Три пятерки полувзвода перестроились в три четверки, две из которых несли носилки с ранеными. Два бойца, кроме переломов, получили травмы внутренних органов. Медик ввел обоих в искусственную кому, шансы на то, что они выживут, оценивал как выше среднего. Он держал одну из ручек первых носилок, Лия шла рядом со вторыми. По просьбе Мойры она отдала ей свой короткий автомат и вооружилась штурмовой винтовкой одного из раненых.

Нико и четверо разведчиков продвигались быстрым шагом в авангарде, проход после завала выглядел свободным. Саби Шо шла за ними вдоль правой стены, оглядывая склоны каньона. Замыкали строй Элара, Мойра и Брунна, прикрывая тыл.

Через полчаса они вышли к просторной площадке. Тут стояли два больших грузовых конвертоплана. Древние и насквозь проржавевшие. С правой стороны бетонный пандус полого поднимался к воротам, встроенным в скальную породу. С этой стороны комплекса северных зданий служебный вход был закрыт сотни лет назад. Ворота из корабельной стали запечатали тремя вертикальными балками из темного металла, вбитыми между железобетонными краями прямоугольной ниши.

Взрывать преграду не потребовалось. В десяти метрах слева от пандуса базальтовая порода отвесной стены разошлась, словно изнутри ее разорвала чудовищная сила. Размер дыры примерно четыре на три метра. На взрыв не похоже, но края пролома были неровными и острыми. В трещинах застряли фрагменты облицовки, поверх камней разросся жёсткий синтетический мох, который мерцал, реагируя на движение посторонних мелкими оранжевыми вспышками.

Ритмейстер Холстер и сержант Арни проникли внутрь, и Холстер сразу доложил, что дыра пробита из длинного бокового коридора. Никакой опасности поблизости не видно.

— Заходим, — сказала Элара. — Надо осмотреться внутри и решить, что делать с ранеными. Дальше они будут нас тормозить. И надо бы оставить пару бойцов прикрывать этот путь отхода.

Не долго думая, Нико согласился. Он приказал остаться медику, чтобы присматривать за ранеными, и одной из девушек.

— Организуйте здесь оборону, Нора, ты старшая, — сказал ей Нико. — Устрой баррикаду, чтобы контролировать проем и коридор налево. Будь на связи.

— Есть! — ответила Нора.

— Идем в сторону ворот? — уточнила Мойра.

— Да, — ответила Элара, — нужно найти лестницы, ведущие вниз.

Ветер постепенно стихал, но проникая в пролом, гнал по полу коридора сухую пыль и тонкие лоскуты бурых лиан.

Последней теперь шла Сабрина. Она задержалась возле дыры, проверяя через оптику верхний склон и линию скал с дальней стороны. Небо постепенно приобретало бледно-фиолетовый оттенок. Начинало светать.

— Вроде бы никого, — сказала Шо. — Наши следы быстро заметает пылью.

Элара и Брунна шли перед ней. Каждый шаг отдавался коротким глухим толчком, под подошвами явно была не мертвая порода, а металлический пол, неразличимый под толстым слоем пыли и грязи.

Фонари на оружии выхватывали из темноты отдельные фрагменты нулевого уровня комплекса: ржавые трубопроводы, кабельные жгуты, шахты технической вентиляции, обвалившиеся перекрытия. На стенах виднелись полосы старой копоти, местами она вздулась черными застывшими пузырьками. Через фильтры шлема пахло окисленной медью и затхлостью. К этим запахам иногда примешивался сладковатый привкус разложения, хотя сканеры не обнаружили ни органических останков, ни активной биомассы.

— Температура минус пять, — сообщила Мойра метров через сорок, когда они прошли мимо ворот с внутренней стороны. — И дальше вроде бы будет понижаться.

— Это вентиляция работает? — спросил Нико.

— Нет. Но воздух движется. Пока не понятно, вызвано это сквозняком или чем-то еще, — ответила Мойра, на ходу глядя в свой терминал. — Надо остановиться. Вижу вон там разъемы на стене. Подключусь.

Она подсоединила гибкий кабель наручного модуля.

— Это не опасно? — спросил Нико. — Не привлечет внимание автоматики?

— Здесь только остаточные сигналы древней сети, — ответила Мойра.

— Алгоритмы охранной системы настроены на внешний контур Цитадели, — добавила Элара, — а мы сейчас в глубоком тылу обороны.

На экране терминала Мойры мелькали ряды цифр и обрывки схем, но картинки быстро распадались на бессмысленный шум и не давали полной информации.

— Сеть разорвана, ни черта не разберешь, — разочарованно произнесла она.

— Идем, — сказала Элара. — Дальше двигаемся по той карте, которую ты скачала у маяка.

Нико пошел впереди с двумя разведчиками. Когда он проверял первую развилку коридора, то едва взглянул на наручный компас и свернул в левый проход. Элара это заметила:

— А почему не направо?

— Та ветка ведет к нижним дренажным шахтам, — ответил лейтенант. — Коридор здесь узкий, дальше упремся в тупик.

Он продолжил движение, больше ничего не объясняя. Шел уверенно и как будто не искал дорогу, а вспоминал ее. Он не касался стен, не останавливался возле почти стершихся знаков на стенах, но словно видел за слоем камня невидимую архитектуру этого лабиринта. Кое-что насторожило Элару еще раньше. Теперь тревога стала отчетливее. Но она не задавала вопросов, потому что ее нейроинтерфейс подсказывал — Барри выбирает правильное направление.

В голове Элары уже несколько минут нарастала боль. Слабое покалывание за левым ухом превратилось в легкую вибрацию. Хотелось прижать ладонь к виску. Ее «Медуза-Зет» молчала годами, но проснувшись возле первого маяка, начала все сильнее напоминать о себе. Вибрация шла в такт световому импульсу на корпусе маяков. Раз. Пауза. Три коротких удара. Пауза. Раз-два.

Она пыталась не обращать на это внимания, но ритм постепенно проник в мысли. Теперь казалось, что он совпадает с пульсом и дыханием не только ее одной, а словно весь отряд идет в такт этому сигналу.

Она моргнула. На монохромной сетке визора появились зеленые символы: тонкие линии, угловатые значки, стрелки, цепь чисел. Какая-то невидимая рука накладывала на реальность прозрачную карту. Элара остановилась. Брунна взяла ее под руку.

— Дэйн? — спросила Мойра.

Элара не ответила. Стены вокруг начали исчезать.

Перед ней возникла палата со стенами в белой кафельной плитке формой пчелиных сот. Слишком четко для воспоминания. Она увидела каждую каплю конденсата на титановом манипуляторе на потолке, каждую царапину на ремнях, стягивающих ее запястья. Она лежала на операционном столе. Маленькая, худенькая и неподвижная. Над лицом склонился Отец Транквиллион. Его глаза отражали холодный свет хирургических ламп.

— Высший долг требует жертвы. Будет больно. Но ты справишься, Элара, ты сильная.

За его плечом шевелились два дроида. Их тонкие манипуляторы готовили стерильные инструменты. На одном блеснула длинная игла, на другом что-то похожее на сверло с микроскопическими зубцами.

— Может все-таки общий наркоз? Она еще слишком мала, — произнес женский голос вне поля зрения.

— Нет, — ответил магистр. — Не сработает. Проверено на первых кандидатах. Так лучше приживется. Сопротивление ниже.

Элара и не собиралась сопротивляться. Она доверяла Папе Транки. Спокойно улыбнулась, когда что-то холодное коснулось кожи у основания черепа. Боль пришла раньше прикосновения. Но она была готова к боли.

— Дэйн, прием! Ты тут?

Резкий голос Мойры в личном канале прорезал видение. Палата исчезла.

Элара снова стояла в темном туннеле с закопченным потолком, упираясь ладонью в стену. Под перчаткой холодный базальт покрывался мелкими капельками влаги.

— Я здесь, — сказала она.

— Вот и хорошо, Сестра, а то я уже минут десять веду тебя. Идешь как сомнабула, — сказала Брунна тоже в личном канале. — У нас тут интересно.

Впереди полностью перекрывала проход квадратная гермодверь, уходя запыленными краями в стены, пол и поперечину вверху. Створ был изготовлен из потускневшего титанового сплава, но за прошедшие века металл покрылся темными пятнами и сеткой тонких морщин, совсем как лицо ректора Университарио Прайм. В нескольких местах двери были глубокие воронки. Однажды кто-то яростно бил в нее.

Элара подошла ближе. Одна из вмятин была окружена следами оплавления. Металлические стружки вокруг почернели и застыли, свернувшись лепестками. Ни плазменное оружие, ни термитная взрывчатка не оставили бы такого рисунка.

— Что у нас с замком? — спросила Элара.

Мойра уже вскрыла кевлар боковой панели, за которой торчал пучок старых оптоволоконных нитей и механические контакты, покрытые желто-зеленой окисью.

— Биометрический контур, механические засовы, автономная защита, — перечислила Мойра. — Основной искин отключен, сеть тут мертва, но часть протоколов продолжает работать.

— Можешь открыть?

— Можно попробовать.

— Сколько времени?

Мойра посмотрела на индикаторы.

— Десять минут.

Тревога стальным обручем сдавила голову Элары. Кто-то шел к ним за перегородкой и с обеих сторон Т-образного коридора.

— Даю пять.

— Я помню эту игру, Дэйн.

Элара подняла руку.

— Это не игра, Момо. Там враги. Нам надо вскрыть дверь и атаковать их с дистанции, пока они не подошли вплотную.

— Может лучше обойти эту дверь? — спросил Нико.

— Нет. С флангов тоже кто-то приближается. Это могут быть кислотные твари.

— Круговая оборона! — сразу скомандовал лейтенант. — Холстер, Арни! Держать фланги и вентиляционные отводы. Стрелять сразу, пока они не приблизились. Роми, смотри назад и свяжись с Норой, что там у нее?

— Брунна, приготовь щит, — сказала Элара. — Саби, Лия, контролируйте потолок и ниши под ним.

Лия и Сабрина присели на одно колено и направили оружие вверх. Лучи фонарей прошли по потолку. Там виднелись балки, покрытые темными наростами, и длинные провисы кабелей. Между ними шевелились мелкие белые точки — то ли насекомые, то ли капли воды, отражавшие свет.

— Проверю, есть ли обзор сверху, — Саби подпрыгнула и исчезла в вентиляционном отверстии высоко на стене.

Через несколько секунд ее тактическая метка появилась на схеме левее двери.

— У Норы пока тихо, — доложила Роми, та девушка, которую Элара помнила по Фортунии-5. — Только Хон умер. И Джейку стало хуже. Док не знает, отчего. Оба были стабильны.

— Дерьмово, — произнес Холстер.

Нико выругался каким-то неизвестным Эларе словом.

Она прислонилась к стене рядом с Мойрой. Боль за левым ухом усилилась. Визор снова наполнился зелеными символами. На этот раз они не расплывались. Линии складывались в схему туннелей, уступами уходящих вниз, под комплекс. Несколько маршрутов пересекались, затем исчезали в темной зоне.

В глубине мерцала точка.

Элара ощущала ее физически. Не как источник тепла или радиосигнал, а как черную дыру. «Медуза-Зет» тянулась к этому тяжелому центру притяжения, как нервный пучок, которому вернули забытое направление.

Эгида Рассвета.

Точка на карте тоже отвечала на присутствие Элары. Встречным движением сильного импульса.

Она закрыла глаза. Перед ней снова возникло лицо Транквиллиона, хирургические инструменты дроидов и какая-то блестящая черная поверхность под странным углом, изгибом уходящая в еще более темную пустоту. Между этими образами проскакивали зеленые строки кода.

Она открыла глаза.

На правом краю двери появилась вертикальная надпись. Старая, выцветшая, почти стертая временем. Элара не знала эти иероглифы, но интерфейс перевел их раньше, чем разум успел осознать символы.

ДОПУСК: НОСИТЕЛЬ ПЕРВОГО РАНГА.

Элара отступила от двери.

— Мойра.

— Вижу.

— Что это значит?

— Думаю, что дверь реагирует на тебя.

— Я ничего не делала.

Изнутри донесся щелчок. Затем еще один.

Где-то в толще металла пришли в движение тяжелые механизмы. Створка вздрогнула, и по туннелю прошел низкий гул вибрации, отозвавшийся в подошвах сапог и в зубах.

— Всем к бою! — крикнула Элара.

Брунна установила щит, проверяя сцепление с полом. Холстер направил пулемет в сторону закрытой двери. Арни держал наготове гранатомет. Нико и остальные бойцы перекрыли боковые проходы.

Элара держала «Каратель» под рукой, заранее переключив рычаг в прикладе, но пока навела на дверь штурмовую винтовку с подствольником.

Зеленые символы на визоре сместились. За толстой дверью обозначилось множество бледных контуров. Некоторые были высокими и худыми. Другие низкими, бесформенными и ползли по полу.

— Дверь открывается, — сказала Мойра, закрывая защитный кожух своего терминала и беря в обе руки короткие автоматы.

— Всем приготовиться! — повторила Элара.

Щелкнули внутренние запоры. Первый сдвиг створки был почти незаметным. В тонкую щель хлынул холодный воздух. Неприятный запах смеси гниющего мяса и металлической пыли ударил сквозь фильтры. Тут же раздался низкий вибрирующий звук.

Щель расширилась. Толпа отталкивающего вида существ медленно наступала из глубины просторного помещения. Почти все они двигались на четырех конечностях. Бледная кожа натягивалась на металлический каркас, просвечивая в местах, где под ней проходили трубки и провода. Вдоль позвоночников торчали ржавые шестерни, некоторые вращались рывками, цепляясь друг за друга. В черных глазницах не было глаз — только гладкие впадины с мутной пленкой.

Передние конечности были усилены имплантами и многие заканчивались длинными лезвиями. При каждом движении когти царапали пол, оставляя тонкие белые полосы на слое грязи. Пасти существ раскрывались беззвучно. Между кривыми желтыми зубами тянулись нити зеленоватой жидкости.

— Брунна, вперед!

Капрал забежала в дверь и развернула силовой барьер. Стена голубого света зажглась в тот момент, когда первая бесформенная низкорослая тварь молниеносно проскользила по полу и резко прыгнула из темноты. Она ударилась грудью в край поля. Кожа зашипела и почернела. Существо отлетело назад, но следом в барьер врезались еще две особи. Их когти заскребли по энергетической поверхности, не оставляя на ней следов, однако контур немного дрогнул.

Нико, Арни, четверо штурмовиков и Мойра одновременно присоединились к Брунне и открыли огонь.

В тесном коридоре тоже началась стрельба. Элара задержалась посмотреть, кто их атакует. Выстрелы штурмовиков слились в один непрерывный грохот. Пули били в металлические пластины, срикошетившие фрагменты впивались в стены. Гранаты рвались среди приближающихся монстров совсем другого вида, выбрасывая в проход вспышки белого света и клубы едкого дыма.

Элара оценила ситуацию и поняла, что Брунна пока удержит позицию при помощи Мойры и остальных. А эти новые враги опаснее. Она сменила оружие и стреляла одиночными то в одну сторону, то в другую, помогая штурмовикам сдерживать напор неожиданного врага. Откуда они взялись? Что они делали до этого? Может, такая охрана была предусмотрена создателями Цитадели?

Зная, что в этой галактике возможно всё, Элара давно ничему не удивлялась.

Гибридные заряды оставляли в воздухе тонкий темный след. Элара не целилась в головы, защищенные каким-то плотным каркасом. Надежнее испарять куски плоти в центре туловищ, это действовало очень эффективно.

— Какая у тебя хорошая пушка, Дэйн, — раздался хриплый голос Сабрины во внутреннем канале. — Я это заценила, еще когда ты завалила шагоход с клешнями. Расскажешь потом? Откуда у тебя такое оружие?

«— А то ты не знаешь, — промелькнула мысль у Элары».

— Расскажу потом, если ты не сдохнешь, — ответила она.

— Это не входит в мои ближайшие планы, — сказала Шо.

— Кстати, а сейчас ты чем занята?

— Стреляю. Выборочно. По самым резвым гадам. Мне сверху видно всё, — ответила Сабрина.

— Не подпускать к щиту! — крикнула Элара.

Она заметила, что бледные существа внутри вдруг задвигались слишком быстро. Но они уже не бросались всей массой, а проверяли оборону короткими выпадами. Несколько особей ударяли в барьер, вынуждая Брунну перераспределять мощность, пока другие уходили в стороны, цеплялись когтями за стены и искали обходной путь. Их становилось все больше.