Глава 14 Слишком много магии

Малиут долго бился над простым вроде бы вопросом — почему эльфы так легко сдались после поражения своей армии? Почему они позволили людям разрушить свои священные места и магические рощи? Что случилось с теми, кто уцелел в мясорубке сражений? Почему у них полностью исчезла воля к сопротивлению, и они пошли в кабалу к человеческому роду, отказавшись от своей магии?

Но сейчас он мог бы с легкостью ответить на все эти вопросы. Войны всегда длились долго; люди воевали эльфов несколько десятков лет. За это время сменилось несколько поколений, и все они выросли, не зная мирного времени и существования. Их уделом были набеги людских отрядов, сожженные деревни и города, убитые родные и близкие. И в какой-то момент они просто-напросто перегорели, стали готовы на всё, лишь бы этот кошмар, растянувшийся на десятилетия, наконец закончился.

Малиут сам прошёл через всё это, но ему потребовалось лишь три дня. Ещё вчера утром внутри мальчика горел огонь — очень большой и горячий, требующий от него непрерывных действий и движения. Под влиянием этого огня Малиут украл пони принцессы и сбежал из города, пробрался в долину Вирруан, сумел спастись от королевских дозоров и эльфов опальной принцессы. Но уже к вечеру от первоначального огня остались лишь слегка тлеющие угли; проведенная в гроте ночь, пещера с Яникой и блуждание по лесу в поисках стражников превратили угли в остывшую золу, вся судьба которой — быть развеянной по ветру.

Ну а Малиут просто смирился. С тем, что с ним обращаются хуже, чем с мебелью, что ему, скорее всего, не суждено вырваться из этой передряги живым. Он механически выполнял приказы, шёл, куда сказали, и даже не думая, приблизился к магическому пологу, закрывавшему вход в пещеру, и прошел через него.

Он не знал, зачем сделал это, и что будет после. Прошёл и в темноте стал ждать дальнейших приказов. Но вместо этого его схватила за плечо крепкая рука, дернула вглубь пещеры, а невидимый владелец этой руки спросил басом:

— Ты кто, духи тебя побери, такой?

— Малиут ап Майлгун, — повторил маленький эльф своё имя, которое за сегодня произносил уже не раз.

— Ап Майлгун? — переспросил незнакомец. — Помню, был такой клан… ап Майлгуны были храбрыми воинами, они отважно сражались с врагами и жили у Синего Истока… но потом продались людям. Ты из этих ап Майлгунов?

В этот момент Малиуту стало по-настоящему страшно.

— Я… — он проглотил комок в горле. — … я не знаю…

— Вот, и это эльфы. Родства не помнящие, заветы предков забывшие, — с непонятной горечью проронил невидимый незнакомец. — Проходи, чего встал.

Словно Малиут видел, куда идти. Но незнакомец, похоже, это учел. Он перехватил плечо мальчика и проволок его чуть вперед — и тот увидел за поворотом пещеры знакомый зал, освещенный тусклыми светильниками.

— Какой-то ап Майлгун, как он говорит, — сказал незнакомец. — Я не проверял, вы уж сами тут. А я ещё постерегу, вдруг тут таких ап Майлгунов прорва бродит.

Шаги за спиной быстро затихли — незнакомец вернулся на свой пост, а Малиут осмотрел пещеру, заново открывая её обстановку.

Принцесса Яника по-прежнему лежала на постаменте и, вроде бы, признаков жизни не подавала. Малиут знал, что она не мертва — грудь вздымалась при вздохах, хотя и редко-редко. Шкуры вокруг очага и склад припасов тоже были на месте. Но теперь в пещере было слишком многолюдно. Рядом с очагом сидели четверо — он присмотрелся внимательнее — эльфов, а ещё двое спали, укрывшись плащами.

— Подходи ближе, ап Майлгун, — сказал один из сидевших, так и не обернувшись. — У нас есть к тебе вопросы.

Малиут осторожно подошел к очагу. Котел уже не висел над углями, а валялся чуть в стороне — совершенно пустой. Да и углей не было — в очаге потрескивали сучья, которые давали желтоватое пламя. А незнакомцы действительно оказались эльфами.

— Меня зовут Ирт ап Кунеда, — сказал один из них. — Я из клана ап Кунедов, ап Майлгуны когда-то были нашими побратимами. Но это было давно, слишком давно для нас всех. Но в память о предках мы не убьем тебя сразу. И лучше тебе ответить на наши вопросы честно и быстро. Ты всё понял, маленький ап Майлгун?

— Да… — Малиут еле вытолкал это слово пересохшим языком. — Только… у вас не будет немного… ну… воды?

* * *

Вода нашлась. Ап Кунеда дождался, когда Малиут напьется, потом внимательно посмотрел на него и спросил:

— Что это за девица? — он небрежно ткнул рукой в сторону постамента с Яникой.

Этого вопроса Малиут не ожидал.

— Принцесса… Её Высочество… Яника… — сказал он, запинаясь и пытаясь привести мысли в порядок. — Дочь короля…

— Ну да, раз принцесса, то уже наверное дочь короля, — весело произнес ап Кунеда.

Товарищи поддержали его громким смехом.

— И как эта принцесса всю магию из долины сумела выдоить? Она же сюда на ритуал приехала? — Малиут кивнул. — Вряд ли её послали тут всё убить. Как думаешь?

— Да, это был обычный ритуал, на двенадцать лет. Ей три дня назад исполнилось… я слышал, что это какие-то эльфы подстороили… или их госпожа?

— Ты у меня спрашиваешь? — нахмурился ап Кунеда. — Так я не знаю. Я знаю, что эта девчонка каким-то способом оставила Вирруан без магии, а в ней её сейчас столько, что непонятно, как её тело ещё цело.

— А как… она здесь?..

— Мы притащили, — буркнул седобородый, сидевший рядом с ап Кунедой. — На всякий, вдруг помрет, а тут камень подходящий — может, что обратно в долину и вернется. Но суетно это… люди теперь по всему Вирруану бегают, как у себя дома… наверное, пора уходить отсюда.

— Да уйдем, решили уже, — бросил ап Кунеда. — Разведаем, что у Светлой речки творится, и если всё, как мы думаем, вернемся к себе…

— А вы кто? — задал мучивший его вопрос Малиут.

— Эльфы, — бросил ап Кунеда. — Не видишь, что ли? Ну так открой глаза — вот брови, вот уши, вот волосы. Гребень показывать не буду, даже не проси.

— Но…

— Не такие эльфы, как вы. Мы предков не предавали, живем по старым обычаям. Люди нас не трогают, ибо не за что, мы их, правда, тоже. Оба два делаем вид, что вокруг никого, как до войн было. Сюда, правда, тайком приходится приходить, не любят они, когда эльфы до магии добираются. Вон им, — он кивнул в сторону двух спящих соратников, — время пришло. И если бы не твоя принцесса, уже бы всё сделали. А теперь и перед людьми открылись, и ритуал не провели. Одни убытки…

Ап Кунеда поднял с пола длинную палку и пошевелил дрова в очаге.

— Её там ищут, — вдруг сказал Малиут. — Принцессу, в смысле. Стражники, маги королевские. Большой отряд.

— Видели мы их, — кивнул ап Кунеда. — Как мух на дерьмо слетелось. Значит, принцессу свою ищут? А что они готовы за неё заплатить?

Малиут пожал плечами.

— Откуда я знаю? Может, много, а может — вообще ничего. Кто будет что-то говорить маленькому эльфу?

Странные эльфы снова рассмеялись.

— Это точно, — поддержал его седобородый. — Эльфу, да ещё и мелкому, люди ничего не скажут.

— Там защита какая-то стоит на входе… она долго продержится? Там и Верховный маг есть, и старшая принцесса… а они сильные волшебники.

— Сколько надо, — сказал ап Кунеда. — Не твоё это дело, пацан. Да и смысла тебе это знать нет.

В его руке появился огромный нож, лезвие которого зловеще блеснуло в свете костра. Малиут замер от ужаса. Одно дело — смириться с мыслью о смерти, и совсем другое — увидеть её вот так, близко-близко.

— Не бойся, маленький эльф, — усмехнулся седобородный. — Ирт мастер на такого рода дела. Больно не будет. Ты, главное, не дергайся.

— Стой!!!

Крик донесся из коридора, который вел к выходу из пещеры, а кричал явно тот эльф, в руки которого попал Малиут, пройдя через завесу.

Следом послышалась какая-то возня, затем раздался неприятный хлюпающий звук и очень понятный вопль кого-то живого, кто очень скоро собирался умирать.

Все эльфы — даже те, что спали — вскочили на ноги, обнажили оружие и как-то быстро распределились по пещере так, чтобы любой ворвавшийся сюда не смог развернуться. Все копья и два лука были направлены на черный провал хода. Малиут тоже встал на ноги, но отошел к стене, чтобы не мешать своим новым знакомым.

— Не стреляйте, это я!

Оружие опустилось. Тот самый сторож осторожно заглянул в пещеру, убедился, что нервый у всех в порядке — и появился целиком. В руках он держал копье с окровавленным наконечником.

— Что случилось, Кинан? — спросил ап Кунеда.

— Ворвался какой-то эльф, с ходу начал махать ножом. Пришлось его… — он покосился на кровь на своём копье.

— Откуда тут эльфы? — недоуменно спросил ап Кунеда. — Если их там много…

— Их много, — неожиданно для себя ответил на невысказанный вопрос Малиут. — Я лично видел двоих, но, думаю, их больше.

— Ты не выдумываешь, маленький эльф? — подозрительно спросил седобородый.

— Двоих я видел вчера, у края долины, — объяснил Малиут, — они обстреляли меня из лука, я только чудом смог убежать. Но ещё раньше я слышал разговор, они там говорили о том, что тут целый отряд эльфов ищет пропавшую принцессу… Янику.

— Вот как? — удивился ап Кунеда. — А ну пойдем. Кинан, ты впереди.

Кинан кивнул и снова скрылся в коридоре. Ап Кунеда подошел к поклаже, покопался — и достал небольшой факел, терпко воняющий смолой. Он поджег его от костра и тоже двинулся к выходу из пещеры, по дороге прихватив Малиута за плечо. Мальчик был вынужден идти быстро — ап Кунеда не делал никаких скидок на возраст и размер.

В неверном свете факела коридор выглядел гораздо короче и не таким опасным, как ночью. Но теперь у него было одно дополнение — у самого входа ничком валялось тело, а под ним расплывалась лужа крови. Рана, которую нанес Кинан, явно была большой и неприятной.

По кивку ап Кунеды Кинан безо всякого почтения перевернул труп, весь живот которого превратился в решето с большими и рваными дырками — из них выглядывали иссеченные внутренности и обильно текла красная жидкость.

— Ты его знаешь? — спросил ап Кунеда.

— Да, это Лукан, королевский конюх, — Малиуту хотелось отвернуться и заплакать, но он держал себя в руках. — Именно он говорил об эльфах, которые ищут принцессу. И он упоминал какую-то госпожу, которая отдает им приказы.

— Вот как… — покачал головой ап Кунеда. — Кунан, выкинь его наружу. Только сам не мелькай, если у них есть эльфы или маги, могут и подстрелить.

— Маги тоже есть, — быстро сказал Малиут. — Много. Они в патрулях со стражниками ходили, потом все к пещере пришли. Один пытался огненным шаром защиту пробить, но не смог.

— Ещё бы, — самодовольно ухмыльнулся ап Кунеда, — эту защиту просто так не пробить.

— А вы знаете магию?

Малиут старался смотреть на собеседника, а не на Кинана, который небрежно и даже легко ворочал труп Лукана, готовясь выкинуть его из пещеры.

— Немного знаю, — скромно ответил ап Кунеда. — Мы все её немного знаем.

— А научите меня? — слабым голосом попросил Малиут.

Он был уверен, что ему откажут — а заодно напомнят, что жить ему осталось ровно столько, сколько посчитает нужным этот высокий эльф.

Но тот не торопился с ответом, а внимательно смотрел на мальчика, словно пытаясь разглядеть в нем нечто, способное ответить на эту непростую просьбу.

— А знаешь, малец, я подумаю, — серьезно сказал ап Кунеда. — Я очень сильно подумаю.

* * *

Когда Лукану удалось пройти сквозь магическую завесу, Элия с трудом смогла сохранить надменное выражение лица — не хватало ещё показывать эмоции перед этими эльфами. Ей нравился этот народ, она считала его судьбу ужасной и глубоко сочувствовала их участи, но меня её не собиралась. Всё-таки она была принцессой по крови, а они даже не владели магией — хотя кое в чем и превосходили людей, у которых была возможность колдовать. И это кое-что Элии очень нравилось.

Ещё ей нравилась их покорность и верность. Впрочем, временами ей казалось, что эльфы готовы были служить кому угодно — лишь бы этот кто-то не считал их дорожной пылью. Но она была уверена в преданности Лукана и его товарищей, ей нужны были их луки для её планов. И нужна была их особенность не задавать ненужные вопросы — особенно когда план уже составлен и нужно всего-то ему скрупулезно следовать.

Вот как сейчас — Лукан безо всякого сомнения подошел ко входу в пещеру и прошёл через него.

«Значит, эльфы», — подумала Элия.

Наличие ключа давало надежду, что проблема с этой девчонкой будет решена быстро — если, конечно, тот эльфенок не соврал, и сестра действительно находится тут. Впрочем, с чего бы ему врать? Поганец слишком дрожал за свою жизнь, чтобы придумать хоть что-то, отличное от правды.

Но реальность, как обычно, внесла свои коррективы. Спустя недолгое время из пещеры вылетело тело — Элия с первого взгляда поняла, что Лукан мертв, но подошла убедиться, что это так.

— С такими ранами он бы не выжил даже со всей вашей магии, госпожа, — рядом с ней стоял помощник Лукана — молодой эльф по имени Бели.

«Он ничем не хуже других в качестве лидера этой шайки»

— Бели, нам нужно попасть в эту пещеру и отомстить за него, — жестко сказала Элия. — Возьми своих воинов, идите туда и убейте всех, кого встретите.

— Конечно, госпожа, — эльф слегка поклонился. — Но будет нелегко, мы — лучники, а те, кто засел там, похоже, умеют неплохо обращаться с копьем.

— Другого выхода нет, — с притворной жалостью вздохнула Элия. — нам нужна эта пещера. И вряд ли там много бойцов. Используйте луки сразу.

Бели поклонился ещё раз и что-то крикнул на своё языке. К нему подошли с десяток воинов, и они попарно направились к магическому щиту.

* * *

— Идут!

Предупреждение немного запоздало. Кинан успел сделать выпад своим копьем и задеть лук одного из нападавших, но две стрелы попали ему прямо в грудь, и он рухнул на пол без признаков жизни. Ап Кунеда оказался более ловким — широким движением копья он заставил нападавших снова скрыться за барьером, сильно толкнул Малиута обратно в проход и двинулся за ним.

В зале все были наготове.

— Там лучники, — крикнул ап Кунеда. — Щиты к бою!

Двое эльфов кинулись к груде поклажи и извлекли оттуда больше прямоугольные щиты с приколоченными ручками — видимо, обычно из использовали в качестве волокуш, но доски у них были достаточно толстыми, чтобы выдержать залп-другой. Воины едва успели выставить эти щиты напротив входа, как в них впились две стрелы — обе с белым оперением.

Копейщики спрятались за щитоносцами, двое стрелков разошлись по сторонам, чтобы стрелять с флангов — небольшой отряд был готов к бою. Малиут был уверен, что эти эльфы не выстоят — их слишком мало, а снаружи, наоборот, слишком много. Он вообще не понимал, зачем те идут в атаку — достаточно посидеть у входа достаточно долго, чтобы обитатели пещеры сдались без боя. Но он — да и нападавшие тоже — не учили одну очень важную вещь.

Магию.

Ап Кунеда не зря был чем-то вроде командира этого отряда. Он же нанес и первый урон врагу, кинув в них небольшой шарик огня, который взорвался с негромким хлопком и вызвал крики боли. Правда, он же был и самым сильным магом отряда — ещё два эльфа из пещеры смогли повторить заклинание своего лидера, но эффект от их магических огней был не таким сильным.

И всё равно Малиут смотрел на это во все глаза — он впервые видел волшебство, которое творили эльфы, его сородичи. Ведь одно дело — слышать о такой возможности, и совсем другое — видеть это воочию. Он окончательно решил, что будет учеником ап Кунеды. Если, конечно, им суждено выбраться из этой передряги живыми.

Нападавшие, видимо, уже разглядели, кто оборонял пещеру — и поэтому магия в исполнении таких же эльфов, как они, вызвала некоторое замешательство. Они даже чуть отступили вглубь прохода, но не сдались и на несколько посланных вглубь коридора взрывающих шариков ответили целым потоком стрел. Большинство бессильно ткнулось в щиты, но пара-тройка пролетела мимо… Малиут похолодел.

— Они могут подстрелить принцессу! — крикнул он ап Кунеде.

Тот оглянулся и оценил опасность.

— Найди там ещё один щит и прикрой её. — сказал он, оглянувшись и оценив опаность. — И сам прикройся, торчишь тут, как дерево посреди поля…

Ап Кунеда снова повернулся к коридору, готовя следующую магическую атаку.

Малиут подбежал к куче припасов и сразу же обнаружил ещё пару волокуш — они лежали наособицу, но были очень тяжелыми для него. Он всё-таки сумел взять одну из них, за ручки дотащить до постамента — и с облегчением убедился, что пока что непоправимого не произошло. Принцесса Яника лежала, закрыв глаза, и признаков жизни не подавала.

Малиут начал пристраивать щит со стороны коридора, почти поднял его на всю высоту, но не удержал, упустил один край — тот соскользнул, потянул мальчика за собой. Он успел перехватить поудобнее, не дав тяжести упасть на пол, потянул обратно — для этого ему пришлось почти лечь на принцессу…

Стрела пробила его плечо и прошла насквозь. Щит всё-таки выскользнул из внезапно ослабевших пальцев, с грохотом упал — но на это никто из сражавшихся не обратил внимания, а Малиут окончательно завалился на Янику, протыкая острым бронебойным наконечником шкуру, которой была укрыта принцесса.

Сознание Малиута смешалось — ему было очень больно, хотелось закричать и позвать маму, он из последних сил сдерживался, чтобы не показать слабость перед умеющими колдовать эльфами. Его ноги тоже соскользнули, он пытался за что-то уцепиться здоровой рукой — и прижался к принцессе ещё сильнее.

И даже не удивился, когда она резко села, распахнула глаза и вскрикнула.

* * *

Только что Яника находилась в странном мире, где она была взрослой девушкой, где было мало магии, а в неё кидались какими-то снарядами, которые, кажется, были очень и очень опасными. Она пыталась удержать свой собственный купол, который защищал её, дракона и этого непонятного Макса от тех самых снарядов. Купол слабел, она вливала в него всё больше и больше магии, забирая её у священной рощи — а ведь магия была ей нужна, если, конечно, она хотела вернуться обратно в своё тело. А она очень хотела.

А следующим воспоминанием Яники стал укол в бедро чего-то острого и неприятного. За три дня в том мире она почти привыкла к боли — хотя, наверное, слово «привыкнуть» было неправильным. К боли невозможно привыкнуть, но Янику примиряло с ней простое обстоятельство, что она находилась в чужом теле, которое ей не принадлежало. Но это были лишь предположения, на которые она почти не тратила времени — у неё было полно других дел, которые мешали заниматься тем, что она сама считала малозначительным.

Она села, чтобы разобраться с внезапным уколом — и обнаружила, что на её ногах лежит Малиут. Мелкий и противный эльф, который всегда ей досаждал, а сейчас, кажется, наконец-то перешел границу, чего никогда не допускал раньше. И Яника имеет полное право наказать поганца по всей строгости обычаев и законов. Вот только…

Яника находилась в каком-то каменном зале, где пахло дымом, потом и кровью. В дальнем конце зала какие-то эльфы закрывались щитами от чего-то, что грозило им из ведущего куда-то коридора, они махали длинными, острыми даже на вид копьями, с двух сторон им помогали два лучника. А двое из них — высокий и седой — творили настоящую магию. Яника даже почувствовала замешательство — эльфы колдуют! Этого не могло быть в том мире, к которому она привыкла.

А в следующий момент Яника заметила, что из спины Малиута, который так неприлично навалился на её ноги, торчит самая настоящая стрела. Стрела ушла очень глубоко, от тела до белого оперения было всего лишь две ладони — так что, наверное, в её ногу колол наконечник этой стрелы. И Малиут был не виноват.

Вдруг она увидела, как из коридора вылетело ещё несколько стрел. Почти все они вонзились в щиты, что держали эльфы, но две из них пролетели мимо и устремились прямо к ней. Яника машинально махнула рукой, зачерпнула магию и заставила стрелы испепелиться прямо в полёте. Тут она поняла, что ей показалось странным в первые мгновения после пробуждения.

Магии тут было очень-очень много.

До Ритуала и до попадания в другой мир Яника совершенно не чувствовала магию. Она умела её применять, но лишь в тех рамках, что ей показывал Верховный маг Алуил. Могла приложить кого-нибудь воздушным кулаком — но зловредный Малиут так и ен дал ей повод показать свои умения на нём. Могла лечить небольшие раны и царапины. Яника знала несколько заклинаний, которые пыталась выучить до совершенства, потому что Верховный маг обещал, что после этого они перейдут к изучению более серьезного волшебства. Что это было за волшебство — он не говорил, сколько ни пытала его Яника, а сама она так и не смогла догадаться.

Зато за три дня в чужом мире и в чужом теле Яника поняла, что магия — это не заклинания, а её возможности ограничены лишь наличием волшебной энергии и её собственным воображением. Воображение у неё всегда было хорошим, а энергию, как оказалось, можно добыть — например, с помощью священной рощи, выращенной на пересечении силовых линий. Именно этим она и занималась — если, конечно, не была занята тем, что отражала нападения тех снарядов.

Ну а сейчас в её распоряжении было столько магии, сколько не могла дать ни одна роща в том мире. Яника снова щедро зачерпнула энергию — и замерла, едва не задохнувшись от захлестнувшей её силы. Два долгих удара сердца потребовалось ей, чтобы справиться с собой — и также щедро влить эту силу в Малиута. Стрела в спине мальчика растворилась без следа, дыра в теле на глазах затянулась — и спустя мгновение о страшной ране напоминала лишь окровавленная одежда маленького эльфа. А заодно Яника подлечила и себя — не пропадать же остаткам магии?

Яника сожгла ещё одну стрелу, которая миновала щиты эльфов у выхода из зала, и наклонилась к Малиуту. Эльфенок ещё не пришел в сознание, но дышал ровно, и она надеялась, что сделала всё правильно. Яника опустила Малиута на какой-то щит из толстых досок, похожий на те щиты, что защищали эльфов, и огляделась.

Она не узнала это место. Впрочем, она вообще мало где бывала за свою жизнь — лишь во дворце, замке и их самых близких окрестностях. В пещере она точно никогда не была. И никогда не сидела на покрытом какими-то непонятными знаками камне, который буквально изливал магию в окружающее пространство.

Эльфы, что стояли к ней спиной и вопреки всем законам творили волшебство, опасными не выглядели — они словно защищали её от тех, кто наступал из коридора. А вот те, наоборот, выглядели опасными — хотя Яника пока не увидела ни одного из нападавших. Она сожгла ещё две стрелы и решила, что с этим пора заканчивать.

Яника встала, забралась на камень с ногами, вобрала в себя ещё немного магии — и отправила волну в черный зев коридора. Потом поставила волшебный щит перед самым выходом — и пожелала, чтобы всё, что ен находится в зале, сгорело. Желание исполнилось мгновенно.

Вспыхнуло так, что ей пришлось зажмурить глаза, а по лицу мазнуло очень теплым и неприятно пахнущим. Зато стрелы из коридора прилетать перестали — там явно стало некому стрелять. Яника зловеще — как ей показалось — улыбнулась эльфам, которые все как один повернулись к ней.

— Привет, — доброжелательно сказала она. — Что тут у вас проиходит?

* * *

Битва внутри пещеры затягивалась. Бели вывел наружу двух своих подчиненных — у них были сильные ожоги, а один и вовсе потерял глаз, — а потом отправил подкрепление. И ещё раз, и ещё. Число раненых росло, но прогресса видно не было.

— Что там, Бели? — недовольно спросила Элия, для которой это ожидание было хуже смерти.

— Они крепко засели, — пожаловался тот. — Там в конце зал, мы можем подходить лишь по двое, а стрелы пускаем, не видя цели — куда попадут. Но у их щиты и копья, есть лучники, а ещё маги.

— Маги? Кто, духи их побери, засел в этой пещере?

— Я не говорил? Эльфы, но, видимо, из отступников…

— Вот как… — протянула Элия.

Отступниками называли тех эльфов, что не признал поражения своего народа в давней войне. Они отказались жить вместе с людьми в одних городах и деревнях, отказались общаться с захватчиками. Это могло стать поводом для войны, но поначалу молодым королевствам было не до шайки забившихся в Дальние леса эльфов, да и потом всегда находились дела поважнее. О них редко вспоминали — отступники жили далеко от людских поселений, сами на рожон не лезли, а переговоры с ними обычно заканчивались ничем. Парламентеры и послы просто не могли найти, с кем говорить. Возможно, когда-нибудь эта проблема была бы решена окончательно, но пока что эти неизвестные эльфы вмешались в планы Элии и серьезно ей помешали.

Вообще, по-хорошему ей надо было заканчивать с этими развлечениями, собирать своих эльфов и уходить подобру-поздорову обратно в город, чтобы попытаться спасти то, что ещё осталось. В конце концов, ей не обязательно видеть, как убьют эту дрянь — может, та и сама не очнется, а так и останется овощем, как описывал её тот эльфёнок.

Но что-то не давало просто приказать Бели отступить. Проигранная битва значила очень много, её эльфы начнут сомневаться в её правоте, подвергать сомнению другие решения, спорить… могут и совсем перестать подчиняться. Конечно, у Элии был богатый опыт принуждения непокорных к миру, но применение особенных навыков означало потерю контроля над ситуацией. А потеря контроля может помешать ей стать королевой.

— Нужно быстрее с ними разобраться, — твердо сказала она. — Верховный маг ушел достаточно давно, он уже может возвращаться с подмогой. Это не опасно, разумеется, но они будут мешаться, а это уже недопустимо.

— Конечно, госпожа, — Бели поклонился.

Он забрал оставшихся на ногах эльфов и они вместе с крылись в пещере. Несколько минут ничего не происходило, а потом по глазам Элии ударил яркий свет, а из черного провала входа повалил белый дым. Она отшатнулась, поморгала, пытаясь восстановить зрение — и, наконец, справилась. Как раз для того, чтобы увидеть, как те раненые, что могли ходить, скрываются в лесу.

— Стоять! — крикнула она и кинула им вслед огненный шар.

Взрыв был знатный — но её беспокойство никуда не делось. Чтобы достойно выпустить пар, ей нужен был труп сестрицы.

— Элия, подними руки и стой на месте, — раздался сзади хорошо знакомый голос.

Она резко развернулась. На открытое пространство перед пещерой верхом на пони въезжали отец, мать и Алуил. Король, королева и Верховный маг. Справиться с ними Элия не могла, даже если бы очень старалась, а верные эльфы были рядом. Она покорно подняла руки. Не будут же они убивать её прямо здесь?

Всё-таки она их дочь.

* * *

Напряженное молчание продолжалось недолго. Крупный эльф кивнул на тело Малиута и спросил:

— Что с ним?

Яника немного подумала.

— Жив, его стрелой пробило, я всё вылечила, — всё же снизошла она до объяснений.

— Ты действительно принцесса, как он говорил? — поинтересовался седой.

Яника снова помолчала, обдумывая, стоит ли отвечать.

— Да, — кивнула она. — Наследная принцесса Думленда Яника.

— Вот как… что ж, Ваше Высочество, рад, что вы помогли нам, — вмешался крупный. — Что там произошло?

Он указал в сторону коридора, всё ещё закрытого щитом.

— Немного огня, — улыбнулась Яника. — Оттуда прилетали стрелы, они мне мешались.

Один из эльфов, по виду — самый молодой, нервно сглотнул. Другие понимающе кивнули.

— Кто там был? Кто на вас нападал? — поинтересовалась Яника.

— Да это не совсем на нас… — замялся крупный. — Скорее, на вас, Вашество. Мы тут это, случайно оказались…

— Мимо проходили, — поддакнул седой.

— На меня? — Яника нахмурилась. — Кому взбрело в голову нападать на меня?

— Не знаем, — развел руками крупный. — Это ваши дела, Вашество. Вам и знать про них, а нам то не ведомо. Мы мимо проходили, — повторил он.

— Что ж… — тогда я пойду и выясню это?

Она так и не поняла, кому задала этот вопрос — себе или эльфам.

— Как угодно, — крупный слегка поклонился. — Мы того… не против.

«Не против он, ха!»

Яника соскочила с камня, посмотрела на Малиута — он всё ещё не пришел в себя, — и осторожно двинулась к коридору. Эльфы расступились, оставив для неё проход, но у них у всех было оружие, и это вызывало у неё определенные опасения. Но копья смотрели наконечниками в потолок, стрелы на тетиву наложены не были, а мечи убраны в ножны…

«Нет, я не боюсь, только не сейчас и не здесь!»

Яника постаралась пройти мимо эльфов так, как ходила по дворцу её мать — естественно, но с отчетливым достоинством монарха. У неё ни разу не получалось повторить её жесты, но она много тренировалась перед зеркалом, а потому решила, что сейчас у ней получилось. Ну или почти получилось.

Не останавливаясь, Яника сняла защиту с прохода, развеяла не желавший пропадать белесый дым и подвесила в воздухе яркий фонарик света. О предки, лучше бы она этого не делала. В коридоре лежали трупы — обугленные, сожженые тела, которые вроде бы принадлежали эльфам.

Один из пещерных эльфов — наверное, тот, молодой — не выдержал, и его вырвало. Яника не обратила на это внимания. Не отворачиваясь от ужасной картины, она громко спросила:

— А вы не могли бы помочь мне расчистить проход?

И замерла, ожидая ответа.

Эльфы молчали долго. Яника уже готова была разреветься и тоже опорожнить желудок — правда, она была очень голодной, потому что не ела со вчерашнего дня. Но ей всё-таки ответили.

— Конечно, Вашество. Ну-ка, за работу, принцессе пройти надо. Сюда вот, в угол кидай. А вы, Вашество, отойдите, будьте добры.

Яника с благодарностью сделала несколько шагов назад и наконец смогла перестать смотреть на дело своих рук. Всё же творить волшебство и видеть, как оно убивает кого-то — да ещё вот так — это очень разные виды магии. И второй из них Янике очень не нравился.

— Готово, — к ней подошел крепкий. — Пройти можно, уж извините, но до чистоты там слишком долго возиться… а нам, наверное, уже пора. Раз никто нам… на нас не нападает, мы тоже пойдем.

— Но выход только там, — недоуменно сказала Яника, указав на коридор.

— У нас вои пути, Ваше Высочество, — уклончиво ответил крепкий. — Я Ирт ап Кунеда, меня знают в Дальних лесах. Думаю, нам есть что сказать друг другу с вашим отцом, Ваше Величество. Не забудьте — Ирт ап Кунеда.

— Я не забуду, — пообещала Яника, хотя совершенно не понимала, что за Дальние леса и о чем её папа должен говорить с какими-то эльфами.

Сзади раздался стон. Яника резко обернулась — Малиут пришел в себя и тряс головой. Она бросилась к нему.

— Несносный эльф, — как можно строже сказала она, — я всё расскажу твоему отцу и прикажу наказать тебя так, как никто и никогда не наказывал! Что ты тут устроил⁈

Малиут посмотрел на Янику — и вдруг улыбнулся.

— Хорошо, что всё в порядке… — пробормотал он. Подумал мгновение — и добавил: — Ваше Высочество…

«Поганец!»

— Пошли уже, — она указала на выход. — Меня, наверное, там обыскались. И тебя тоже, раз ты здесь.

Но Малиут остался на месте.

— Нет, Ваше Высочество… извините, но я туда не пойду. Они, — он кивнул на собиравших пожитки эльфов, — обещали взять меня с собой и научить магии. И я согласился…

— Это я согласился, — громко сказал ап Кунеда. — Да, я обещал взять его с собой… но что скажут его родители?

— Они поймут! — горячо заверил его Малиут. — А Яника… прошу прощения… Её Высочество объяснит им, где я.

Яника подумала, что было бы неплохо узнать про это «где» получше, но промолчала.

— Хорошо, Малиут. Я поговорю с твоими родителями и расскажу, что ты вне опасности. Ведь он вне опасности? — уточнила она у ап Кунеды.

Тот молча кивнул.

— Вот и хорошо. Тогда я всё же пойду, а то родители…

Она не закончила фразу, повернулась и быстро двинулась прочь.

Коридор, конечно, был расчищен очень плохо — тела всё ещё валялись везде, от них шел сладковатый запах дыма, но была небольшая тропка, по которой как раз можно было пройти. Ближе к выходу, куда пещерные эльфы не добрались, Янике пришлось перешагивать через трех мертвецов, но она уговорила себя — и справилась. А потом вышла из пещеры.

— Мама! Папа!

Она бросилась к родителям, не обращая внимания ни на что. Ни на разбросанные тут и там тела людей. Ни на раненых эльфов, что хмуро сидели в стороне под охраной десятка стражников и магов. Ни на свою старшую сестру, которая тоже была хмурой, со связанными за спиной руками и с золотым ошейником, цепочку от которого держал Верховный маго Алуил. Ни на самого Алуила, хотя он был её учителем, и она хотела рассказать ему всё, что узнала о магии, и показать, чем научилась сама, без его помощи.

Мать и отец тоже оставили попытки разговорить Элию и обняли младшую дочь.

— Яника, что ты себе позволяешь? — с напускной строгостью сказал отец. — Мы очень волновались за тебя!

— Гордон, оставь, — улыбнулась мать. — Но мы и правда волновались. Что с тобой произошло? Где ты была.

— Ох, мама, папа… вы не поверите! Я бы и сама не поверила, если бы мне кто-то рассказал, но мне не рассказывали, я всё сама!

— И что же ты сама натворила? — с улыбкой спросил отец.

— Я нашла себе мужа! И нам надо придумать, как доставить его сюда… а времени так мало, всего шесть лет!

Король и королева переглянулись и рассмеялись.

— Это не смешно, — Яника нахмурилась и топнула ногой. — Это так и есть! И вы должны мне помочь. Иначе я буду очень зла! А вы не знаете, что я могу! Я всё могу!!