меня из руки. Что это за новые эффекты? Теперь он ещё будет сопротивляться наполнению?!

– Ты меня слышишь? – я склонилась к лицу Мирэя. – Сейчас я всё исправлю. Всё будет хорошо!

– Фанасса… – проговорил он отчётливо, глядя в моё лицо, но я была уверена, что сейчас он его не видит. Эта гадина дотянулась уже и сюда. Пытается его сломить? – Я не хотел…

Я постаралась не обращать внимания на его бормотания. Он сейчас не в себе. А чокнутая принцесса явно жаждет мести за неразделённые когда-то чувства. Появился удобный случай, и она сразу принялась его мучить!

Поэтому я сосредоточилась на амулете и вновь продавила защитный барьер – на этот раз он поддался, но очень неохотно. Магия просачивалась внутрь амулета тоненьким ручейком, хоть раньше на его зарядку требовалось всего несколько мгновений. Я даже вспотела, пытаясь наполнить его хотя бы чуть-чуть.

Нет! Так у меня уйдёт очень много времени! Там внутри будто кто-то находился и всеми силами препятствовал этому.

Мирэй постоянно ворочался и что-то шептал – теперь совсем неслышно.

Так! Окончательно не выдержала я после очередной мучительной попытки быстро исправить ситуацию. Если это так тяжело, значит, попробуем пойти другим путём.

Я вернула амулет на грудь светлого и принялась стаскивать с него лишнюю одежду. Не всю, конечно, но мне точно нужно было больше доступа к его телу. Если наша связь так сильна, попробую пробиться через неё. А он сам наполнит амулет.

Только мне нужно больше соприкосновения.

– Что ты делаешь?! – возмущённый оклик Нэйаса, слегка меня отрезвил.

Я уже умудрилась снять с Мирэя рубашку и взялась бы за брюки, если бы он меня не остановил.

– Хочу кое-что попробовать, – просто ответила я, будто занималась самым обычным делом. – Фалаэль вернулся?

– Да… – недовольно буркнул брат. – Управляющего рудником мы будем держать под стражей и отвезём на острова. Он принялся рассказывать нам о культе, который поддерживает Анджи Лоэлона. А тот грот с заклинаниями… Кажется, именно они создают брешь во внешнем щите острова.

– Оставь нас, пожалуйста, – попросила я, когда закончила с частичным раздеванием Мирэя. – Нам всем до утра нужно отдохнуть, а мне – наполнить амулет светлого. Нужно приступать прямо сейчас.

– Первый раз вижу такой способ… – проворчал Нэйас.

– Уж какой есть! – развела я руками.

Он покачал головой и вышел, а я принялась раздеваться тоже. Так обмен магией будет происходить легче. Кожа к коже. Как можно меньше расстояния и преград между нами. В рамках разумного, конечно!

Вздохнув, я забралась в постель к Мирэю и обхватила его рукой. Прижалась к его спине и замерла, пытаясь почувствовать неощутимый обычно, но явно существующий между нами канал.

Вот он! Тот самый, что связывал нас через метку и брачный ритуал. Какой разветвлённый и сложный! Целая сеть! Да мы будто срослись друг с другом, сплелись, как деревья корнями!

Теперь просто нужно осторожно пустить по нему тёмную магию к слабо мерцающей точке амулета. Пожалуй, так защита станет гораздо прочнее!

Я закрыла глаза и прошептала в спину Мирэя: «Всё будет хорошо!»

Наверное, я потратила много сил на то, чтобы наконец защитить Мирэя и дотянуться до амулета – поэтому медленно погрузилась в сон, чувствуя острые токи нашей с ним магии. Они пронизывали тело тоненькими иголками, и это можно было назвать скорее приятным ощущением.

Утро наступило как-то внезапно. Я не слышала голосов или шума: дверь закрыла ещё перед тем как начать эту опасную и ненадёжную процедуру. За всё то время, что мы с Мирэем лежали рядом, никто нас не побеспокоил. У остальных тоже хватало дел.

Пробудилась я оттого, что моё положение в постели поменялось. Теперь не я обнимала светлого, а он меня. Его горячее дыхание скользило по моей шее затем опустилось на плечо, и вернулось к затылку. Он хотя бы пришёл в себя – уже хорошо.

Но вот что делать теперь, я не сразу решила. Его прикосновения были приятными, обволакивающими и невероятно чувственными. А на мне была одна лишь сорочка, которая не скрадывала совершенно никаких ощущений и, пожалуй, даже обостряла их. Я лежала неподвижно, делая вид, что до сих пор сплю, хоть проснуться сейчас было бы вполне логично: напор Мирэя усиливался.

Когда его ладонь плавно спустилась по моему бедру к краю сорочки, я не выдержала – вздохнула, давая понять, что пора заканчивать все эти вольности. Да, немного запоздало, но лучше сейчас, чем никогда! Правда, вольности не прекратились, а стали, скорее, ещё более нахальными.

– Что ты делаешь? Перестань! – возмутилась я, поворачивая к Мирэю голову. Попыталась отодвинуться, но он поймал меня и прижал к себе снова. Я встретилась с ним взглядом, и всё – просто утонула в чистейшем роднике его магии. Метка вновь расцвела, как нагретый солнцем сад. Опустила веки – и как наяву увидела жёлтые маслянистые лучи, что пронизывали зелёную листву, вдохнула пряный густой воздух.

Мне больше не хотелось ничего говорить. Ладони Мирэя блуждали по моему телу, первое прикосновение губ к моим, пронзило меня острой вспышкой удовольствия, и я сразу поймала это ощущение, удержала, позволяя светлому углубить его.

Мирэй молчал, но мне не требовалось слов. Всё и так было понятно – мы оба пропали. Мы не могли больше остановиться. Я опустила ладони на горячую грудь светлого, провела ими вниз до напряжённого рельефного живота. Всё-таки касаться его кожи – отдельный вид удовольствия.

Лёгкая ткань сорочки медленно заскользила вверх по моим бёдрам, пока не поднялась почти до талии. Мирэй настойчиво, но мягко протолкнулся между моими коленями и крепче прижал к постели своим телом – теперь совсем не сбежать!

Да разве я хочу? Сейчас я хотела лишь одного – всецело быть с ним. Это так просто и естественно, что удивительно, как не случилось раньше!

Мирэй лишь на мгновение прервал наш поцелуй – и тогда-то я почувствовала, как онемели мои губы. Да мы как будто с ума сошли! Рамки дозволенного трещали, грозя окончательно рухнуть.

Но от лёгкого флёра запретности всё, что с нами происходило, становилось ещё более пленительным.

Светлые, с золотистым отливом волосы Мирэя, просто сияли, я с удовольствием зарылась в них пальцами – невероятное блаженство! Облив меня раскалённым взглядом, он снова склонился – теперь к моей груди – и тогда только я внезапно ощутила укол неловкости. Дёрнулась, пытаясь увернуться, и светлый вновь поднял голову.

Я хотела бы заорать, если бы могла, но горло словно сдавило спазмом. На меня смотрел Анджи Лоэлон – в самом отвратительном своём обличьи. Кошмарная пасть почти от уха до уха рассекала его лицо, а вместо светлого взгляда Мирэя на меня уставились тёмные, мёртвые провалы.

– А-а! – наконец вырвалось из груди.

Я забилась в истерике, но в тот же миг меня тряхнули с такой силой, что замоталась голова.

– Кей! – шёпот Мирэя наконец пробился в уши сквозь собственный крик. – Кей, я тут! Посмотри на меня! Моя хорошая, посмотри.

Я перестала ворочаться и наконец открыла глаза. Это был сон… Такой прекрасный сначала, и чем он обернулся? Это месть за то, что вытащила Паладина из лап его бывшей невесты? Или я потратила так много сил, что сама же растеряла защиту от смешанной магии?

Неважно.

Я обвила шею Мирэя руками и прижалась к нему всем телом. Просто сон – и всё! Он закончился!

– Осторожнее, – пробормотал светлый, тычась мне в шею. – Сейчас я чувствую себя так хорошо, что могу не сдержаться…

– И что? – буркнула я в ответ.

– Не советую проверять.

– Почему? – продолжила провоцировать его.

– Тебе слишком сильно понравится.

Остатки страшного сновидения полностью растворились в моём сознании, остались лишь тенью, полупрозрачной и незначительной. Никогда не подумала бы, что светлая магия когда-то будет оказывать на меня такое воздействие. Я всегда опасалась её, а теперь готова была купаться в ней с головой.

– Я так рада, что ты пришёл в себя.

– Думал, уже никогда не услышу от тебя подобных слов, – хмыкнул Мирэй, он слегка отстранился и внимательно посмотрел в моё лицо. – Твои волосы… Это становится слишком заметным.

И правда! Со вчерашнего дня белых прядей в моей копне стало ещё больше! Если я в таком виде заявлюсь на Антрацит, меня просто уничтожат… Всем же очевидно, почему так происходит!

В дверь с той стороны тревожно заколотили.

– Вы как там? Что случилось? – раздался голос Нэйаса.

– Всё в порядке, просто сон… – торопливо ответила я, на всякий случай отползая от Мирэя подальше.

Судя по озадаченной паузе, моя отговорка брата не очень-то устроила. Однако он выдохнул и ответил:

– Тогда ждём вас внизу. Говорят, есть опасность визита Оллпхайса. Нам лучше отплыть до того, как он появится.