Первый разрушительный удар по двустворчатой крышке люка оказался не единственным. Едва я успела протереть глаза от пыли и прочихаться, как за ним последовал второй – и тогда меня явственно коснулся отголосок сильнейшей светлой магии. Значит, всё-таки не моими стараниями всё это произошло… Даже обидно немного.

– Кей, ты там? – раздалось сверху, когда пролом в потолке стал шире.

– Да! – ответила я, вставая. Отряхиваться было бессмысленно: вся моя одежда сплошным слоем была покрыта серым налётом.

Тело ломило то ли от недавнего падения, то ли от магического перенапряжения. Мало того что встретившая меня «хозяйка» изо всех сил пыталась на меня давить, так ещё и эта воронка в полу явно собиралась выкачать из меня всю энергию. Лишь когда странная и пугающая девица пропала, мне стало немного легче.

– Сейчас мы спустимся.

Что-то наверху снова грохнуло, на пол обвалился кусок каменной плиты – одной из тех, что составляли крыльцо Цитадели, а через миг прямо на него спрыгнул Мирэй. Моя метка сразу же разлилась по спине тёплыми узорами – и голова прояснилась ещё немного. Как хорошо, оказывается, когда там нет лишних голосов – только мои мысли, которые можно спокойно держать при себе без опасности, что их кто-то услышит.

Вглядевшись в пыльную пелену, светлый наконец меня увидел – и я поспешила ему навстречу.

– Отойди, ну! – взмолился наверху Фалаэль.

Мирэй поймал меня в объятия и молча прижал к себе – и хоть раньше я предпочла бы избежать лишнего момента близости с ним, сейчас это было мне просто необходимо. Как только мы отошли в сторону, ладерсиец сверзился следом за светлым, и под его весом кусок камня буквально раскололся надвое.

– Как тебя вообще угораздило попасть в такую дурацкую ловушку? – возмутился он, отряхиваясь.

– Мне помогли, – буркнула я, пальцами цепляясь за куртку Мирэя. – Здесь была очень своеобразного вида девица и она пыталась воздействовать на меня ментально. Кажется, её облик полностью искажён смешанной магией.

Мужчины принялись озираться – но дамочки, естественно, уже и след простыл.

– Это была Назэда? – Мирэй опустил на меня взгляд, и в нём мне почудилась надежда. На что, интересно? Что это действительно окажется сестра Атики?

Но утешить его мне было нечем.

– Думаю, нет. Я знаю, как выглядит Назэда – и даже в изменённом виде это точно не она.

– Значит… – Фалаэль вздохнул, но мысль заканчивать не стал, зная, что мы и так всё поняли.

Хрупкое телосложение, белоснежные волосы – если бы не жуткое, обезображенное лицо, то можно было бы сказать, что эта девушка была похожа на светлую. А единственная пропавшая из них, о которой нам известно – это принцесса Фанасса. К тому же, раз она пропала целых шесть лет назад, не удивительно, что смешанная магия настолько её изуродовала. Раньше в некоторых книгах мне встречались изображения Анджи Лоэлона того периода, когда он уже стал безумен и опасен для всех жителей Королевства. Пожалуй, между ними можно было найти очень много сходств.

– У нас всё равно пока нет доказательств того, что это она, – проворчал Мирэй, отпустив меня.

– Думаешь, тут они нужны? – меня мгновенно захлестнуло негодованием. Он ещё сомневается! Сам же прекрасно понимает, что она не просто пропала тогда, а попала сюда. Ровно так же, как и остальные маги.

– А как ты собираешься объяснять всё Владыке Хрустальных островов? – голос Мирэя стал напряжённее. – Вряд ли он поверит нам на слово. А если это действительно Фанасса, или то, что от неё осталось, то лишь он имеет больше всего шансов справиться с ней.

– Это всё прекрасно, – вмешался Фалаэль. – Но мы сюда спрыгнули, а как будем выбираться обратно? Кто умеет левитировать?

Никто из нас, конечно, самостоятельно этого не умел, иначе жить нам было бы, наверное, гораздо проще. Поэтому пришлось заняться поиском иного выхода отсюда. И после детального осмотра стен зала стало понятно, что в суматохе я просто не разглядела скрытые в них двери. Они располагались на противоположных сторонах друг от друга. Очевидно одна служила входом, другая – выходом в какое-то соседнее помещение.

– Ключей у нас нет, придётся вскрывать силой, – констатировал Фалаэль, когда все мы собрались у плотно сомкнутых – так, что издалека не было видно зазора – ворот в полтора человеческих роста.

– Кажется, я знаю, как можно их открыть! – сразу догадалась я.

– Разгромить, как Мирэй – верхний вход сюда? – с энтузиазмом уточнил ладерсиец.

Судя по всему, громить он любил.

– С этими так не получится. Они гораздо толще и, похоже, заперты не только на замок, но и магией, – с сомнением покачал головой светлый. – Я смогу подобрать к ним подход и заклинание, но на это уйдёт много времени. К тому же я немало потратился. Может, тут есть скрытый рычаг?

И мужчины отправились его искать. Я же возражать не стала, но решила поступить по-своему. Раз тёмная магия считается разрушительной, применим это свойство на пользу.

Я примерилась к узкому промежутку между створками – туда вряд ли можно было бы протолкнуть даже иглу! – и лишь уверилась в том, что у меня может получиться! Я призвала очередную тёмную сущность – передо мной, как из-под земли, выросла огромная чёрная змея с двумя глубокими провалами вместо глаз. Ещё одним сегментом заклинания я велела ей просочиться в эту узенькую щель – и состоящая пока из одной лишь магии сущность быстро пропала внутри, будто была муравьём.

Ещё одно звено общей магической конструкции – и змея вновь расширилась, одновременно уплотнившись до боевого состояния. Камни сомкнутых плит оглушительно треснули, и с потолка вновь посыпалась какая-то труха. Увлечённые поиском незаметного рычага открывания двери мужчины вздрогнули и одновременно ко мне повернулись.

– Что происходит? – воскликнул Фалаэль.

Мирэй промолчал, внимательно наблюдая за тем, как прямо передо мной увеличивается в размерах гигантская рептилия. Она росла всё быстрее и быстрее, раздвигая своим телом неподъёмные на вид плиты, пока они наконец не разошлись до упора.

Если усиливать её ещё, то призванная сущность может стать опасной для нас всех, поэтому, достигнув поставленной цели, я её развоплотила.

– Вот и всё, – гордо вздёрнув нос, отряхнула руки. Пожалуй, впервые я применяла свои познания в тёмной магии на реальной практике. Да ещё такой опасной! Это, можно сказать, достижение!

– Что там?

Мирэй приблизился и, сформировав светящийся шар-путеводитель, бросил его в тёмную бездну за дверью. Холодный голубоватый свет озарил слегка потёртые стены и лестницу, резко уходящую вниз. А судя по тому, что увидеть всю её до конца не получилось, продолжалась она очень далеко.

– Полагаю, эта бешеная девица появилась именно оттуда? – Фалаэль только немного сунул нос в проход.

– Мы вообще не знаем, что там, – светлый развёл руками. – Планы Рубиновой Цитадели сохранились, возможно, только в секретных архивах.

– И тебе не дали туда доступ? – удивилась я. – Ты же Старший Паладин!

– Пока маги не начали пропадать один за другим, я вообще не собирался лезть в её недра. От меня требовалось только выяснить, откуда идёт утечка отравляющей магии, – Мирэй помолчал. – А сейчас как будто и деваться некуда. Придётся взглянуть, что там.

Тут я была с ним не совсем согласна: в общем-то ничто не мешало нам развернуться и просто уйти. Однако, оказавшись здесь, мы как будто вместе почувствовали некую общую ответственность за всю информацию, которую сумеем получить из этой поездки к Цитадели.

– Ничего, что наше появление здесь уже заметили? – ладерсиец прищурился. – Не хочу, чтобы меня сочли трусом, но нас всего трое.

– Ну, смотри… Она отделила от нас Кей, затем сбежала. Получается, против нас троих она выступать пока опасается, – легко возразил светлый.

Да и нападала она на меня не так сильно, как можно было бы ожидать, я довольно легко отгораживалась от её попыток проникнуть в мой разум и завладеть им. Да, не обошлось без помощи светлой метки и амулета, который Мирэй недавно мне подарил. Однако обладай она истинной мощью, он вряд ли её остановил бы.

– Логично, – вздохнул Фалаэль. – Ну, что, пойдём? Я впереди.

– Как хочешь, – Мирэй пожал плечами.

Ладерсиец, вооружившись заряженным боевым заклинанием, двинулся по лестнице первым. Чтобы хорошо осветить её, пришлось призвать несколько светящихся шаров – да и то они с трудом пробивали плотную тьму подземелья, в котором никто не появлялся уже многие годы. Это насколько же даже отчаянные искатели наживы боятся этого места, что не пытаются отыскать здесь что-нибудь ценное?

И как показала сегодняшняя встреча с принцессой, опасаются люди не зря. Впрочем, возможно, до обычных любопытствующих ей не было бы никакого дела.

Оказалось, лестница уходит вниз не слишком круто, но зато продолжается вперёд на какое-то неизвестное расстояние. Вскоре запахло сыростью, а стены хода покрылись блестящей плёнкой и пятнами плесени. Где-то явно капало, ступени стали скользкими. Пару раз я едва не растянулась на камнях, пришлось схватиться за локоть Мирэя, который неотступно шёл рядом.

– Она упоминала тебя, – вдруг сказала я, вспомнив, что говорила хищная дамочка во время нашей с ней встречи. – Сказала, что чувствует твою магию.

Лицо светлого как-то сразу осунулось.

– Это значит, что какие-то остатки её былого сознания сохранились. Думаю, она до сих пор на меня в обиде.

– Ты так и не сказал, за что именно? За то, что ты её отверг?

– Не её, а её чувства. Я не подозревал о них, вернее, старался не замечать проявлений. А потом встретил тебя в саду – и это стало последней каплей, – светлый цедил слова, как будто каждое было острым ранящим осколком.

– То есть она нас действительно видела… – я горько усмехнулась. – Поэтому решила на мне отыграться. Конечно, проще считать крайней меня, чем возлюбленного.

– Это в женской натуре, не так ли? – Мирэй иронично на меня покосился. – Я смогу защитить тебя, не волнуйся. Просто больше не уходи далеко.

– Полагаю, – вклинился в наш тихий разговор Фалаэль, – мы как раз находимся под озером. Это то, о чём ты говорил, да?

Он обернулся. И тут впереди наконец что-то забрезжило, ход расширился, и огоньки разлетелись в разные стороны.

– Возможно.

– Надеюсь, он нас там не поджидает.

Наконец лестница закончилась, и мы вышли в небольшой пустой зал. Здесь совсем ничего не было, лишь посередине виднелось небольшое возвышение, похожее на могильную плиту. А в её центре торчало что-то блестящее. Мирэй создал дополнительные огоньки, и они равномерно рассредоточились по залу – так его стало видно гораздо лучше.

А значит, можно пройти чуть дальше.

О прекрасном убранстве тут явно не заботились, и вообще создавалось впечатление, что этот зал был создан впопыхах, как зря. Либо до самого важного момента Катаклизма он никак не использовался и был побочной слепой кишкой в недостроенных катакомбах Цитадели.

Держась рядом друг с другом, мы медленно приблизились к возвышению – это оказался не просто камень, а целый необработанный кусок скалы, сплошь покрытый магическими символами, выжженными прямо на её поверхности. Часть из них до сих пор светилась, другая погасла, а по диагонали через всю зачарованную плиту шла ломаная трещина, в которую был воткнут небольшой серебристый кинжал с резной каменной ручкой.

– Какой крепкий ножичек, – протянул Фалаэль.

Мирэй без особых раздумий просто взял и вынул его из разлома. Несколько магических знаков при этом вновь загорелись. Похоже, кинжал повредил сложную охранную сеть, а когда его убрали, часть её восстановилась сама по себе.

– Чья это вещица, есть соображения? – уточнил ладерсиец. – Эта работа явно не с Лазуритовых островов. Если бы кузен всадил сюда своё оружие, это скорее был бы топор.

– Это кинжал Фанассы, – констатировал Мирэй после беглого осмотра клинка. – Его подарил ей отец на совершеннолетие. Мощнейший артефакт. В его рукояти можно накопить огромное количество светлой магии. А потом при ударе просто уничтожить врага. От него не останется и мокрого места.

Это многое объясняло.

– Поэтому накопленной силы хватило, чтобы расколоть плиту, – закончила я его мысль. – Как удобно! Похоже, Анджи Лоэлон тщательно подобрал кандидата на роль своего освободителя. Ему нужен был именно светлый маг с некими определёнными умениями.

– Получается, он всё-таки выбрался? – Фалаэль огляделся.

– Похоже, да. Но не в физическом плане, – светлый крепко сжал рукоять кинжала. Сейчас она была пустой. – Фанасса стала новым сосудом для его магии и разума.

– Поэтому она частично приняла его облик, – меня передёрнуло от воспоминаний.

Мы скорбно помолчали, а затем принялись внимательно осматривать повреждённый кусок камня. Казалось, смысла его восстанавливать не было, тот, кто был под ним замурован, уже выбрался наружу. Но что-то предпринять всё равно хотелось. Нельзя оставлять всё так!

– Может, нам стоит отыскать его тело и уничтожить? – предложил ладерсиец.

– Нет там уже ничего, – покачал головой светлый. – Он уже при жизни начал разлагаться под действием смешанной магии, а сейчас там наверняка ничего не осталось. А магия уже излилась наружу.

– И гуляет где-то по замку в теле твоей бывшей, – не преминул подколоть друга Фалаэль.

Я тихо хмыкнула. В ситуации не было ничего смешного, но вся её парадоксальность и некоторая ироничность всё-таки заставляла улыбнуться. Вот это я понимаю, встреча через время и месть бывшей девушки за нанесённые душевные раны.

– Пусть даже и так, – хладнокровно согласился Мирэй. – Сейчас она не станет идти на прямое столкновение с нами. Если бы ей удалось завладеть разумом и магией Кей, она ещё могла бы побороться, а так – похоже, не видит смысла.

– А где остальные? – нахмурился Фалаэль. – Она же привела сюда остальных.

В замке сейчас стояла подозрительная тишина. Никто больше не пытался на нас напасть или хотя бы как-то запугать. И правда – как будто никого нет.

– Думаю, они могут быть в зале Совета, – предположила я, вспомнив одно из своих видений. Это было бы символично. Раньше там собирались Верховные всех фракций, и теперь Анджи, в каком бы теле он сейчас ни находился, собрал полный комплект. Полагаю, он хотел бы им прихвастнуть.

– Думаю, место бывшего заточения Анджи тоже важно. Там наверняка всё пропиталось его магией, и он может черпать оттуда силы, – продолжил рассуждать Мирэй. – Прежде чем идти куда-то ещё, нам нужно запечатать этот саркофаг.

– У тебя хватит на это сил? – я осторожно коснулась его руки.

Всё это время он ходил по краю, любое перенапряжение магии могло плохо на нём сказаться. Но Мирэя это как будто вообще не беспокоило!

– Только одной моей магии здесь будет недостаточно. Нужны усилия всех.

– Вот надо было взять с собой Атику, – вздохнул ладерсиец.

– Справимся втроём. Это не будет надёжной защитой, но на какое-то время её хватит. Пока мы не вернёмся сюда с подкреплением. Мы с Кей начнём соединять магические потоки, а затем подхватим тебя.

Фалаэль лишь сосредоточенно кивнул. Я же успела присмотреться к выжженным на поверхности плиты символам – определённо, многие из них были мне знакомы – они относились к защитной тёмной магии. А эти, похоже, были аметистовыми – к счастью, часть скалы, на которой они располагались, не пострадала. Тут чёткие росчерки лазуритовых заклинаний, а связывает их между собой чистейшая светлая. Получается, Мирэю нужно восстановить повреждённую часть сети.

Ему понадобилось некоторое время, чтобы изучить её, а затем он принялся за дело. Кинжал Фанассы он убрал в свою сумку, обошёл саркофаг по кругу, почти неразборчиво что-то нашёптывая, и постепенно в воздухе начала проявляться сияющая магическая цепь – повреждённые знаки на камне вновь слабо засветились. Сначала они мерцали, грозясь погаснуть, но постепенно свечение стало плотнее и увереннее.

– Кей! – позвал он меня и протянул руку, за которую я сразу же схватилась.

О, как же хорошо. В последнее время мне всё чаще хотелось его касаться – так я чувствовала себя увереннее. В безопасности, хоть кругом всё просто наполнено опасностями и неизвестностью. Мне уже было знакомо чувство, когда наша магия сплетается – сначала это получалось невольно и приводило к катастрофе. Теперь стало понятно, что это можно контролировать, и тогда мы добьёмся гораздо большего. Я отпустила тёмную магию, направила её вдоль каналов созданных Мирэем – и наши заклинания соединились так легко, будто в этом не было ничего противоестественного. А наши энергии, между прочим, считаются несовместимыми!

Впечатлило это и Фалаэля. Он наблюдал за нами, затаив дыхание, а когда понял, что наша магия вместе создала какой-то новый вид, то не удержался и воскликнул:

– Как вы это делаете вообще?

Но нам некогда было отвечать. Ещё часть символов на крышке саркофага начала испускать слабое неуверенное свечение – настало время присоединиться ладерсийцу.

– Фалаэль! – окликнул слегка ошарашенного друга Мирэй. – Ты видишь?

– Да… Да, я вижу, я понял, – он очнулся и поспешил к нам.

Полагаю, плетение блокирующих и защитных заклинаний не было его сильной стороной. Он и с виду был воин, и в магии предпочитал более грубый подход. Пришлось повозиться – глупо было бы ждать от него ювелирной работы. Хорошо только, что он был смышлёным и схватывал всё на лету. Так что скоро процесс стал стройнее – и наконец все знаки на камне соединились в одну сплошную сияющую сеть.

– Атики не хватает, – вновь проворчал Фалаэль.

– Согласен, – кивнул Мирэй. – Она зачаровала бы камень гораздо быстрее. Но ничего, мы почти закончили.

Финалом наших усилий стал плотный магический кокон, которым мы опутали саркофаг. Затем осторожно сняли магическое воздействие и одновременно сделали шаг назад. Можно выдохнуть!

– И долго оно продержится? – критически оглядывая результат нашей работы, уточнил Фалаэль. – Мы успеем добраться до Владык и сообщить им обо всём, что нам удалось здесь найти?

– Сложно сказать, – Мирэй развёл руками. – К тому же это, – он указал на светящиеся знаки, – уже мало чему поможет, лишь сдержит укрепление того, кто здесь обитает, на некоторое время.

Его слова завершились страшным грохотом где-то в глубинах замка. Как будто там обрушилась целая скала. Мы замерли и прислушались – это ответ хозяйки Цитадели на наши ухищрения? Или просто стены осыпаются от времени, и от нас это не зависит?

Какое-то мгновение мы ещё соображали, что это всё значит, но когда дрогнул свод зала, в котором мы все стояли, стало совсем не по себе.

– Так… – выдали Мирэй и Фалаэль одновременно.

– Кажется, пора отсюда убираться, – добавила я.

И мы ринулись прочь. Ровно в тот миг, как сорвались с места, часть потолка просто обрушилась, и сверху прямо нам на головы тяжёлым потоком начала литься вода – разом из нескольких мест. Нас моментально захлестнуло по колено и бежать стало гораздо труднее. Да что там, нас почти смыло, лишь чудом удалось удержаться на ногах!

– А я говорил, что мы под озером, – пропыхтел Фалаэль.

– Это знание нам сейчас ничуть не помогает! – отметил светлый, хватая меня за руку, потому как я быстро начала отставать.

– Я буду сдерживать потоки воды, пока смогу, – обнадёжил нас ладерсиец. – Вперёд!

Пришлось ускориться, хоть по скользкому полу трудно было передвигаться. Ноги так и норовили разъехаться в совершенно непредсказуемые стороны. Проход наверх казался таким далёким, будто зал расширялся вместе с тем, как мы двигались. Вода и правда временно стала литься медленнее, но всё равно выход на лестницу к тому моменту как мы до него добрались, оказался затоплен, а нам пришлось плыть!

– Нужно нырять, я и так едва сдерживаю поток! – крикнул Фалаэль сквозь рёв воды.

– Давай я первый, ты за мной, – предложил Мирэй. – Держись меня.

– Хорошо, – я уверенно кивнула, хоть страшно боялась погружаться под воду.

Вообще никогда не любила плавать и особенно нырять, мне всегда спокойнее на берегу. А ещё и в таких условиях – это полнейший кошмар!

– Фалаэль, подстрахуй сзади.

– Я присмотрю за Кей! – отозвался ладерсиец. – Давай быстрее!

И Мирэй, вдохнув побольше воздуха, пропал под водой. Моё сердце сразу же тревожно заколотилось. Я выждала пару мгновений и последовала за ним. Тело мгновенно стало неметь от страха, почему-то в памяти всплыли страшные дни наводнения, когда пропали родители. Когда я осталась совсем одна – а вокруг всё затоплено, некоторые дома погрузились в воду до середины окон первых этажей и наш дом оказался почти разрушен. Меня вывезли на лодке, и я видела следы страшных разрушений вокруг и бедствий, что свалились на головы горожан.

Окунувшись в воду, я словно погрузилась в воспоминания и временно потеряла ориентацию в пространстве. Куда плыть? Ничего не вижу. Вход на лестницу, кажется, только что был прямо передо мной, а теперь куда-то пропал!

Я заметалась, пытаясь сквозь муть рассмотреть хоть что-то. Воздух заканчивался, отчего мне стало страшно ещё больше. И когда я уже готова была беззвучно закричать от ужаса, кто-то схватил меня за талию и потащил. Сначала я забилась, решив, что это какое-то чудовище, но потом до отупевшего мозга дошло, что никаких чудовищ тут быть не может. Это Мирэй, не дождавшись меня вовремя, нырнул за мной обратно.

А потом я увидела и Фалаэля, который погрузился в воду следом.

Тогда только мне стало спокойно. Меня вытащат.

– Что с тобой случилось? – выдохнул светлый, как только мы выбрались на поверхность. Я поползла вверх по ступеням, цепляясь за них руками и отталкиваясь ногами – лишь бы подальше от воды.

– Не знаю, потерялась… – объяснила, отплёвываясь и тяжело дыша. – Перестала видеть, где лестница.

– Так бывает, – миролюбиво добавил Фалаэль, отжимая воду из своих кос. – Ничего! Мы же были рядом. Предлагаю тут не задерживаться. Вода слишком высоко не поднимется, но лестницу ещё может подтопить. Идём!

Мирэй поднял меня на ноги и повёл наверх. Мне было так страшно стыдно за то, что я поддалась панике и перестала мыслить здраво! Подвергла опасности не только себя, но и спутников. Но никто из мужчин ни словом ни в чём меня не упрекнул. Я просто держалась за руку Паладина и шла за ним, тихонько дрожа от прохлады.

Припомнить бы хоть одно заклинание для обогрева и чтобы подсушить одежду – но тёмная магия к этому совсем не была приспособлена. Минимумом бытовых навыков могли обучиться аметистовые маги или лазуритовые. А вот светлая вообще была выше всех этих мелких хлопот.

Наконец мы выбрались в комнату, где на меня напала принцесса – там, к счастью, никого не оказалось, но зато произошли некоторые изменения. Видимо, из-за неких смещений в конструкции Цитадели, открылся ещё один ход отсюда – теперь в другую сторону. Пришлось идти туда, но на этот раз туннель устремлялся наверх, и скоро мы оказались в том самом холле, откуда всё и началось.

– Столько усилий для того, чтобы прийти в ту же точку, – закатил глаза Фалаэль.

Все мы изрядно вымокли. Да что там – мы промокли насквозь, и с нашей одежды до сих пор капала вода. Однако с ладерсийцем я была согласна не до конца. Всё-таки мы узнали достаточно многое, чтобы разобраться, как поступить дальше.

– Замёрзла? – Мирэй привлёк меня к себе, и метка на моей спине ощутимо потеплела. Дрожь по всему телу мгновенно начала спадать.

– Не настолько, чтобы стоять в заражённом смешанной магией замке и обниматься, – ответила я, глядя на него снизу вверх, но не отстраняясь. Потому что так действительно было лучше.

– Да, тут я согласен, – вмешался Фалаэль. – Давайте поскорее поставим здесь измеритель и уйдём. Как бы после обрушения внизу тут всё не начало валиться нам на головы.

Мирэй нехотя отпустил меня и занялся установкой магического механизма – на это ушло не так уж много времени. Мы с Фалаэлем лишь наблюдали. Но скоро стало понятно, что мы слишком часто поглядываем на лестницу, что вела из холла Цитадели наверх – нас буквально тянуло дальше, туда, где располагался зал Совета. Наверняка там мы нашли бы ещё какие-то отгадки.

Однако мы и так задержались, да ещё как! Нам нужно было ещё объехать хотя бы часть побережья, чтобы до темноты успеть вернуться в поселение. Корабль нас ждать не будет, особенно при опасности внезапного появления Оллпхайса. К тому же Цитадель стонала и охала, будто тяжело больной, и вероятность полного её обрушения становилась всё более явной.

– Думаю, у нас ещё появится возможность попасть наверх, – задумчиво проговорил Мирэй, перехватив наши с Фалаэлем задумчивые взгляды, устремлённые в недра замка.

– Не очень-то хочется на самом деле, но мы так и не узнали, где теперь наши пропавшие маги, – согласился ладерсиец. – Нельзя уходить, ничего о них не разведав. Может, ещё есть возможность их освободить.

– Странно, что они никак себя не проявили за то время, что мы тут, – я вновь огляделась, когда сзади померещился подозрительный шорох. Но никого, кроме нас, тут, кажется, не было.

– Боюсь, с их спасением мы точно не справимся таким составом. Прежде всего нужно доложить Верховным и Владыкам о том, что мы тут увидели, – светлый вынул из сумки кинжал Фанассы и, ещё раз внимательно его осмотрев, убрал обратно. – Ты согрелась?

– Да, мне гораздо лучше, – кивнула я.

Моя одежда и правда немного просохла – видимо, благодаря магии метки – а тело наполнилось теплом. Я чувствовала себя готовой двигаться дальше и даже ворочать небольшие горы. А вот вид Мирэя вызывал у меня много вопросов и более того – беспокойства. Однако я знала, что он скажет в ответ на вопрос о его самочувствии – всё в порядке. Слабость на Пепле, судя по всему, очень его злила, и он предпочитал признаваться в ней пореже.

– Мирэй! – окликнула я его, когда мы вышли наружу, и на свету его бледность стала ещё более заметной. – Постой.

– Нам нельзя задерживаться! – попытался увильнуть он и ускорил шаг. Но я всё-таки поймала его за рукав и потянула к себе. Когда начала расстёгивать пуговицы его рубашки, чтобы вынуть амулет, он остановил мою руку. – Я в порядке! Мне хватит сил добраться до поселения. Я всё контролирую, и когда мне понадобится твоя помощь…

Я чуть привстала на цыпочки и закрыла его рот своим, чтобы он хоть на пару мгновений прекратил заговаривать мне зубы! Но внезапно короткое прикосновение сорвалось в самый настоящий поцелуй. Показалось, несколько мгновений и ударов сердца просто вывалились из моего сознания, настолько всё вокруг стало неважным.

А Фалаэль и вовсе ушёл вперёд, не сразу заметив, что мы остановились.

– Это очень топорная уловка, – пробормотал светлый, когда я, испугавшись внезапного эффекта от своей хитрости, попыталась отпрянуть. Вот только теперь он не отпустил.

Я вновь оказалась в плену, а моя попытка перехватить главенство в этой ситуации провалилась.

– Я просто проверю…

– Хорошо, но только если поцелуешь снова.

– Когда-нибудь потом, – улыбнувшись, я изловчилась и всё-таки выудила амулет из-под его одежды.

Оказалось, он наполнен вполне хорошо и щит держит стабильно. Но почему Мирэю становится всё хуже? Неужели даже этот способ не помогает защитить его достаточно надёжно?

– Ну что, убедилась? – ответил светлый на мой недоуменный взгляд.

– Пожалуйста, не молчи, если тебе станет хуже!

– Поверь, ты узнаешь об этом первая!

– Надеюсь, не в тот миг когда ты упадёшь и придавишь меня своим телом.

Светлый усмехнулся и, мягко ущипнув меня за щёку, пошёл догонять ладерсийца, ведя меня за собой за руку – недавний случай с разделением научил нас всегда держаться вместе. Фалаэль уже заметил отставание и остановился, тревожно глядя в нашу сторону.

– Давайте постараемся не задерживаться для поцелуев! – проворчал, когда мы приблизились. – Я начинаю думать, что тогда в его комнате ты оказалась не случайно! Но это, конечно, не моё дело…

Он вздохнул, а когда отвернулся, мы с Мирэем переглянулись, как два заговорщика. Я хотела бы объяснить своё притяжение к светлому какой-то причиной вроде одной лишь магии, но к сожалению, уже не могла. Но и признаваться ему в этом не собиралась.

Мы вернулись к своим оставленным в безопасном месте паардам. Наше долгое отсутствие их вообще ничуть не взволновало, они мирно щипали чахлую травку и объедали ближайшие кусты. Один даже умудрился отвязаться каким-то образом, но при этом товарищей не оставил – пасся поблизости.

– Ну хоть тут всё спокойно, – констатировала я, оценив эту почти что пасторальную картину.

Мы забрались на спины паардов и отправились в сторону побережья. На ходу Мирэй внимательно изучал небольшой магический прибор, держа его в ладони. На нём зажёгся первый кристалл – похоже, сигнал с измерителем, оставленным в Цитадели, наконец установился.

Мы передвигались так быстро как могли, но всё равно не успели много. Как только солнце склонилось к горизонту, сверились с картой и повернули обратно к поселению. Не хотелось встретиться с ночными жителями Пепла лицом к лицу.

На месте нас сразу встретил смотритель Дравар и Атика с Нэйасом, причём они были довольно заметно чем-то встревожены, таращили глаза, показывая, что работника надо сплавить отсюда поскорей.

Дравар поинтересовался тем, как всё прошло и увёл паардов в стойло, а мы наконец смогли обсудить всё случившееся за день.

– Вы выглядите каким-то потрёпанными, – подозрительно щурясь, заметил Нэйас. – Полагаю, ваша поездка прошла не совсем гладко.

– Случилась одна неприятная встреча, – не стал скрывать Мирэй. – Но нам удалось повернуть её в нашу пользу. Однако ещё есть над чем поразмыслить.

– Вы видели Назэду? – Атика повисла на моём локте и заглянула в лицо.

– Нет, – я покачала головой. – Никого из пропавших магов мы не видели. Только принцессу Фанассу. И она очень хотела добавить меня в свою коллекцию.

– А я говорил, что мне надо было ехать с тобой! – разозлился Нэйас.

– Всё хорошо! Я же была не одна!

Но брат всё равно надулся. Представляю, с каким удовольствием он ввязался бы в схватку не то что с Фанассой, а даже с самим Анджи Лоэлоном. Кажется, у него давно чесались кулаки хорошенько отделать того, кто всё это устроил. Правда, столкнувшись с принцессой, я поняла, что одолеть её полностью никому из нас не под силу. Поодиночке, конечно. Тут сработает только объединение сил, причём гораздо более могущественных.

– У нас тут тоже было весело, – напомнила Атика. – Только по-своему. И лучше рассказать, пока мы не вернулись в дом. Я обнаружила там несколько магических маячков для прослушивания. Но тот, кто их установил видимо, рассчитывал, что мы просто не станем проверять.