Пять первокурсников из группы “А” стояли на арене в спортивных костюмах и оглядывались по сторонам. Именно их отобрали для участия в межвузовских состязаниях и сейчас на первой тренировке-испытании будет решено, останутся ли они в составе команды или кого-то заменят.

На плече Ангорского завозился Аристарх и сразу в голове возник ворчливый голос кролика:

— Ванька, не вздумай светить бездну, иначе нас с тобой сдадут в лабораторию на опыты. Прикидывайся шлангом.

— Сам знаю, не отвлекай, — мысленно ответил Иван.

Третий полигон академии поражал масштабами. Это был крытый стадион, где благодаря артефактам пространства и земли можно было воссоздать любой рельеф — от скалистых ущелий до руин городов. Сегодня он встретил парней ровным, серым песком.

Куратор боевого факультета — Константин Михайлович Рязанов, подтянутый мужчина с жестким взглядом, стоял у кромки поля. Рядом с ним застыл его бессменный помощник Соколов, держа в руках планшет.

— В шеренгу стройся! — зычно скомандовал Рязанов.

Иван встал с краю. Рядом плечом к плечу притерлись близнецы Огневы, следом занял место Дмитрий Демидов — широкоплечий парень, маг земли. Замкнул шеренгу Евгений Орлов, как всегда двигавшийся с ленивой грацией.

— Итак, господа первокурсники, — Рязанов медленно пошел вдоль строя. — Вы — костяк нашей сборной. Пятеро из шести.

Куратор сделал жест рукой в сторону трибун, откуда к ним сбегала невысокая девушка в полевой форме медицинского факультета. Тёмные волосы были собраны в аккуратный хвост, а на плече покачивалась сумка с набором артефактов и снадобий.

— А вот и шестой член команды. Знакомьтесь, Мария Цветкова, факультет целительства, — представил её Рязанов, когда девушка встала на левый фланг строя. — Лучшая на своем потоке по скорости стабилизации каналов при ментальном выгорании и лечении физических травм. Прошу любить и жаловать.

Мария коротко, сдержанно кивнула парням. Огневы синхронно ухмыльнулись, Демидов остался безразличен, а Орлов приветственно склонил голову.

— Времени на светские беседы у нас нет, — отрезал куратор, пресекая любые попытки завязать разговор. — Командиром группы назначен княжич Орлов. Евгений, твоя задача обеспечить координацию. Мы не сдвинемся с места, пока вы не научитесь слышать друг друга без криков на весь полигон. Работай.

Орлов сделал шаг вперед, разворачиваясь лицом к команде. Воздух между ним и строем едва заметно задрожал.

— Прошу всех не сопротивляться, — негромко, но уверенно произнес Евгений. — Сейчас будет немного непривычно.

Иван почувствовал, как в голове возникло неприятное ощущение чужого присутствия.

“Связь установлена. Слышите меня?” — уверенный голос Орлова прозвучал одновременно в сознании каждого из пяти бойцов, минуя барабанные перепонки.

“Ого, ничего себе приход!” — тут же ворвался в общую сеть чей-то ментальный возглас, судя по бурной энергетике — одного из Огневых.

“Тише ты, не ори в канале, уши закладывает”, — сказал Демидов, поморщившись в реальности.

“Сеть стабильна, командир. Помех со своей стороны не фиксирую”, — спокойно и профессионально отозвалась Мария, для которой такая работа явно была не в новинку.

Иван лишь молча мысленно подтвердил свое присутствие, послав Орлову короткий импульс согласия. Евгений в ответ едва заметно кивнул ему. Ментальная паутина соткалась идеально — теперь они были связаны невидимыми нитями.

Куратор Рязанов обвел взглядом студентов и удовлетворенно кивнул:

— Отлично. Первичный контакт есть, — скомандовал он. — А теперь проверим, как ваши элитные кулаки умеют бить врагов. Задача — продержаться пять минут и уничтожить как можно больше манекенов. Соколов, запускай вторую зону.

Преподаватели переместились на трибуну.

Помощник куратора быстро застучал пальцами по экрану планшета. Ровный песок перед ними забурлил. Из земли с тяжелым скрежетом вылезали гранитные валуны, огрызки кирпичных стен и полуразрушенные колонны. Буквально за пару минут вырос хаотичный лабиринт, имитирующий городские руины.

“Огневы, Демидов — вперед по центральной линии,” — раздался в головах четкий, лишенный эмоций приказ Орлова. — “Зачищайте сектор. Демидов, держишь фронт и прикрываешь парней. Близнецы — выжигайте всё что движется. Пошли”.

Братья сорвались с места, на ходу разминая пальцы, между которыми уже заплясали яростные оранжевые искры. Дмитрий Демидов двинулся следом. Его шаг был тяжелым, а вокруг предплечий начал нарастать плотный слой серой гранитной крошки, формируя боевые наручи.

Но Соколов не собирался играть по правилам первокурсников. Едва атакующая тройка пересекла невидимую черту сектора, как из-за дальних каменных завалов с глухим металлическим лязгом выскочили деревянные големы, обитые стальными полосами. Они двигались с бешеной скоростью, и одновременно с этим на арене появился огромный колесный таран, защищенный огнеупорным щитом. Тактика Орлова летела к чертям.

“Три цели на двенадцать часов! Дима, щит!” — закричали в сети близнецы, перебивая друг друга.

Демидов среагировал мгновенно. Он с размаху опустил ладони на землю. Из песка выросла трехметровая стена, напрочь перекрывая сектор обстрела, но в ту же секунду в нее врезался таран. Следом за ним подлетели големы. Камень затрещал.

— Обойдем с флангов! Жарь их! — крикнул вслух один из Огневых, от азарта теряя контроль над ментальной речью.

Близнецы выскочили из-за каменного укрытия, и полигон заполнил оглушительный рев. Ударили два мощных потока пламени. Дерево мгновенно вспыхнуло. Стена, сооруженная Демидовым начала стремительно трескаться и осыпаться. Полигон заволокло удушливой завесой дыма и гари.

“Хорошо пошла, родимая! Давай ещё!” — радостно отозвался второй брат.

Огневы слишком увлеклись атакой, а Демидов тратил колоссальные силы, пытаясь удержать разрушающееся укрепление, хотя огонь близнецов бушевал уже совсем рядом с ним.

— Ваня, сейчас они поджарят собственного мага земли. — прокомментировал разочарованный кролик.

Иван едва заметно усмехнулся, но промолчал, зная, что Орлов и сам прекрасно понимает назревающий на передовой кризис.

–“Огневы, прекратить бессистемный огонь. Демидов, шаг назад, не держи стену, дай ей опасть” — скомандовал в ментальной сети Орлов. Его лоб покрылся мелкой испариной от сильного напряжения. Он резко повернулся к Ивану: — Я почти ничего не вижу из-за чертового дыма!

Иван активировал пространственное зрение. Мир расслоился и потерял почти все краски. Зато препятствия стали полупрозрачными и слепых зон больше не было.

В сознании Ивана развернулась трехмерная модель полигона. Он видел каждую трещину в гранитных валунах, каждый скрытый механизм.

“Принимай картинку, Женя” — мысленно произнес Ангорский и через ментальный мост передал этот объемный слепок местности напрямую в голову командира.

Орлов шумно выдохнул, его глаза расширились и он тут же перенаправил тактические координаты штурмовой группе, — “Дима, Огневы, отходите на десять метров назад и резко влево. Там заваленная арка, за ней тупик для тарана. Мы идем в ту же точку. Демидов, как только все будем внутри, обрушь свод”.

“Понял” — глухо отозвался Демидов.

Штурмовая тройка, получив четкий ориентир, быстро двинулась в указанном направлении, но первыми туда добрались Орлов и Цветкова с Ангорским. Едва массивный Демидов пересек черту, как с размаху ударил кулаком в доспехе по опорной колонне.

Свод арки с грохотом обрушился, намертво похоронив под тоннами камня и песка колесный таран вместе с половиной наступающих големов. Путь для контратаки был расчищен.

Куратор Рязанов, наблюдавший за этим с трибуны, едва заметно приподнял бровь и занес что-то в свой блокнот. Пространственная разведка Ивана в связке с навигацией Орлова сработала безупречно.

Соколов едва заметно усмехнулся и сделал скользящее движение по экрану планшета пальцем. Лабиринт впереди штурмовой тройки внезапно ожил: уцелевшие каменные стены начали стремительно разъезжаться, лишая парней только что обретенного укрытия.

Из потайных ниш в полу поднялись три башенные турели.

“Внимание. Новые цели на три и девять часов. В укрытие!” — рявкнул в сети Орлов, но было уже поздно.

Первая турель выдала короткий, оглушительный залп. Тяжелый сгусток спрессованного воздуха на огромной скорости понесся прямо в Огневых. Демидов физически не успевал вскинуть новый каменный щит.

— Ваня, правый фланг! Снаряд разорвет энергоканалы поджигателя! — ментальный голос кролика потерял всякую язвительность, сменившись резким приказом.

Иван среагировал на долю секунды раньше, чем турель завершила цикл. Он резко выбросил руку вперед и прямо перед Огневым пространство коротко пошло маслянистыми волнами, а воздушный снаряд бесследно канул в открывшуюся бездну. Но вторая турель успела выстрелить по Демидову. Кинетический заряд пришелся магу земли по касательной в плечо. Парень глухо рыкнул от боли, оседая на землю, его гранитный доспех рассыпался серой пылью.

“Маша, Демидов ранен!” — скомандовал Орлов, его голос в головах курсантов звенел от напряжения. — “Ангорский, обеспечь коридор!”

Мария Цветкова не проронила ни слова. Она кинулась в сторону, на ходу стягивая с плеча сумку. Иван двигался в метре от неё, постоянно поддерживая пространственный щит. Дмитрий был недалеко, но плотный огонь турелей делал этот путь в два раза длиннее.

Наконец Мария рыбкой нырнула за каменный обломок, у которого тяжело дышал Демидов. Её ладони, окутанные мягким, изумрудно-зеленым свечением, мгновенно легли на травмированное плечо парня.

“Дима, сейчас будет холодно, а потом полегчает” — успокаивающая мысль Марии заполнила сеть, мгновенно гася панику.

Иван встал рядом, удерживая над ними полусферический пространственный барьер, о который разбивались остаточные щелчки турелей. Он краем глаза наблюдал, как Цветкова быстро латает рану и ауру мага земли. Спустя всего десять секунд дыхание Демидова выровнялось, а изумрудный свет впитался в его кожу, полностью снимая болевой шок. Мария достала из сумки флакончик с восстанавливающим зельем и протянула раненому. Парень одним глотком выпил содержимое, а флакон сунул в карман.

“Стабилизирован. Готов к бою” — коротко и емко отчиталась в канале Мария, уверенно глядя на Ивана.

— Отставить бой! Полигон, стоп! — зычный голос Рязанова эхом разнесся под сводами амфитеатра.

Турели послушно ушли в пазы под полом, а дымящиеся завалы начали погружаться в песок. Орлов с облегчением убрал ментальную сеть.

Включилась мощная вытяжка и дым шустро потянулся в отверстия под потолком. На арене воцарилась тишина. Шестерка курсантов, тяжело дыша и вытирая со лбов пот и размазывая по лицам копоть, направилась к выходу из боевой зоны. Мария шла рядом с Дмитрием, внимательно сканируя его ауру на ходу, а близнецы негромко обсуждали свои тактические промахи.

— Наконец-то прекратили этот грохот. — Кролик почесал ухо задней лапой и чихнул.

Рязанов встретил их, скрестив руки на груди. Помощник Соколов за его спиной что-то быстро анализировал в планшете, выводя графики ментальной нагрузки группы.

— Что ж, господа, — куратор обвел строй тяжелым взглядом. — Для первой совместной тренировки неплохо. Огневы — слишком много бесполезного пламени, вы едва не спалили собственного мага земли. Демидов — реакцию на фланговые угрозы нужно подтянуть и поработать с ловкостью.

Взгляд Рязанова переместился на Орлова и Ивана.

— Княжич, координация на твердую четверку. Сеть удержал. Ангорский — хорошо. Пространственное сканирование местности и щит на высоте. К Марии вопросов нет — отработала как штатный армейский медик.

Куратор сделал короткую паузу, давая бойцам осознать его слова, а затем его лицо разгладилось и суровые складки пропали.

— А теперь к главному. Сегодня я увидел не просто сильных первокурсников, а команду. Синергия есть, потенциал тоже. Поэтому прямо сейчас я утверждаю данный состав группы.

Рязанов поднял руку, пресекая любые разговоры в строю.

— Завтра этот список за моей личной подписью уйдет в комитет межвузовских игр. Если среди вас есть те, кто сомневается в своих силах или просто хочет отказаться, сделайте шаг вперед.

Курсанты переглянулись. Огневы синхронно и упрямо вздернули подбородки. Демидов хмуро качнул головой. Мария лишь поправила сумку на плече, демонстрируя абсолютное спокойствие. Никто не двинулся вперед.

— Отлично, — усмехнулся Рязанов, и в его глазах мелькнуло подобие гордости за подопечных. — Другого я от вас и не ждал. Ровно через месяц начнутся состязания. Империя будет смотреть на вас. На этой неделе сдаете оставшиеся экзамены. Со следующего понедельника все должны жить в общежитии при академии, выход в город запрещен. Тренировки будут каждый день. Свободны.

— Почему это жить в общежитии? Это жестокое обращение с животными-фамильярами. Свободу кроликам! — верещал Аристарх.

Но его никто кроме хозяина не слышал, а Иван сделал вид, что временно оглох.

Массивные створки ворот третьего полигона с тихим гулом закрылись, отсекая шестерку курсантов от арены. Теплый ветерок приятно обдувал разгоряченные тела. Напряжение боя окончательно ушло, сменившись возбужденным предвкушением.

Мария улыбалась и болтала с Орловым. Каждый из них понимал, что значит принятие в группу для их родов.

— На всю Империю, парни! — один из близнецов Огневых закинул руки за голову, едва не задев идущего рядом Демидова. — Прямая трансляция по магическим кристаллам от столицы до окраин. Наш старик сказал: если мы возьмем золото, купит нам новейшие мобили.

— Огневы докажут, что наш боевой факультет — лучший в стране, — подхватил второй брат, азартно блеснув глазами. А потом взглянул на Демидова. — Дима, без обид, твоя стена была хороша, мы просто увлеклись. В следующий раз будем аккуратнее с флангами, обещаю.

Демидов лишь глухо хмыкнул, но по его посветлевшему лицу было видно, что извинения приняты. А Огнев внезапно преградил путь Ангорскому и протянул ему руку.

— Я заметил, что ты спас меня своей непонятной защитой. Меня Василий зовут, а брата Валерий. Мир? — он тревожно смотрел в глаза Ивана в ожидании ответа.

— Мир. — Иван пожал протянутую руку. — Мы одна команда, да и нет у нас причин для вражды.

Василий Огнев улыбнулся и отошел к брату.

В парке академии, под старыми липами, группа распрощалась до понедельника.

* * *

В это время на опустевшем полигоне Соколов опустил планшет и устало потер переносицу.

— Ну что, Константин Михайлович, группу подобрали. Какие мысли по графику тренировок?

Рязанов подошел к нему вплотную и начал сверлить помощника взглядом.

— А скажи, друг мой Соколов, как так получилось, что один из Огневых чуть не лишился своего дара?

— Простите, виноват. Думал, что они среагируют быстрее, и увернутся.

— Если бы не Ангорский, сидеть бы тебе сейчас в обезьяннике, а потом и в тюрьме. Родители тебя не простили бы. — Он наконец опустил взгляд и немного расслабил плечи. — Чтобы такого больше не повторялось, уменьши мощность турелей. Мы тренируем первокурсников, а не проводим экзамен на лицензию охотников.

— Есть, Константин Михайлович. А вы заметили, что Ангорский спас Огнева не щитом, а совершенно непонятной штукой. Заряд просто исчез.

— Какие-нибудь родовые техники, он же пространственник. Удачно, что я взял его в команду. Потенциал у ребятишек хороший. Мы должны сделать так, чтобы к соревнованиям они с полуслова понимали друг друга, знали все свои сильные и слабые стороны. Сейчас самыми слабыми кажутся Огневы, но это не так. Они просто очень вспыльчивы и азартны, как и все маги огня. Когда знаешь с чем работать — это уже полдела. А вот какие недостатки проявятся неожиданно у других? Это мы должны выяснить как можно скорее. И скорректировать.

* * *