Алана

Было странно в будний день утром быть не на работе.

Мобиль Ксандра под управлением ИИ парил на аэроподушке над магистралью неощутимо. Я сидела в салоне, с детьми на одной стороне, Ксандр на сиденье напротив. В атлантианских мобилях часто делали дизайн салона “карета” – для деловых переговоров. Предполагалось, что атлантианцы не станут сидеть по двое на одном сиденье–диванчике.

Здесь таких мобилей почти не было, чаще встречался “шиарийский стандарт”, два места спереди и два сзади. Ориентированные для посадки лицом по ходу движения. И я горько сожалела, что этот мобиль не такой! Потому что сидящий напротив Ксандр очень уж говоряще буравил взглядом моё лицо.

Близнецы периодически сновали по салону, не могли усидеть. Возбуждённые, шебутные, совсем (к счастью!) непохожие сейчас на атлантианцев. Они то плюхались справа и слева от меня, то пересаживались на сторону Ксандра и атаковали его каверзными вопросами. Атлантианцы воспринимали любопытство детей благосклонно. Мне казалось, дети на мягких лапах прощупывают почву, чтобы спросить у Ксандра что–то такое глобальное… в общем, предчувствие апокалипсиса щекотало под рёбрами. Но так и не оформилось ни во что конкретное.

А Ксандр…

Он понял. Явно понял... Дети его, и он их заберёт.

Близнецы в очередной раз плюхнулись ко мне. Я сжала их маленькие тёплые ручки в своих ладонях, и они сжали мои в ответ.

– Ты тревожишься. Но беспокоиться не о чем, мама, – заглянул мне в глаза Элаф. – у этого мобиля великолепные рейтинги безопасности. Это неместная модель.

– … виан Ксандр не станет никого из присутствующих похищать, – не вовремя проявил пугающую проницательность Коронел, – статистически атлантианы куда реже остальных гуманоидов нарушают закон. А если и нарушают, как правило, для этого есть обоснование. К тому же вы, как выяснилось, давно знакомы… А ты нам не рассказывала. Подумать только, у тебя был настоящий живой атлантианец, а ты молчала…

– А мы проводили бесценные часы с четырёхлетками в ДДУ. Вместо того чтоб состязаться в интеллектуальных играх с достойным соперником. Столько времени впустую… – совсем по–взрослому поддакнул брату Элаф.

Оу. Это было крайне неловко! Дети запросто озвучивают всё, что им в головы приходит! Ксандр же рядом сидит! Он же всё слышит…

Близнецы снова пересели на сторону Ксандра и теперь смотрели на меня незамутнёнными орехово–зелёными глазами с самым атлантианским выражением. Ни дети, ни Ксандр явно не понимали, что такое “неловко” и дёргалась здесь только я. Остальные присутствующие – излагали по фактам.

– Ситуация нестандартная, Алана, – заговорил Ксандр, – но, думаю, этап в наших отношениях, когда я должен быть представлен юным вианам, давно назрел. Итак, что я могу сделать, чтобы ты… беспокоилась меньше?

– Мама любит кофе с двойными сливками… – начал озвучивать рецепт моего успокоения Элаф.

–… с мятным сиропом и тройной карамельной крошкой. Сорт "Анхель сливочный". Шапка сливок из земного коровьего молока. Желательно такая, чтоб стакана из–под неё было не видно… – договорил Ксандр, красиво кривая в мужественной улыбке краешек рта.

Я нервно хихикнула. Сыновья просияли.

– Приятно иметь дело с серьёзно настроенным мужчиной, – уважительно кивнул Коронел Ксандру, – радует, что вы знаете о маме базовые вещи, но…

– Но теория без практики, как известно, мертва, виан, – прищурился Элаф, хитро улыбаясь.

– Тридцать шесть. – сказал Ксандр.

– А? – близнецы недоумённо заёрзали.

– Уже тридцать одна секунда. Терпение, вианы.

Через тридцать одну секунду мобиль съехал с дороги в стояночный рукав у элитного подвесного ресторана. Стекло опустилось, и вышколенный официант подал нам в салон фарфоровый стакан кофе с шапкой сливок. Я ошарашенно приняла. За ним последовали два загадочных бумажных мешочка с лейблом ресторана. Мешочки перекочевали близнецами. Дети тут же зашуршали упаковкой.

Я отпила свой извращенский по атлантианским понятиям кофе. Мобиль двинулся в дальнейший путь.

Мне и правда слегка полегчало.

– Заверяю тебя, Алана, – заговорил Ксандр, когда моё сердце перестало отчаянно колотиться о рёбра изнутри грудной клетки, – я приложу все усилия, чтобы не сделать ничего… что тебя огорчит. Понимаю. Ты не ожидала этой поездки. Но она пройдёт приемл… хорошо пройдёт. Отдыхай.

Ха! Не сделает он того, что меня огорчит, как же…

Но…

Может, этот день мне снится? Да и прошлый…

– Благодарим за угощения, виан Ксандр. Но мы отвлеклись. Внимание, вопрос, – продолжил ненадолго утихшее “анкетирование” Элаф, откладывая пакет с дарами, – если бы вы были маминым мужем, и мама захотела организовать частный кабинет семейной терапии на территории жилого дома, где все мы проживали бы совместно. Выделила бы сектор под коммерческое помещение и стала принимать там… скажем шиарийско–человеческие пары… как бы вы отнеслись?

Ксандр застыл лицом. А я как–то резко вспомнила, что он говорил о моей подруге шиарийке Эви. Что после неё надо дом зачищать со спецбригадой и комиссией эпидемиологов потом вызывать. Всё такое. Ещё были саркастичные шутки про ветеринаров, которым надлежит предварительно обследовать шиарийских гостей. И если бы я была атлантианкой и если бы речь не шла о моей ближайшей подруге, может я сочла бы все эти комментарии остроумными! Но нет!

– Если… ваша мама захочет такую практику, об этом можно подискуссировать. Оборудовать кабинет со всем мерами предосторожности…

Я против воли слегка улыбнулась. “Меры предосторожности”, ага. Помню-помню. “Нам придётся утопить в антисептике ковёр ручной работы после визита той шиарийки, Алана! Она разобьёт своим неуправляемым хвостом антикварный сервиз моей прапрабабушки вианы Налии! Давай пригласим в гости кого-то более приемлемого”

– Можно грамотно подобрать материалы для отделки помещения. Корректно развести вентиляцию и… – тем временем как будто всерьёз отвечал Ксандр, – в общем, я поддержу выбор вашей мамы. Даже… такой.

– Как вы вообще относитесь к шиарийцам? – сделал вопрос Элафа ещё более лобовым Коронел.

– По-разному, виан Коронел, – улыбнулся Ксандр.

– Тут их в изобилии, как видите, – Коронел снова зашуршал пакетом из ресторана, как оказалось, полным кофейных леденцов.

– У меня много друзей шиарийцев, – вдруг сообщил Ксандр,

– Как так? – прекратил разгрызать карамельку на палочке в виде кофейного зерна Элаф.

– Жизнь заставила, виан… а потом я втянулся.

– Неужели?!

– Шиарийцы специфические. – хмыкнул Ксандр, – Но если не тратить время на бессмысленное сопротивление культурным различиям… можно распробовать такие знакомства, вианы. А вы дружите с шарийскими детьми?

Элаф и Коронел поморщились очень по-атлантиански.

Ксандр ухмыльнулся уголком рта.

О… мама… мамочка, он понял, да? Или нет?! Да нет, точно понял. По этой выразительной тишине всё ясно, даже если не смотреть на чисто атлантианские выражения лиц близнецов.

Два маленьких снобика! Как они стали такими? Ведь я поведением всегда показывала совсем другой пример! Но видно атлантианская кровь всё же сильнее человеческого воспитания… или нет?

Но то, что Элафу и Коронелу тут не с кем дружить – факт. Человеческие и шиарийские дети интеллектуально развиваются в более менее в похожие сроки. Атлантианские же малыши, как и детёныши котоидов – куда быстрее.

Среди местных сверстников Элаф и Коронел только страдают с характерными для всего их рода закатыванием глаз по любому поводу.

Решено! Я сознаюсь Ксандру. Сейчас дети в парке развлечений уйдут в какой-нибудь замок-головоломку, и мы останемся наедине. И я скажу ему. Ведь Ксандр уже понял, а если не понял – то очень скоро поймёт. И тогда…

Ох…

Я прикрыла глаза.

Даже в воображении этот разговор рисовался таким пугающим, будто надо в бездну ступить. Страшно… и реакцию страшно увидеть. А вдруг всё же не догадался? Тогда правда о детях упадёт как бомба. И что будет потом? …он всё же захочет детей забрать? Или нет? А если нет — то что? Какое нас ждёт будущее?

Родительские часы? Посещения? … или снова отношения по контракту? Вон, условия, считай озвучивает. Или я не так его понимаю?

Тревожный голос в голове вопил, что ничего говорить нельзя. Но разумная часть меня осознавала: придётся всё прояснить. И чем раньше — тем лучше. Неизвестность изматывала, и пора было с этим покончить.

***

Когда близнецов поглотила первая же стратегическая игра в непопулярном среди шиарийских детей НИИ-городке – отдельном домике среди павильончиков парка, я решилась.

Мы с Ксандром наблюдали из-за смотрового стекла увлечённых состязанием в шлемах виртуальной реальности близнецов. Других посетителей, как и ожидалось, в этой локации не было.

Я присела на мягкий, невесомо пахнущий антисептиком песочно-золотистый “родительский” диванчик. Ксандр опустился рядом со мной. Медленно и как бы невзначай приобщал меня за плечи. Я вывернулась из-под его руки и повернулась к атлантианцу всем корпусом. Заглянула в бездонные чёрные, пробирающие до мурашек глаза этого совершенного мужчины. Тут же стало горячо, тело отозвалось тягучей судорогой возбуждения внизу живота, но я одолела свои рефлексы и решительно заговорила.

Сейчас или никогда!

– Ксандр, мы друг другу никто. Но ты цивилизованный атлантианец. Надеюсь, ты не планировал мстить за то, как именно я ушла! Я была в своём праве. Брак расторгнут, я давно тебе не жена, но эти близнецы…

– Я бы так не сказал, – задумчиво перебил Ксандр, переводя взгляд с моего лица на смотровое стекло.

Я замерла. Нахмурилась. К чему именно из моих слов относится его возражение?! Что я не была в своём праве? Что он всё же планирует мстить? Напряжение сковало спину. Но я заставила голос звучать спокойно:

– …о чём ты?

– Ты моя жена, Алана. Брак не расторгнут.

В голове стало пусто. До звона.

…я? …АААА! ЧТООО?!! ОН ШУТИТ?!

Но судя по выражению лица, Ксандр не шутил.

– …я не стал надевать обручальное кольцо. Не был уверен, как ты к этому относятся. Но оно при мне. Если ты своё потеряла при переезде, я захватил проекционное лекало, чтобы сделать его дубликат в ближайшем ювелирном принтере.

Кажется, меня оглушило. Кровь отлила от головы, стало душно и как-то странно – словно тело набили ватой. Под коленями пробежал холодок.

Я рвано вдохнула полной грудью. А выдохнуть – уже не получалось!

***

Дыхание вернулось – стоило Ксандру обнять меня за плечи.

Я шумно выдохнула.

Космос, что за дела?!!

Надо было говорить о детях, но Ксандр меня ошарашил.

– Ксандр… ты разве не нашёл моё… заявление?

– Если коротко, то документ оказался составлен некорректно. Отдел ЗАГС аннулировал запрос. Мы женаты.

В ушах снова зазвенело.

– Всё там было корректно, Ксандр!

– Нет.

– А что не так?

– Ты написала своё имя с ошибкой.

– ЧТО?! Этого быть не может.

– Подсознательно не хотела разводиться, вероятно.

– Что за бред! Собственное имя? Это невозможно…

– Да, лишнюю букву написала.

– Абсурд.

– Ладно. Я её дописал. Ошибок не было. Но мне было нужно, чтоб они были, и я дописал. Сфальсифицировал документ. И заверил подлинность. И секретариат ведомства — тоже заверил. Вот такой целый высший государственный орган мелких хулиганов.

Если бы я была ИИ или хотя бы атлантианцем – вот точно бы сейчас ушла в затяжную перезагрузку. Они же так не делают! Как правильно заметили дети – их вид не склонен к криминалу, а если они и нарушают закон, то по веской причине. И сейчас Ксандр вот так, сидя на диване, спокойно сообщает мне о фактически… подделке документа! И в чёрных глазах ни капли раскаяния.

– К…Ксандр… Ты серьёзно? Ты подделал документы?!

– Я лишь поставил помарку…По чудовищному совпадению, Алана, именно в тот день было принято уточнение к требованиям по входящей документации в органы ЗАГС. Помарки и спорные написания имён собственных и специальных терминов недопустимы. Они ставят под сомнение подлинность и электронной копии. За разъяснениями сотрудники ЗАГСа обратились ко мне, я сказал, что аннулировать можно брачный контракт – дополнительный коммерческий документ, который диктовал условия и компенсации. Пояснил, что с этим и было связано электронное письмо, что он от тебя получили. А собственно семейный союз мы с тобой сохраняем. Вообще, брачный контракт… это как будто слегка… бездушно, я правильно применил человеческий термин, Алана? Думаю, нам контракт не нужен. Человечка, сотрудница ЗАГСа, которой я очно давал разъяснения, так улыбалась, что я так понял: ликвидировать контракт — это социально одобряемая история для твоего вида. Если бы я раньше это узнал, мог бы и не заключать. У нас будет… как у людей. Тебе ведь так приятнее?

– Приятнее?! Зачем ты так поступил?

Как ни странно, мне было приятно. В груди разлилось тепло. На глаза так и наворвили набежать непонятные сентиментальные слёзы. Ведь раньше я и правда бы очень хотела, чтобы не было никакого контракта! А теперь получила это… вот так. Но что это я расклеилась? Я собрала всю свою волю, чтобы это необъяснимое явление прекратить!

– Ты моя человечка, Алана, — добил меня Ксандр, словно это был контрольный выстрел.

– Нашёл бы другую, — пробормотала я дрожащим голосом.

– Мне этот вариант неинтересен. Я свой выбор сделал. И теперь ещё яснее вижу, что он был верным.

А это ещё что значит?! Я окончательно запуталась! О, Космос, а ещё ведь про детей я так и не сказала!

– ...МАМА! – близнецы, как два маленьких тарана влетели в нас.

Они не дали нам договорить. Но со мной словно продолжали незавершённую беседу пылающие чёрным огнём глаза Ксандра.

Дети шумели, не отпигали от нас, забрасывали Ксандра каверзными вопросами. А разговор так и остался подвешен.

“Не при них!”, – умоляюще прошептала я Ксандру между набегами близнецов. Он лишь спокойно согласно кивнул. Уже было трудно поверить, что утром Ксандр показался мне шокированным. Как-то он себя поборол так качественно, что я усомнилась, а был ли тот шок вообще или я его придумала…

Я постаралась вытеснить терзания о том, о чём догадался (или не догадался) атлантианец, и быть в моменте с детьми. И с Ксандром. Чисто ради безопасности семьи, мало ли что взбредёт атлантианцу в голову!

***

В конце дня я измоталась.

Когда мы вернулись домой, Ксандр выдал детям что-то объёмное, в непрозрачном пакете, и они резко стали очень заняты, утратив к нам с атлантианцем прежний жгучий интерес.

Близнецы это "что-то" припрятали в детской комнате — я слышала только тихое хоровое мяуканье и плеск воды, которую Элаф и Коронел набрали в большой таз и утащили в детскую… Видимо, это какая-то водная мяукающая игрушка из бесчисленного числа подарков, которые атлантианец накупил близнецам сегодня. Я так и не поняла, куда дети её спрятали и откуда шёл звук…

Когда я уложила близнецов спать, буквально была без ног.

Я медленно вошла в собственную спальню. Ксандр сидел на моей кровати. И не было похоже, что он собирался уходить.

– Мне лучше остаться здесь, Алана. К тому же нам есть что обсудить.

Конечно, он заслуживал знать. А я – приму любые последствия. Лишь бы сохранить детей. Всё можно решить цивилизованно. Но сейчас...

– Я без сил, Ксандр, дай мне пять минут...

– Можем и помолчать, Алана. Есть вещи, которые красноречивее любой откровенной беседы... Это был хороший день.

А это что, блин, значит? Да, день был и правда – чистый лучистый праздник. В какой-то момент я забыла, что этот мужчина – тот самый ледяной атлантианец, от которого я бежала через весь мир.

Получается, я этого мужчину совсем не знала?!

Я осторожно опустилась на свою постель рядом с Ксандром.

И это была ошибка.

Всё в нём – было для меня привлекательно. Взвинчивало низшие рефлексы. А я слишком устала сегодня, чтобы быстро взять их в узду.

Потому жар, растёкшийся по моему телу. Пламя, лизнувшее губы – это всё застало меня врасплох.

“Ксандр...” – позвала я и как-то неосознанно взяла его за руку. И зачем-то потянула к себе.

Стой, Алана, что ты творишь?!! Ты себя закапываешь!

Или думаешь, разговор о детях пройдёт легче, если ты и твой бывший (НЕТ! Нет! оказывается действующий муж! ой мамочки!!!)... если ОН будет в хорошем настроении?!

Абсурд, Алана! Остановись, Алана! За стеной же спят дети!!!!!

...Ксандр ответил на мой жест без промедления. Сначала сгрёб в объятия, потом я как-то оказалась под ним на кровати! И мой рот заткнул глубокий поцелуй. Ксандр отстранился через миг, чтобы бело прошептать мне в губы:

– Накс поставит звуконепроницаемый купол, Алана. И присмотрит за близнецами...

Я согласно моргнула. И Ксандр вновь обрушился на мои губы, будто голодал годами. А утренний поцелуй его только раздразнил.

Рациональное во мне было окончательно раздавлено этим напором яркой первобытной страсти.

Наверное я была слишком измотана сложным днём, иначе как объяснить, что вместо того, чтобы всё прекратить, я запустила одну руку в жёсткий шёлк волос Ксандра, второй – на ощупь расстёгивала его мундир, пока атлантианец срывал с меня платье.

Ксандр был нежен и настойчив, его руки на моей груди – порождали ощущение правильности происходящего. Осторожные пальцы атлантианца безупречными движениями сжимали моё тело, то уверенно очерчивая мой сосок, то ласкали. А потом губы атлантианца накрывали мою грудь, заставляя мир качнуться.

Затем следовало новое сжатие моего тела горячими ладонями Ксандра – восторженно выбивающее из меня дыхание. Я, полностью обнажённая, распадалась на что-то невесомое в его руках. Мои губы горели от поцелуев, я трепетала под всегда уместными прикосновениями. Ксандр нежно обвёл пальцами меня абсолютно везде, словно составлял тактильную карту...

Я теряла ощущение пространства и времени, когда руки атлантианца ложились на моё лоно. Было всё: и осторожное, но неумолимое исследование пальцами, и короткие пронзительные проникновения и новая порция изводящей ласки. Кажется, от симфонии ощущений здравое рассуждение окончательно мне изменило. Ксандр словно подводил меня к краю пропасти и в последний момент не давал сорваться в пучину удовольствия. Каждое его безупречное прикосновение, каждое нажатие на клитор или проникновение пальцами – словно повышало ставки в порочной игре с неизвестным мне правилами. Удовольствие натянулось, ставя всё на ступень невыносимости. Я коротко стонала Ксандру в рот между поражающими поцелуями.

Этого больше нельзя было вытерпеть!

... Смотреть в бездонные чёрные глаза тоже было пламенной пыткой, так что я была даже рада, когда атлантианец уверенно развернул меня к себе спиной. Я упёрлась в кровать коленями и предплечьями. А сзади ко мне прижалась крупная горячая головка атлантианского члена.

Я затаила дыхание.

Тело внизу уже исходило женскими соками – воздержание несколько лет... а до этого всю предыдущую жизнь! – кажется, заставило меня слегка обезуметь!

Мне показалось, будто Ксандр прошептал: “Больше не сбежишь, человечка!”

И очень медленно, очень горячо начал входить в меня, придерживая одной рукой за грудь, а другой за лоно – сдавливая мой клитор идеально... Он проникал в меня, создавая жаркую тесноту в самом интимном месте, заставляя дрожать. Когда Ксандр заполнил меня целиком – словно взрывное устройство сдетонировало! – пальцы атлантианца нажали на спуск, и я вся сжалась вокруг мужской плоти Ксандра, заваливаясь в истерический, абсолютно безумный оргазм!

...Вторжения Ксандра в меня были ритмичными, сначала медленными, но темп всё нарастал. Я принимала его в себя с исступлённой жадностью – у меня были причины бежать и прятаться! Но почему телу нужно было тело этого мужчины. До дрожи, до трясущихся, сведённых сладкой судорогой пальцев рук и ног. Наполняющие меня великолепные в своей пограничной жестокости безупречные движения – были тем самым, что мне нужно. Словно я непомерно долгое время застыла на вдохе – а теперь наконец с удовольствием выдохнула. Этот ровный, равномерно ускоряющийся темп впадлов-вторжений, мои такие же правильные и на удивление естественные сжатия интимных мышц в ответ – были чем-то удивительно согласованным, как музыкальный рисунок...

Атлантианец так и брал меня сзади, когда я вдруг – сбилась с ритма и обхватила член атлантианца так плотно!

– Ксандр! – я выкрикнула, отчаянно смяв пальцами простыню. Перед глазами пошли зеленоватые круги, мир потемнел, периферическое зрение померкло. Словно с задержкой до меня дошло, что тело потряс огромной мощи оргазм – я вся сжалась – буквально вся и также медленно и поступательно расслабилась. Жидкий огонь прокатился от лона толчками, разошёлся по телу и схлынул, принося пульсирующее облегчение. В тот же миг Ксандр горячо и мощно кончил в меня.

Его член пульсировал во мне, не торопясь покидать моё тело, и мне и самой хотелось, чтобы он во мне остался ещё хоть немного...

Мы слегка изменили позу и просто упали набок на мою кровать и так и застыли: я лежала на боку, Ксандр – также на боку у меня за спиной. Мы тяжело и глубоко дышали, он — ровно и сильно, но часто. А я – рвано, как будто сейчас умру. Руки Ксандра обнимали меня, одна поперёк талии, другая нежно сжимала мне грудь. Спину обжигал его мощный торс.

Я ещё острее почувствовала жар над лоном, на исцелованной шее и губах, на измученных лаской сосках. А когда Ксандр словно нехотя вышел из меня, позволяя моему телу сжаться обратно, убирая эту сладкую тесноту – я вдруг как бы вдогонку кончила снова, ахнула – этот неожиданный пронзительный оргазм, словно забрал последнюю каплю моей силы!

И я свалилась в чёрный сон. Где-то в нём расцветали зелёные вспышки, похожие то ли на выю, что пытается прорасти в кухонное окно, то ли на танцующую зеленоглазого змея-накса.

Зелёные серебряные стебли заполнили мир вокруг в пространстве моего разума, делая его стабильным и безопасным. Мой сон становился глубже и слаще, весь пронизанный ароматами кофе и травянистой свежести. Я ощущала присутствие и тонкий аромат тела Ксандра, словно обострённый нашей страстью. Что-то менялось во мне. Меня наполняла новая сила взамен потраченной.

И это было – хорошо, правильно и не нуждалось ни в каких доводах разума. Да и не было у меня сейчас разума. Я была – бесконечным космическим пространством, в котором плыли мятные змеи-серпантиины и приветливо моргали зеленоватым сиянием далёкие звёзды.

***

Ксандр

Только когда моя человечка заснула в моих объятиях, я позволил себе сорвать печать с той части разума, которая сделала определённые выводы сегодня утром, ещё при первых звуках детских голосов с лестничной площадки.

Мне понадобилось непостижимое волевое усилие, чтобы запечатать родившийся во мне шок и осознание. И приказать себе убрать всё в дальний угол, чтобы подвергнуть анализу, лишь когда я позволю.

И сейчас как раз время настало...