Воздух снаружи был пропитан пеплом и смертью, но после удушливого мрака подземелий он казался глотком чистейшего кислорода.

Элара не могла сделать ни шагу. Ее тело просто отказывалось подчиняться. Ноги, залитые тяжелым, пульсирующим свинцом, подкосились. Если бы не Брунна, Элара рухнула бы лицом вперед. Капрал подхватила ее с привычной невозмутимостью, закинула одну руку себе на плечо и потащила вперед.

В голове Элары царил хаос, сквозь который пробивались четкие, холодные импульсы Эгиды. Симбионт на ее спине больше не был чужеродным предметом. Он пустил корни в ее позвоночник, оплел нервные узлы и теперь транслировал информацию напрямую в кору головного мозга, минуя зрительные и слуховые нервы. На сетчатке, перекрывая реальный мир, мерцали предупреждения:

«ВНИМАНИЕ»

«СТРУКТУРНАЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ ЗДАНИЯ А: КРИТИЧЕСКАЯ»

«КАСКАДНОЕ ОБРУШЕНИЕ: 28 СЕКУНД… 27 СЕКУНД…»

Крыша тряслась мелкой дрожью. Бетон под сапогами шел трещинами.

— Шевелитесь! — прохрипел Холстер. Он тяжело опирался на пулемет, как на костыль.

Элара отправила мысленный запрос Эгиде, требуя доложить статус отряда. Распаковка массива данных произошла мгновенно.

Боезапас Холстера система оценила в четыре процента. Элара и так знала, что он почти пуст.

Арни двигался с трудом. Обширный термальный ожог левой стороны тела, критическая потеря электролитов, болевой шок глушился стимуляторами, но их действие заканчивалось.

Лия механически переставляла ноги, ее зрачки под визором были расширены. Тяжелая стрессовая реакция на грани срыва. Мойра шла из последних сил, прерывисто дыша. Ее броня дымилась, но сохраняла целостность. Саби Шо, замыкающая строй, на ходу пыталась пробиться сквозь плотный слой помех и связаться с «Анодосом».

«ЗДАНИЕ Б: НЕСУЩАЯ СТРУКТУРА СТАБИЛЬНА»

«СОСТОЯНИЕ ПЕРЕХОДА: ДОПУСТИМОЕ»

Впереди, сквозь фиолетовое марево ядовитого рассвета, виднелась колоссальная громада Центрального Узла связи. Здание Б было выше почти на два этажа. Между краем осыпающейся крыши здания А и предпоследним уровнем монолита Б была перекинута конструкция из ржавого металла с когда-то ажурными перилами. Мост. Шириной два метра и длиной метров десять. Две толстенных опоры поддерживали его, уходя вниз и вширь к мостовой. Мост раскачивался под порывами ледяного ветра, скрипя так громко, что этот звук перекрывал даже гул рушащихся этажей соседних зданий.

Брунна потащила Элару дальше. Металлические решетки прогнулись под их общим весом. Внизу зиял провал древней улицы, ведущей к центральной площади. Метров сто до брусчатки, если не больше.

Цитадель умирала. Элара чувствовала это так ясно, словно из нее самой вырывали куски плоти. В глубине схлопывались вакуумные ловушки, рвались километровые силовые кабели, и тысячи тонн базальта хоронили под собой всю историю Темных Эпох.

Они прошли уже треть пути по раскачивающейся конструкции, когда на том конце моста, куда они направлялись, с лязгом отлетела техническая решетка в стене и упала на широкую площадку, покрытую металлическими пластинами.

Из вентиляционной шахты на железный настил тяжело вывалилась фигура в пыльной красно-черной броне. За ней, кашляя и задыхаясь, выбралась еще одна. Миниатюрная, в лазурных доспехах Валькирии.

Валериан Менотти и кадет Селена Верди.

Старший инквизитор выглядела непривычно. Модный графеновый плащ превратился в лохмотья. Лицевая пластина шлема отсутствовала, обнажая бледное, перемазанное сажей лицо. Валериан двигалась, тяжело припадая на одну ногу, но в ее правой руке был активирован плазменный клинок, а в левой она держала длинный узкий щит одного из своих телохранителей. Все они наверняка навсегда остались внизу, прикрывая отход командира. Иначе кто-нибудь был рядом.

Селена, поддерживала Валериан под локоть и дрожала всем телом.

Отряд замер посреди моста. Холстер и Арни инстинктивно вскинули оружие, но пробить силовое поле такого щита они не могли.

Валериан выпрямилась, загораживая проход в конце моста. За спиной Элары раздался оглушительный треск. Край Здания А начал осыпаться.

Время опять как будто остановилось.

— Ты думаешь, что победила? — голос Валериан, лишенный усилителя шлема, звучал хрипло, но надменно. Инквизитор смотрела на черный пульсирующий хребет, намертво вросший в спину Элары. — Ты не спасла этот артефакт. Ты просто позволила этому древнему паразиту выбрать себе кусок плоти покрепче.

Элара молчала. Эгида внутри нее анализировала угрозу:

«ОБЪЕКТ: ВАЛЕРИАН МЕНОТТИ»

«БОЕСПОСОБНОСТЬ: 28 %»

«СТЕПЕНЬ УГРОЗЫ: СРЕДНЯЯ»

Элара видела, как подрагивают напряженные скулы инквизитора. Пришла невероятная мысль: Валериан до ужаса боится.

Боится того, чем стала ее младшая сестра.

Но фанатичная вера, гордыня и приверженность приказу не позволяли ей отступить.

— Еще не поздно, — продолжила Валериан, делая тяжелый шаг вперед.

Она ступила на мост и кивнула Селене, показывая себе за спину.

— Не поздно? — спросила Сабрина, растягивая гласные. — Для чего не поздно, святоша?

— Я говорю не с тобой! — крикнула Валериан. — А с сестрами. Мы можем вернуться в Орден. Все вместе. Мы же Сестры. Сейчас прилетит мой шаттл. Вы все четверо получите амнистию. Синод вернет вам прежний статус Валькирий. А извлечение Эгиды на Вальгалле-3… хирурги проведут бережно. Ты выживешь, Дэйн. Я обещаю.

Элара увидела металлический стол. Фиксаторы на запястьях. Белые маски. Вскрытую спину. И Эгиду, вырываемую из позвоночника вместе с нервами.

— Ты сама себе не веришь, — сказала Элара.

Лицо Валериан дернулось.

Мост под ногами угрожающе накренился. Крепления со стороны Здания А со скрежетом выходили из бетона.

Валериан допустила ошибку, шагнув на мост. И теперь, пытаясь удержать равновесие, сместилась в сторону, чуть отвела щит и открыла правую сторону.

Из-за спины Элары и Брунны быстро шагнула Лия с «Карателем» у плеча. Она не произносила молитв.

— Я больше не буду ждать, пока кто-то разрешит мне спасти своих, — быстро произнесла Лия пугающе спокойным голосом.

И нажала на спуск.

Мойра ахнула. Элара ничего не успела сказать или сделать.

Темный почти невидимый луч с шипением пронзил воздух и ударил Валериан в правую руку немного ниже плеча, легко, как бумагу, прошивая силовой контур и многослойный композит брони.

Пространство вздрогнуло. Рука инквизитора вместе с плазменным клинком исчезла в облаке раскаленных атомов.

Валериан отбросило назад. Она рухнула на железные плиты площадки, издав пронзительный вопль, который тут же потонул в грохоте рушащегося бетона соседних зданий.

Лия стояла, тяжело дыша. Ствол «Карателя» смотрел точно в голову старшего инквизитора.

Элара через нейроинтерфейс почувствовала, как мелко и часто колотится сердце молодой сестры, как адреналин заполняет ее кровь. Лицо Лии было искажено гримасой холодной ярости.

— Она убила Дока. И Роми. И Нору, — сказала Лия, не опуская оружия.

Ствол чуть дрогнул.

— Лия, — тихо позвала Элара.

— Еще один выстрел, и всё закончится.

— Нет.

— Она снова придет за нами.

— Возможно, — сказала Элара. Каждое движение отзывалось в позвоночнике судорогой. — Но сейчас ты не убьешь ее из страха.

Элара перевела взгляд на Лию. В ней больше не осталось ничего от того новобранца, читающего Устав. Рядом стояла Валькирия.

— Тогда зачем я стреляла?

— Чтобы она пропустила нас.

Лия медленно опустила винтовку.

Элара не знала, был ли это правильный ответ. Но времени на другой не было.

— Теперь двигай задницей, — хрипло приказала она, с трудом ворочая пересохшим языком. — Не загораживай проход. Потом разберемся. Брунна, вперед!

Валериан Менотти, гордость Синода, лежала на грязном полу, содрогаясь от болевого шока. Ксено-заряд не просто уничтожил ее руку, он резко лишил ее равновесия, при падении ее поврежденная нога вывернулась под неестественным углом.

Безоружная Селена Верди упала на колени рядом с инквизитором. Ловко оторвала кусок от своего лазурного плаща и сноровисто затянула жгут на обрубке плеча Валериан, останавливая хлещущую кровь.

Когда Брунна протаскивала Элару мимо них к первому пролету ржавой лестницы, ведущей на крышу, Селена подняла голову. Ее визор был перемазан кровью. Она достала из подсумка шприц и вонзила в шею Валериан.

— Мы получили приказ доставить Эгиду любой ценой! — крикнула Селена сквозь шум ветра. — Даже если все погибнут.

Элара остановила Брунну взглядом.

— С орбиты доложили, что на Вальгалле-3 уже приготовили хирургический отсек для тебя, — продолжила Селена, с вызовом глядя в глаза Элары. — Но никто не собирался спасать твою грешную душу. И правильно! Ты — еретичка! Предатель!

Слова Валериан о «бережном» извлечении рассыпались прахом. Это была либо неприкрытая ложь, либо жалкий самообман фанатика.

— Я в любом случае не собиралась возвращаться на Вальгаллу, — спокойно ответила Элара. — Прощай, Селена.

В глазах кадета вспыхнула чистая, концентрированная злость. Это была эмоция сильной личности, у которой отняли привычную картину мира, где Сестры Рассвета всегда побеждают еретиков.

— Я вырасту, — бросила Селена ей в спину. — И найду тебя, капитан Дэйн!

Элара слабо усмехнулась, повиснув на плече Брунны.

— Буду ждать, курсант Верди. Но не давай им решить, кем ты станешь. Решай сама.

Они начали подъем по секциям железной лестницы. Каждый шаг давался отряду с неимоверным трудом. Брунна, стиснув зубы, тащила вес Элары в старой броне и дополнительные двадцать четыре килограмма Эгиды.

Мойра, спотыкаясь, шла впереди, неотрывно глядя в мерцающую голограмму и проверяя координаты. Сабрина шла спиной вперед, прикрывая тыл, ее винтовка описывала полукруги, выцеливая угрозы. Холстер практически на себе волок хрипящего Арни. Лия шла последней. На первой ступени лестницы она обернулась, бросив последний взгляд на съежившуюся фигуру кадета и поверженного инквизитора.

В этот момент сознание Элары пронзил новый импульс.

«ВНЕШНИЙ КОНТУР: ОБЪЕКТ НАБЛЮДЕНИЯ АКТИВЕН»

Сквозь сенсоры Эгиды она почувствовала то, чего не могли увидеть глаза. Сквозь плотные слои атмосферы Мортиса-7 вниз скользила холодная, хищная тень. Стелс-перехватчик «Анодос» начал снижение. Одновременно с этим интерфейс выдал новую порцию данных от локальных систем Цитадели:

«ЗАЩИТНЫЙ КУПОЛ РАЗРУШЕН»

«ИНКВИЗИТОРСКИЙ ТРАНСПОРТ: НА ПОДХОДЕ»

«ВРЕМЯ ДО ПРИБЫТИЯ: НЕ ОПРЕДЕЛЕНО»

«ВОЗМОЖНОСТЬ ПОСАДКИ: 52 %»

Выживет ли Валериан? Сядет ли ее шаттл в этот шторм из пыли и рушащегося бетона?

Элару это больше не волновало. Она ничем не могла им помочь. И никак не могла вернуться за ними.

Элара оставила их позади. Навсегда.

Может быть, навсегда.

Сабрина поймала канал.

— Вызываю «Анодос», — выдохнула снайпер. — Поводырь на месте. Всего семь человек.

— Я на связи, — голос полковника Костригина прозвучал сухо и требовательно: — Подтвердите состояние объекта, агент Черный.

Сабрина открыла рот, но Элара напрягла голосовые связки, перехватывая канал. В ее голосе лязгнуло металлом Эгиды:

— Забирайте нас, полковник, или оставляйте здесь. Не засоряйте эфир.

Ответа не последовало. Связь пропала.

Фиолетовые небеса над ними взорвались и расцвели бесшумными, ослепительными бутонами плазменных разрывов. Ударный крейсер «Икар» вышел из подпространства и тут же сцепился на орбите с кораблями Консорциума. Отблески орбитального боя пробивались сквозь тучи, окрашивая лица бойцов в разноцветные тона.

На фоне зарождающегося апокалипсиса из облаков вынырнул «Анодос» серебристо-черной тенью стремительной птицы, поглощающей любой свет.

Но Эгида различала контуры перехватчика, который выглядел как хищник, спустившийся с небес забрать свою добычу.

Отряд преодолел последний пролет, и все рухнули на монолитный бетон широченной крыши. Ветер разгонял пыль, и она выглядела почти новой, несмотря на древность.

Брунна аккуратно опустила Элару на правый бок и тяжело осела рядом.

Мойра упала на колени, пытаясь расстегнуть воротник брони капитана.

Но Эларе не нужна была помощь медиков. Ее тело переживало последствия прямого слияния с чуждым механизмом. Ей казалось, что бетон ритмично вздымается и опадает.

Чужие, цифровые импульсы продолжали бежать по ее нервам, заставляя мышцы непроизвольно сокращаться. В голове стоял гул затухающих систем охраны. Цитадель умирала, и Элара чувствовала это физически, словно у нее без наркоза вырезали один орган за другим.

Гасли генераторы, рушились хранилища, слепли сенсоры. Каждая смерть древних машин отзывалась вспышкой фантомной боли.

— Эл… Эл, дыши, — шептала Мойра, с ужасом глядя на бледное лицо подруги и черные нити пульсирующих вен.

Элара сглотнула кровь, скопившуюся во рту, и сфокусировала взгляд.

— Я… еще не умерла, — хрипло прошептала, глядя в небо, и ее сестры поняли, что она говорит не о себе. — Просто… больше не могу говорить.

Много лет назад, в сырых подвалах сектора Гамма, Элара услышала тихий всхлип заблудившегося искина и не смогла его уничтожить. Не поднялась рука. Теперь, лежа на крыше разрушающегося мира, она слышала предсмертный хрип колоссальной системы, тысячелетиями хранившей множество тайн.

Личная история сделала полный круг. Но что это в сравнении с историей галактики? Или хотя бы с историей Федерации?

Это надо обдумать как следует. Но потом. Всё потом.

Справа раздался надсадный кашель Арни. Холстер возился с его аптечкой.

Нужно было зафиксировать реальность. Вернуться к фактам реальной жизни.

— Статус… — прохрипела Элара, не поднимая головы.

Ответы посыпались коротко, как удары молотка. Никто не тратил время на долгие прощания.

— Док, Роми, Нора, — Холстер вытер визор грязной перчаткой. — Погибли в хранилище. Инквизиторы достали их.

— Кассий и основные силы роты, — добавила Мойра, глядя на экран своего сканера. — Сигналов нет. Зона отвлечения полностью обрушена.

— Барри? — спросила Брунна.

— Неизвестно. Метки нет.

Эгида на спине Элары слабо завибрировала, выдавая последние крупицы информации из гаснущей сети:

«АРХИВ 15: ДОСТУП НЕ ПОДТВЕРЖДЕН»

«ИДЕНТИФИКАТОР: НИКО БАРРИ»

«ДАННЫЕ ПЕРЕДАНЫ: ЧАСТИЧНО»

Это означало, что предатель, возможно, все еще жив. Он не смог вскрыть пятнадцатый архив полностью, но часть данных успел переправить своим хозяевам.

Сейчас у Элары не было ни сил, ни желания разбираться с этим. Это вообще-то не ее задача. Пусть Костригин разбирается.

— Нико жив, — тихо произнесла она, глядя в фиолетовые тучи.

— Или кто-то очень хочет, чтобы мы так думали, — сказала Сабрина.

Мойра с тревогой посмотрела на приближающуюся серебристую тень «Анодоса».

— А мы? Что будет с нами, Эл?

Элара оперлась на локоть, превозмогая ломоту в костях, и посмотрела на свой израненный отряд.

— Сначала, — жестко сказала она, — мы выберемся с этой мертвой планеты.

В небе над ними разрастался огненный цветок. Крейсер Консорциума получил прямое попадание от главного калибра «Икара». Плазменные разрывы окрасили фиолетовые облака белым и багровым светом.

* * *

— Ритмейстер Шоу. Подтвердите, что Эгида под вашим контролем.

Голос Костригина в мини-наушнике Сабрины звучал искаженно.

Она медленно повернула голову и посмотрела на Элару. На ее изувеченную броню, на вросшие в плоть черные щупальца, на глаза, в которых сейчас было больше от древней машинной логики, чем от человеческого тепла. Снайпер положила руку на плечо капитана Дэйн.

— Эгида не под контролем, полковник, — ответила Сабрина в открытый канал, четко артикулируя каждое слово. — Она выбрала носителя.

Это был первый шаг Сабрины на новую территорию. Она защищала Элару не как ценный объект секретного задания, а как своего нового соратника.

* * *

«Анодос» зависал над крышей. Спуск стометрового перехватчика был устрашающе бесшумным.

Элара почувствовала это кожей. Или интерфейсом.

«ВНЕШНИЙ ОБЪЕКТ: ПОВТОРНОЕ ОБНАРУЖЕНИЕ»

«СОВМЕСТИМОСТЬ: 22 %»

«ОТКРЫТ КАНАЛ ОГРАНИЧЕННОЙ ЕМКОСТИ: 7 %»

Элара поняла не сразу.

Этот корабль не был построен Древними. Но его ядро, двигательные установки и системы маскировки базировались на технологиях Темных Эпох. Инженеры Федерации сознательно встроили ксенотех в современные схемы.

Черное брюхо корабля раздалось в стороны. Гидравлика мягко выдохнула, опуская широкую аппарель.

Первыми на крышу ступили четверо тяжело вооруженных бойцов спецназа КосмоРекона в экзоскелетной броне восьмого класса защиты. При этом их движения были текучими, выверенными до миллиметра. Стволы компактных излучателей смотрели в пол, но за несколько секунд бойцы разошлись так, что отряд Элары оказался в полукольце. Любое резкое движение — и их накроют перекрестным огнем.

Следом по аппарели спустился полковник Костригин.

Он был без тяжелой брони, в строгом темном кителе без знаков отличий. На фоне покрытых сажей, кровью и кислотными ожогами штурмовиков он выглядел пришельцем из другого, невероятно далекого и чистого мира.

Костригин не спешил говорить. Заложив руки за спину, он остановился в пяти шагах от группы и внимательно оглядел каждого.

Элара, опираясь на плечо Брунны, с трудом поднялась на ноги, готовясь к главной битве этого бесконечного дня. Битве, в которой не будет плазменных выстрелов, но ставки в которой будут гораздо выше.

В небесах продолжался орбитальный бой.

Вокруг рушилась Цитадель.

Внутри Элары древний симбионт ждал, когда она позволит ему вмешаться.

Она не позволила.

Пока не позволила.