Эйран шел за мной. Его уверенные шаги эхом отдавались в густом лесу. Его присутствие прямо за спиной одновременно пугало и успокаивало. Хотя я и знала, что искать успокоения в нем нельзя.

Эйран не давал мне ни одного повода не доверять ему, но сейчас я никому не могла доверять. Ни восстанию, ни дворцу.

И все-таки я чувствовала себя в большей безопасности, чем когда брела в одиночестве.

Я едва передвигала ноги. Все, что случилось, отягощало поступь. Я словно шла по горящему мосту, который вот-вот рухнет. По полю боя, не оставляющему мне выбора. Прошлое вонзило в меня когти, но будущее слишком переплелось с Дейкром. Я буквально задыхалась от нескончаемых мыслей о нем.

Все, чего я хотела, это исчезнуть, но в тот момент, когда я увидела Эйрана, я поняла, что, возможно, на самом деле я желала, чтобы меня нашли.

Однако, поднимая глаза на Эйрана, я все равно чувствовала себя потерянной.

– Сюда. – Он указал на скалу, на едва различимое отверстие у ее подножия. Утесы вокруг были грубыми, выветренными, исхлестанными многовековым воздействием стихий. Из бреши слабо тянуло плесенью.

Эйран решительно шагнул вперед, вскинул руки к небу, и из кончиков пальцев его хлынуло мягкое неземное сияние. Пещеру словно бы залил лунный свет.

Пещера была мала, но места для ночлега хватало.

И пуста, к моему удивлению.

Гладкие стены, казалось, приветствовали нас, даря ощущение безопасности.

Свет Эйрана плясал по камню, выхватывая из тьмы трещины и сверкающие минералы. Где-то вдалеке журчала вода, вливая свою музыку в безмолвие пространства.

Душа тягостно сжалась. Все это напомнило мне Энвейлориан, место, по которому я вроде бы не должна тосковать. Потаенный город не был моим домом.

Но от боли, которая поселилась в груди при воспоминании о том, как я была с Дейкром, я избавиться не могла.

Войдя в пещеру, я кивнула на протянутую руку Эйрана.

– Как это работает?

– Моя магия? – Он чуть наклонил голову, обдумывая вопрос.

Я кивнула, наблюдая, как он поворачивает руку так, чтобы луч света ударил прямо в потолок.

Другой рукой Эйран почесал в затылке. Взгляд у него стал рассеянным, он не мог подобрать слов.

– Как и любая другая магия, полагаю.

– Какая? – Я вдруг почувствовала себя неполноценной из-за нехватки знаний. Я была наследницей королевства, процветающего благодаря магии, но магия была чужда мне.

Он уставился на меня так, словно пытался понять, зачем я спрашиваю.

– Значит, ты и впрямь не обладаешь магией.

– Ты когда-нибудь видел, чтобы я ею пользовалась?

Гложущее чувство вины скручивало желудок, но я не раскаивалась в том, что обманываю его.

Эйран покачал головой. Выражение лица его изменилось. Челюсти сжались, а глаза едва заметно прищурились.

– Люди, с которыми я встречалась во дворце, либо обладали весьма низким уровнем магии, либо весьма специфическим даром. В основном это были целители. – Я на миг умолкла, пытаясь не думать о том, почему именно с целителями я познакомилась ближе всего. – Но среди вас, восставших, я видела такую магию, с которой никогда прежде не сталкивалась.

Признание было постыдным. Меня держали во тьме неведения относительно самой сути того, что принадлежало мне по праву рождения.

Эйран сел, прислонившись стеной к каменной стене, и махнул мне рукой, предлагая последовать его примеру. Я без колебаний послушалась и опустилась на землю, застонав от облегчения. Тело благодарило меня за то, что я дала отдых ногам.

– Магия широко распространена по всему королевству, но почти на всю магию что-то да влияет. – Он вытянул руку, освещая свое лицо. – Это я унаследовал от матери. – Эйран покрутил ладонью, бросая луч на стены пещеры. – Но иногда магия – просто управление энергией, которую дает нам земля. – Он сжал кулак, гася свет, и мы вновь погрузились во тьму.

Я кивнула. Мысли путались. Я пыталась понять, что он говорит.

– Но и у магии есть пределы, – продолжил Эйран, повернул голову, и наши глаза встретились. – Даже с самых сильных она берет свою дань, черпая из души и тела, нанося тяжкий урон.

– А как узнать свой пределы? – спросила я, отчаянно желая понять хоть что-то.

– Зачастую никак. – Он продолжал смотреть мне в лицо. – Поэтому мы так усердно тренируемся. Нам нужен баланс силы и контроля.

– Контроля.

Эйран медленно и серьезно кивнул.

– Контроль – самое сложное в магии. Силы моих родителей были переплетены и взаимосвязаны. Они чувствовали, когда другой теряет контроль.

Я никогда не слышала о таком прежде. Сама мысль о столь глубокой связи двоих людей, связи через магию, захватывала и пугала одновременно.

– Такая связь существует у всех супругов?

– Нет. – Эйран покачал головой. – Это редкость. Мои родители были настоящей парой.

Парой.

Много лет я не слышала этого слова. Кажется, оно звучало в сказках, которые рассказывала мне мама, когда я была маленькой. Тогда само понятие «пара» казалось мне столь же фантастическим, как драконы и единороги.

В голове сразу завертелись мысли о моей собственной магии, о том, что я не чувствовала ни малейшего проблеска ее с тех пор, как покинула Дейкра, и о том, что не могла найти ее, пока не нашла его.

Но едва эти мысли закрались в сознание, я отогнала их.

– А как насчет магии Дейкра? – Вопрос сорвался с моих губ необдуманно, и я увидела, как мягкие черты Эйрана затвердели.

– Какое тебе дело до его магии, если ему нет дела до тебя? – Слова Эйрана обрушились на меня, как удар, заставив поморщиться. Его резкий тон пробился сквозь мою защиту, обнажив правду, которую я не могла отрицать.

Сжав кулаки, я попыталась справиться с захлестнувшими меня эмоциями.

– Он ищет меня вместе с остальными восставшими, не так ли? Полагаю, он злится на меня куда больше, чем все остальные, – парировала я, стиснув зубы.

Как же мне было плохо из-за того, что слова Эйрана вскрыли один из моих глубочайших комплексов. Очень плохо.

– Извини. Ты права, – искренне произнес он. В голосе его звучало раскаяние.

– Почему ты так ненавидишь его? – спросила я, не сдержав любопытства и беспокойства.

Глаза Эйрана сузились, зубы сжались. Потом он ответил:

– Потому что он безрассуден. Он позволяет эмоциям брать верх над здравым смыслом.

– И все же ты доверился мне. – Я чувствовала себя опустошенной. – В этом и мне доверять нельзя.

Я бы поверила ему на слово, если бы в его голосе не звучала нотка зависти. Воздух вокруг нас словно завибрировал, переполнившись повисшим напряжением.

– Куда ты пойдешь? – спросил Эйран, застигнув меня врасплох.

– Что?

– Куда ты пойдешь отсюда? – Он повел рукой, как бы охватывая пещеру. – Как ты вообще оказалась в скрытом городе? Тебя послал твой отец или…

– Отец не посылал меня, – перебила я.

– Значит, вариант возвращения во дворец ты не рассматриваешь.

– Это не вариант.

Сразу нахлынули воспоминания обо всех тех моментах, которые вынудили меня сбежать, и я инстинктивно притянула колени к груди, пытаясь защититься от скверных мыслей.

– Могу я спросить, почему? – Вопрос прозвучал мягко, деликатно, однако все равно подстегнул мое желание сбежать отсюда.

– У меня там ничего не осталось.

Очень и очень давно.

Эйран помедлил, прежде чем заговорить снова. Теперь голос его полнился тревогой и решимостью:

– Ты не можешь вернуться ни во дворец, ни в потаенный город – теперь, когда Дэвиан знает, кто ты на самом деле. Каков же твой план?

– Уйти как можно дальше на юг. К Южному морю. – Я посмотрела на него, на миг дав волю воображению. Наш дворец стоял на берегу Северного моря, так близко, что я выросла, вдыхая проникающий в окно соленый воздух, мечтая о свободе и спасении, которые обещало море. Из своей золоченой клетки я наблюдала за разбивающимися о песок волнами и молилась богам, чтобы однажды эти волны унесли меня с собой. – Я не в безопасности, пока мой отец может дотянуться до меня.

– Ты его наследница, – в голосе Эйрана звучали неуверенность и невысказанное любопытство. Он изучал мое лицо в поисках ответов на миллион вопросов, которые наверняка крутились в его голове.

– Вы все называете его жестоким королем. Неужто так трудно поверить, что его гнев предназначен не только тем, кто выступает против него? Мой отец ожидает повиновения от каждого, и наследник, лишенный силы, для него все равно что наивысший акт неповиновения.

Во мраке я видела, как вздрогнул Эйран, хотя он и попытался скрыть это.

– Я могу помочь тебе, но нам нужно быть осторожными. У восстания глаза повсюду.

– И у моего отца?

– Король предложил награду за твое возвращение в целости и сохранности, а значит, тот, кто не предан ни одной из сторон, выберет его.

– Потому что боится короля?

– Потому что народ голодает. Они готовы на все ради денег, даже предать тех, кого любят. Решение выдать тебя дастся им без особых усилий.

Я всегда знала, что мой отец безжалостен, равнодушен, но услышать, насколько отчаянной стала ситуация, мне было тяжело.

Сырой холод пещеры и слова Эйрана пробирали до костей, несмотря на все мои усилия уберечься от них. Я даже обхватила себя за плечи.

– Что сделают остальные, когда обнаружат, что ты помогаешь мне?

Взгляд Эйрана сделался отстраненным.

– Я молюсь, чтобы этого не случилось, – ответил он напряженно.

Я молча кивнула. Грудь сжималась от каждого его слова.

– Тебе нужно поспать. Я подежурю первым, – пророкотал голос Эйрана во мраке пещеры.

Усталость тяжело лежала на плечах, но я не справлялась с тревожными мыслями, крутящимися в голове. Я легла на жесткую, немилосердную землю, подложив под голову руку вместо подушки.

Эйран приготовился нести вахту, а я попыталась расслабиться. Но его присутствие рождало множество вопросов и сомнений. Я крепко зажмурилась и пожелала, чтобы сон наконец пришел.

Тишину пещеры нарушали лишь шелест в кустах да шебуршание мелких зверьков. При каждом шорохе мои глаза резко открывались, а сердце начинало колотиться от страха. Я плотнее свернулась калачиком, пытаясь спастись от ночного холода, пробирающегося под кожу.

Я то уплывала куда-то, то приходила в сознание, так и не сумев полностью погрузиться в дрему. Каждый раз, когда я, казалось, уже стояла на грани сна, шорохи будили меня. Сердце колотилось в груди, приказывая вскочить и бежать при малейшем признаке опасности. Теперь пещера, давшая нам приют, казалась мне ловушкой, и я отчаянно ждала света дня, который прогонит тени и страхи.

Резко сев, я шепотом позвала Эйрана, пытаясь разглядеть его в темноте, пытаясь не думать о таящихся снаружи потенциальных угрозах.

– Это просто какой-то зверь, – раздался спокойный ответ Эйрана, скорчившегося у входа, и меня окатила волна облегчения, смывая страхи и напряжение. – Спи, – добавил он. – Ты совсем не отдохнула.

– Я пытаюсь, – ответила я, пытаясь выровнять дыхание.

Я не видела его лица в тусклом свете, но поняла, что Эйран повернулся в мою сторону. Через несколько секунд он поднялся и подошел ко мне. На этот раз он сел куда ближе. Теперь мы прижимались боками друг к другу.

– Ты замерзла. – Его слова удивили меня. Я нашла его взгляд. А Эйран медленно лег на спину и приобнял меня за плечи.

– Иди сюда, – тихо сказал он, притягивая меня ближе. Его объятия казались какими-то неправильными, мысли о Дейкре штурмовали мой усталый разум, но тепло Эйрана успокаивало. Он обнял меня крепче, глаза мои закрылись, и сон наконец овладел мной.