К счастью, в поселении нам удалось раздобыть достаточно паардов, чтобы дальше передвигаться по острову верхом. Животные явно были чем-то напуганы, хоть это вообще было для них несвойственно. При первом знакомстве с ними я твёрдо уверилась, что они невозмутимы настолько, что у них на головах можно плясать – и это никоим образом не выведет их из душевного равновесия.

Однако нам пришлось потрудиться, чтобы собрать растревоженных животных – они совершенно без присмотра бегали по городку и выскакивали нам навстречу в самых неожиданных местах. И за всё то время, что мы искали, на чём добраться до Рубиновой Цитадели, не встретили ни одного человека. Стало абсолютно очевидно, что кто-то их отсюда забрал.

– Плохо, если под контроль Анджи или его приспешников попадут ещё и залежи аскулминта, – рассуждал Мирэй, пока мы ожидали, когда наш отряд будет полностью готов выдвигаться дальше. Остров мы знали лучше всего, с паардами обращаться уже умели – и теперь нам предстояло двигаться впереди, чтобы вести за собой остальных.

– Да, об этом мы как-то тоже не подумали, – согласился Фалаэль. – Это же, можно сказать, огромный усилитель магии.

– Не зря Барра Шан создал святилище неподалёку отсюда. Это огромная подпитка, что-то вроде накопителя, – поддержала их Атика. – Благодаря этому все ритуалы, которые проводились там, были усилены во много раз.

– Думаю, именно благодаря свойствам аскулминта Анджи удавалось создать такой огромный портал, чтобы проводить через него будущих помощников, – кивнул Мирэй.

– Скорее заложников, – вставила я.

– Вряд ли они сейчас это осознают.

Наконец все были готовы отправляться дальше. Мы надеялись, что первый этап сдерживания Анджи нам удастся провести уже сегодня. Да, процесс это будет сложный и многослойный, но начать нужно сейчас, чтобы не терять время.

Когда мы выдвинулись по едва заметной дороге в сторону Цитадели, стало понятно, что вокруг многое изменилось, словно все камни в одночасье сдвинулись со своих мест и рассредоточились совсем по-другому.

– Похоже, здесь что-то случилось после нашего отбытия, – предположил Фалаэль. – Что-то вроде землетрясения.

Мы ехали впереди и могли довольно спокойно переговариваться без опасности, что нас услышат.

– Возможно, появился Оллпхайс, – пожала я плечами. – Мы не знаем, какие последствия у его визитов. Это никто не изучал. Магический фон изменился точно. Он стал тяжелее.

Мой взгляд сам собой переместился на Мирэя – как он сейчас себя чувствует? Кажется, в прошлый раз нам удалось немного адаптироваться к здешней магической атмосфере, и теперь мы все чувствовали себя гораздо лучше. Но подвоха всё равно можно было ожидать в любой момент.

На этот раз Владыки почувствовали на себе всю тяжесть здешнего фона, как и сопровождающие их офицеры личной охраны. Сначала прекратились разговоры и обсуждения следующих действий. Затем мы как будто ощутимо замедлились – нам удавалось ехать с определённой ровной скоростью, а вот остальные явно не справлялись с упавшей на их плечи нагрузкой.

– Посмотрите, они всё ещё там, внизу! – спохватился Фалаэль в тот момент, когда мы немного вырвались вперёд, не сразу заметив, что больше никто так не старается.

– Этак мы никуда не доберёмся, – вздохнула Атика. – И чем дольше мы тут будем находиться, тем сильнее всё это будет на нас давить.

– Я думаю, пора проверить защитные амулеты Владык, – предложил Мирэй. – Если они сейчас попадают в обморок, нас не ждёт ничего хорошего.

Ждать, пока все остальные доползут до нас, словно полудохлая змея, не было смысла – мы вернулись, чтобы устроить небольшой привал на склоне и заодно заняться восстановлением продавленной защиты Владык – и не только. На это ушло достаточно много времени. Вся эта ситуация казалась знакомой: первым пострадал амулет светлого Арока Латзагрима. А за ним-то нам нужно было следить пристальнее всего. У него – Слёзы Однокрылой и слегка поехавшая крыша. От этого он становился особенно непредсказуемым. Правда, мы старались ничем не выдавать своего беспокойства насчёт него.

Меньше всего пострадал тёмный Владыка – он взялся помогать нам проверять амулеты остальных. Конечно, он ещё был зол на меня за то, как я поступила с его предполагаемым сыном от Верховной. Но общее дело постепенно заполняло образовавшуюся между нами пропасть.

– Время здесь идёт как будто по-другому, – предупредил всех Мирэй. – Темнеет очень быстро. Так что нам нужно поторопиться, чтобы добраться до Цитадели засветло.

– Тебе никто не давал права командовать, – слегка севшим голосом возразил Арок, вставая с камня, на котором отдыхал и восстанавливал защиту.

– Моё дело – предупреждать вас о том, что нас ждёт, – огрызнулся Мирэй. – Разве мы не за этим тут?

– Вы тут только ради магического резерва, если понадобится, – хмыкнул светлый. – Ладно, пора выдвигаться дальше. Уверен, Цитадель уже недалеко.

Но он оказался не совсем прав. Мы ехали так медленно, что расстояние до Цитадели почти не сокращалось. Дорога стала труднее, тяжёлая магия острова явно стремилась раздавить нас и свести с ума. Но хотя бы никаких ловушек на пути нам пока не попадалось.

– Светлые маги умеют улучшать погоду? – внезапно уточнил тёмный Владыка, глядя куда-то вдаль.

Все насторожились, вытянулись и посмотрели туда же. Впрочем, я эти изменения заметила уже давно. Сначала это казалось небольшим потемнением над неровной полосой каменистых холмов впереди, но вскоре это превратилось в огромную вытянутую тучу. Она медленно плыла нам навстречу, но ждать от неё просто дождика было бы слишком наивно. На Пепле всё иначе.

– Справимся, если будет нужно, – отмахнулся светлый Владыка.

– Ну, смотри… – хмыкнул Арранис.

Преодолев самый сложный участок пути, мы наконец выбрались на тот самый холм, откуда хорошо было видно башни Цитадели. Она никуда не делась, но тоже изменилась. Теперь с обломков её обрушенных когда-то мостов медленной тягучей струёй текла огненная жижа, похожая на лаву. Озеро перед Цитаделью совсем высохло, обнажив самое подножие замка, который теперь ещё больше стал похож на скелет.

– Как мило… – протянул Фалаэль. – А мы вообще сможем к нему подъехать?

– Придётся искать пути, если понадобится.

Но главный мост Цитадели всё-таки уцелел, и мы осторожно, стараясь не нагружать его, перебрались на другую сторону. Разместиться вокруг замка было сложно – почти никакой ровной площадки, всё завалено обломками камней и стен. Кое-как мы нашли место и начали подготовку ко входу Владык внутрь. Теперь поблизости от Цитадели было сухо и жарко. Мы все практически сразу покрылись потом.

– Вот, – аметистовый Владыка передал Мирэю сложно устроенный браслет с одним крупным центральным камнем на нём. – Он настроен таким образом, что когда нам понадобится помощь, мы сообщим, и только тогда вы присоединитесь к нам.

– Вы уверены, что сможете уследить за Ароком во время проведения всех ритуалов? Мы хотели войти вместе с вами, чтобы подстраховать.

– Сейчас нам нужно наименьшее влияние посторонних на то, что будет происходить внутри. Тем более, когда Слёзы будут распечатаны, их фон станет очень опасным для менее сильных магов. Не беспокойся. Как только Арок начнёт вести себя подозрительно, мы сделаем всё, чтобы его остановить.

Он отошёл, и мы переглянулись. Страховка снаружи от внешней опасности нужна. И в действия Владык действительно лучше не вмешиваться раньше времени. Мирэй надел браслет себе на руку, чтобы не потерять.

Последние инструкции и объяснения – и Владыки во главе с тёмным Арранисом Мелойшем, который вошёл в Цитадель первым, скрылись внутри, после чего двери за ними затворились.

Я тревожно посмотрела в небо, которое заволокло непроглядными фиолетовыми облаками. На обычное природное явление это точно не походило. Напряжение нарастало с каждым мгновением, и сейчас можно было точно сказать, что спокойно отсидеться тут нам точно не удастся.

Мы расположились у подножия замка небольшим отрядом в таком положении, чтобы вовремя заметить любую надвигающуюся опасность. Дозорные рассредоточились по ближайшим возвышенностям, так как скалы с двух сторон блокировали нам обзор. В Цитадели долгое время как будто ничего не происходило. Оставалось только надеяться на то, что они добрались до зала Совета без больших проблем.

Время тянулось очень медленно, из окон замка по-прежнему струился слабый красный свет. И в какой-то момент, когда я вообще перестала о чём-то думать, сидя рядом с Мирэем и положив голову на его плечо, Фалаэль, который сидел напротив, буквально подскочил на месте.

– Смотрите!

Мы все повернули головы в ту же сторону. Ну наконец-то! Похоже, Владыки запустили нужную цепь заклинаний! Окна Цитадели ровно в том месте, где находился зал, одновременно исторгли из себя вспышку ослепительно белого света. Несколько мгновений он лился ровным потоком, озаряя всё вокруг, словно новое солнце, а потом вдруг резко погас.

– Это нормально? – уточнила я у Мирэя. – Как будто очень быстро. Неужели они уже справились?

Никаких изменений магического фона за этим не последовало. Но Слёзы Однокрылой в таком количестве – это гигантская сила, воздействие которой меняет всё вокруг. Мы должны были это почувствовать!

– Не знаю… Я никогда не видел подобных ритуалов, – озадаченно проговорил светлый. – Как-то не было необходимости их проводить.

Я думала, расщепление смешанной магии на составляющие – сложный процесс и требует больше времени. А тут раз – и всё! И пока мы в задумчивой тревоге ждали, что там произойдёт ещё хоть что-то, кто-то из дозорных сверху крикнул:

– С востока что-то движется в нашу сторону! Как будто… пыльная буря!

Мы все сразу вскочили на ноги. Откуда было взяться пыльной буре здесь? Среди холмов и гор?

Мирэй с Фалаэлем быстро поднялись к дозорному по сложной козьей тропке, которую ему удалось отыскать, и на некоторое время исчезли из вида. Все маги, которые были с нами, начали стягиваться вместе, чтобы встретить настигшую нас угрозу.

И когда издалека до слуха донёсся предупреждающий рык, мне стало всё ясно и так.

– Это Оллпхайс! – подтвердил мою догадку Мирэй.

Они с Фалаэлем и дозорным из охраны аметистового Владыки так быстро, как могли, спускались со скалистого склона.

– Немедленно выстраиваем щит!

– Нам нужно сдержать его. Одолеть не удастся… – выдохнул ладерсиец. – Я даже не думал, что он такой огромный! Размером с пол-острова!

И мы немедленно приступили к созданию купола над нами, который не смог бы продавить этот чудовищный змей, созданный во вспышке смешанной магии во время Катаклизма. Сам контур охранного заклинания начали собирать все – главное, создать прочную основу, на которой всё это будет держаться.

Но я прекрасно осознавала, что сам щит – на мне. Именно я, обладая невосприимчивой к силе Оллпхайса магией, смогу его создать.

– А как же Цитадель? – заволновалась Атика. – Может, он хочет напасть на неё, ведь там Владыки. Что ему мы?

Это было бы логично, но, как и всегда в таких случаях, не обходится без важных нюансов.

– Цитадель – сама по себе защитный купол, – пояснил Мирэй, сосредоточенно проверяя целостность контура. – Чтобы пробить его, ему понадобится много времени. К тому же где-то там источник силы Анджи, и он наверняка не хочет его повредить. А вот нас этот монстр сожрёт походя, стоит только попасть в его хвост. Нам нужно развеять его хоть на время, чтобы он не возвратился до того, как всё закончится.

– А это возможно? – усомнился Фалаэль.

– Возможно, если мы с Кей соединим наши магические потоки. Его силы могут не иссякать очень долго, а мы ускорим этот процесс.

Я молчала, просто соглашаясь с ним. Оставалось надеяться, что защита Мирэя выдержит такую нагрузку. Купол нужен для смягчения воздействия Оллпхайса – тут он прав. Из него действовать будет проще.

Наконец контур был собран. Дымные щупальца магического монстра уже зазмеились по земле, просачиваясь между камнями и в расщелинах, но до нас они ещё не добрались. Я приступила к развёртыванию купола из чистой тёмной магии. К счастью, наш отряд был небольшим, поэтому сил на это ушло немного. Если бы мне пришлось защитить всю Цитадель целиком – тут уж был бы повод усомниться в том, насколько я могущественна, чтобы удерживать его достаточно долго.

И ровно в тот миг, когда зыбкая магическая завеса окутала всё подножие замка, над одной из каменистых вершин, что окружали его, показалась гигантская голова Оллпхайса.

Его огромная, взявшаяся как будто из ниоткуда лапища опустилась на вершину ближайшей к нам скалы. Чудовище огляделось, если это можно было назвать именно так, а затем медленно и со вкусом втянуло носом воздух. Конечно, Оллпхайс не пользовался обычным зрением или нюхом, а чувствовал магию. Вряд ли другие органы чувств у него вообще были. Его горящие внутренним зеленоватым огнём глаза оставались совершенно бездумными – он ориентировался лишь на свои искажённые инстинкты и жажду поглощать любую магию, которая попадётся на его пути. Наверняка он многие десятки лет не ощущал присутствия здесь такого количества магов – свежая кровь.

Особенно Владыки – они для него наверняка были первоочередным лакомством, но начать он решил с нас, потому что мы были доступнее. Поэтому он примчался так быстро.

– Надо найти его ядро, – глядя на Оллпхайса снизу вверх, прямо в его перетекающее, словно плотный туман, брюхо, прошептал Мирэй.

Вряд ли звуки тоже могли привлечь монстра, но при виде его неосознанно хотелось говорить тише.

– Наверняка оно просто огромное… – в том же тоне добавил Фалаэль. – Как вы будете его развеивать.

– Как… – усмехнулась я. – Приложим побольше силы и расщепим его. Он соберётся вновь через некоторое время, но какое-то время спокойствия мы выиграем.

Имея немалый опыт работы с разного рода призванными магическими сущностями, я достаточно быстро разобралась в контуре Оллпхайса – он оказался не таким уж большим по сравнению с его раздутым, сотканным из побочных частиц распавшейся магии телом. Это было очень плотное, сбитое зерно, и с такого расстояния прицелиться в него было довольно сложно.

– Да там у него как будто булыжник, – тихо посетовал Мирэй. – Очень плотная корка из смешанной магии.

– Частицы очень тесно притягиваются друг к другу, поэтому он появляется вновь, даже если его разрушить. Такой сильной связи в ауре я, пожалуй, никогда не встречала!

– Ему есть откуда брать силы, – напомнил светлый. – У меня, кстати, есть идея. Атика, понадобится ещё и твоя помощь!

Подруга, конечно, не ожидала, что в такой сложный момент она окажется полезна – подобралась, сосредоточилась на следующих инструкциях светлого, стараясь ничего не упустить. Я тоже выслушала всё внимательно и в очередной раз поразилась изобретательности Мирэя.

– Я создам копьё, вложу в него больше мощи. Твоя задача, Кей, внедрить в него тёмную магию так, чтобы она не соприкасалась со светлой – до нужного момента. А ты, Атика, закрепишь это всё связующим заклинанием. Знаешь такие?

– Конечно! – обрадовалась она. – Только почему вы сразу не переплетёте ваши магии. Ведь вам это легко удаётся.

– Потому что тогда копьё уничтожит наш защитный купол. А это нам не нужно, верно?

Никто не стал спорить против его слов. Охраняющие контур щита маги лишь прислушивались к нашему разговору и пока не вмешивались – но и для них нашлась задача.

– Если наших сил окажется недостаточно, чтобы развеять Оллпхайса, вам придётся подключиться. Сразу всем, – обратился к ним Мирэй.

Мужчины согласно закивали и тихо обсудили друг с другом примерную последовательность действий на случай если это действительно случится. Тем временем Паладин создал обоюдоострое сияющее копьё из чистейшей светлой магии. Никто, кроме него, не мог к нему прикоснуться без немедленных последствий.

– Давай, Кей, – скомандовал он, бросив на меня быстрый взгляд исподлобья.

Я примерилась, мгновение подумала, как провернуть всё наиболее аккуратно и наконец выбрала способ. Медленно, спираль за спиралью я нанизывала тёмную магическую нить на основу светлого стержня. Работа кропотливая и опасная – если в таком чистом боевом виде наши магии соприкоснутся, в лучшем случае – всё пойдёт прахом. Они просто нейтрализуют друг друга. В худшем же – случится такая вспышка, что нас раскидает по всему острову.

– Умница, – тихо проговорил Мирэй, когда я закончила.

Обстановка накалялась. Оллпхайс, похоже, даже сквозь купол чувствовал скопление магов, и ему очень хотелось поживиться нашими силами. Разевая пасть, он кружил над нами, пробовал нападать, но каждый раз натыкался на щит и с утробным воем отдалялся, чтобы вскоре вернуться и попытаться снова.

Купол трещал, рассыпал магические искры при каждом соприкосновении с энергией Оллпхайса, но пока держался. Он был настолько плотным, что внутри становилось трудно дышать, точно под стеклянным колпаком.

– Ой, мама! – то и дело вскрикивала Атика, стараясь закрепить хитро сотворённое копьё с сюрпризом в одну магическую конструкцию.

Она пригибала голову, когда нас накрывало огромной тенью чудовища, но продолжала плести сложное зачарование, стараясь собрать его таким образом, чтобы оно смогло удержать рвущуюся во все стороны разом энергию.

– Так… – пробормотала она наконец. – Я применила одну из своих разработок…

Я сразу вспомнила об её опытах над оружием, которое она пыталась зачаровать так, чтобы при соприкосновении с телом врага, выбрасывался магический заряд. И ей ни разу не удавалось создать устойчивую цепь, которая срабатывала бы в нужный момент.

– А может, давай без экспериментов? – осторожно попросила я.

– Спокойно! – уверенно ответила Атика. – Я знаю, что делаю!

Хотелось бы верить, что именно сейчас все её пробы обернутся наконец удачей, поэтому я просто закрыла рот, решив не мешать ей и не сбивать с нужного боевого настроя.

– Фалаэль! – окликнул Мирэй друга. – Сможешь создать достаточно заряженную иллюзию, чтобы развернуть Оллпхайса к нам нужным боком?

– Обожаю приманки, – усмехнулся ладерсиец.

– Я всё закончила! – тут же сообщила Атика.

– Всем быть наготове! – обратился Паладин ко всем, кто прятался с нами под защитным куполом. – Кей, раздвинь щит.

На этой его фразе все вокруг напряглись: если Оллпхайс заметит, что преграды между нами больше нет, он сразу же нападёт. Но для этого и нужна была иллюзия, созданная Фалаэлем. Он сориентировался быстро, очень проворно и слегка небрежно собрал образ какой-то несуществующей в природе птицы – лишь бы летала – и запустил её в воздух прямо перед носом чудовища.

– Я начинил её магией под завязку – мимо не пройдёт, – сообщил нам, весьма довольный собой.

Мирэй приготовился запускать копьё, как только монстр повернётся к нам подходящим боком. Но поначалу тот как будто не обратил никакого внимания на мелькающую перед ним приманку. Фалаэль поворачивал её так и эдак, заставлял кружить над его головой – но несколько бесконечно долгих мгновений Оллпхайс вообще не шевелился, и мы все ждали, что он в любой момент может обрушиться нам на головы – и тогда от нас останется только пыль.

– Да что такое! – возмутился ладерсиец. – Смотри какая вкусная, лови, ну!

И в тот же миг змей наконец дёрнулся в ту же сторону, куда промелькнула заряженная им иллюзия. Ещё одна заминка, и монстр медленно, неповоротливо развернулся вслед добыче и потянулся за ней.

– Направь её выше! – подсказал другу Мирэй.

Тот лишь сосредоточенно кивнул, и птица поднялась ещё немного. Оллпхайс снова потянулся за ней.

– Осторожнее! – предупредила я. – Чтобы он не зацепил нас хвостом!

Его туловище опасно изогнулось, с высоты холма начало соскальзывать вниз прямо на нас. Сам змей его, кажется, совсем не контролировал.

– Ещё немного разверни в нашу сторону! – снова скомандовал Мирэй.

– Ты уверен? – засомневался ладерсиец.

– Уверен.

Птица вновь увильнула от пасти Оллпхайса, который, кажется, немало разозлился от такой несправедливости. Он издал глухой, низкий рык и резко метнулся за добычей, чтобы успеть схватить её.

– Сейчас! – крикнул светлый и выбросил вперёд руку.

Ослепительное копьё сорвалось с неё и бросилось вперёд почти неуловимо, я лишь успела заметить короткую вспышку серебристой дуги, которая пересекла пространство и пропала в туманных недрах Оллпхайса.

Все замерли, позабыв, что надо дышать. Я приготовилась вливать дополнительные силы по оставшемуся от копья магическому следу. Тем временем змей вытянулся почти вертикально в стремлении проглотить иллюзорную птицу, и в тот же миг, как его пасть сомкнулась вокруг неё, где-то в центре плотного облака, которое составляло его туловище, приглушённо вспыхнул мощный магический заряд.

Чудовище содрогнулось, дёрнуло башкой сначала в одну, затем в другую сторону, и в то же время в месте вспышки оно начало рассеиваться. Кто-то из отряда разразился радостными выкриками, остальные же продолжили напряжённо наблюдать за тем, что происходит. Даже раненый Оллпхайс ещё может всех нас здесь уничтожить, если соберёт силы.

Так и случилось – он сразу понял, кто стал причиной столь неприятных ощущений, изогнулся горбом и устремился вниз со скоростью падающего булыжника. Я едва успела запечатать щит обратно – и его голова разбилась о поверхность купола, словно о каменную стену.

Обратно собраться Оллпхайс уже не смог. Его начало разрывать на беспорядочные сгустки магического тумана. Он закружил над нами, словно хотел как-то ещё поймать разлетающиеся в стороны части собственного тела, но не мог. Сначала полностью исчез его хвост, затем стала прозрачной и вторая половина его вытянутого туловища. Он впал в какое-то подобие паники, заметался, гулко воя и разбрасывая вокруг себя едкие куски дымной плоти, но они таяли, не долетая до земли.

Решив, что могу себе это позволить, я вновь ослабила щит и запустила в Оллпхайса мощным заклинанием развеивания. Оно сразу зацепилось за тёмную составляющую его ауры, и он начал рассыпаться ещё быстрее. Ещё немного – и его глаза погасли, а очертания оскаленной морды ветер быстро разнёс на тающие ленты.

Вот теперь, кажется, опасность миновала полностью. Я выждала ещё немного и полностью сняла защитную завесу. Все разом выдохнули, но не поторопились расходиться, будто это испытание связало нас всех вместе в один пучок.

Один за другим взгляды вновь обратились в сторону Цитадели – там было совершенно тихо, и от этого на сердце становилось только тревожнее. Мирэй взглянул на браслет, отданный ему аметистовым Владыкой – тот не подавал никаких сигналов.

– Может, нам всё-таки стоит пойти проверить? – предложил Фалаэль.

– А если мы помешаем? – взволнованно возразила Атика.

– Значит, пока наблюдаем, – подытожил светлый.

На холмы вновь отправили дозорных, облака, предвещающие появление Оллпхайса, начали расходиться, и вокруг стало заметно светлее. Некоторое время всё было тихо, и наше вынужденное безделье постепенно превращалось в плотное беспокойство. Всё казалось, что вот-вот что-то должно случиться, ведь слишком тихо.

Когда возросшее напряжение стало совершенно невыносимым, Мирэй встал со своего места и громко обратился ко всем:

– Полагаю, нам нужно зайти в Цитадель для разведки. Всё это очень мне не нравится.

В тот же момент браслет на его руке вспыхнул ярким сиреневым светом, а с вершины дозорного холма донеслось:

– На нас снова кто-то движется! Теперь уже по земле.

– И оттуда тоже! – раздалось с другой стороны.

– Похоже, нас очень сильно не хотят пускать в Цитадель, – сделал вывод ладерсиец и крикнул одному из часовых: – Много их там?

Тот помолчал немного, а затем обречённо ответил:

– Много. И они будут здесь очень скоро.