Стоя на пепелище полуразрушенного поместья рода Декмар, с силой сжимала руку старшего брата. В душе царила сумеречная буря, то взметаясь по венам и сжимая в спазме горло, то улетучиваясь, оставляя за собой опустошение и пепел с крошками камня, такой, как и тот, что хрустел под ногами.

Хотелось кричать. Срываться на крик, оглашая пустошь своей болью, топать ногами и крушить все вокруг, позволить себе закружиться в водовороте уничижительных чувств, а затем упасть, сжимая землю в кулаках и пропуская ее через пальцы, чтобы после подняться и отдать все силы на воссоздание того, чего невозможно возродить вновь.

Безразличный ветер трепал волосы, прикасался к лицу в незримой ласке утешения. Вдохнула его в легкие и дернулась вперед, но была остановлена спокойным ровным голосом брата:

– Не нужно.

Резко повернувшись, схлестнулась с Даном взглядами. Мой ― полный бешенства и внутренней боли, его ― равнодушный, не выражающий ни единой эмоции, но такой родной. Вспышка раздирающего изнутри гнева схлынула.

Сделав шаг, прислонилась лбом к его оголенному плечу, зажмуриваясь, и с облегчением выдохнула, закусывая губу, когда тяжелые широкие ладони опустились на плечи.

– Почему, Данар? За что?

– Ты знаешь.

Знаю…

Обернувшись, вновь взглянула на руины.

– Они все погибли.

– Да.

В груди стало тесно от переполняющей горечи и вины.

– Но ты, Данар…

– Нет. Остановись. Это не имеет значения, Хейдан.

Брат крепко сжал меня в объятиях, погладил как в детстве затылок, успокаивая, молчаливо поддерживая.

– Тебе пора возвращаться. Помни, твой род навеки за твоей спиной.

Склонившись ближе к уху, он шепнул:

– Спеши, твое сердце в опасности. Защити, если не желаешь потерять часть себя.

Сердце, мучительно застонав, рухнуло вниз. Стиснув зубы, кивнула.

Отступив от меня, Дан на доли секунды задержал на моей щеке холодные пальцы и, расправив чернильные крылья, взмыл в воздух. Сжав ладони в кулаки, вскинула голову, запоминая родные черты лица.

Брат, сделав круг, улетел в сторону поместья, а я, разведя руки в стороны, опустила ресницы, на выдохе позволила себе упасть, окунаясь в ледяную тьму.

***

С глухим стоном выгнувшись на постели, потерла ноющую грудную клетку и присела. Перед лицом возник символ, вспыхивая темно-фиолетовым всполохом, привычно впечатываясь в тело. Просмотрев первое сновидение, до хруста сжала челюсти, мысленно пожелав Аддэнхаррену счастья в перерождении, детально просмотрев второе, нахмурилась, прокручивая предупреждение старшего брата.

Освежилась в купальне, раздумывая о некой нависшей над Дайри опасности, накинула на плечи накидку, подпоясала ее плетеной тесьмой и заплела волосы в низкую косу.

На часах – три ночи.

Время.

Переместившись в покои Эфера, застыла возле его кровати, взирая на умиротворенно спящего на животе полуобнаженного мужчину. Его облик в отсвете луны и мягком свете фонарей, пробивающемся через гардины, был притягательно прекрасен, несмотря на тонкие белесые шрамы, усеявшие спину от ключиц до ягодиц.

Согнувшись, уперлась выступившими когтями в матрас, подавила разъяренный рык и желание найти того, кто посмел поднять руку на моего мужчину. Кто посмел издеваться над его душой и плотью. Сущность взволнованно встрепенулась, пробираясь наружу, но я не позволила.

Мы накажем. Обязательно. Но не сейчас.

Шрамы послужили очередным напоминанием, что Дайри нельзя покорить, ему следует покориться.

Полностью отдавая контроль. Дозволяя делать то, что ему вздумается.

Довериться своему сердцу. Частице души, которая так плотно проникла внутрь, занимая в ней свое место.

Это будет непросто.

Переведя дыхание, выпрямилась, потянула тесьму, обнажившись и переступив через скользнувшую к щиколоткам накидку, забралась на постель, прижалась к теплому боку, опустила руки на бедро, ласково поглаживая и ощущая, как его тело мгновенно напряглось под ладонью, дыхание сбилось.

– Эфер… Мой Дайри.

На миг закаменев, он стремительно повернулся, подмял меня под себя, с силой прижимая руки к кровати, настороженно вгляделся в мое лицо и тут же отшатнулся, пораженно-растерянно зарываясь пальцами в спутавшиеся ото сна волосы.

– Декан Хейдан?

***

Эфер

Осоловело моргал, не в силах поверить, что мои глаза меня не обманывают, и я действительно вижу перед собой то, что вижу. Ее. Так стремительно забравшуюся под кожу женщину. Сообразив, что всем своим весом сижу на ее обнаженных бедрах, глупо хлопая ресницами, дернулся скатиться, но меня остановила ее рука, ухватившая за запястье.

– Нет, – тихо сказала она. – Я пришла к тебе.

– Зачем? – не понял я, невольно скользнув взглядом по ее телу, задерживаясь на вершинках оголенных грудей и ниже по животу, голодно сглатывая скопившуюся слюну.

– Тебе нужна причина, Эфер? – хитро прищурилась Хейдан, чуть выгибаясь и оглаживая пальцами мои бедра, из-за чего по телу прошла судорога, и член дернулся, набухая. В паху так болезненно-сладко потянуло, что я не сдержал легкого стона, смущаясь.

– Это сон? – с надеждой спросил, несмело прикоснувшись к тыльной стороне ее ладони.

– Если тебе будет так угодно, – тонко улыбнулась она, лаская мою кожу обжигающим взором, только этим заводя, и подалась вперед, обняв меня за шею, прижалась нежной кожей, потерлась сосками, распаляя и искушающе шепча: – Ты волен делать, что тебе вздумается, мой Дайри.

От слов, сорвавшихся с таких желанных женских губ, внутри нечто екнуло, сладко сжимаясь. Послал все к гдэшару, с шумом втянул носом воздух и с тихим выдохом приник ко рту темной звезды моего сердца в легком поцелуе, лизнул нижнюю губку, едва сдерживаясь, чтобы не обрушить на нее все, что скопилось в душе. Все свое желание.

– Не сдерживайся, Эфер, – будто подслушав мои мысли, сказала она, и ее язычок встретился с моим, скользнув по нему.

Повторно послав все к гдэшару, со стоном сжал в руках девушку и впился в ее губы, отпуская самоконтроль и жадно скользя по ее спине ладонями, пробегаясь пальцами по выступающим позвонкам, переместил на грудь, оглаживая и сжимая, покручивая между пальцами сжавшиеся в горошинки соски. Углубив поцелуй, качнулся вперед, опуская Хейдан на простыни. Оторвавшись от сладких губ, срывая дыхание, провел короткую цепочку поцелуев от подбородка по щеке и до ушка, прикусывая мочку и чуть посасывая.

В паху ныло от желания вторгнуться в тело бесценной, но она сказала, что я могу делать все что хочу, а я еще с первой нашей встречи хотел попробовать ее на вкус, и не собирался отказываться от этой затеи.

Скрыв ухмылку в ее шее, лизнул кожу и, подув, слыша тихий стон, заскользил по телу ниже, обвел правый сосочек, прикусывая и втягивая его в рот, посасывая, другой рукой сжимая и массируя второе полушарие.

– Эфер…

Улыбнувшись, заскользил языком ниже, обвел пупок, вместе с тем разводя стройные ножки в стороны, и нырнул к сочившемуся влагой женскому лону, на секунду восхищенно замер и, не сдержав глухой стон, медленно лизнул лоно снизу-вверх, смакуя. Шумно выдохнув, она дернулась в попытке уйти от моего посягательства, но я не позволил, опустил ладонь на низ ее живота, придавливая к постели.

– Тише, звезда моего сердца, – зашептал и зарылся в нежные складки, втянул в рот потаенную жемчужинку, тут же нырнул кончиком языка во влажную глубину.

– Эфер… Всеблагой Хаос, – услышал ее тихий шепот, смешанный со стоном, чувствуя, как она выгнулась и ухватилась за мои волосы, чуть дергая их.

С упоением вылизывал нежные складки, то скользя внутрь, то играясь с маленькой жемчужинкой, до тех пор пока не почувствовал, как тело желанной выгнулось, извиваясь подо мной, а мой язык оросили ее соки.

Вкусная…

Заведенный до предела, не без удовольствия облизал влажные от ее соков губы, довольно улыбнулся под осоловелым взором Хейдан и, не мешкая, устроился между ее бедер, подхватил одну ножку под коленом, одним толчком вошел глубоко внутрь и замер, ошеломленный тем, насколько внутри бесценной оказалось тесно и горячо. Ее черные глаза округлись, и так едва различимый зрачок расширился, заполняя всю радужку, а с губ сорвался крик-стон, который я подхватил поцелуем.

– Эфер, ответь мне, ты примешь меня? Станешь моим? По доброй воле отдавая себя и свою душу, – выдохнула она на одном дыхании мне в губы, словно шепча ритуальную фразу.

– Я твой, как только мой взор настигнул тебя, – признался, делая аккуратное движение бедрами, скользя внутри и жмурясь от плотных, ошеломляющих ощущений. И совершенно не ожидал, что в следующий момент невероятная стремительно отклонится и резким движением вобьет свою руку в мою грудную клетку, застигая врасплох.

Вокруг нас стало темно. Настолько темно и обжигающе жарко, точно кто-то накинул плотную магическую завесу, оставляя двоих сплетенных внутри невидимого огня.

Вдох застрял в горле. Не имея возможности вздохнуть, ощущая в груди обжигающую боль и давление, обалдело смотрел в невозмутимое лицо той, что успел полюбить. Так же стремительно вытащив руку, она слизнула с пальцев мою кровь и потянулась ко лбу, выписывая неизвестный символ.

– С этого момента и во всех мирах ты мой, Дайри.

Внутренности опалило яростным огнем с привкусом пепла и жара. Глаза застлала необузданная, неведомая ранее неконтролируемая ярость и желание – подчинить.

Присвоить. Сделать своей.

Жесткой хваткой перехватил ее руку и, быстрым движением намотав ее косу на кулак, перевернул, становя на колени, надавил на лопатки, с силой ударил ладонью по ягодице и, рыча, точно сорвавшийся с цепей зверь, жестким толчком вторгся глубоко внутрь, с хлопком ударяясь о ее попку, задал сильный, стремительный темп, тараня вскрикивающую девушку.

Дернул ее за косу, вынуждая вскинуть голову и, опустив руку на живот, не снижая темпа, вынудил подняться и прислониться к груди, склонил голову, впился зубами в кожу шеи и прокусил до крови, с утробным рычанием слизнул с губ ее пряную кровь, глубже вонзая зубы в мягкую плоть.

– Моя…

***

Хейдан

Тихо лежа в сильных объятиях Дайри, смотрела в его спокойное лицо и внутренне веселилась от того, насколько сильно успел меня вымотать в своих отчаянных ласках этот мужчина. Тело ломило от усталости, низ живота и промежность сводило от приятной болезненности. Но в душе царило умиротворение и покой от знания, что моему младшему супругу более ничего не угрожает.

С губ сорвался смешок от мысли, что если бы я была человеком, лежать мне после учиненной ночи любви пластом. Вздохнув, прикоснулась к щеке мужчины губами, провела пальцем по наручу с лилово-черными символами Смерти и Хаоса, вынуждая исчезнуть, впитаться в кожу, и аккуратно выпутавшись из его объятий, опустила на виски пальцы, заставляя забыть.

Одевшись, задержала на темном взгляд, с веселой усмешкой скользнула по раскуроченной от всепоглощающей страсти супруга комнате, провела ладонью в воздухе, выпуская магию, приводя покои в надлежащий вид.

Вернувшись в руман, устало доплелась до кровати, упала в нее и забылась регенерирующим сном, а проснулась от ощущения знакомого взгляда.

Втянув в легкие запах пепла и крови, повернулась, находя демона, сидящего в знакомой позе на пуфике. Только на этот раз он был одет.

– Ты не представляешь, сколько раз я желал раздеться и прилечь рядом с тобой, – серьезным тоном заявил он, постукивая кончиками пальцев по локтю.

Выгнула бровь.

– И что же тебя заставило отказаться от столь коварного плана?

Греймхольд помрачнел.

– Еще одно исчезновение нескольких магов недалеко от академии. Ты можешь помочь определить, кто из пропавших жив, а кто отошел в объятия вечной стужи?

Кивнув, присела, свесила с кровати ноги и запахнула накидку, жестом попросила магишет, который мужчина держал наготове.

– Здесь все маг-снимки пропавших за несколько лет, – сказал он, присаживаясь рядом и листая карточки. – Начнем за период прошедших полгода.

Положив на колени артефакт и концентрируясь на снимке существа, водила над ним рукой, прислушиваясь ко тьме и указывая на тех, кого нет уже на этом свете. Из представленных эми-гардом существ таких оказалось четверо.

– Вот эти трое, – перелистнула на нужные карточки, – погибли по причине неосторожности, пьяной драки и бытового убийства, последнюю муж убил в пылу ссоры, тело расчленил и спрятал в сундуке в подвале дома. Ищите по месту жительства. Вероятно, муж несчастной все еще там.

Назвав примерные координаты, где искать два других тела, перелистнула на четвертого погибшего, удостоверяясь в своих ощущениях, и вздохнула:

– Этот орк погиб так же, как и мастер. Его останки вы не найдете. Остальные, как я и сказала, еще не отошли в чертоги Смерти.

– Понятно. Значит, охота идет на стихийных магов и некромантов. Вопрос, с какой целью.

Молча пожала плечами.

Демон, цыкнув, отложил артефакт в сторону и с прищуром уставился на меня, вкрадчиво заявляя:

– Разберемся. Ну, а теперь поговорим о твоей шутке, моя крылатая, я говорил тебе, что магия забвения не действует на мою расу? Готова понести наказание за свой обман?

– Какой обман? – усмехнулась, нарочито спокойно поднялась под немигающим подозрительным взором мужчины и, обойдя его, направилась к выходу, говоря: – Уговора на ментальные блоки не было. Но ты можешь принять со мной купальню.

– Ты думаешь, я откажусь? – услышала рык в спину и шелест одежды, ощущая, как тело охватывает знакомый томительный жар.

Сбросила накидку, чарами наполнила бассейн и, повернувшись, жадно оглядела обнаженного, бесшумно подкрадывающегося ко мне мужчину. Сама шагнула к нему, обхватила его лицо ладонями и, чуть привстав, прикоснулась губами к приоткрытым губам, скользнула внутрь его рта языком и ахнула, когда в следующий момент Грейм с утробным рычанием рывком прислонил к своему телу, давая ощутить мощь его вздыбленного естества.

– Позволь доставить тебе удовольствие, мой супруг, – тихо сказала, лаская его шелковистую плоть рукой.

– Вечная, – выдохнул он, кладя на тыльную сторону моей ладони руку, сжимая и толкаясь.

Прикусив его губу, напоследок чуть оттянув, медленно опустилась перед ним на колени, оказываясь аккурат перед ровным увитым венами набухшим естеством с круглой багровой головкой.

– Хейдан, – гортанно застонал мой Адайри, когда мои губы коснулись упругой головки. Одной рукой он уперся в стену, второй охватил мой затылок, чуть надавливая, вынуждая распахнуть рот и принять в себя его плоть.

Впустив член супруга глубже, мягко обвела его по кругу языком, пуская до горла и ускоряя движения, ощутила, как нетерпеливо порыкивающий демон ласкает грудь, пощипывая соски, и надавливает затылок, помогая и показывая, как ему нравится.

Подавшись назад, легонько втянула головку, скользя по расщелинке, и вобрала глубже, посасывая и задавая быстрый темп, то замедляясь, то ускоряясь, второй рукой погладила тяжелые яички, лаская, и спустя недолгое время ощутила, как они поджались, демон задрожал, пытаясь высвободить свой член из моего плена, но я не дала, вбирая его внутрь и ощущая на языке солоноватую жидкость и проглатывая ее.

Грейм со стоном покачнулся, прикрывая шальные полыхающие силой глаза. Освободив его, довольно поинтересовалась, облизывая губы:

– Я прощена, мой супруг?

– О, да, – выдохнул он. – О, да. Можешь почаще шалить, если потом меня будет ждать такая награда.

– Спешу тебя разочаровать, – с усмешкой проговорила, поднимаясь с колен и позволяя мужчине притянуть меня к себе в жаркие объятия. – Шалю я крайне редко.

– Значит, я буду находить повод, моя крылатая, – коварно протянул он, опускаясь вместе со мной в воду и даря очередной горячий поцелуй.

Спустя время, положив голову на его грудную клетку, слушая размеренный стук сердца и лениво водя лодыжкой в воде, тихо спросила:

– Почему ты не воспользовался своей магией? Ведь ты мог организовать поиски пропавших с помощью своей природной магии и вещи пропавшего.

Грейм вздохнул:

– Мог. Но, видишь ли, такой метод применяется лишь для поиска преступников, поскольку между жертвой и охотником возникает связная нить, вытягивающая магические силы у жертвы, и чем дольше охотник идет по его следу, тем хуже искомому. Существует большой шанс по итогу обнаружить остывший труп.

С пониманием кивнула и, повернувшись в руках демона, обвила его бедра ногами, вновь окунаясь в горячий, страстный поцелуй.