Я остановился у двери моей новой студии и замер с ключами в руках. До этого момента ощущение того, что мне больше не придётся ездить в «Содружество» в Мытищах, казалось каким-то сюром. Мысленно я был готов к поездке на метро до Медведково, а потом трястись на маршрутке или метро, но теперь путь на работу занимал от силы полчаса.

Правда, вместе с арендой нового помещения пришло и осознание того, что я вконец и бесповоротно погряз в долгах. Бауманка, кредит на полмиллиона рублей, квартплата, доплата Ирине за старшинство, и на что-то ещё надо было существовать. Стоит мне заболеть, как весь этот поезд, стремительно несущийся мне на встречу, ударит с такой силой, что вряд ли потом оправлюсь.

Да. Подписчики и желающие посетить студию уже росли не так сильно, но просмотры капали. Единственная проблема была в том, что все они проходили по статье «потенциальные» и фактически находились только на бумаге. Ну, или цифровой страничке, если уж быть точнее. До тех пор, пока перед новой студией на Земляном Валу не выстроится очередь, нависшая над головой гильотина будет приближаться с каждым днём всё быстрее.

С этой мыслью я закрыл глаза и дважды глубоко вдохнул. Свежий майский воздух приятно проникал в лёгкие кратким обещанием, что до полноценного лета осталось не так уж и долго. Вроде ещё вчера праздновали восьмое марта вместе с переездом в новую квартиру, как впору было готовиться к Дню Победы.

— Я справлюсь, — прошептал себе под нос и открыл глаза.

Ключ идеально вошёл в замочную скважину и дважды провернулся. В нос ударил запах пустующей студии и картонных коробок с расходниками, которые заказал ещё прошлым вечером. Проходя мимо них, чуть не запнулся о неряшливо брошенную швабру, переступил через сложенный пополам старый массажный стол из Мытищ, перевидавший уже многое, и зашёл в тесную подсобку.

Стоило лишь щёлкнуть тумблером распределительного щитка, как под глухое гудение вся студия ожила. Снаружи включались одна за одной потолочные лампы, и свет разливался по утренним коридорам моего нового дома.

Когда вернулся в холл, где помимо коробок и сложенного стола находилась единственная стойка администрации, снял с плеч рюкзак и достал старенький ноутбук. Ничего, наступит тот день, когда смогу позволить себе обновить цифровых помощников, включая и телефон, купив новенький смартфон, но пока придётся довольствоваться этим. Под хруст кнопки включения, внутри устройства принялись раскручиваться шумные кулеры, которым явно требовалось обслуживание, а я плюхнулся на единственный офисный стул и посмотрел по сторонам.

Жить можно. Повесить пару картин, поставить в угол какую-нибудь пальму, у двери стойку с развлекательными журналами и небольшой настенный аквариум. Чем чёрт не шутит, может, когда-нибудь повешу на стену плазму, по которой будут крутить ролики Вики… Интересно, почему подумал именно о ней?

В целом, интерьерщик из меня так себе, и здесь бы мне точно пригодилась женская рука. Допустим, рука той, которая всё ещё молчит. Читает мои сообщения, но молчит. Так что раз уж Аня решила взять небольшой тайм-аут и как следует в себе разобраться, не буду тратить время впустую и займусь делом.

Я открыл окна, впуская свежий воздух, попутно проверяя статус доставки на Авито. Сегодня должны были привести мебель. Массажные столы, шкафы, тумбы — всё, что выбрал ещё вчера вечером, когда ужинал любимыми магазинными пельмешками с провинциальным майонезом.

— Алексей Николаевич? Вы здесь? — вдруг раздался голос откуда-то из холла.

— Да, — крикнул в ответ, открывая окно в одном из массажных кабинетов. — Сейчас буду.

У входа стояла Ирина Петровна, с интересом оглядывая интерьер, а за ней вошли ещё две женщины, которых я прежде не видел. В одной руке Ирина держала большую сумку, заполненную какими-то личными вещами и спортивным инвентарём, а в другой сложенные в один файл документы.

— Вот, — сказала она вместо приветствия. — Обещала людей и, собственно, привела.

Первая женщина была примерно её возраста, но выглядела моложе. Снова короткие тёмные волосы со слегка заметной проседью, спокойное лицо и крепкое телосложение. Я же, конечно, в первую очередь обратил внимание на руки.

— Наталья Сергеевна, — представила первую Ирина. — Двадцать три года в спортивном диспансере. Массаж, восстановление после нагрузок, работа со спортсменами.

— Просто Наталья, если можно, — сказала женщина и протянула руку.

Рукопожатие оказалось крепким.

— Алексей, — ответил я.

Ирина тут же указала взглядом на вторую.

— А это Марина Викторовна. Стаж чуть меньше двадцати лет, но работала в основном по школам и спортивным сборам. В последние годы упор на лёгкую атлетику и немного на гимнастику.

— И тяжёлую, — добавила она и тоже протянула руку.

— Тяжёлая — это хорошо, — пожал её в ответ. — У нас, скажем так, небольшой договор с одним из московских клубов. Часто приходят борцы, боксёры и, в целом, ребята довольно крупные и крепко сложенные.

— Значит, здесь мы будем работать? — спросила Ирина, прохаживаясь по коридору.

Я кивнул и проводил их взглядом.

— Кабинеты светлые и просторные. Скоро должны будут привезти мебель. Можете расставлять, как вам будет угодно, главное, чтобы работать было удобно. Ирина Петровна уже рассказала вам, чем мы здесь планируем заниматься?

— В общих чертах, — ответила одна. — Массаж, восстановительная работа и спортсмены.

— Не только, — добавил я. — Послеоперационные тоже бывают, как и обычные люди с перегрузками. Но есть и важный момент: мы не берём всех подряд. Если посчитаете, что требуется вмешательство врача — посылаете клиента к врачу. Если нужны снимки — на обследование. Лучше десять раз перебдеть, чем один раз махнуть рукой.

Ирина кивнула.

— Ещё уточнение. Мы не студия тайского массажа, но если клиент захочет расслабиться после тяжелого рабочего дня или тренировки — такие услуги мы тоже оказываем. Общий расслабляющий и тонизирующий входят в перечень нашего прайса. Такие клиенты точно будут, но большинство придёт к нам с определенными проблемами.

— Алексей Николаевич обеспечит нам поток клиентов, — вставила за меня Ирина. — Я же буду составлять графики и следить за расписанием.

— Да… — согласно кивнул я и достал завибрировавший телефон, на котором высветилось «Ника Соцсети». — Так, Ирина Петровна здесь главная и отвечает за организацию. Со всеми вопросами можете смело обращаться к ней, как и с жалобами, только ни в коем случае не при клиентах! Особо тяжелые случаи я забираю себе, но об этом, как и об оплате, поговорим чуть позже.

Женщины согласно кивнули, а я отошёл к административной стойке и ответил на звонок.

— Ника, привет. Я как раз собирался тебе сегодня звонить.

— Да, привет, — раздался приятный голос нового админа странички студии. — Так, предоплату за этот месяц я получила, и раз уж мы будем сотрудничать, то давай разгребать, потому что пока что у тебя здесь настоящая помойка.

— Ага, и не говори, — ответил я и плюхнулся за ноутбук. — Идеи?

— Значит так, Вики привела к тебе не только людей с проблемами, но и спамеров. Эти в определённом количестве полезны, когда надо придать видимость жизни, но у тебя контент другой, поэтому оставим процентов двадцать самых мирных, а остальных в бан.

— Согласен, — кивнул в ответ и продолжил слушать.

— Откровенную пошлятину, спам и особо упоротых я чищу без согласования. В перепалки не вступаю, на вопросы про Вику не отвечаю. В крайнем случае могу напомнить, что страничка посвящена работе студии. Чем быстрее забудут про Сокол, тем быстрее мы получим твоё новое ядро. Целевую аудиторию тех, кто придёт и принесёт тебе деньги, а не просто тех, кто пришёл на весёлые картинки посмотреть или наспамить мемов.

Я посмотрел на экран ноутбука, где всё ещё висела целая гора непрочитанных сообщений.

— То есть, я могу больше не сидеть вечерами и не банить людей с идиотскими вопросами?

— Именно, — ответила Ника, попутно постукивая по клавиатуре. — Для этого у тебя есть я. Теперь по аудитории. Я пролистала обращения, и среди них действительно есть достаточно серьёзных. Нам нужны спортики, родители детей из секций, люди после травм и операций. Это будет основной костяк, как и просил. Дополнительную целевую аудиторию добью обычным офисным планктоном, кто хочет просто качественный массаж. Ты следишь за мыслью?

— Пока нареканий нет, — ответил я.

— Норм. Мебель уже привезли?

— Нет ещё, кое-что уже перевёз, но всё будут подвозить по частям в течение дня.

— Отлично. Фотографируй.

Я посмотрел на коробки, старый стол и швабру у стены.

— Так нет же пока ничего.

— Плевать, — спокойно добавила Ника. — Пустой кабинет, коробки, процесс сборки мебели, а потом готовый результат. Людям нравится смотреть, как что-то появляется с нуля. Только фотографируй нормально, а не так, что мне потом придётся сидеть и фотошопить.

Вот с этим может быть проблема. Я посмотрел на свой старенький Оптимус Л3 и огорчённо выдохнул. Существовала вполне веская причина, почему у меня никогда не было своих фотографий. Все наши самые важные моменты жизни щёлкались на телефон Ани, а камеры у меня не было. А вот у кого она была? Опять же, у той же Ани, причём профессиональная, на которую она в свое время фоткала результаты СКД. Вот только брать её вещи, не спросив, лучше не стоит, поэтому придётся импровизировать.

— Будет тебе фотоотчёт, — уверенно заявил я.

— Хорошо, буду ждать. Теперь перейдём к сотрудникам. Каждую представим отдельно: опыт, с чем работает, в чём профи. Нужны будут их фотки, желательно, в белой рубашке или, ещё лучше, в форме. Как показывает статистика, люди чаще доверяют и кликают на профи в форме. Сам тоже сфотайся, но уже в костюме. Мы будем рекламировать тебя в первую очередь, как бизнесмена с золотыми руками. Мы с тобой примерно ровесники, так что не вижу пока смысла пиарить твой опыт. Так, что ещё?

Я записал всё, что от меня просила Ника, и заметил, что мои сотрудницы уже похватали тряпки и принялись отмывать кабинеты.

— Да! — внезапно добавила девушка. — Смотри, желательно документировать работу с клиентами, с их, естественно, разрешения. Нужно несколько фоток профессиональной атмосферы и работы. Плюс будешь присылать мне интересные случаи, заведём такую рубрику: «Случай недели». Только учти, что читать тебя будут простые люди, поэтому никаких подвздошный костей и всяких там отростков. Просто, обычным языком, с лёгким налётом профессионального флёра. Ты записываешь?

— Иду строкой, — ответил я, переворачивая страницу блокнота. — Что ещё?

— Акции, — ровным голосом добавила Ника. — На открытие сделаем предложение для новых клиентов, но без идиотских скидок в семьдесят процентов. Тут бы тебе по-хорошему с бухгалтером или пиарщиком потрындеть, но пока ограничимся моими идеями. Можно более дешевые приёмы в свободные окна непопулярного времени или что-то в этом роде. В общем, ты разберись, а я всё красиво оформлю. Главное, чтобы акция приводила человека, а не создавала толпу охотников за халявой. Иначе мы оба не разгребём.

— Понял, как часто нужно всё это выкладывать?

— Три-четыре хороших публикации в неделю хватит, — ответила Ника. — Плюс короткие новости: свободное окно, новый сотрудник, новая услуга и всё такое. У тебя бизнес не как у Вики, поэтому спамить контентом не будем, а то твоя аудитория быстро устанет.

Я дописал последний пункт и поставил точку.

— И ещё. Мне нужно твоё письменное разрешение отвечать от имени студии. Бланк я тебе уже отправила.

— Будет, но только по услугам и организационным вопросам. Всё, что касается терапии — сначала ко мне.

— Разумно, — ответила Ника. — Тогда жду фотографии, можешь не сегодня, мне всё равно пока всё чистить и приводить в порядок, но лучше не тяни. Пока такая шумиха, нужно начинать людям скармливать контент и показать, что студия скоро откроется, и они могут обращаться со своими проблемами. Ну всё, иди строй свою империю, и если будут вопросы — звони. Я всегда на связи.

— Понял, буду держать в курсе.

На этом разговор был прекращён, и я положил телефон на стойку. Ника просила в месяц ровно пятнадцать тысяч и ни рублём больше. Я сначала подумал, что на данном этапе пока не могу позволить себе полноценного СММ-щика, но после разговора с ней все сомнения отпали. Я-то уж думал, что она будет отвечать на сообщения, почистит и приведёт в порядок страницу, а девушка вывалила на меня такой поток информации, что непонятно, то ли она вела студию, то ли готовила меня к выборам.

В любом случае, пока что вложение того стоит.

Правда, взятый кредит в банке начинал стремительно таять. Ещё не привезли мебель, а у меня в кармане осталось чуть больше сорока тысяч, если не считать личные средства.

Я поднял голову минут через двадцать, когда мимо меня прошлись работницы, вооруженные вёдрами и тряпками.

— Алексей Николаевич, — послышался голос Ирины из кабинета. — Там, кажется, к вам приехали.

У входа действительно стояли двое парней, а за их спинами на тротуаре красовался небольшой грузовичок. В кузове были закреплены три массажных стола, которые я заказал ещё прошлым вечером на «Авито». Формально они были новые, но продавались через какого-то поставщика складских остатков, поэтому цена получилась куда приятнее магазинной.

— Куда заносить? — спросил один из грузчиков.

Вот здесь я впервые почувствовал себя полноценным хозяином помещения.

— Один сюда, — ответил я. — В дальний кабинет, второй пока в средний, но ставьте ближе к окну.

Пока они разгружали, я прошёл в кабинет и остановился посередине. Вчера комната казалась просто светлой коробкой, но теперь смотрел на неё, как на незаконченный проект. Следом в кабинет вошла Ирина. Она поставила ведро и указала грузчикам, куда поставить её новенький рабочий массажный стол.

В итоге он занял место почти по центру кабинета, но со смещением к стене. Теперь с обеих сторон оставалось достаточно пространства, чтобы можно было спокойно работать руками, а у изголовья поставить небольшой стул. Возле противоположной стены должен был появиться шкаф для чистых простыней и инвентаря, а у дальней стены складная ширма для переодевания.

Вот теперь правильно.

Следом приехала и вторая доставка. Несколько разобранных шкафов и тумб выгрузили прямо в холл огромными плоскими коробками. Сборку продавец предлагал отдельно, но платить человеку за возможность закрутить десяток винтов мне не позволяла гордость. К тому же, если бы батя узнал, что его сельский сын не в состоянии собрать обычный шкаф, то явно бы расчехлил свой старый армейский ремень.

Так что я достал свой инструмент, потёр ладони и приступил к работе. Через полчаса шкафы для всех трёх кабинетов были собраны и заняли места согласно пожеланиям новых работниц. Удивительно, они все выбрали совершенно разные местоположения для мебели, что придавало каждой комнате свою уникальность.

Постепенно холл превращался в настоящий склад. Следом привезли небольшие тумбы на колёсиках, ширмы и стулья для кабинетов. Я сразу распределил всё по комнатам, чтобы потом не таскать по второму кругу, и ближе к обеду даже взмок. Тумба справа от стола, масла, антисептик, тейпы и всё, что потребуется непосредственно во время работы.

После обеда приехала мебель для зоны ожидания. Два небольших мягких диванчика и четыре стула. С кожаной обшивкой пришлось повременить и взять обычную светлую, которая, по словам продавца, легко чистилась.

Удивительно, но с зоной ожидания пришлось возиться дольше всего.

Сначала поставил диваны друг напротив друга, и сразу стало понятно, что получилось помещение для групповой терапии. Сидящие незнакомые люди вынуждены были бы смотреть друг другу прямо в лицо. Поэтому развернул один вдоль стены, второй поставил под углом возле входа. Так оказалось лучше.

Стулья встали напротив стойки администратора. Один оставил ближе к двери специально для тех, кому тяжело долго стоять после травм или операций. Между диванами позже можно было поставить небольшой столик с журналами, а возле стены обязательно кулер.

Я отошёл ко входу и прищурился.

Теперь человек, заходивший прямо с улицы, сразу видел стойку, справа зону ожидания, а затем коридор к кабинетам.

К середине дня от пустого помещения не осталось и следа. В кабинетах стояли шкафы, столы, тумбы и ширмы. Во втором Марина раскладывала привезённые валики по размерам. В третьем я всё ещё переставлял мебель, пытаясь выиграть лишние полметра для осмотра в движении. В общем, в итоге получилось довольно неплохо, но далеко не идеал.

Вот таким образом к вечеру студия наконец перестала напоминать склад или мебельный магазин. Коробки я стащил в подсобку, обрезки упаковки сложил возле входа, а последние несколько запасных винтов аккуратно собрал в баночку из-под кофе.

Светлая зона ожидания, два дивана, несколько стульев и стойка администратора. Не хватало только самого администратора, но это проблема кадровая, не финансовая. Дальше шёл коридор и двери по бокам, за которыми находились полноценные рабочие места. Пускай пока без особого шика и в популярном ныне стиле минимализма, но работать уже можно.

— Ну что, вроде симпатично вышло, — сказала Ирина Петровна, остановившись рядом.

Я уже собрался ответить, как с улицы донёсся какой-то шум. Сначала хлопнула дверь машины, потом ещё, и до студии донеслась целая вереница голосов. Какое-то представление, что-то насчёт спонсоров и прочее. Я выглянул в окно и нахмурился.

Возле входа стояла Вика, вот только была она не одна. За её спиной из большого микроавтобуса выгружались трое человек с профессиональной техникой. Саму же Соколову уже снимал какой-то парень на камеру и скакал вокруг неё, выбирая пикантные ракурсы.

— Да твою же мать… — в голос выругался я.

— Вы её знаете? — удивлённо спросила Ирина, которая, видимо, понятия не имела, кто это.

— Лучше бы не знал… — сквозь стиснутые зубы процедил я, потирая переносицу. — Вы, наверное, идите, я здесь сам закончу. Потому что, вполне возможно, скоро нас накроет бурей.

Дверь распахнулась, и первой вошла Вика. Светлые волосы собраны в высокий хвост, идеально длинные и стройные ноги подчёркивали облегающие тёмные джинсы, а тело покрывала кожаная короткая, до живота, куртка с короткими рукавами и логотипами спонсоров. Я сразу заметил, что левая рука у неё была без фиксатора, но сама Вика старалась ею почти не шевелить.

Она остановилась посреди холла, словно модель на подиуме, и довольно улыбнулась.

— Вот он… Мой спаситель, мой лекарь, мой Лёша.

Камера моментально взяла моё лицо в крупный план, но я остался невозмутимым.

Вика подошла ближе и, бросившись на шею, крепко обняла.

— Ну же, подыграй мне, — прошептала она на ухо. — Этот ролик даст тебе вторую волну популярности.

Я развёл руки в стороны и спокойно отодвинул её от себя.

— Вика, это что за клоунада?

Оператор, удивлённо приподняв брови, посмотрел на девушку, явно не ожидая такой реакции, а я увидел, как в дверях размахивала руками какая-то брюнетка. Судя по строгому костюму и убранными назад волосам, либо продюсер, либо ассистентка.

Соколова же ничего не ответила и обошла меня, и камера последовала за ней.

— Значит, вот как ты решил всё обставить, — она развернулась. — И что, даже со мной не посоветовался?

Я повернул голову и посмотрел на оператора.

— Вырубай, — приказал ему грубо.

Он взглянул на Вику. Девушка улыбалась, но ничего не сказала. Оператор же отполз на колене поближе к девушке и навёл камеру на меня.

— Либо ты вырубаешь камеру, — продолжил я, — либо я вырублю тебя.

— А потом сможешь его починить, — хихикнула Вика, а затем всё же кивнула.

Оператор облегченно выдохнул и опустил камеру. Тут же подбежала та брюнетка, протягивая Вике картонный стакан с кофе, и что-то ей прошептала.

— Вышли, — вдруг приказным тоном выпалила Соколова, чего я точно не ожидал. — Попробуем ещё раз через десять минут. Снимите пока снаружи.

Она дождалась, пока мы останемся одни, а затем встала спиной к выходу.

— Я тебя не понимаю, Лёша. Что тебе от меня надо?

— Это я пытаюсь до тебя донести, Вика, — устало выпалил я. — Я не жду, чтобы ты мне отплатила, пойми наконец. Ты… Мне… Ничего… Не должна. В ту ночь кто-нибудь другой бы вызывал скорую, тот же самый водила, если бы меня не было в машине. У тебя не было смертельных ранений, и уж тем более я тебя не лечил и не спасал жизнь.

Вика подошла, и на мгновение её взгляд стал необычно серьёзным.

— Твоё мнение на этот счёт меня мало интересует. Главное, что об этом думает общественность, а у общественности буквально по ляжкам течёт. Одна бомба уже рванула. Если запишем ещё один ролик, и ты мне подыграешь…

— Да господи, Вика! — схватил я её за оба предплечья. — Остановись! Не всё в этом мире измеряется лайками и просмотрами. Ты почему без фиксатора?

Она виновато посмотрела на левую руку.

— Моя целевая аудитория в основном мужики, а мотокросс не терпит слабость.

— Плевать я хотел на них, — резко ответил я. — Ты пришла ко мне в кабинет, потому что нуждалась в помощи, и точка. Врать не буду, создала ты мне столько проблем, что не знаю, получится ли их все разгрести или нет, но ты же и помогла, это тоже стоит признать.

Вика ничего не ответила и пристально смотрела мне в глаза.

— Если хочешь гоняться за пиаром таким образом — дело твоё. Но не нужно раскручивать этот надуманный роман ради меня. Мне такая публичность и бесплатно не упала.

— А что же мне тогда делать? — вдруг спросила она тихим голосом.

Я опустил голову и устало выдохнул.

— А мне-то откуда знать? Хотя, кое-что ты всё же сможешь сделать.

Лицо девушки заметно посветлело.

— Что?

— Раз уж пришла, пошли, будешь моей первой клиенткой на новом месте. Всё равно настала пора проверить, как идёт процесс заживления. Поэтому давай, отправляй свою команду домой, а сама снимай куртку.