Глава 13 Большой бум

Вся городская власть явилась на временный командный пункт, чтобы засвидетельствовать своё почтение севшим в лужу армейским — а заодно, опосредованно — и своим столичным начальникам. Ведь те открыто выразили недоверие местным, решили, что те не могут справиться с пустяковой проблемой. А проблема оказалась не такой уж и пустяковой — во всяком случае, она оказалась не по зубам и артиллерийскому дивизиону.

Кузнецов выцепил взглядом в толпе своего знакомого и подошел к нему.

— Михаил Леонидович, — он изобразил некую пародию на поклон.

— Юрий Владимирович, — тот вернул шутливый жест.

Настроение у заместителя мэра было очень неплохим, хотя буквально несколько часов назад он был готов собрать чемоданы и покинуть насиженное место, чтобы оставить прикормленных коммерсов на волю залетных варягов. Кузнецову до него было очень далеко.

Максим ему перезвонил сразу после завершения обстрела и рассказал, что Яна потеряла сознание из-за перенапряжения, но жива и в целом здорова. Правда, увозить её нельзя — этого момента Кузнецов до конца не понял, но он был как-то связан с магией, с существованием которой уже смирился. Конечно, ещё одного такого артналета купол не выдержит, но вроде бы никто не собирался его повторять.

Часть города уже была превращена в руины и заминирована неразорвавшимися снарядам, убирать которые будет очень непросто и дорого. Впрочем, «дорого» было про всю эту ситуацию, и пока оставалось непонятным, кто будет платить за весь этот банкет. Военные точно не будут — они всего лишь выполняли приказ. Центр пока мрачно молчал, а местные судорожно прикидывали, с кем надо поделиться, чтобы оргвыводы были сделаны в правильную сторону.

— Там что-то говорят хорошее? — Кузнецов мотнул головой в сторону собрания высших чинов.

— Да побойтесь бога! — заммэра даже отмахнулся рукой. — там только о хорошем и говорят! Как прессу запустили — так и начали вещать о хорошем. А вот до этого было всякое… да… Тот генерал даже собирался «искандерами» добить этот чертов купол, но у них наготове только ядер… тьфу… спецбоеприпасы да кассеты, а те от города ничего не оставят. Потом его, конечно, отозвали, но я слышал, что он был очень серьезно настроен.

— Да, очень серьезный военный был, — подтвердил Кузнецов. — Пообщался с ним немного, совершенно непробиваемый.

— Вот и там так решили, — Михаил Львовчи ткнул пальцем в небо, — что сюда надо кого-то более гибкого. Но пока не решили, кого. Но уже понятно, что больше стрелять не будут. Ты про Яну что-нибудь узнал?

Кузнецов нахмурился.

— Вроде в порядке, но ей нужно время, чтобы выбраться из этого дерьма.

— Ну, время — это единственное, чего у нас сейчас навалом, — заммэра со смешком хлопнул Кузнецова по плечу и отправился к своего непосредственному начальнику.

С лица Кузнецова сразу сползло игривое настроение.

— Миша, — сказал он появившемуся справа телохранителю. — Бери своих ребят и снова отправляйтесь к парку. Проверяйте купол, если там что-то измениться — сразу звони мне. А так — доклад раз в полчаса. Напрямую.

Миша кивнул и легкой трусцой побежал исполнять приказ.

Кузнецов остался на месте. Он знал, что любые важные решения сейчас будут приниматься именно здесь. Ну и ещё в кремлевских кабинетах в далекой Москве, но туда он вряд ли попадет.

* * *

— Она не очнулась?

Макс смахнул с ладони очередной огненный шарик и развеял его, а затем вытер пот со лба. Магия давалась непросто.

— Нет, всё по-прежнему, — откликнулся дракон. — Продолжай.

— Да не выходит у меня ничего! — в сердцах воскликнул Макс. — Одни эти энергетические шары, — он создал очередной шарик и отправил его в землю, где тот взорвался. — А они нам не нужны.

— Не нужны, — согласился дракон. — Нам нужны деревья, и именно те, которые уже вырастила девчонка. И откуда у неё эти знания?

Макс промолчал и попытался сосредоточиться на ботанике.

С час они ждали возобновления обстрела. Макс не верил, что военные отступятся так просто — не после того, как они выбросили на ветер целый боекомплект самоходного артдивизиона. Он, конечно, не боялся, что их забросают тактическими зарядам, но роще хватило бы и обычных боеприпасов — если они прилетят в достаточном количестве.

И лишь убедившись, что в ближайшее время они не умрут, Макс и Остеденте начали думать, что делать дальше. Объяснять свой план дракон отказался наотрез — мол, доверься мне, я всё вспомнил, но что вспомнил и к чему это приведет, не говорил. Но ему для этого нужна была целая и хотя бы в первом приближении невредимая роща.

Именно восстановлением деревьев сейчас и пытался заняться Макс. Дракон лишь развел крыльями — в этом деле он был почти бесполезен. Но и сам Макс тоже ничего сделать не мог. Его магия не хотела выращивать деревья, она хотела создавать наполненные волшебной энергией шарики, которые прикольно взрываются, и переубедить её ему пока не удалось.

— У нас пожрать есть? — спросил он, хотя точно знал, что ничего не осталось.

Весь запас провизии они съели ещё ранним утром, но там и было немного — никто не предполагал, что рощу будут бомбить, так что рассчитывали на то, что сюда сможет добраться Стас, который и привезет что-нибудь свежее. Но сейчас вызванивать его было бы издевательством.

К удивлению Макса, дракон не сказал «нет». Вместо этого он вдруг взмыл в воздух, подлетел к густой кроне центрального дерева и нырнул в листву. Выбравшись оттуда, он спланировал прямо к ногам Макса. В его пасти была ветка с красноватым и продолговатым плодом, который по виду напоминал то ли грушу, то ли манго.

Остеденте бросил палку на землю.

— Вот, тьфу, попробуй это, — сказал он, отплевываясь от чего-то явно невкусного.

— Это что? — с опаской поинтересовался Макс.

— Ешь давай, это съедобно. Только косточки выплевывай, они ядовитые.

Опасения Макса только усилились.

— Это откуда такое выросло на обычном дубе? — спросил он.

— Это уже не обычный дуб, — пояснил дракон. — Это магическое дерево, корень священной рощи эльфов. Плоды ему, конечно, не нужны — из семечек ничего не вырастет. Но магия действует на живое весьма причудливо. В данном случае твой дуб обзавелся вот такими плодами. Ты ешь, ешь.

Макс осторожно отломил кусок плода и понюхал. Пахло какими-то тропиками и почему-то сырой рыбой — но не неприятно, а странно. Он попробовал плод языком, потом решился и откусил. Оказалось вкусно и вполне съедобно.

— Есть можно, но наесться — вряд ли, — подвел он итог.

— Да? — дракон поднял одну бровь. — Ну хорошо, тогда я ещё слетаю. Да и самому перекусить было бы неплохо. Магии в них вроде много…

— Эй! Стой! — рявкнул Макс. — Ты что, на мне испытывал это⁈

— Ну нет, — дракону хватило совести отвести глаза. — Мы-то это едим спокойной, а вот как оно на людях будет… может, кто когда-либо и пробовал, но я об этом не помню. Померли или просто мемуаров не оставили, кто знает?

— Сволочь ты…

Остеденте ухмыльнулся и снова взмыл в небо.

Сил злиться на дракона не было. Плоды действительно были совершенно не сытными, это не булка с вареньем, а простая клетчатка — вещь для организма нужная, но в меру. Но уже через пару часов стемнеет, и если артиллеристы не получат новый приказ, то можно будет вызвать Стаса с нормальной едой куда-нибудь в окрестности парка. Ну а потом будет новый день — и новая пища. Или старая — как повезет.

Макс встал, отряхнул штаны, посмотрел на раскуроченную рощу и сделал ещё одну попытку вылечить ближайшее дерево. Он выставил одну ногу вперед, протянул руки и представил себя сильномогущим волшебником вроде Гэндальфа, только без посоха — как делал и до этого. Обычно результатом его усилий был только шарик огня, который взрывался, если Макс не успевал его развеять. Но сейчас всё было по-другому.

Он вдруг почувствовал волну чего-то теплого и родного, что омывало каждую клеточку его тела. Волна шла откуда-то из района пупка, добиралась до кончиков пальцев и волос, потом шла обратно, становясь всё сильнее и сильнее. А потом вырвалась наружу — невидимая и мощная, — она достигла дерева, впиталась в него, ушла в корни, ветки и листья, заставила соки внутри бурлить от полученной силы. И расти, расти, расти.

— Ну наконец-то!

Макс оглянулся. Дракон уже прилетел обратно и с восхищением глядел на творимое волшебство. В правой передней лапе тот зажал красный плод, но словно позабыл о нем, наслаждаясь работой Макса.

— Ну как? — спросил не такой и юный волшебник.

— Могло быть и лучше, — сварливо ответил дракон. — Ты это, не расслабляйся. Тут этих деревьев как песка на берегу океана, так что за работу, товарищ.

Макс тяжело вздохнул, но дракон был прав. Даже в первых шести кругах рощи, которую вырастила Яна, было очень и очень много деревьев. И все они хотели магию.

* * *

— Юрий Владимирович, просим вас проехать с нами, — голос справа раздался неожиданно, и Кузнецов рефлекторно дернулся. — В мэрию.

Уточнение было своевременным, потому что приглашение исходило от человека, который был раза в полтора шире и раз в десять опаснее Миши. Но мелкие приметы вроде наушника в ухе и слишком уж деревянных костюмов не слишком модного фасона говорили о том, что пока опасаться нечего — сейчас с ним действительно хотят просто поговорить. Хотя результат разговора может быть самым разным.

— Да, разумеется, — откликнулся он.

И направился к своей машине.

— Нет, не туда, — его мягко придержали за локоть. — Мы подвезем.

Кузнецов пожал плечами и покорно направился в сторону, указанную фсбшником — в ведомственной принадлежности этого человека он почему-то не сомневался.

Поездка, впрочем, мало чем отличалась от любой другой поездки на служебной машине. Кузнецов вольготно развалился на заднем сидении слегка потрепанного жизнью мерседесовского джипа, его провожатый привычно занял пассажирское место, а водитель был самым обычным — на улице встретишь, не узнаешь, — и только схожий покрой костюма выдавал, что он принадлежит к той же «конторе», что и шкафообразный оперативник.

Здание мэрии не попало в ту часть города, которую накрыли сначала магический купол, а потом и артиллерийский налет, но оно находилась в зоне риска, так что временное пристанище городских чиновников организовали на окраине, в районной управе. Там, конечно, не было нужного шика, зато имелась уверенность, что сюда не долетит ни один снаряд, и это градоначальника вполне устраивало. Но сейчас здесь командовал не он.

Кузнецов заметил ещё нескольких мужчин в таких же, как у его сопровождающего, костюмах и с наушниками в ушах. Они не были вооружены — но количество настоящей, в камуфляже и бронежилетах, охраны вокруг и внутри здания превышало все мыслимые пределы. Он даже на секунду подумал, что сюда заявился Сам, но потом отбросил эту мысль — у первого лица государства было кого послать на опасное задание в заштатный областной центр. Да и вертолетов видно не было.

Провожатый довел Кузнецова до кабинета, который в обычной жизни занимал глава управы. Этого главу он знал хорошо — у них были совместные проекты и даже пьянки. Но сейчас — он был в этом уверен — за дверью находился не его знакомый.

— Здравствуйте, Юрий Владимирович. Вы не против, если мы по-простому, по именам? Я — Виктор.

Ну да, следовало догадаться. МЧС, причем не на уровне министра и даже не заместителей. Советник, скорее всего, но из старых и опытных, которых отправляют на эту должность в рамках трудоустройства полезных пенсионеров, которых можно использоваться в случае настоящей чрезвычайной ситуации — наподобие той, что сложилась в городе.

— Разумеется, — согласился он, — мне тоже комфортнее без галстуков.

— Что ж, хорошо. Присаживайся, — седой мужчина в кресле главы управы указал на ближайший стул. — Ты знаешь, зачем я тебя пригласил?

— Догадываюсь, что это как-то связано с… происшествием в городе?

— Да, именно с ним и связано. Ситуация зашла слишком далеко и стала профильной для нашего министерства — ты же понял, откуда я?

Кузнецов кивнул.

— Руководство страны недовольно тем, как обстоят дела, — обыденным голосом сказал Виктор. — Но от массовых репрессий было решено отказаться. После ознакомления с тем, что происходит, по разным источникам, конечно. Так что ваши губернатор и мэр, думаю, усидят в своих креслах…

— Зачем ты мне это рассказываешь? — изобразил удивление Кузнецов. — Я, разумеется, рад за них, но я обычный бизнесмен…

— Юрий, Юрий, Юрий, — улыбнулся МЧСник. — Ты совсем не обычный бизнесмен, мы же оба это прекрасно знаем. Навели, понимаешь, справки, кто есть кто в вашей провинции. И сохранение на нынешних должностях, скажем прямо, обгадившихся чиновников — это такой презент именно тебе. Чтобы потом не пришлось слишком многое начинать с нуля, хотя ты можешь, я уверен.

Кузнецов мог. Несмотря на волнение за дочь, его мозг уже сгенерировал с десяток вариантов восстановления империи — как с учетом того, что будет новый губернатор, так и на случай, если прежний останется, но почувствует, что никому и ничем не обязан.

Но вслух он ничего не сказал, лишь склонив голову в знак признания того, что собеседник оказался человеком очень информированным.

— Если захочешь, мы даже донесем до кого надо, кому они должны за сохранение статус кво.

— Это лишнее, — улыбнулся Кузнецов.

Ещё не хватало руками москвичей плодить себе завистников на ровном месте. Хотя он был уверен, что эта информация всё равно просочится — чтобы «простой бизнесмен» не чувствовал себя слишком уже привольно.

— Лишнее так лишнее, — легко согласился Виктор. — Но перейдем, так сказать, к делам нашим скорбным. Нам известно о той роли, которую сыграла твоя дочь во всей этой чехарде.

— Там всё очень сложно…

— И это мы знаем, — перебил его собеседник. — Конечно, вся эта история с магией выглядит слишком фантастично, а в нашем ведомстве предпочитают что-то более приземленное, но если дан приказ, то его приходится выполнять. Итак, Юрий, расскажи мне всё с самого начала.

— Это… долго…

— А мы никуда и не торопимся, — улыбнулся Виктор. — Наши коллеги уже поторопились — и посмотри, к чему это привело.

Кузнецов вздохнул. Он был готов к этому и решил не скрывать ничего — во всяком случае из того, что относилось к его Яне, её контактам с Максимом, да и о драконе не забыл упомянуть. Виктор иногда уточнял те или иные детали — вроде того, кто был инициатором звонка или кто первый положил трубку, но в целом слушал внимательно и старался не перебивать.

— Да, о драконе источники тоже сообщали, но мне казалось, что они преувеличивают, — задумчиво произнес МЧСник, когда Кузнецов закончил. — Впрочем, вы же сами его не видели, а о его существовании знаете только со слов этого Максима?

— В принципе, да, — кивнул Кузнецов. — Но на самых первых видеозаписях, что попали в интернет, дракона видно очень хорошо. Максим лишь подтвердил, что дракон есть. Да мне это было и не очень важно.

Он махнул рукой.

— Понимаю, — с сочувствием произнес Виктор. — А насколько вообще можно верить этому Максиму? Может, он держит твою дочь в заложниках и вымогает деньги? Если это так, только скажите — у нас есть возможности сделать ситуацию более управляемой без риска для девушки.

Кузнецов коротко хохотнул.

— Вы же изучали мою жизнь, — горько проговорил он. — Если бы это было так просто, я бы давно разрулил всё.

— Да, пожалуй, но я должен был спросить, — собеседник совсем не выглядел обескураженным. — Кроме того, этот купол совершенно не вписывается в версию похищения с целью выкупа. Слишком сложно, слишком технологично.

— Технологично? — скептически поднял бровь Кузнецов. — При чем тут технология? Они называют это магией.

— Один писатель как-то сказал, что любая развитая технология неотличима от магии, — усмехнулся Виктор. — Возможно, мы просто не открыли нужные законы, чтобы творить такое самим.

— Вам нужна Яна?

Внутри у Кузнецова противно заныли все органы — не в первый раз за эти дни. «Когда это всё закончится, нужно лечь на обследование», — подумал он в первый момент. Потом мысли скакнули к дочери — этот человек, присланный с самого верха, думал не о том, как ликвидировать купол, а о том, как потом половчее прибрать к рукам Яну, которая, скорее всего, станет главным объектом исследования в каком-нибудь закрытом-презакрытом НИИ. Наверняка с советских времен в стране осталась парочка, не всё же смогли разграбить коллеги Кузнецова.

— Не скрою — такая возможность рассматривалась, — голос Виктора был очень спокойным и даже равнодушным. — Но после разговора с тобой я, пожалуй, буду против. Конечно, без проверки не обойтись, но если та принцесса из Думленда покинет наш мир так, как и пришла, волшебство исчезнет, а ваша дочь, прошу прощения, превратится в тыкву. Я не про неё, а про её полезность для изучения научного феномена под названием «магия».

Сердце Кузнецова застучало чуть ровнее, и он усилием воли не обратил внимания на слова собеседника о тыкве.

— Тогда к чему этот разговор? — спросил он.

Виктор немного помолчал.

— Видишь ли, Юра… Как выясняется, нам очень нужна твоя помощь, — медленно произнес он. — У армиисвои методы решения проблем — пушки побольше, снаряды помощнее… Генерал-полковник Малютин действовал именно так, и претензий к нему быть не может — он сам вышел из артиллерии, получил приказ и стрельнул, разу уж было из чего. А вот другим ведомствам Главнокомандующий рогов не дал. Мы бы, может быть, и рады снести этот купол… судя по всему, следующего налета он не выдержит, ведь так?

— Думаю, да, — подтвердил Кузнецов. Максим упоминал о чем-то таком.

— Вот. Но нам нечем. Кроме того, кто-то же должен думать о будущем? Хорошо, сейчас мы закидаем эту опасность снарядами — в центре старинного русского города, между прочим, — а если что-то подобное появится снова и решит вырастить свою священную рощу, например, в Александровском саду? Это рядом с Кремлем, если вы запамятовали. Кто же нам даст разносить памятник культуры и истории на мелкие молекулы?

Виктор улыбнулся, и Кузнецов улыбнулся ему в ответ. Он уже понял, что этот человек — совсем не из МЧС, а из более серьезного ведомства. Причем не из той части, что следят за преступниками, желающими странного, а из какого-то отдела, более приближенного к делам защиты Родины.

Этих товарищей, разумеется, не заботил ни Александровский сад, ни Кремль, ни ЮНЕСКО. А вот потенциальное оружие заботило весьма, и ради него они пойдут на многое. Понимание этого пришло к Кузнецову резко — и также резко он решил, что будет обещать и делать всё, если они вернут ему живую и невредимую Яну.

— У вас же, наверное, есть план действий? — осторожно уточнил он.

— Какие-то наметки были, — кивнул Виктор, — но я не давал им хода до разговора с тобой. А теперь они, думаю, и не понадобятся. Нам с вами нужно срочно связаться с Максимом. Наш человек — или даже несколько — должны присутствовать при их попытке к возвращению. И я подумал, что будет лучше, если об этом одолжении попросишь юношу ты.

Кузнецов вздохнул и достал телефон.

Когда тебя о чем-то просят такие люди, лучше не спорить.

* * *

Магия оказалась делом скучным и в чем-то даже неприятным. Когда ты внезапно открываешь новые возможности своего организма — например, у тебя получаются энергетические шарики, способные пробить бетонные стены, — это поначалу даже прикольно. Но когда изготовление подобных шариков ставится на поток, а с тебя спрашивают за невыполнение плана и прочих кипиай, вся новизна ощущений уходит и остается только бесконечная усталость от выполнения однообразных действий.

Именно это и испытывал Макс, который уже устал от огромных деревьев, в которые ему нужно было вливать магию. От магии он тоже устал — вернее, устал от необходимости становиться в позу, похожую на выпад в фехтовании, и вытягивать руки. Он видел нечто в каком-то позабытом фильме, и уже тогда ему казалось, что так волшебство никто не делает, а авторы и аниматоры просто придумали нечто пафосное и бесполезное. Но вот поди ты — без этой позы он колдовать не мог. Вернее, мог, но всё, что у него получалось — те самые энергетические шарики, которые сейчас были совершенно бесполезны.

Макс переходил от дерева к дереву и казался самому себе дураком. На самом деле он пробуждал в деревьях внутренние потоки, которые замыкались на центральный ствол, служивший своеобразной точкой фокуса для огромных энергий. Большая часть этой энергии направлялась в одну точку — в тело Яны, которую они с драконом подтащили к центральному дереву. Что-то доставалось Остеденте, который размером всё-таки достиг откормленную корову, а кое-что перепадало и самому Максу. Впрочем, он эту прибавку совсем не замечал — она была мизерной по сравнению с той энергией, которой он управлял.

Священная роща понемногу обретала тот вид, который ей придала Яна в самом начале. Макс — с согласия дракона — решил ничего не менять ни в расположении деревьев, ни в их размерах. В принципе, он не понимал, что делает — но оно работало раньше, а лезть в рабочую схему, да ещё с учетом полного незнания основ магии будет только самоубийца. Самоубийцей Макс не был — напротив, он очень любил жизнь, потому что видел смерть в самых разных её проявлениях.

За два часа он окучил большую часть уцелевших после схлопывания купола деревьев. Ему уже хотелось завершить это дело, привести Яну в чувство и, воспользовавшись знаниями дракона, отправить эту принцессу обратно в её мир. Пусть там занимается своей магией, общается со своими эльфами — в общем, делает что угодно, лишь бы подальше от Макса. В конце концов, ему завтра на работу, а он ещё даже до страховой не добрался. Хотя, в свете новых отношений с отцом Яны, может, и не придется никуда ходить самому — тот поможет всё оформить в лучшем виде. Или вообще пригонит новую тачку.

Он как раз закончил с одним деревом и перешел к следующему, когда зазвонил телефон. Макс достал трубку. «Вспомни черта».

— Да? — спросил он, с тоской осматривая оставшийся фронт работ.

— Максим, это Кузнецов.

— Да, конечно, я вас узнал. Что-то случилось?

— Да ничего особенного, — голос Кузнецова звучал как-то зажато. — В первую очередь хочу сказать, что больше стрелять по вам не будут.

— Это… хорошо? — осторожно поинтересовался Макс.

— Ну, неплохо, — было слышно, как Кузнецов усмехнулся. — Так что можете проводить свой ритуал в любое время. Только есть одна просьба… от очень серьезных людей. Из Москвы, — многозначительно добавил он.

— Серьезные, говорите…

Макс вытянул левую руку и немного напрягся. Магия проявилась, и стала заметно, как её избыток буквально стекает с его пальцев, падая на землю. Там, куда лился этот ручеек, сразу же начинали расти чудные травы и цветы — в принципе, по этому следу можно было увидеть весь путь, который Макс проделал, когда оживлял рощу. Чего-чего, а магии в нем сейчас было дофига. И именно магия в первую очередь должна была заинтересовать «серьезных людей», о которых упомянул Кузнецов. С другой стороны, если птица такого полета, как отец Яны, не стал трепыхаться и принял предложение, которое ему явно сделали, то не Максу отказываться от сотрудничества, которое может стать очень плодотворным. Особенно для него.

Ведь кем он был до всех этих событий? Бывший вояка, который так и не стал настоящим воином, потому что слишком равнодушно относился к смерти. Нынешний сторож, у которого было совсем немного интересов — пожрать, выпить, иногда познакомиться с какой-нибудь девчонкой ради ночи-другой, больше они его не выдерживали. Или не выдерживал он — и выгонял внезапных подруг из своей квартирки. Искать своё место в жизни оказалось очень непросто, и Макс временами думал, что никогда и ничего не найдет.

Магия же давала ему смысл существования, и если она поможет вырваться из замкнутого круга, в который он попал ещё в школе, то и хорошо. Что там для этого надо? Этот вопрос он и переадресовал Кузнецову.

— Они хотят увидеть магию лично, — немедленно ответил тот.

— Но… — Макс запнулся. — Но купол никого не пропустит. Попробовать они, конечно, могут, но пока что, насколько я знаю, никому этого не удавалось.

— Кроме тебя, — напомнил Кузнецов.

— Кроме меня, — согласился Макс. — Но я не очень понимаю, как им поможет эта моя особенность.

— Нужно снять защиту, — быстро ответил Кузнецов. — Обещаю, что к вам подойдут два человека, и они будут без оружия. Будет только видеофиксация и наблюдение. Ну и опрос, когда всё закончится.

— Эм…

Макс не представлял, что нужно сделать для того, чтобы снять купол. Его ставил дракон — он же, наверное, должен знать, как его выключить. Но просить Остеденте об этом не хотелось. Макс также не представлял, как поведут себя те самые «серьезные люди», если им обеспечить беспрепятственный доступ в рощу. Он бы на их месте просто дал очередь из станкового пулемета, а потом зачистил бы тех, кто уцелеет.

Правда, говорить это Кузнецову было нельзя — Макс почему-то был уверен, что главный у «серьезных людей» прямо сейчас сидит рядом с отцом Яны и с нетерпение ждет, чем закончится этот разговор.

— Я попробую их уговорить, — наконец сказал он. — В смысле — Яну и дракона. Купол — это по их части, я к нему отношения не имею. Но они могут и отказаться, у меня нечем на них давить. Присутствие посторонних обязательно? Если что, я могу на телефон снять, как всё будет происходить.

В трубке повисло неприятное молчание — наверное, Кузнецов отключил микрофон и обсуждал с тем самым человеком, допустимо ли такое изменение планов.

— Они спрашивают, насколько опасен этот ритуал?

Фух.

— Да совсем не опасен! Он высосет всю магию из этого места — и всё. Принцесса отправится домой, надеюсь, вместе с драконом, а Яна останется здесь.

Макс говорил как можно убедительнее, но чувствовал, что это не совсем те слова, что нужны в данных обстоятельствах. «Серьезные люди» на такое не клюнут.

— Хорошо, они дают добро, — сказал Кузнецов. — Вам там ещё долго?

Макс прикинул количество оставшихся деревьев.

— С час ещё. Потом, по идее, всё заработает, — ответил он.

— Хорошо. Не подведи меня, парень.

Макс едва успел нажать на кнопку отбоя, как по куполу растекся бутон огня, а до его ушей донесся приглушенный взрыв. Он дернулся было куда-то бежать, потом замер на месте, не зная, что делать — то ли спасаться, забыв о девушке, то ли попытаться всё-таки довести рощу до полной готовности.

— Она очнулась! — раздался крик дракона. — Скорее сюда!

Макс оглянулся. У центрального дерева Яна с трудом подняла голову и посмотрела прямо на него.

* * *

— Что за хрень⁈ Вы за кого меня держите⁇

Кузнецов был в ярости, прекрасно осознавал это, но не мог остановиться. Его разговор с Максом оказался обычной подставой — подчиненные Виктора за это время подтащили на прямую наводку пушки, ну а он сам выяснил, сколько времени у них есть, чтобы помножить на ноль всю магию, захватившую городской парк.

Виктор встал и подошел к разбушевавшемуся собеседнику. Он ловко выхватил из его рук стул, который тот уже был готов разбить о стол, и поставил мебель на место. А потом сжал в железном захвате локоть Кузнецова.

— Послушайте меня, — жестко сказал Виктор. — Исходя из того, что я узнал от вас и других людей, вашей дочери уже нет. Кто-то занял её тело — пусть это будет принцесса из магического королевства. И там, под куполом, сейчас два совершено чужих для вас человека и один дракон, и каждый из них представляет неопознанную угрозу безопасности. Которую я должен ликвидировать, как человек, состоящий на службе у страны. Любыми доступными мне средствами. Так что успокойтесь. Хотите коньяку? У хозяина этого кабинета был в заначке неплохой «Лотрек», — кузнецов покачал головой. — Зря, зря… Кстати, все остальные мои слова были правдой. Ваши местные компаньоны останутся на своих местах. Ну а о том, как извлечь из этого выгоду, вы наверняка знаете лучше меня.

Он налил себе полстакана коричневой жидкости из вычурной бутылки, выпил элитный напиток залпом и занюхал рукавом.

— Ну а теперь, Юрий, мы с вами отправимся на место событий. Посмотрим на эту вашу магию из первых, так сказать, рядов. Пошли.

Последнее слово он произнес так жестко, что Кузнецов подчинился, даже ен задумавшись, а в себя пришел лишь сидя рядом с Виктором на заднем сиденье всё того же «мерседеса».

— Но… зачем так жестоко? Мы же уже договорились.

— Вы ни о чем не договорились, — отрезал Виктор. — Этот паренек не собирался снимать купол и давать нам доступ к магии. А опасность этого ритуала… всё непонятное слишком непредсказуемо. Возможно, последствия будут сравнимы с испытаниями царь-бомбы… помните, при Хрущеве, на Ноовой Земле? Я там был, кстати, совсем желторотым сержантом. Бог знает, зачем мы, срочники, там были нужны, но нагнали. Неприятное место… и я бы не хотел, чтобы ваш город — да и любой другой город России — ждала бы участь тамошних скал. Вы знаете, что под бомбой образовался просто ровный стол? Представьте себе нечто подобное здесь и сейчас. Никого эвакуировать не успеем. При Сталине успели бы, но сейчас нет. Демократия… — это слово он произнес так, словно это было страшное ругательство.

— Сколько вам лет? — неожиданно даже для себя спросил Кузнецов.

— Опять на вы? — усмехнулся тот. — Прилично лет, очень прилично. Не все по столько живут, а мне вот бог выделил от щедрот. Всё, приехали, вылезайте.

Их привезли на заречную сторону, прямо к большому автомобильному мосту через реку. Здесь сходилось несколько магистралей, и из-за этого появилась огромная площадь со сложной организацией движения и множеством светофоров, подвешенных на тросах над всей территорией. Сейчас эти тросы сняли — или даже сорвали, — и они лежали огромными грудами на обочинах. А на самой площади расположились шесть приземистых десантных бронетранспортера с непропорционально длинными стволами.

— «Ноны», — довольным голосом произнес Виктор. — Прошли и огонь, и воду, и Афган, и Чечню. Везде побывали, везде себя хорошо показали, старушки. Надеюсь, и здесь не подведут.

В этот момент «Ноны» дали очередной залп, и у Кузнецова слегка заложило уши.

— Но зачем всё это? — глухо спросил он. — Вон, «Акациями» не пробили, а тут эти игрушки.

— Да пробили всё, — отмахнулся Виктор. — Малютину надо было со связью дело наладить и наблюдение вести нормально. Тогда успели бы прицел перенести и остатком боекомплекта как раз расковыряли бы. А он зачем-то разведчиков проверять отправил, сам поехал… Отвыкли мы от войны, а она такого не прощает.

По виду Виктора было понятно, что уж он-то от войны не отвык. Рявкнул ещё один залп.

— Кучно кладут, — похвалил он артиллеристов. — Интересно, насколько пушки сильнее магии? Кстати, пройдемте, у нас тут и центр наблюдения есть. Очень занимательное зрелище, смею вас уверить.

Центр наблюдения располагался в одном из пяти огромных трейлеров, которые прятались от постороннего взгляда в отходящих от площади проулках. Внутри стоял непрерывный гул — как понял Кузнецов, это работали вентиляторы и кондиционеры, чтобы внутри трейлера можно было находиться и не свариться заживо. Вдоль одной стены располагались какие-то панели управления с экранами, а над ними висел огромный монитор, составленный из нескольких мониторов помельче.

Он показывал купол — непроницаемый и серый. По-прежнему не было видно, что творилось внутри этой магической защиты, а вот на ней с завидной регулярностью расцветали яркие бутоны разрывов. Обитатели купола отреагировали на «Акации» после нескольких минут стрельбы. Сейчас обстрел был куда скуднее, да и сто двадцать два миллиметра это не сто пятьдесят два, но Кузнецов чувствовал, что развязка близка.

И пусть этот Виктор считал, что его дочери там нет — он был уверен в обратном.

* * *

Макс успел сделать всего два шага, когда понял, что что-то не так. Взгляд девушки был очень странным — она смотрела прямо на него и явно не узнавала. Конечно, они и знакомы всего ничего, но всё-таки такие испытания, через которые им пришлось пройти, выпадают на долю далеко не каждого человека. Он-то эту Яну теперь узнал бы и со спины, и в другой одежде — иногда такое случается. Моторика, движения и положение тела помогают узнать даже тех людей, которые хотят скрыть свою внешность. Впрочем, подумал он, у той принцессы были и другие заботы, да и было ей всего двенадцать. Несерьезный возраст.

Но в данном случае было ещё что-то.

— Яна? — на всякий случай окликнул он.

Та дернула головой, когда прозвучало её имя, взгляд стал совсем затравленным, она оглянулась — и увидела дракона, который висел в воздухе прямо над ней.

И закричала.

Макс всё же не выдержал и побежал. В мозгу мелькнула мысль о том, что дракон снова стал мелким, а его гигантский размер куда-то делся — это свидетельствовало о чем-то важном, но Макс не мог сообразить, о чем именно. Ему представлялось, что сейчас гораздо важнее разобраться с девушкой.

А она отреагировала на его быстрое приближение не так, как он рассчитывал — перевалилась на задницу, начала отползать в сторону центрального дерева и остановилась, лишь упёршись спиной в её шершавую кору.

— Яна… — повторил Макс, остановившись в нескольких шагах от неё.

— Ты кто⁈ — взвизгнула девушка. — А это что⁈ Где я? Что вы со мной сделали? Да вы знаете, кто мой отец⁈

На этот вопрос Макс мог ответить.

— Знаю, — коротко бросил он. — очень хорошо знаю, я его даже себе в «Одноклассниках» добавил…

— Да что ты несешь? Он вас с говном смешает и сожрать это заставить, суки, волки позорные! Ну-ка быстро отпустили меня!

— Ты понимаешь, что с ней такое? — не обратив внимания на истерику девушки, Макс повернулся к дракону. — Принцесса куда-то пропала, похоже, а это дочь того Кузнецова. Ты ничего не делал?

— Да кто её знает, — если бы Остеденте мог провернуть такой трюк, он бы, наверное, почесал в затылке. — Я сам уже запутался, тут столько магии лилось туда и сюда, что угодно могло произойти.

— Ты уменьшился, кстати, — констатировал очевидное Макс.

— Да уж заметил, — ядовито ответил дракон.

— Эй, вы какого хера от меня морды воротите⁈

— Ты вроде говорил, что твой размер зависит от магии? — спросил Макс, проигнорировав выкрик Яны. — Это не означает, что магия уходит?

Дракон на мгновение завис в воздухе — даже крылья замерли.

— Да нет, — неуверенно сказал он. — Много, очень много. Тут что-то другое было. Может, с той стороны кто-то постучался…

Девушке надоело смотреть на их разговор, и она смело вскочила на ноги и кинулась на Макса с растопыренными пальцами, нацеленными ему в глаза. Он рефлекторно выставил ладонь, Яна влетела в магический щит, который отбросил её назад. Ударилась она, кажется, сильно, но сознание не потеряла — зато разревелась.

— Да, магии прилично, — заметил Макс. — Но нас всё равно вскроют как твою консервную банку…

— У меня нет консервной банки.

— Я шучу. Предложения есть? Мы не можем отсиживаться тут вечно. Да и смысл как-то потерялся, — Макс покосился на рыдающую девушку.

Та вроде плакала по-настоящему, размазывала грязь по лицу — но всё же временами посматривала на двух её невольных товарищей по несчастью, видимо, ожидая какую-то реакцию на свою обиду. Но Макс решил, что первым не сдастся.

— Ага, роща больше не нужна, — подтвердил дракон. — Мне — точно. Может, тебе для чего пригодится?

— Не, если понадобится, я новую выращу, в более тихом месте, — сказал Макс и вдруг понял, что именно так и поступит. Если ему потребуется священная роща — он её вырастит. — Только мне нужен будет детектор магических линий, — добавил он. — Ты как насчет прогуляться?

Дракон сделал вид, что думает.

— Можно, отчего нет? Когда пойдем?

— Прямо сейчас.

— А с ней что?

— С ней?

Макс нахмурился и посмотрел на Яну так грозно, что она тут же прекратила рыдать и закрылась руками — словно он собирался кинуть в неё камнем.

— С ней просто — к отцу отправим, — наконец сказал он. — Пусть идет.

— Там же стреляют, болваны! — прокричала девушка. — Я никуда не пойду!

Макс пожал плечами.

— Тогда жди, когда купол упадет и снаряды прилетят прямо сюда. С нами у тебя есть шанс остаться целой и невредимой. Идешь? Или тебя тащить?

— Иду… — буркнула Яна. — Но отец…

— Да-да, он мне то же самое говорил, не повторяйся, я и с первого раза запомнил, — прервал её Макс. — Дракон, пошли. И ты тоже, если хочешь жить.

* * *

— Товарищ генерал, смотрите!

Голос раздался с дальнего конца трейлера, где сидели трое совсем молодых ребят с погонами старших лейтенантов и рассматривали в небольшие мониторы окрестности городского парка.

Виктор как-то подозрительно покосился на Кузнецова, но тот сделал вид, что не заметил, как был раскрыт чин безопасника. Они вместе прошли туда, куда их позвали — генерал чуть впереди, Кузнецов в шаге за ним, как какой-нибудь ординарец. Всмотрелись в монитор.

— Это Яна! — вскликнул Кузнецов. — Моя дочь!! Прекратите стрелять!

Он вцепился в рукав Виктора, но тот тоже предпочел не заметил такого нарушения субординации.

— Отставить огонь! — громко крикнул он. — Приказ продублировать по всем батареям!

Кузнецов не отрывал глаз от дочери. Она стояла на улице Ленина, метрах в трехстах от городского парка — в знакомом спортивном костюме и кроссовках, с перепачканным лицом и спутанными волосами. И явно была очень и очень растеряна — будто оказалась не совсем там, где ожидала. Впрочем, Кузнецов её хорошо понимал — он и сам сейчас с трудом узнавал этот район, так хорошо над ним потрудилась крупнокалиберная артиллерия, да и ветви из-за купола тоже постарались на славу.

— Купол! — раздался ещё один крик, на этот раз без указания звания.

Все присутствующие дружно посмотрели на большой экран.

На куполе вспухли ещё пять разрывов, а вот шестой прошел сквозь преграду и взорвался там — причем взрыв было хорошо видно. Было видно и целую кучу огромных деревьев, которых в этом парке, зажатом между оживленными городскими магистралями, не было отродясь. И сам купол с каждой секундой становился всё прозрачнее и прозрачнее — и в какой-то неуловимый момент пропал совсем.

— Что это значит? — озадаченно спросил генерал по имени Виктор, ни к кому не обращаясь.

Кузнецов решил не дожидаться следующих вопросов. Он со всех ног бросился к двери трейлера, оттолкнул замешкавшегося на пути сержанта, спрыгнул со ступенек — и побежал к дочери. Здесь было недалеко, а он был в хорошей форме, и собирался преодолеть это расстояние минут за пять.

Но он успел услышать, как за спиной раздался командный рык Виктора:

— За ним, быстро! И опергруппы к этой девчонке и в парк! Всё проверить, всё оцепить! Ни одна мышь не должна ускользнуть.

Кузнецов злорадно подумал, что в парке, скорее всего, никого уже нет. А уж о судьбе дочери он позаботится сам, никому не доверит. Даже Мише.