Каменистая ниша под базальтовыми скалами давала временное укрытие. Вверху продолжали размеренно гудеть стационарные турели. Время от времени тяжелые приводы проворачивали стволы, и тогда по камням под ногами перекатывались волны вибрирующей дрожи. И без того грязный воздух планеты дополнили незнакомые химические запахи.

Элара знала, что с рассветом сюда наверняка пожалуют автоматические патрульные дроны, летающие не очень быстро, но имеющие тяжелые пулеметы с большим боезапасом. Хорошо, что ночи здесь длинные в это время цикла. Странно, что эти дроны больше не летают в темноте. Раньше они патрулировали территорию круглосуточно на всех планетах, где остались военные базы прежних времен. Видимо, вышла из строя система ночного зрения этих машин, а сервисные роботы не смогли отремонтировать. Ничто не вечно, даже некоторые технологии Темных Эпох когда-то перестают работать.

Штурмовики из взвода Нико Барри молча смотрели на далекую кучку камней, под которыми остался погибший рядовой. Солдаты из его отделения накрыли тело плащ-палаткой и завалили сверху камнями так, чтобы кислотные дожди и нано-пыль не добрались до него слишком быстро. Медик, снявший с шеи убитого стандартный стальной жетон с личным номером, только сейчас передал его лейтенанту. Нико зажал кусочек металла в кулаке. На его застывшем под визором лице проступили глубокие тени. Это была далеко не первая смерть под его командованием, но обычные уставные формулировки сейчас были бы пустым звуком. Поэтому он ничего не сказал.

Кассий, стоявший рядом, коротко взмахнул рукой. Пятеро солдат дали прощальный залп в воздух из штурмовых винтовок.

Многие понимали, что этому бойцу, можно сказать, повезло. Что станет с теми, кто погибнет после? Накроют ли их тела хотя бы брезентом и обложат ли камнями, или они останутся лежать под дождем, глядя в небо мертвыми глазами, потому что в конце пути уже некому будет позаботиться о них?

Почти никто не надеялся вернуться к этой кучке камней, чтобы забрать тело. Конечно, на «Невозмутимом» еще есть челноки, но они прилетят забрать живых. Если повезет, то туда, где они закончат эту миссию. Или же им придется добираться пешком к ближайшей безопасной точке эвакуации. Или «Хароны» не прилетят вовсе, потому что никто не выживет. Старший пилот корвета лишь отметит примерные координаты на голограмме, где погасли их индивидуальные датчики, и занесет в отчет.

Рассчитывать на помощь Инквизиции штурмовики, само собой, даже не думали. Элара вздохнула. Она наблюдала за солдатами со стороны, прислонившись к холодному валуну. Рядом с ней стояла Лия. Молодая сестра смотрела на каменистую могилу широко раскрытыми глазами. Похоже, что те же самые мысли посетили и ее, и наивной веры в правоту командования Ордена и руководства Синода у нее оставалось все меньше.

— В кадетском училище нам говорили, что смерть в бою — это высшая честь, — произнесла Лия. — Что душа воина сразу уходит к звездам.

— Душа человека идет куда хочет, Лия, — ответила Брунна, не поворачивая головы. Она стояла в паре метров справа возле отвесной стены и смотрела, что делает Мойра. — А тело остается в чужой земле.

— Посмотри в последний раз на те камни, Лия, но не чтобы отвернуться и забыть. Запомни их, — сказала Мойра.

Она сидела прямо на земле рядом с Брунной. Сержант вскрыла технологический люк, найденный у основания и подключилась к толстому кабелю с оплеткой яркого желтого цвета. Глазной окуляр-анализатор сержанта вращался быстрее обычного. Пальцы Мойры в специальной тонкой перчатке быстро двигались над клавиатурой портативного терминала.

— Есть! — минуты через три выдохнула она, и нейрокабель с тихим щелчком отсоединился. — Вклинилась в низовую подсеть связи. Строители Цитадели были параноиками, пришлось действовать быстро, но их логические протоколы стары как мир. К тому же они не предусмотрели, что эта река и глубокое водохранилище когда-нибудь пересохнут.

— И они не знали, что спустя сотни лет придешь глазастая ты, — сказала Брунна, — а с тобой буду я и сорву ударным краем своего силового щита титановые пломбы этого ремонтного люка.

Ее необычное многословие привлекло внимание Элары. Она не очень-то рассчитывала, что Мойра найдет что-то полезное в этом месте. Но та энергично замахала руками, подзывая к себе.

Элара сказала в общий канал:

— Кажется, мы что-то нашли.

Кассий и Нико тут же подошли. Втроем они подсели к Мойре.

К ним, помедлив секунду, присоединился и Маркус.

— Что там, сержант? — спросил Кассий.

— Прямой маршрут, по которому нас направили изначально и по которому сейчас гнала Валериан, ведет через трехслойный периметр активной обороны, — Мойра развернула голографическую схему, полученную из архива узла связи Цитадели. — Видите дальше спрятанные на разных уровнях стен пулеметные турели? А внизу регулярно обновляющиеся минные поля с самонаводящимися зарядами. Они подпрыгивают высоко вверх от касания датчиков рядом.

— Да, это они, умные мины, — кивнула Брунна, показав на свой шрам на переносице. — Было дело. Если бы не успела поднять край щита, треснувшим визором и сотрясением мозга я бы не отделалась.

— Попытка пройти этим маршрутом вовсе не разведка боем, это чистейшее самоубийство, — оценил голограмму Кассий.

— Мне кажется, кто-то хочет расчистить проход нашей кровью и нашим мясом, а потом подтянуть свои основные силы с корабля на орбите, чтобы спокойно пройти по проложенному нами пути, — сказал Нико.

— Тебе не кажется, — усмехнулась Мойра. — Но минные поля роботы быстро восстановят, так что если и идти по нашему следу, то сразу.

— Какая есть альтернатива? — спросила Элара, вглядываясь в зеленые линии проекции и бегущие строки кода.

Похоже, что там в самом деле не пройти. Вся автоматика в рабочем состоянии, машины постоянно поддерживают все требования древних программ, обновляя заряды и боеприпасы.

Теперь стало гораздо понятнее, что случилось с той группой инквизиторов, которые обнаружили местоположение Эгиды Рассвета. Где-то здесь лежат останки разведчиков из Реликварного Приказа. Они намного лучше оснащены высокотехнологичным оружием и оборудованием. Передвигаются на аэробайках. Защита их брони выше классом на три уровня. Но и они не смогли добыть артефакт.

Пока что Элара не до конца понимала поведение Валериан. Чтобы достать Эгиду Рассвета, Матриарху понадобилась именно она, грешница Элара Дэйн. Так какой смысл бросать ее под перекрестный огонь? Или у них есть кто-то еще? Валькирия, способная слышать, видеть и чувствовать код Древних с помощью установленного в детстве нейроинтерфейса? И такую одаренную держат сейчас на корабле Инквизиции на орбите? Не сказать, что Элара знала много таких Сестер, оставшихся в строю с тех времен. Хватит пальцев одной руки. Но где они сейчас? Разбросаны по Галактике.

Комплекты для генетического вживления закончились лет двадцать назад. Технология производства такого хайтека давным-давно утеряна. Если бы не Отец Транквиллион, то и имевшиеся комплекты никто не смог бы использовать правильно. Папа Транки, видишь ли ты с небес, как они используют твоих Дочерей?

Вообще-то ее, капитана Дэйн, должны бы ценить и беречь, как зеницу ока, а не вот это всё. Но Ордену наплевать. Это же ересь в понимании Синода. Специальный Указ 13139-го года.

Интересно, жив ли вообще хоть кто-нибудь в Галактических Центрах Управления, знающий, что есть такая технология? Матриарх-то, конечно, знает. Но, похоже, что у нее своя тайная игра. Вряд ли она даже с Инквизицией поделилась той информацией, которую ей доверил покойный магистр.

Вот почему Валериан действует в своем обычном топорном стиле.

Самый простой ответ на вопрос обычно и самый правильный. Нужно было попасть на Мортис-7, чтобы понять это.

— Альтернатива есть, — Мойра покопалась в массиве данных, раскрыла другую голограмму и ткнула пальцем в темную, неразмеченную область карты к северо-западу. — Вот. Это архивный инженерный протокол. При постройке внешнего кольца, точные даты не указаны, из-за смещения пластов породы строители забросили один из подводящих подземных энергоканалов. Для искинов Цитадели с тех пор эта зона числится как «мертвая». Там отключена автоматика, нет сенсоров и, соответственно, нет действующих стационарных турелей. Про мины, правда, никакой информации нет.

— Это можно проверить на месте. Если нет турелей, то разминируем, не проблема, — сказал Кассий.

— Мертвая зона, это хорошо, — произнес Нико, разглядывая схему. — Но куда она выходит?

— Канал этот задумывался как резервный, проложен в обход главных ворот. Эта зона выведет нас к долине, где расположен ряд древних навигационных маяков и телескопов, — пояснила Мойра.

— Довольно далеко в стороне от нашего прежнего маршрута, — заметила Элара.

— Да. От этих маяков до комплекса центральных зданий Цитадели придется идти через скальный кряж, — показала Мойра, — но зато мы минуем основную линию обороны.

— Насколько это удлинит путь? — спросил Маркус.

— Какая разница? — хмыкнула Брунна.

Она и раньше-то не особо соблюдала субординацию, а в этой миссии тем более. Татуировка изгоя на затылке редко кого приводит к послушанию.

— Потратим лишних часов шесть или семь, — ответила Мойра. — Зато сохраним людей. Да и куда нам спешить?

Это был хороший вопрос.

Элара пока не собиралась никому говорить, что ей сказала наедине Матриарх на прощание.

Но время начинало поджимать.

В этот момент Кассий посмотрел на Элару. В его единственном живом глазу и в застывшем стальном импланте читался один и тот же вопрос. Хорошо, что он ничего не знает. Надо ответить, чтобы все поверили.

— Валериан поймет, что мы ушли с указанного вектора, как только наши маячки пропадут с ее радаров в толще подземелья, — ответила Элара на этот невысказанный вопрос. — Она будет в бешенстве.

— Кстати, про черно-красных. Я видела, как их навороченный челнок недавно взлетел, красивый такой, как в агитке, — раздался в общем канале голос Шо. — Кому-то надо принять на орбите ванну и сходить на массаж.

— Вот пусть и бесится там, на орбите, — сказал Нико. — У нее же наверняка кондиционированный салон и горячий кофе. А у нас здесь ядовитая пыль и кислотные псы. Кэп, я не вижу другого варианта, как идти через эту мертвую зону.

Кассий перевел взгляд на Маркуса:

— Лейтенант Гетц? Твое мнение?

Капитан Фёллер мог этого и не спрашивать, но спросил. То ли прикрывает себя от гнева Валериан, то ли издевается, не поймешь.

Элара с интересом ждала, что скажет Маркус.

Тот оглянулся на каменную пирамидку, под которой покоился павший боец. Перевел взгляд на своих солдат, которые молча сидели с краю ниши и чистили оружие, забитое нанопылью.

— По Уставу надо доложить об изменении маршрута, — медленно произнес он, голос звучал бесстрастно. — Но Устав также требует сохранения боеспособности подразделения для выполнения поставленной задачи. Идем в обход.

Кассий скупо улыбнулся уголком губ:

— Вот и хорошо, Марк. Ты начал совмещать Устав со здравым смыслом. Отряду — пятиминутная готовность. Подбираем раненых, собираем снаряжение, проверяем герметичность брони и выдвигаемся.

Элара в коротком разговоре по закрытому каналу успела за эти пять минут узнать от Сабрины, что Кассиус Фёллер до недавних пор был начальником штаба Первого батальона «Шторм» Первого полка Двести Тринадцатой армии. Но этот батальон понес большие потери в боях с превосходящими силами мятежников на Фотинии-2. Начальство сделало крайними Кассия и его комбата, но тот скончался от полученных ран. В итоге Кассия разжаловали из майора и поставили командиром одной из четырех рот этого батальона, который сформировали заново. На две трети это были необстрелянные новички, включая лейтенанта Гетца.

— А лейтенант Барри раньше был капитаном, командиром роты «Шторм-2», — добавила Сабрина.

— Вот оно что, — сказала Элара.

Понятно. А то было странно, что за четыре года Никон так и остался лейтенантом.

— Саби, ты тоже была на той планете? — спросила Лия, которая внимательно слушала их разговор.

— Неа, меня там не было, — ответила Шо. — Я всего три месяца, а это случилось год назад. Но я уже успела побывать в двух других переделках попроще и не таких провальных.

— А раньше ты где служила? — спросила Брунна.

— Тоже в «Шторме», в двадцать пятом, третьего полка Двести Тринадцатой. Меня откомандировали сюда для восполнения потерь, так скажем. Сказали, временно.

— Ага, — коротко рассмеялась Мойра. — Временно. Пока не сдохнешь тут с нами.

— Вообще-то я собираюсь вернуться в свою старую роту, — ответила Сабрина. — Живой и почти невредимой.

— Поглядим, как у тебя получится, — сказала Брунна.

Штурмовики быстро и без лишнего шума поднялись с камней. Потеря соратника и прорыв под грохотом турелей сплотили бы кого угодно. Даже недавно собранную заново роту. Ветераны «Шторма-3» больше не смотрели на четырех сестер-изгоев как на чужеродный элемент. Да и все солдаты относились к ним, как к своим. Мощную фигуру Брунны, с ее обожженным и побитым щитом, они провожали уважительными взглядами. К Эларе, Мойре и Лии тоже прониклись доверием. Лия так вообще пользовалась особой популярностью, в первую очередь у раненых.

Колонна начала выдвигаться к узкому подъему вдоль базальтовой стены. Этот маршрут пока более-менее совпадал с первоначальным.

Элара шла в середине строя, пропустив вперед авангард Нико. Бойцы его взвода сноровисто вбили стальные колышки и протянули тросы к верхней кромке каменистого берега бывшего водохранилища.

Когда Элара забралась наверх, ее слуха коснулся странный звук.

Это был не шум ветра и не гул работающих турелей. Это даже и не назовешь звуком, точнее, едва уловимый импульс, отозвавшийся тихим покалыванием за левым ухом. Похожий на слабый электрический разряд или на дальнее эхо цифрового сигнала, который она уже слышала три года назад.

Элара замерла, подняв руку к шлему.

— Дэйн, алё? — спросила сидевшая за бетонным блоком Сабрина. — Проблемы?

Она первой забралась вверх и осматривала окрестности в оптический прицел.

— Нет, — быстро ответила Элара, заставляя себя опустить руку от виска. — Просто показалось. Наверное, это фоновая наводка от тех разорванных силовых кабелей.

Она показала на толстенные обрывки, торчавшие между искореженных железобетонных плит.

— Лучше бы на этой гиблой планете никому ничего не мерещилось, — произнесла снайпер, поднимаясь и закидывая громоздкую винтовку на плечо. — Тут и без этого паршиво.

Она направилась вслед за Нико в сторону прохода между развалинами, который должен был вывести отряд к намеченному Мойрой спуску в подземелье.

Перепады настроения случаются у каждого. У Саби Шо тоже бывают, судя по всему. Или это она взгрустнула, вспомнив свою прежнюю роту? Может там был кто-то, ждавший ее возвращения?

Элару никто нигде не ждал. Насколько ей было известно. Она оглянулась назад. Опять набежали косматые черные тучи. Ущелье бывшего водохранилища погружалось в непроглядную тьму самой середины ночи. Силуэт каменной могилы погибшего солдата растворился в серой пылевой завесе, поднятой усилившимся ветром.

Где-то далеко на орбите бесшумно скользил корабль Инквизиции, на борту которого Валериан еще не знала, что ее якобы безвольный инструмент окончательно вышел из-под контроля.

Капитан Дэйн сама пока не осознавала этого. Но она чувствовала, как течение реки ее жизни начинает менять направление под воздействием разных сил и событий.

Элара пропустила вперед Мойру и Лию, и шагнула вслед за своими Сестрами в темноту. Бруна шла позади, повесив щит за спину.

— Дэйн, сестра, — капрал переключилась на личный канал. — С твоим оружием тоже что-то не так?

— А я уж думала, не спросишь, — ответила Элара. — Но ты заметила, что я давно не стреляю, да?

— Значит, это в самом деле проделки старого Корва. Но я пока не поняла, в чем фокус.

— Я тоже, Брунна. Надо бы проверить. Давай приотстанем.