Мы вышли в торговый зал втроём, и я аккуратно прикрыл за собой дверь подсобки. Елена Борисовна шла впереди, прижимая Пушка одной рукой, а второй то и дело касаясь щеки, словно проверяя бодрствует ли она.

— Борис Олегович будет… — она замолчала, подбирая слово, — … потрясён. Или в обмороке. Пока затрудняюсь спрогнозировать.

Говорила она явно про мужа, а не отца. Просто имена совпадают, обоих зовут Борисами, бывает.

— Елена Борисовна, — я понизил голос, стараясь звучать по-деловому. — Хотел напомнить про некоторые нюансы оформления. Мы с вами обсуждали определённые… особенности документации.

Хмельникова перехватила мой взгляд и едва заметно подмигнула. Сразу поняла, что я не хочу при Стасе говорить, что документов просто нет.

— Помню, Денис Валерьевич. Можете совершенно не переживать на этот счёт. Борис сам всё решит, у него связей — на три министерства.

Она поправила палантин и посерьёзнела:

— Но вот что действительно важно. Вы должны лично приехать на юбилей. Зверь А-ранга, двадцать седьмой уровень — такого никто из наших знакомых приручителей просто не потянет. Привязку сможете создать только вы, я в вас верю. Да и Борис захочет познакомиться с мастером. Вы ведь понимаете?

— Разумеется, — я кивнул. — Буду во всей красе.

Лицо Елены Борисовны озарилось той самой улыбкой, что возникает при созревании коварных светских планов.

— Вот и чудесно! — она повернулась к Стасе и лукаво сощурилась. — Стасенька тоже будет на празднике. Практически свидание получается!

— Пар-р-рочка! — тут же влез Архимед, распушив хохолок. — Жених и невеста! Тили-тили-тесто! Горько-горько!

Стася залилась таким румянцем, что веснушки на переносице растворились в сплошном розовом. Но уголки губ поползли вверх, и она опустила голову, пряча улыбку за светлой прядью.

Я мысленно вздохнул. Второе «свидание», которое ни разу не свидание, а сплошная логистика, привязка и дипломатия среди олигархов. Романтика, как говорится, витает в воздухе — вместе с запахом изысканных блюд и интриг.

Елена Борисовна защебетала что-то про дресс-код и удивительную молодёжь, подхватила сумочку, расцеловала Стасю в обе щеки, послала мне воздушный поцелуй и выпорхнула за дверь вместе с Пушком. Колокольчик зазвенел ей вслед, как маленький оркестр.

Тишина продержалась ровно полторы секунды.

— Дэн, — Стася развернулась ко мне с выражением, которое я уже научился узнавать: артефакторский мозг переключился на новую задачу. — Тебе нужен костюм. Юбилей Хмельникова — это закрытое мероприятие для высшего магического общества. Туда в джинсах и кроссовках просто физически войти нельзя, охрана развернёт.

— Птичке галстук! — взвился Архимед, переступая когтями по её плечу. — Бабочку! Фр-р-рак! Цилиндр! Монокль! Птичка в смокинге — звезда вечер-р-ра!

— Отличная идея, — я прищурился на какаду. — Особенно галстук. Его удобно затянуть потуже, когда кое-кто слишком много болтает.

Архимед надулся, как воздушный шарик. Хохолок прижался к голове, круглые чёрные глаза обиженно блеснули. Он демонстративно развернулся ко мне затылком и пробормотал:

— Тир-р-ран. Деспот. Птичка запомнит.

Стася прыснула и погладила его между крыльев кончиками пальцев.

— Ты очаровательный, Архимед. Просто невозможно на тебя сердиться.

Попугай мгновенно оттаял, развернулся и царственно подставил затылок для продолжения.

— Архимеда оценили! А Дэнька не ценит! — пробурчал он, косясь на меня одним глазом.

Я окинул взглядом торговый зал. Возле нижнего стеллажа, рядом с мешком гранулированного корма, тёмной громадой растянулся спящий Тоша. Его чешуйчатый бок мерно вздымался. Гребень на спине еле заметно мерцал — голубоватый ночник на фоне магазинных полок.

А рядом с вараном, плечом к плечу, сидела троица. Коша с безупречной осанкой маленького сфинкса. Рыжий мех топорщился на загривке. Лис с развёрнутыми вперёд ушами, чёрный нос подрагивал, улавливая электрический запах варана. Зефир с торчащим из пасти языком. Хвост выдавал нервную дробь.

Все трое таращились на спящую ящерицу с одинаковым выражением: настороженный интерес, помноженный на полное отсутствие плана действий. Как три пацана у забора, за которым живёт соседский ротвейлер — и страшно, и любопытно, и уходить обидно.

Зефир сдался первым. Щенок мотнул головой вбок и нежно прихватил Лиса за кончик огромного уха. Фенек дёрнулся, укоризненно глянул на далматинца и легонько ткнул его носом в щёку. Зефир завилял хвостом с удвоенной частотой и потянулся за вторым ухом.

— Ладно, — Стася хлопнула в ладоши и решительно подтащила табурет к прилавку. — Садись. Будем выбирать.

Я сел на стул за стойкой, она устроилась рядом. Архимед перелетел на столешницу и принялся вышагивать вдоль края с видом генерала, инспектирующего гарнизон.

Достал «Рунофон» из кармана и разблокировал экран.

— Есть идеи, где брать мажорский прикид? — уточнил я.

— Открой «Магнат-Стиль», — подсказала Стася, подавшись ближе. — Там есть отдел мужской формалки. Нормальные цены, а ткани с базовым мана-плетением — на приёме не будешь выглядеть как статист.

Я вбил адрес, экран заполнился каталогом. Костюмы-тройки, сорочки, мантии для торжественных случаев, аксессуары. Стася ткнула пальцем в тёмно-синий приталенный вариант с серебристой нитью в лацканах.

— Вот этот. Классика, но выглядит дорого. Тебе пойдёт — к глазам.

— Дор-р-рого! — одобрил Архимед, склоняя голову и разглядывая экран одним глазом. — Шикар-р-рно! Олигарх! Денег нет, стиль — есть!

Я отложил телефон и скептически посмотрел на студентку.

— Синий с серебром? Серьёзно? Стась, я иду на юбилей к магнату, а не выступать с кордебалетом. Ещё блёсток мне на лацканы насыпь.

— Дэн, это тренд! — возмутилась она, схватила телефон и повернула ко мне экраном. — Это благородный цвет! Ты же не можешь прийти туда в костюме охранника или гробовщика. Там будет весь свет! Нужно выделяться.

— Я притащу туда гибрида А-ранга и говорящего попугая-рэкетира. Поверь, выделяться буду с запасом, — я забрал у неё «Рунофон» и принялся листать каталог сам. — Мне нужно что-то строгое. Чёрное. Практичное. И чтобы я в нём не чувствовал себя новогодней ёлкой.

— Скука! — тут же вставил Архимед. — Тр-р-раур! Похор-р-роны! Кто умер⁈

— Твой ореховый паёк умер, если не заткнёшься, — парировал я, быстро прокручивая пестрящие страницы. — Вот. Смотри.

Ткнул пальцем в строгий, угольно-чёрный костюм-тройку. Никаких серебряных нитей, никаких вычурных узоров. Только глубокий, матовый цвет и едва заметная фактура ткани.

Стася театрально закатила глаза и со стоном уронила лоб на ладонь.

— Денис Егерев, ты неисправим. Это же модель «Тень Монолита». Он мрачный, как… как подземелье!

— Зато на нём не так видно кровь, если кто-то из светских идиотов решит вызвать меня на дуэль и поранится, — резонно заметил я. — И он выглядит солидно. Как броня. То, что надо для встречи с Бело… — я вовремя осёкся, проглотив фамилию её отца, — для высшего общества. В таком костюме я буду выглядеть как человек, который пришёл заниматься делами, а не позировать для фотографов.

Стася подняла голову, внимательно посмотрела на экран, потом на меня. Вздохнула, признавая поражение, но в глазах мелькнула смешинка.

— Ладно, твоя взяла. Но шерсть там с добавлением теневого шёлка, на свету она не выглядит дешёвой, так что сойдёт. Только давай хотя бы рубашку не белую, а тёмно-серую или графитовую? Иначе реально будешь как секьюрити на фейсконтроле.

— Согласен на графитовую, — сказал я. — А запонки в комплекте?

— Нет, запонки отдельно. Вот, смотри, — Стася потянулась к экрану и пролистала страницу вниз. — С обсидиановыми вставками, строго и со вкусом. Как ты и любишь.

Я кивнул и добавил в корзину. Потом, не отрывая взгляда от экрана, спросил:

— А ты в каком платье пойдёшь?

Стася чуть порозовела и улыбнулась.

— У меня есть одно… серебристо-лиловое. Мама помогала выбирать ещё на прошлый семестр, для торжественного бала Академии. Так и висит — ни разу не надевала.

— Стильно, — я прокрутил каталог дальше и как бы между делом уточнил: — А твой отец тоже будет?

В ответе я мало сомневался, но всё же этот вопрос лучше прояснить заранее.

— Конечно, — Стася пожала плечами. — Папа всегда на таких мероприятиях. Борис Олегович — его деловой партнёр.

— Понятно.

Я ткнул кнопку «Оформить заказ» и откинулся на спинку стула, сцепив пальцы за головой. Улыбка всё ещё сидела на лице, но мозг уже работал в другом режиме.

Виктор Аркадьевич Беломор. Отец милой, талантливой Стаси. Владелец крупнейшей сети зоомагазинов в Москве. Человек, на которого работает Ляхов, тот самый ублюдок, что натравил на мой магазин шпиона-хамелеона и перекрыл все каналы снабжения. Мой прямой конкурент и, будем честны, враг номер один в коммерческом пространстве.

Кстати, о Ляхове. Тишина после потери Ранго тянется уже подозрительно долго. Вижу две возможности: либо он решил, что мелкий зоомагазин у Сокольников — слишком хлопотная цель и проще забить, либо он сидит в засаде и готовит удар, от которого я уже так просто не оправлюсь. Второй вариант куда вероятнее. Ляхов — бульдог, он вцепится и будет трепать, пока челюсть не сведёт.

И вот в эту картину маслом я собираюсь вписать себя — на юбилее Хмельникова, среди сливок магического бомонда. Публично продемонстрировать, что владелец захудалой «Лапы и Когтя» способен добыть уникального мутанта А-ранга. Да ещё и явиться под руку с дочерью Беломора.

Тихую партию тут сыграть при всём желании невозможно. Появление на вечере — это объявление в рупор: «Я здесь, я опасен, и ваша дочь со мной». Беломор всё увидит. Ляхов всё узнает. Последствия прилетят быстрее, чем пикирующий грифон.

Но мне нужен этот вечер. Нужна репутация, нужны связи в верхних кругах, нужны клиенты, которые платят шестизначные суммы и рекомендуют друзьям. Магазин выживает, но пока ещё дышит через соломинку. Один вечер среди олигархов стоит полугода рекламы.

Значит, играем громко. И готовимся к тому, что после фанфар прилетит ответка.

— Дэн?

Я моргнул. Стася смотрела на меня с лёгким беспокойством.

— Ты о чём задумался?

— О запонках, — соврал я с невозмутимой мордой.

— Кстати, — Стася подвинулась ближе и понизила голос. — А что это вообще за зверь? Там, в подсобке. Я такого в жизни не видела и в каталогах тоже. Откуда он у тебя?

Я почесал подбородок.

— Скажем так… длинная история. Мне попался очень перспективный экземпляр, а после небольших вложений он и вовсе засиял. Подробности — коммерческая тайна.

— Коммер-р-рческая! — подтвердил Архимед, остановившись посреди столешницы и приняв позу часового. — Секрет фир-р-рмы! Подписка о нер-р-разглашении! Штр-р-раф — три ореха!

Стася прищурилась, явно не удовлетворённая ответом.

— Дэн, я серьёзно. Это ведь явная мутация. Такие крылья и хвост, такой окрас — это результат искусственных изменений, верно?

Умная девочка.

— Больше ничего, к сожалению, рассказать пока не могу, — я развёл руками.

Поразительная изворотливость! Ваш навык «уклончивые ответы» достиг уровня детсадовской песочницы!

«Кстати, подобрала название зверю?» — мысленно уточнил я.

Интерфейс мигнул и потух. Наступила полная цифровая тишина. Ни всплывающего окна, ни ехидного комментария, ни даже многоточия.

Стася бросила взгляд на часы «Рунофона» и охнула.

— Ой. Ой-ой-ой. Я же на пару опаздываю! Препод меня убьёт, четвертует и законсервирует в формальдегиде!

Она вскочила с табурета так резко, что он покачнулся и чуть не опрокинулся. Схватила свою бездонную сумку и принялась запихивать туда медный стабилизатор — он влез с третьей попытки и с жалобным лязгом.

— Тоша! — Стася присела на корточки возле спящего варана и потрепала его по бугристому загривку. — Тоша, подъём. Пора валить!

Варан открыл один сапфировый глаз. Потом второй. Раздвоенный язык лениво мазнул по воздуху. Тоша зевнул, продемонстрировав все свои впечатляющие зубы, и нехотя поднялся на лапы. Гребень на спине полыхнул голубым. Ящер двинулся к выходу с достоинством престарелого профессора, которого оторвали от послеобеденного сна ради лекции.

Коша, Лис и Зефир синхронно посторонились, освобождая проход. Зефир как раз начал охоту на хвост мантикора.

— Спасибо за всё, Дэн, — Стася перекинула сумку через плечо и на секунду задержалась в дверях. Румянец ещё не сошёл. — Я… буду ждать юбилей.

Архимед перелетел с прилавка мне на плечо и гаркнул вслед:

— До свиданья! Пр-р-риходите ещё! Магазин скучает! Птичка скучает! Хозяин скучает, но стесняется!

Стася рассмеялась, махнула рукой и вышла. Тоша процокал по крыльцу. Колокольчик над дверью тренькнул и затих.

Я стоял посреди торгового зала, слушая тишину. Коша запрыгнул на прилавок и уставился на меня с выражением «ну и что это было?». Лис стряхнул с уха щенячью слюну и почесался задней лапой. Зефир улёгся на место, где только что спал варан, и блаженно зажмурился.

— Итого, — произнёс я вслух, загибая пальцы. — Мне нужен костюм, привязка для зверя, план на случай проблем с Беломором и хотя бы приблизительное понимание, во что я ввязался.

— Вечер-р-ринка! — резюмировал Архимед, устраиваясь поудобнее. — Танцы! Фур-р-ршет! Птичке канапе! Зажигаем!

— Канапе обсудим, — вздохнул я.

— Весело зыть! — заключил он с непоколебимым оптимизмом.

Динь-динь! Важное напоминание!

Наступил новый день! «Ежедневный Призыв» доступен!

Рубежное время призыва: 00:00 по МСК.

Я уставился на мерцающее окно и хлопнул себя по лбу. Точно. Далматинец — это был вчерашний день. Сутки в данже с его замедлением времени так перекосили мне внутренние часы, что я перестал отличать вторник от среды.

— Новый день — новый зверь, — пробормотал я, потирая переносицу. — Как в том анекдоте про чемодан без ручки: и нести тяжело, и бросить жалко.

— Зоопар-р-рк! — обрадовался Архимед, приподнимая хохолок. — Пополнение! Свежая кр-р-ровь! Давай слона! Давай жирафа! Птичка хочет жир-р-рафа!

— Мне и осла хватило за глаза, — я снял его с плеча и пересадил на кассу. — Посиди тут, покарауль. Я быстро.

Прошёл к входной двери, повернул замок и перекинул табличку на «Закрыто». Коша заскочил на прилавок и проводил меня ленивым взглядом. Зефир вильнул хвостом и уткнулся носом обратно в тёплый линолеум. Лис свернулся клубком у мешка с кормом, спрятав нос под пушистый хвост.

В подсобке стоял мой шедевр.

При моём появлении зверь повернул голову. В тусклом свете люминесцентной лампы его глаза с вертикальными зрачками мерцали ртутью. Серебряные копыта негромко цокнули по линолеуму — он переступил, чуть расправив сложенные вдоль боков крылья. Тесно ему тут, как грифону в голубятне.

Я подошёл и положил ладонь ему на лоб, между ушами. Зверь прикрыл глаза и чуть подался навстречу — доверчиво, без тени страха. За один день он прошёл путь от измученного скота до существа, которое стоит целое состояние. И, кажется, начинал это осознавать.

— Слушай, красавец, — я почесал его за ухом, и зверь наклонил голову, подставляя второе. — Нам бы с тобой разобраться, на что ты теперь способен. Крылья, магия, потенциал… Но для этого мне нужно место побольше. Арендовать склад или ангар, где ты сможешь хотя бы крылья расправить. В подсобке зоомагазина это, сам видишь, затруднительно.

Зверь фыркнул, обдав мне запястье тёплым дыханием. В ментальном канале мелькнул образ: широкое поле, ветер, небо до горизонта. Мечтатель.

— Скоро, — пообещал я. — А пока отдыхай.

Короткий импульс — и пространство очистилось. На том месте, где стоял мой пегас-не-пегас, остался только слабый запах шерсти и магии.

Я прошёл мимо дивана к дальней стене и толкнул дверь чёрного хода. Петли скрипнули, в лицо ударил прохладный апрельский воздух, пахнущий сырой землёй и выхлопными газами.

Задний двор «Лапы и Когтя» — десяток метров растрескавшегося бетона между стеной магазина и аркой соседнего дома. Здесь помещались мусорные контейнеры, стопка сплющенных картонных коробок, палисадник и мой белый «Форд Транзит».

Обошёл фургон, достал из кармана ключи и отпер задние створки. Распахнул обе половинки. Голые стенки, пара стяжных ремней на крючках. Идеальная камера для призыва: закрытое пространство, куда случайный прохожий точно заглядывать не станет. Ну, кроме Севы.

Я забрался внутрь и притянул створки за собой. Полутьма окутала кузов. Достал из Инвентаря защитные очки и маленький LED-фонарик, щёлкнул кнопкой. Белый конус света упёрся в рифлёный пол.

— Ну, — выдохнул я, расставив ноги пошире для устойчивости. — Давай посмотрим, кого мне подкинет судьба на этот раз. Призвать!

Вспышка полыхнула так, что я зажмурился, несмотря на очки. Воздух в кузове сгустился, потеплел, и на ладонях осело что-то вроде цветочной пыльцы — сладковатый, тропический аромат, от которого защекотало в носу.

На металлическом полу, прямо в пятне фонарного света, лежал клубок шерсти. Серой, длинной, слегка спутанной — как у плюшевого медведя, которого постирали и забыли расчесать. Клубок дышал. Медленно вздымался и опадал. Из шерсти торчали четыре длинные конечности с загнутыми серповидными когтями, каждый — длиной с мой указательный палец.

Ленивец.

Но обычным он точно не являлся. Потому что вдоль его спины, от загривка до поясницы, из шерсти торчала целая друза кристаллов. Шесть крупных и десяток мелких — полупрозрачные, с лёгким аметистовым оттенком. Кристаллы слабо пульсировали в такт дыханию зверя: вдох — тусклое свечение, выдох — угасание. Будто крошечная электростанция, работающая в спящем режиме.

Дзынь! Поздравляем!

Вы получили: Кристальный Ленивец (Ранг D, Уровень 4)

Пол: Муж. Возраст: 3 года

Описание: Древесный зверь, чей метаболизм настолько нетороплив, что кристаллическая друза на спине успевает вырасти раньше, чем он доест завтрак. Абсолютно безобиден. Абсолютно бесполезен в бою. Абсолютно незаменим, если вам нужен живой генератор маны с обнимательным инстинктом.

Потенциал эволюции: Средний.

Получено опыта: 40

Ленивец тем временем разлепил глаза.

Большие, круглые, тёмно-карие, обрамлённые светлой «маской» на морде — как у енота, только добрее. Зрачки расширились, как два чёрных зонтика, привыкая к свету фонарика. Зверь моргнул. Посмотрел на стенку фургона. На потолок. На меня.

Выражение его морды было таким безмятежно-задумчивым, будто он пытался вспомнить, зачем проснулся, и никак не мог прийти к определённому выводу.

— Привет, — я опустился на колено и протянул ладонь. — Меня зовут Денис. Я тебя точно обижать не собираюсь.

Послал по ментальному каналу тёплую волну: безопасность, сытость, покой. Именно то, что нужно существу, которое в дикой природе проводит двадцать часов в сутки во сне.

Ленивец повернул голову. Его влажный нос шевельнулся, впитывая мой запах. По ментальной связи пришёл ответ — такой же неторопливый, как и всё остальное в этом звере. Мягкий, густой, как тёплая патока. Любопытство. Капля тревоги. И почти сразу — тихая, фоновая потребность в чём-то надёжном, за что можно ухватиться и повиснуть.

— Ну, иди сюда.

Я наклонился и подвёл руки под его тело. Шерсть оказалась грубой и жёсткой снаружи, но ближе к коже — мягкой, с тёплым подшёрстком. Зверь весил килограммов семь-восемь, может, чуть больше из-за кристаллов. Когда мои пальцы коснулись его боков, ленивец сделал то, чего я ожидал от него меньше всего: он потянулся ко мне сам.

Длинные передние лапы с серповидными когтями раскрылись, как объятия, и обхватили мою шею. Когти зацепились за ткань куртки. Задние лапы обхватили мою талию. Круглая голова ткнулась мне в ключицу, и ленивец тихо-тихо, на грани слышимости, выдал звук: что-то среднее между мурчанием и урчанием старого холодильника.

Кристаллы на его спине мерно светились прямо перед моими глазами. Прикоснулся к ним кончиками пальцев. Тёплые. Гладкие, как отполированное стекло. От них исходило едва уловимое покалывание — мана, плотная и ровная.

— Вот ты приставучий, — я усмехнулся, одной рукой поддерживая зверя под попу, а второй открывая дверь фургона. — Ладно, пошли знакомиться с остальными. Только учти, там есть мантикор с ядовитым хвостом и какаду, который ядовитее хвоста.

Ленивец в ответ плотнее прижался к моей груди и закрыл глаза. Похоже, его философия жизни укладывалась в три слова: «Повис и расслабился».

Я протиснулся в заднюю дверь магазина с ленивцем на шее, прошёл через подсобку и толкнул дверь в торговый зал.

Зефир учуял нового жильца первым. Пятнистая голова поднялась с пола, чёрный нос задвигался, как поршень. Щенок вскочил на все четыре лапы так, будто его ударило током. Хвост заработал с частотой вертолётного винта.

— Тяв! — радостно выпалил далматинец и ринулся ко мне, скользя лапами по линолеуму.

Ленивец на моей груди вздрогнул. Когти стиснули куртку. Круглые глаза распахнулись, зверь прижался теснее и обвил мою шею так, что я почувствовал себя манекеном для меховых воротников.

— Тихо, Зефир, тихо, — я выставил ладонь, останавливая щенка.

Щенок замер в полуметре, подрагивая от нетерпения. Нос работал пылесосом, всасывая запах тропической шерсти и кристаллической пыли.

Коша поднялся на прилавке. Изящно, текуче, как умеют только кошачьи. Янтарные глаза с узкими зрачками скользнули по ленивцу. Суставчатый хвост качнулся влево, потом вправо. Мантикор склонил голову набок, принюхался — и выдал короткое «мрр?» с вопросительной интонацией. Мол: «И что там принесло на этот раз?»

— Познакомься, Коша. Это наш новый постоялец. Безобидный, тихий, спит почти всегда. Сейчас придумаем, куда его привесить.

Тяжёлый хлопок крыльев — и Архимед спланировал прямо на край прилавка, максимально близко к объекту инспекции. Уставился на ленивца. Хохолок поднялся наполовину.

— Это что⁈ — гаркнул какаду, вытягивая шею. — Швабра⁈ Мочалка⁈ Мохнатый кактус⁈

— Архимед, это ленивец. Говори тише, он нервничает.

Попугай подался ещё ближе. Свет от друзы отразился в его зрачках. Какаду замер, как зачарованный.

— Камушки, — произнёс Архимед почти ласково. — Блестят. Кр-р-расивые. Птичке нр-р-равится!

Ленивец приоткрыл глаза и посмотрел на попугая. Неторопливо повернул голову. Несколько секунд длился межвидовой дипломатический перегляд. Затем новичок так же моргнул и закрыл глаза обратно.

— Тормоз! — вынес вердикт Архимед. — Засоня! Спит на ходу! Птичка одобр-р-ряет!

— Всё, знакомство состоялось, — я выдохнул и уселся на стул за стойкой, расположив ленивца у себя на коленях. Зверь тут же перецепился когтями за край моей футболки и прижался боком, как ребёнок, которого пугает слишком шумная детская площадка.

— Давай-ка посмотрим, что ты умеешь на самом деле.

Активировал глубокую оценку. Перед глазами развернулось подробное системное окно.

Навыки: «Кристаллический симбиоз» (пассив.), «Медленная зарядка» (пассив.)

Состояние: Здоров. Хочет спать. Впрочем, он всегда хочет спать.

Рекомендации по питанию: Листья цекропии и других тропических растений, фрукты с высоким содержанием маны. Минеральная подкормка: мелкий кварцевый песок, толчёный аметист. Подкормка стимулирует рост кристаллической друзы.

— Подожди-подожди, — я прищурился и раскрыл описание навыков.

Навык: «Кристаллический симбиоз» (пассив.)

Описание: Друза на спине Кристального Ленивца поглощает рассеянную ману из окружающей среды и аккумулирует её в кристаллической решётке. Скорость накопления зависит от концентрации маны вокруг и длительности покоя существа. Чем дольше ленивец спит, тем больше энергии собирают кристаллы.

Примечание: Наконец-то вы обзавелись питомцем, чья главная суперспособность — лень. Продуктивная лень. Мечта любого прокрастинатора. Можете открывать зарядную станцию. Франшиза «Сонный Ватт» — звучит неплохо?

Я откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

Мана-фабрика. Живая, пушистая, самозаряжающаяся мана-фабрика, которая работает от воздуха и сна. Подвесь его на дерево в зоне с высоким магическим фоном — а Сокольники буквально через дорогу, там аномалия и маны как грязи, — и через несколько часов получай полностью заряженную друзу. Перекачай из друзы в браслет-накопитель. Жди перезарядки. Повтори.

— Назову тебя Ватт, — я посмотрел на ленивца и почесал его между ушами.

Ленивец зевнул так широко, что я увидел все его мелкие зубы-колышки, и снова погрузился в дрёму. Кристаллы на спине играли, заряжаясь прямо сейчас, из воздуха магазина, пропитанного рассеянной маной дюжины магических существ.

— Электростанция! — подытожил Архимед. — Батар-р-рейка! Вечный двигатель! Энер-р-ргокризис отменяется! Птичку в долю!