После нашего возвращения домой прошел почти месяц, за который я поняла, что, как бы хорошо мне ни было жить у Машки, я становлюсь в этом доме лишней. Кристя с Марком стали частыми гостями, постепенно вытеснив Машку, Даньку и Кира из их комнаты. Все трое теперь ютились в гостиной, деля скрипучий и тесный диван. Я уже несколько раз предлагала съехать, но Машка даже слышать об этом не хотела, да и мне это было не по душе. Одна только мысль, что придется одной жить в новом, чужом месте, пугала меня до чертиков.

И все же, каким бы ни было мое желание, стеснять молодую семью я не хотела. Своими мыслями я поделилась с Максом, когда он забирал меня с подработки в магазине косметики.

— Я считаю, что тебе давно пора переехать, — уверенно заявил Макс, внимательно глядя на дорогу. — Ко мне.

— Что⁇ — воскликнула я. — С какого перепугу?

— Ты же не хочешь оставаться одна, а я тебе не чужой. Тем более, нам вместе весело, — аргументировал Воронов.

— Ну, не знаю…

— Не бойся, я не буду к тебе приставать. — Он подмигнул мне в зеркало заднего вида, и я кисло улыбнулась.

Идея была неплохой, но постоянно находиться наедине с Максом мне казалось неловким. Особенно после того, как узнала, что он ко мне неравнодушен.

Я прикрыла глаза, откинула голову и задумалась, что для меня хуже: неловкость или одиночество? После недолгих размышлений, одиночество перевесило.

— Ладно, я подумаю.

— Правда? — удивился Макс. Видимо, он до последнего не верил, что я могу на такое согласиться.

— Правда. Я подумаю.

Надо сказать, что думала я недолго. Дня через два, проснувшись ночью от страшной жажды, я, сонная, прошлепала на кухню, попила и решила заодно сходить в туалет, который у нас был совмещен с ванной. Щелкнув выключателем и открыв дверь, я сразу же проснулась, стала бодрой и захотела развидеть то, что увидела. А увидела я почти то же, что в сарае Алексеича.

— Вот блин, — пробормотала я, прикрыв глаза ладонью. — Считайте, что я ничего не видела.

Данька тихо выругался, закопошился и пулей выскочил за дверь. Машка, пряча пунцовые щеки, последовала за ним. Неловкость зашкаливала даже на следующий день — мне кусок в горло не лез, когда мы все вместе завтракали. Нет, мне определенно пора отчаливать, иначе каждое утро будет таким ужасным.

Надо ли говорить, как счастлив был Макс? Думаю, что нет. Лицо у него было настолько довольное, будто я согласилась выйти за него замуж. Если честно, мне даже стало немного страшно переезжать к нему, но либо это, либо одинокая однушка в другом конце города…

— Ты точно решила съехать? — уже в который раз спрашивала меня Машка. Вид у нее был унылый. Она медленно резала капусту для борща, одновременно с этим разговаривая со мной и кормя Кирюшку. Мальчишка есть особо не хотел, поэтому, когда мама засовывала ему в рот ложку с какой-то замазкой и отворачивалась, он незаметно выплевывал ее в кружку. Я парня сдавать не собиралась — от вида этой замазки меня тоже тошнило.

— Да, точно, — ответила я, переведя взгляд от ребенка к подруге. — Давно уже пора.

— Я, конечно, не хочу, чтобы ты от нас уходила, но Макс — это самый лучший вариант.

— Говоришь так, будто мы с ним жениться собрались, — недовольно заметила я.

Машка повернулась ко мне и пожала плечами:

— Кто знает, что у вас получится. Вы же будете жить под одной крышей.

— Ничего у нас не получится, — уверенно заявила я.

Подруга посмотрела на меня взглядом, который говорил: «еще посмотрим».

После этого разговора, похватав кусков на кухне, я отправилась собирать вещи. Их, к слову, оказалось не так много, как я ожидала. Большую часть одежды я раздала Машке и Кристе, потому что в последние годы никуда не ходила. Косметика у нас с Машкой была общая, поэтому я не стала забирать ее у подруги — потом куплю себе еще. В итоге я собрала лишь оставшуюся одежду, два комплекта постельного белья, некоторые предметы быта, которые уместились в одну коробку, всякие безделушки и книги. Данька любезно взялся помочь мне перенести все это в небольшой грузовичок, который прислал Макс.

Взяв чемодан и дорожную сумку, я вздохнула и в последний раз обвела взглядом дорогую мне квартиру. Столько всего хорошего здесь случилось, аж сердце заныло от воспоминаний. Черт возьми, как же тяжело покидать теплое, насиженное место.

— Пока, дом, — прошептала я, борясь со слезами.

Спустившись на первый этаж, я увидела Даньку, который возвращался за последней коробкой. Подмигнув мне, он юркнул в лифт и скрылся за закрывшимися створками.

У грузовика Машка с Кириллом играли в «колмышку». Этой игре научил меня дедушка, а потом я показала ее Машке. Так как играют в нее зимой, то под колмышкой подразумевается небольшая, крепкая ледышка. Цель — попасть колмышкой по ботинку противника. Игра, конечно, бесполезная и немного утомительная, но ожидание она скрашивает отлично.

Вместо колмышки Машка с Киром выбрали маленький камешек, и теперь подруга со злорадной усмешкой пыталась попасть по ногам Кирюшки, а тот, заливисто хохоча, носился по всему двору с поднятыми вверх руками.

— Ну все, я так не играю! — задыхаясь, обиженно воскликнула Машка. — За тобой не угонишься!

Кирюшка рассмеялся еще громче и продолжил носиться по кругу с поднятыми вверх руками.

— Ни на секунду не остановился, — пожаловалась Машка, когда я подошла к ней. — Что за егоза!

К первому подъезду подъехало такси. Из него вышел потрепанный мужчина, который, по всей видимости, кутил целую ночь. Расплатившись, он неуверенным шагом двинулся к двери.

— Знакомый какой-то мужик, — щурясь, заметила я. Наш подъезд был четвертым по счету, поэтому лицо мужчины было для меня совершенно размытым.

Машка стояла, как громом пораженная. Видимо, она узнала его.

— Кто это? — затрясла я подругу. — Кто?

— Д-д-денис, — заикаясь, пролепетала Машка.

— Ох, ё-ё-ё…

В этот момент Кирюшка, которому надоело бегать по кругу, со всей дури ломанулся к первому подъезду и, разумеется, чуть не врезался в Дениса. Орлов схватил мальчишку, сел перед ним на корточки и что-то сказал. Кирюшка замотал головой. Денис снова что-то сказал, и мальчишка указал пальцем на нас.

— Приплыли, — пробормотала я.

Машка сорвалась с места и полетела к сыну. Я пошла за ней.

Вблизи Денис выглядел еще хуже: недельная щетина, синяки под глазами, спутанные грязные волосы, мятая одежда. Со слов Макса я знала, что он пустил по ветру клуб, который тот ему доверил. Денис спутался с какими-то мутными типами, продававшими наркотики. Возможно, это были люди Харона, а может быть и нет, однако Дениска солидно влип. Чтобы погасить его долги, Максу пришлось продать один из клубов. Больше он другу сотрудничество не предлагал.

— Машенька, привет, — улыбаясь, произнес Орлов хриплым голосом. — Как твои дела?

— Нормально. Кирилл, иди ко мне.

Мальчишка послушно подбежал к Машке и обнял ее за ноги. Подруга погладила сына по голове.

— Не убегай от нас далеко, хорошо?

— Угу, — кивнул Кирилл.

Денис внимательно смотрел на ребенка, а потом поднял взгляд на меня и спросил:

— Твой?

Я удивленно уставилась на него.

— Мой, — уверенно заявила подруга.

Денис недоверчиво взглянул на Машку, потом на ребенка. Снова на Машку, и снова на ребенка. Сходство было. Не яркое, но было. Глаза почти такого же оттенка, что у Орлова, идентичный цвет волос, а еще нос. Мне всегда казалось, что у них с Кириллом одинаковые носы.

— Сколько ему? — наконец спросил Денис.

— Не высчитывай — не сойдется! — объявил подошедший сзади Дракон.

Орлов вздрогнул и тупо уставился на Даньку. Огнев шагнул к Машке с Кириллом и, взяв мальчишку на руки, звонко чмокнул Машку в щеку. Как по заказу, Кирилл радостно пискнул и, глядя на Даньку, объявил:

— Папа!

На лице Орлова отразилось облегчение.

— А ты что тут забыл? — накинулся на него Дракон. — Очередную пассию себе тут завел? И не стыдно? Прямо в нашем доме!

— Я к знакомому. По делу, — буркнул Денис.

— Вот и чеши к своему знакомому. Нечего тут своим видом атмосферу угнетать.

Денис хотел было что-то ответить, но у него зазвонил телефон. Кинув последний взгляд на Машку (такой грустный, недосказанный взгляд), он принял вызов и зашагал к домофону. Набрал нужный код и скрылся за дверью.

Мы с Машкой шумно выдохнули.

— И что это было? — воскликнула я.

— Кошмар какой-то, — пролепетала Машка. — Я была уверена, что он все поймет. Как думаешь, что бы случилось, если бы Орлов узнал, что Кирилл — его сын.

Я пожала плечами. Кто знает, Орлов странный человек, с огромными и очень непонятными тараканами в голове.

— Если бы не Данька, была бы катастрофа, — заметила Машка.

Я уверенно закивала. Мы синхронно повернулись к Дракону, который держал на руках Криюшку, сюсюкал с ним и улыбался во весь рот. Заметив, что мы с интересом разглядываем его, Данька восхищенно крикнул:

— Вы слышали? Этот мелкий чувак назвал меня «папой»! Очуметь!