Майя могла быть только с несколькими людьми собой и при этом они от этого не начинали нервничать.

А когда мы допели песню, я увидела море восхищения в мужских глазах. И всё это сводилось к одной дебильной фразе: «Ты погляди, моя отжигает».

Олег не выдержав, подошёл к сцене и перехватив меня за талию, спустил с неё осторожно. Бурные аплодисменты и крики Артёма о том, что “девочки, это было шикарно”, звенели в ушах.

— Артём прав — это было шикарно. Ещё лучше, чем когда вокруг заказчики.

— Ну так перед заказчиками нельзя облажаться, а здесь можно быть собой. — Улыбнувшись, погладила по груди Новикова и мы снова вернулись в беседку.

Разговоры стояли абсолютно странные: начиная от последних инвестиций биржи и заканчивая тем, кто чем заменял подгузники, когда дети были мелкими. И в этот момент Артём, словно бы включившись в подгузничную тему, перевёл взгляд на Новикова.

— А у тебя нет детей?

Олег пожал плечами и развёл руками.

— Нету.

— И ты не хотел?

— Нет.

— И ты ни разу не женат?

— Нет.

Новиков уже улыбался, предвкушая вопрос о том, что: “а как так вообще получилось”, и поэтому, когда все затихли в беседке, Олег спокойно ответил:

— Я очень много работал, когда надо было строить семью. Работал не всегда успешно. Плюс у меня у родителей такие себе отношения. Я повторения не хотел. Но иногда так бывает, что даже после всего пройдённого меняются взгляды.

И вот тут как раз-таки все напряжённо затихли.

Рука Олега скользнула по моей ладони и крепко её сжала. Он опустил взгляд на мою руку и тепло улыбнулся.

— Ну вообще, — продолжил он, не смущаясь, — сорок пять — это разве возраст? Я как минимум до соточки планирую дожить. Значит, и детей успею, и внуков встретить.

Артём получив настолько искренний ответ и явно не ожидая такого от незнакомого человека, хлопнул ладонью по столу и заметил:

— За это надо выпить.

Олег улыбнулся.

— Надо.

Концовку вечера многие могли пропустить.

Многие из мужчин.

Потому что баня, алкоголь, пьяные песни о том, что “у любви села батарейка” — однозначно способствовали такому окончанию вечера.

Но Новоженовы уехали первыми. А вот Марта с Альбертом решили остаться. Я посмотрев на счастливого Новикова, который братался с Артёмом, хватая друг друга за шеи и тыкаясь лбами, подумала о том, что ну в этом доме спален хватает. Поэтому мы с девчонками побежали готовить всё ко сну.

Я побоялась идти в баню, потому что не знала нормально мне будет или ненормально. С рандомным токсикозом не знаешь, как угадать.

Когда спальни были готовы, я отписалась Лере с Марком о том, что мы сегодня останемся у тёти Нади, а бабуле не давать выхлестать ещё одну бутылку “Просекко”. И тусовки лучше в квартире не собирать, а то Акулина Арнольдовна со своей бутылкой “Просекко” заставит всех музицировать. Лера ответила «ок» и сказала, что Марк бабулю днём увёз домой, в Речные Зори, потому что она соскучилась по своему роялю. Причём Марк задержался очень сильно, до вечера, у бабушки, ведь она попросила помимо своей доставки организовать ещё доставку продуктов, алкоголя и цветов.

Я грустно улыбнулась, потому что мне было так тепло и комфортно от того, что бабуля дома была, что я даже немного расстроилась.

Марк отписался позднее о том, что бабуля доставлена, упакована и чувствует себя самым наилучшим образом, а он через три дня улетит в Москву по делам.

Я вскинула брови, но не стала уточнять какие это у моего сына появились в Москве дела. Но мне было очень интересно.

Когда поддатенькие мужчины начали стекаться в дом, я выхватила Новикова и повела его в его спальню.

— А почему ты не со мной?

— А потому, что у нас с тобой ничего нет. Так что, давай здесь не позорь меня перед друзьями.

— Перед твоими друзьями невозможно опозориться, — протянул со знанием дела Новиков и улыбнулся. — Ты права — они настоящие.

Я ласково взглянула на него и покачала головой.

— Но это всё равно не даёт тебе права выставлять меня за дверь.

— Да я тебя не выставляю за дверь. Я тебя укладываю спать в соседней спальне. Вот и всё. Я всё-таки порядочная женщина и не могу после всего лишь пары месяцев траура по браку вдруг оказаться в постели с другим мужчиной.

Олег покачал головой, намекая на то, что я сейчас очень сильно лукавила.

Да, я могла. Просто я не видела в этом смысла.

Заперевшись в своей спальне, я привела себя в порядок. Надя выдала мне спальную сорочку. И уже вырубив телефон, я долго лежала и думала: а что дальше-то делать? Ну, хорошо, показала я Олегу, как выглядят настоящие друзья. А дальше-то что? Это же ничего не меняет.

И планировала как минимум поговорить начистоту с ним, упуская один очень важный момент в этом разговоре.

Когда я почти задремала, услышала со второго этажа из комнаты, которую занимали Альберт с Мартой, шушуканье.

— Ох, сплетники, — подумала я про себя и усмехнулась.

Но на самом деле этим были и хороши семейные пары. Я помнила, что мы с Яшей тоже много кому перемывали кости, когда никто не слышит.

А сейчас… А сейчас было немного странно и непонятно.

Рано утром я проснулась от того, что жутко захотела в туалет. Я даже не обратила внимание на то, с какой стороны кровати встаю на пол.

И это меня сгубило.

Потому что встала я на Новикова. Он охнув, поджал под себя ноги и сонно выдал:

— Майя, ну я же, как самый настоящий рыцарь, даже не лёг к тебе в постель. А так, прибился на полу, чтобы только с тобой. А ты по мне с утра ходишь.

Горячие пальцы перехватили мою щиколотку и Новиков, потеряв страх, притянул мою ногу к своим губам и чмокнул на своде стопы.

— Ты чего здесь делаешь? — хриплым со сна голосом уточнила я.

— Мне не спалось. Я пришёл к тебе, но подумал, что ты не оценишь, если я залезу к тебе в постель. Ну и сперев твою вторую подушку и притащив из своей спальни одеяло, я решил лечь рядом.

Я растёрла глаза и наклонилась.

— Тебе вот сколько лет для таких поступков?

— Нормально мне лет. Успокойся, — уже тихо произнёс Новиков и наконец-таки сел на полу, скрестив ноги по-турецки. — Но отдохнули знатно. Мне понравилось.

Я ещё не пришедшая в себя, поспешно кивнула. Но в этот момент Олег щёлкнул пальцами.

— Но знаешь, я тебе так могу сказать: в этом поединке у нас с тобой ничья.

— Это ещё почему? — насупилась я.

Я понимала, что мои друзья однозначно лучше, чем его.

Олег подполз к кровати и перехватил меня за щиколотки, гладя большими пальцами внутреннюю сторону.

— А знаешь, почему? В каждой избушке свои погремушки. Ни к Артёму с Надей, ни к Новоженовым — у меня вообще ни одного вопроса. Но самое дерьмовое было вчера то, что когда вы с девочками оказались на сцене, три мужчины из четырёх стояли с офигевшими рожами. Ну, лично я офигевал от того, насколько ты крутая. Ребята, не знаю, от чего офигевали. Но только одному мужчине было наплевать на выступление. Как только Марта поднялась на сцену, Берт встал и вышел из беседки.

И так ведь получалось, что Олег прав — святых нет нигде.

И я испытала ужасное чувство, что надо как минимум порчу на Новака навести, что он мне такой расклад испортил. С Акулиной Арнольдовной поговорю!