Глава XVI

Они.

Самое страшное оружие — то, которое знает свое назначение.

Малгорун, пятый рыцарь королевского ордена.

С момента их прибытия прошло две недели. Терапия Торна закончилась ещё в тот день, когда Саргон наконец рассказал то, что так давно отравляло ему сердце. Никто его не осуждал. Напротив, все пытались помочь: Эона меньше паясничала, Кай внимательнее слушал, а Торн стал чуть реже бить по больному месту.

Тренировки стали по-настоящему тяжёлыми и изматывающими. Тогда охотник и понял, о чём говорил старик:

«Ты сражаешься инстинктами».

За долгие годы он привык подстраиваться под атаки преображённых животных, и это выработало в нём странную манеру боя: он подстраивался на ходу, искал брешь инстинктом и сражался так, будто ум только мешал.

Теперь Торн переучивал его. Долгое заучивание комбинаций и приёмов выматывало, но Саргон уже лучше понимал, что должен делать в бою против противника с настоящей боевой выучкой. А главное, Торн учил его самоконтролю. Пагуба на руке расползлась уже до шеи, и из этого сделали вывод: обращение в полудемона лишь усугубляет болезнь.

Кай сдружился с Торном. Тот не стал учить его приёмам, это он оставил Саргону, считая, что так тот и сам лучше закрепит знания, зато взялся обучать владению Клинком Души. Как оказалось, в таком оружии сохранялась часть силы Избранного, и человек мог управлять ею, но платил не усталостью и не болью. Клинок забирал силу прямо из жизни пользователя. Успехи Кая пока не были особенно впечатляющими из-за возраста, но он уже научился понижать температуру в том месте, куда касалось лезвие.

— Хорошо! Ты отлично справился, парень. Даже этого хватит, чтобы оставить рану куда страшнее, чем от обычного лезвия, — Торн похлопал его по плечу. — Так… теперь Юла. Ты где?

— Эй! Не зови меня так, старикашка! — Эона надула щёки, но всё же вышла на открытый участок.

Саргон усмехнулся. К нему подошёл Кай и сел рядом. Он выглядел спокойнее, как и сам охотник, только что получивший свою порцию учебной трёпки и теперь отдыхавший.

— Тебе нужно учиться распределять силы. Ты тратишь их неумело. В тебе их больше, чем ты думаешь. Особенно днём, когда свет насыщает тебя почти постоянно.

— Да, я понимаю. Но пока не получается, — Эона помрачнела. — Я стараюсь…

— Тут дело не в стараниях. Ты можешь тратить не свои силы, а сразу использовать свет… Сколько тебе лет? — Торн внимательно посмотрел на девочку.

— Семь…

— Нет. Скажи, сколько тебе лет на самом деле.

Эона нервно посмотрела по сторонам, потом украдкой взглянула на Саргона, немного смутившись.

— Почти двадцать пять…

— Так и думал, — вздохнул Торн.

— Чего? — Кай с изумлением уставился на девочку.

Торн зашагал из стороны в сторону, придерживая правой рукой больную. Он молчал и мрачно хмурился, пока наконец не заговорил:

— Рискну предположить, что тебя долго держал при себе какой-то знатный рыцарь и использовал как красивую редкость, не давая тебе тренироваться, сражаться и развиваться. — Старик посмотрел на богиню, дождался кивка и продолжил: — Это называется застоем. Среди твоего народа такое не редкость, так что не бойся.

— А что с этим делать? — Саргон привстал и хотел подойти, но его остановила поднятая рука Торна.

— Спешащая вода не дойдёт до моря, — хмыкнул старик. — Я сделаю один отвар. Честно говоря, в таком я плох, но он должен немного раскрыть твой потенциал. В теории…

— Это опасно? — Саргон хмуро посмотрел на старика.

— Не бойся, рыцарь…

Саргон вздрогнул, всё же он не любил, когда его так называли. Однако он нервно смотрел вслед, когда Торн увёл Эону с собой.

Саргон и Кай остались тренироваться дальше. Охотник показывал приёмы парню, а тот жадно впитывал всё, как губка. Парень явно нашёл новый ритм после потери Соны: он всё ещё тщательно ухаживал за Клинком Души, но теперь не таскал его всюду, прижимая к себе.

Уже смеркалось, когда оба наконец устали и пошли домой. У порога сидел старик и пил свой любимый чай.

— Где Эона? — спросил Кай, подходя ближе.

— В доме. Спит. Она легко перенесла зелье, но ей нужно время.

Кай сел рядом на ступеньки. Охотник остался стоять.

«Как странно — чувствовать спокойствие. Обычно после этого случается что-то ужасное…»

Охотник посмотрел на горы. Там, между двух вершин, солнце медленно опускалось вниз, и темнеть здесь начинало куда раньше, чем в других местах. Прямо как в Закрии. Хоть и с трудом, но Саргон теперь позволил себе вспомнить свою деревню.

Охотник вздохнул полной грудью, и воздух показался ему приятным. Вместе с Каем они отправились на источники, где купались местные. Сейчас там никого не было, поэтому искупаться получилось без очередей и пристальных взглядов местных девиц, которые хихикали, завидев Кая.

— Торн сказал, что я должен назвать клинок. — Кай погрузился в воду полностью и вынырнул.

— И уже решил как? — Саргон не заходил вглубь, оставаясь на краю небольшого пруда перед водопадом с горячей водой.

— Да. — Кай помолчал, словно проверяя, уверен ли в решении. — Я назову его Иней…

— Звучит хорошо. Ей бы понравилось. — Саргон осёкся и посмотрел на Кая.

— Да. Соне бы точно понравилось. — Парень довольно улыбнулся и нырнул в воду снова.

Когда оба возвращались, стало уже совсем темно. Торн возился в саду: по его словам, кроты атаковали его посевы именно ночью.

— Как странно, — старик почесал затылок, выходя из ровных рядов картошки. — Сегодня никакой живности нет…

Саргон не спал.

Он лежал на спине и смотрел вверх. Доски были старыми: с трещинами, в которые забивалась пыль, с тёмными пятнами от давних протечек. Обычный потолок обычного дома в обычной деревне.

«Как-то тихо, слишком тихо. Собаки ночами не давали спать, а сегодня молчат…»

Саргон повернул голову. Кай спал на соседней лежанке, откинув своё покрывало. Впервые за долгое время он не ворочался во сне. Эона свернулась калачиком у него в ногах, тихая как никогда.

Скрип досок заставил охотника прийти в себя. Он медленно поднял голову. Торн уже встал и стоял у окна.

— Слышишь?

Саргон напрягся. В его голосе было что-то тревожное.

— Нет.

— Ни ночных птиц, ни сверчков, ни собак, ни коров. Уже пару часов всё молчит…

Саргон поднялся, стараясь не разбудить остальных.

— Нет. Не осторожничай. Буди их. Что-то не так.

Охотник растолкал спящих и, пока они ворчали, подошёл к окну. Кай протёр глаза и встал. Ощутив напряжение, сразу насторожился. Даже проснувшаяся Эона не стала голосить, а просто уселась на кровати.

Саргон вышел за Торном.

Деревня выглядела странно.

Дома стояли как обычно. Колодец в центре тоже. Но люди… люди были на улице. Все. Стояли посреди ночи, в ночных рубахах, и смотрели в никуда, просто вперёд, с одинаково пустыми лицами.

Торн молча снял со стены свой Клинок Души, который называл Грозой, и вышел вперёд. За ним вышли охотник, Кай и богиня.

— Народ, что стряслось?

Старик крикнул громко, но реакция последовала не сразу. Сначала шипение. Потом у всех разом вспыхнули красные глаза, и они двинулись вперёд рваной походкой.

— Пагуба? — Саргон смутно понимал, что происходит.

— Судя по всему.

— Нужно остановить их, — Кай вытащил меч, и тот покрылся инеем.

— Стой. — Торн внимательно смотрел на людей. — Они ведут себя странно. Слишком медленные. Пагуба дала бы больше силы…

Первый из жителей подошёл довольно близко. Торн легко ушёл в сторону от вытянутой руки, подсёк ему ногу и коротко ударил ножнами в затылок. Житель рухнул без сознания.

— Парень, сбегай в чулан. Там есть верёвки. Принеси. И связывайте с Юлой каждого, кого мы с Саргоном будем останавливать.

Охотник кивнул, и они вдвоём принялись методично выбивать дурь из местных, пока Кай с Эоной связывали их.

Обездвижить их оказалось несложно. Саргон методично бил палкой, которую получил от старика, по рукам и ногам, сбивая людей с ног. Торн ловко орудовал ножнами.

Жители почти не сопротивлялись. Они не успевали даже толком вскинуть руки, а оказавшись связанными, беспомощно шипели и медленно крутились на земле.

— Фух. Почти все, — Кай вытер пот со лба.

Но его торжество быстро стёр странный гогот, донёсшийся от группы жителей, стоявших плотнее. С их стороны вылетела странная чёрная субстанция и ударила в нескольких лежащих возле ног Кая и Эоны.

Они разорвали путы и бросились на Торна и Кая. Саргон успел подхватить Эону и отскочил в сторону.

С рук тех, кто схватил старика и мальчишку, начала стекать чёрная пелена, расползаясь по их телам.

— Проклятье!

Саргон опустил Эону на землю и рванулся вперёд. Ногой отбросил кузнеца, вцепившегося в Торна, и за шиворот оттащил местную целительницу.

На одно мгновение глаза Кая и Торна вспыхнули красным, но тут же потухли, а пелена испарилась с их шей.

— Что?! Моя Пагуба не может заразить их? — послышался голос из кучки местных жителей. — Так вот в чём причина. Оружие… Как печально… Но Канор похвалит нас… Да, точно… Знания… Нет, нельзя называть его имя…

Саргон пытался разглядеть говоривших и секундой позже понял: говорил один. Сам с собой.

— Кто ты? Почему напал на нас? — прохрипел Торн, приходя в себя.

— Имя наше — Талина… — вперёд вышла невысокая фигура. На ней были странные балахоны, будто сшитые из разной одежды, но округлые формы выдавали в ней девушку.

— Ты из прихвостней Шамона? — крикнул Саргон.

— Мы не прихвостни! Мы семья! Мы совет! — Девушка шагнула вперёд, и лунный свет коснулся её лица. Оно было бледным, как у мертвеца. Части лица были сшиты, но при этом она всё равно оставалась красивой. — Нам велено привести его.

Талина указала пальцем на Саргона.

— Пальцы прочь от моего рыцаря! — Эона встала перед Саргоном. — Даже не смей думать, что я отдам его тебе!

— Ты разносишь Пагубу? — Саргон внимательно смотрел на обречённую.

— О нет. Я, мы не способны на такое. Такое под силу только демонам. Мой, наш дар слабее, — она замолчала. Голос изменился. — Нет, что ты говоришь! Наша способность сильна! Ею нас одарил Канор… Иди. Убей их, а охотника забери. Убейте их…

Жители двинулись вперёд. Теперь они были быстрее. В руках у них появились странные кинжалы, словно сотканные из той самой чёрной пелены, которой они пытались заразить Кая и старика.

Саргон резко развернулся, когда мимо него вперёд пронёсся мальчик с кинжалом. Охотник подставил ему ногу, и тот рухнул. Следом на него бросился крепкий мужчина, размахивая оружием направо и налево.

Саргон нанёс ему несколько ударов в челюсть, потом вбил кулак в грудь, но всё было бесполезно. Нападавший словно не чувствовал ни боли, ни усталости. Примерно то же происходило у Торна и Кая.

Саргон скрутил мужчину, всё ещё не понимая, как его обезвредить. Рука уже тянулась к демоническому клинку.

Эона подскочила к охотнику и коснулась того, кого он держал.

Очищение.

Короткая вспышка, и нападавший обмяк, заморгал, не понимая, что происходит.

— Что ты сделала? — Саргон удивлённо посмотрел на неё.

— Ты же слышал. Она сказала, что не может поработить тех, кто был связан с Богами. Поэтому я ослабила обычное Сияние, чтобы безболезненно воздействовать на людей, — Эона стояла с широкой улыбкой.

— Отлично, богиня! — крикнул Торн. — Ты явно заслуживаешь наивысшей похвалы!

— А то! — Эона прыгнула вперёд и взмыла в воздух. — Я ещё и не так могу!

Очищение.

Богиня засияла так ярко, что всем пришлось зажмуриться. Стало светлее, чем днём.

Все деревенские разом повалились на землю.

Талина зашипела. От неё поползли длинные щупальца из пелены, но при прикосновении к местным ничего не происходило.

— Как?! Ах ты маленькая дрянь!

Эона мягко опустилась на ноги и тяжело задышала. Вытерла пот со лба рукавом.

— Отдохни. Дальше мы сами.

Саргон бросился на обречённую. Та вытянула вперёд щупальца, и чёрное железо со скрежетом отбило его удар.

«Прочные. Надо брать демонический».

Саргон метнул руку за спину и выхватил из потайного кармана рукоять. Но зажечь клинок не успел, за спиной из-под земли выползло ещё одно щупальце, выбило рукоять и утянуло её в землю.

— Ух, какая игрушка, — Талина вытянула руку, и рукоять упала к ней в ладонь. Она зажгла клинок. — Выходит, ты убил своего демона? Поиграю с вами…

Она рванулась вперёд. Саргон успел принять выпад клинком из чёрной стали. Он ждал, что демоническое лезвие погаснет, как в бою с Озуком, но этого не случилось. Наоборот, на его оружии осталась длинная борозда, словно металл начал плавиться.

«Наивный. Озук ведь владел металлами…»

Торн с Каем подоспели вовремя и почти одновременно атаковали обречённую. Та едва успела уклониться, но при этом ударила Кая в живот. Саргон схватил мальчишку за шиворот и дёрнул назад за секунду до удара.

Старик нанёс два выпада, резко сменил угол атаки. Талина легко увела его меч в сторону, но тут с клинка Торна сорвалась молния и ударила её прямо по руке с мечом. Оружие вылетело из ладони. Меч погас, и старик ловко подкинул его ногой, но одно из щупалец успело схватить оружие и вернуть обречённой.

— Мерзкий старик! Как ты посмел ударить меня в наше прекрасное лицо!

— Ну знаешь ли, я видел и красивее, — пожал плечами Торн, делая пару шагов назад.

Талина зарычала и снова бросилась в атаку. Теперь она двигалась ещё быстрее, подключая к ударам щупальца. Торн отступал, но уверенно парировал всё.

«Не представляю, каким он был, когда его Избранный ещё был жив и рука была целой».

Саргон качнул головой, встал справа от старика и помог ему принять натиск, отбиваясь чёрным мечом.

Кай занял место слева. Отступать они перестали.

Торн сделал выпад вперёд и вместе с ударом выпустил разряд молнии, который ударил Талину прямо в сердце.

«Теперь вижу, она окружает себя этой пеленой и гасит удары…»

— Пелена, Торн! Она гасит удары!

Старик ушёл вниз, пропуская удар Талины над собой, затем резко рванул вперёд и, оказавшись за её спиной, выпустил ещё один разряд. Обречённая резко развернулась, и в этот момент одно из чёрных щупалец ударило Кая, отбросив того в сторону.

Саргон присел, уходя из-под удара фиолетового лезвия, рванулся вперёд, схватил одно из щупалец чёрной рукой, а другой метнул клинок в Талину и прорезал ей бок. Она дёрнулась, затем другим щупальцем разворачиваясь, сбила с ног и Торна с Саргоном. После завела щупальца за спину, собирая их в одно большое.

Иглы Света.

Две Иглы Света пронзили её грудь.

— Ах ты маленькая… — Талина наклонилась, пытаясь выпустить щупальце, но оно не слушались. Она с ужасом обернулась и увидела, что его сковало льдом. Лицо Кая покрылось инеем, а место, куда он вонзил клинок, оказалось заковано в лёд. Оттуда ровной линией мороз ушёл вперёд и сковал её щупальца.

Торн среагировал первым. Кувыркнулся вперёд и, оставаясь на одном колене, вытянул руку с мечом, пронзая грудь обречённой.

Она закричала и ударила наотмашь демоническим клинком по его правой руке, перерубая её. Старик приглушённо застонал и отполз в сторону. Кай вскрикнул так, будто удар пришёлся по нему.

— Будьте прокляты…

Обречённая обернулась тёмным дымом, напомнившим Саргону тот, что окутал виверну. Оружие, пронзившее Талину, упало на землю. Она бежала.

— Старик!

Саргон и Кай бросились к нему. Охотник оторвал край рубашки и затянул рану. Сделал это машинально, хоть рана уже обуглилась: лезвие демонического клинка было слишком горячим.

— Проклятье! — Кай выругался, приподнимая голову Торна. — Как ты? Может, паприку исцеления попробуешь съесть?

— Бывало и похуже… Ох… Нет, я в молодости её достаточно наглотался. Сейчас она меня просто убьёт… Отнесите меня в дом. — Говорить Торну было явно тяжело, но он постарался ответить на все вопросы Кая.

Торна вернули в дом и уложили на кровать. Кай старательно обработал паприкой все раны старика, и тот вскоре уснул.

Эона уснула на скамье. Сил она потратила изрядно, но благодаря ей никто из местных не пострадал, и Саргон старался её не будить.

Сам охотник оставил Кая дома и вышел к местным, часть которых ещё не пришла в себя. Осмотрев всех, он убедился, что они целы.

К рассвету местные стали просыпаться. Правду говорить им Саргон не хотел, поэтому коротко объяснил, что это было нападение бандитов, использовавших туманящий разум папричный газ, якобы изобретённый в Новой Тельмарии. Обман сработал, и местные поверили: жили они хоть и в глуши, но достаточно близко к городам, чтобы знать о подобных изобретениях.

Местная целительница осмотрела руку Торна. Провозилась она довольно долго, то и дело жалуясь, что раны обработали грубо и неумело, отчего Кай краснел. Сундариец молча терпел её ворчание. Но итог оказался неутешительным для всех: вернуть руку уже не выйдет.

Старик лежал у себя на кровати, когда в комнату вошёл Саргон.

— Как вы себя чувствуете?

— Словно с дракона свалился… Теперь тяжело будет подтираться, — Торн хрипло засмеялся. — Как говорят: мечник без рук — как оружие без лезвия.

Саргон улыбнулся. Даже в такой момент старик не терял своей ворчливой живости.

— Уверен, вы и ногой отлично фехтовать сможете…

— Да брось. Оставь всё это. Я своё пожил. К тому же вам нужно спешить. Уверен, Айзек, как только узнает о новой обречённой Шамона, сразу бросит вас в погоню.

Саргон кивнул. Он писал ему об этом, и ответ на чёрном листе пришёл незамедлительно.

— Уже. Как только сообщил. Почему он так одержим ими?

— Хех. Это длинная история. Но если коротко, его отца убили обречённые. Точнее, один из тех, кого создал Шамон. Король закрыл на это глаза, решив, что сумеет вернуть Шамона и тот усилит его влияние на Церковь, ведь его эксперименты делали Церковь уязвимой… Но он просчитался.

— Так вот почему он такой… — пробурчал Саргон.

— Такой? Он может тебе не нравиться, и методы у него, может, грязные. Но поверь, если сравнивать его с прогнившей элитой Тельмарии, он не так уж плох.

Саргон вздохнул. Вот и ещё один человек считал, что Айзек действует во благо. Спорить со стариком ему не хотелось.

— Как бы там ни было, береги своих подопечных. Кай талантлив. Эона могущественна и даже не представляет, насколько. — Старик внимательно посмотрел на охотника. — А ты научись себя контролировать… Забери мой меч. Мне он уже ни к чему, а тебе пригодится, пока не вернёшь свой. А когда вернёшь, передай мой клинок Каю… Кхе-кхе…

Торн привстал, и Саргон помог ему сесть, протянул чашу с водой. Тот отпил, и тут же скривился.

— Ну и гадость. Мне бы чая.

— Сейчас сделаю…

Саргон повесил чайник на крюк над костром. Он сотни раз видел, как старик заваривает чай, и теперь без труда повторил все его движения. Закончив, подошёл к кровати, но Торн уже уснул. Оставив кружку рядом, Саргон вышел.

Кай с Эоной уже ждали его, готовые отправляться в путь. Они тоже хотели зайти к старику.

— Он уже спит, не будем будить. Надеюсь, мы ещё вернёмся к нему.

— Как же он теперь будет? — глаза Эоны наполнились слезами.

— Я оставил знахарке хорошую сумму. Она позаботится о нём, пока не приедет человек, который будет ухаживать за Торном…

— Человек? — Кай искоса посмотрел на охотника.

— Да. Я попросил Айзека позаботиться о нём. Айзек как раз из тех, кто не любит оставаться в долгу. — Саргон почесал подбородок. — Я сказал, что Торн спас наши жизни, а значит, спас и долгосрочные активы эмиссара. К тому же я сказал, что он раскрыл секрет моих сил, но обещал научить меня позже.

— Хах. Хитрить научился, — Кай улыбнулся и встал, разминая плечи.

— Как бы там ни было, нам пора. Догоним обречённую, заставим её ответить за старика… К тому же. Она знала меня.

_____________________________________________

Бонус