Победа при Туре прославила Карла Мартелла (Карла Молота) и дала имя целой династии. Расширяя свои владения, Каролинги насаждали христианство не только на северо-востоке (Фризия, Саксония) и юго-востоке (Бавария, Каринтия), но также в Италии и Испанской марке. В период расцвета империя охватывала около двух третей бывшей Западной Римской империи к северу от Средиземного моря.

Рьяное распространение Каролингами римской веры снискало им благодарность папского престола. В 751 г. папа Захарий отплатил за это, благословив сына Мартелла – Пипина (отца Карла Великого), когда тот сверг последнего меровингского короля Хильдерика III и отправил его в монастырь. Папа помазал Пипина на единоличное правление франками, провозгласив его избранником Божьим. В 754 г. Пипин щедро отблагодарил: когда Риму стали угрожать лангобарды – германское племя, обосновавшееся по всему Апеннинскому полуострову, – папа Стефан II отважился перейти Альпы и молить франков о военной помощи. Пипин откликнулся на призыв и разгромил лангобардов.

Папская поддержка Каролингов достигла апогея в ярком coup de théâtre: в Рождество 800 г. в Риме папа Лев III короновал сына и наследника Пипина – Карла Великого – как императора Римской империи. Карл Великий всю жизнь будет подчеркивать преемственность с последним, христианским периодом Римской империи.

«Карл был широк и крепок»

Облик бронзового Карла Великого, установленного в 1882 г. перед собором Нотр-Дам в Париже, выдуман в такой же степени, как и Верцингеторига. Прижизненных портретов не сохранилось, но биограф короля Эйнхард оставил живописное описание, к которому традиция добавила роскошную бороду:

«Он был широк и крепок телом, высок ростом, однако не выше меры – ведь он, как известно, был семи своих ступеней в высоту, – с круглой головой, глазами огромными и живыми, носом чуть длиннее среднего, красивою сединою, лицом добродушным и веселым. Посему внушительность и достоинство были ему сполна присущи, стоял ли он или сидел; хотя шея его выглядела толстой и коротковатой, а живот – выпирающим, но это скрадывалось соразмерностью прочих членов. Походка его была твердой, осанка мужественной; голос хотя звучный, но не вполне соответственный телосложению; здоровье цветущее, исключая то, что последние четыре года перед смертью он часто страдал лихорадкой, а под конец еще и хромал на одну ногу»[7].

Эта статуя – один из немногих парижских памятников, избежавших уничтожения нацистами в 1940-х гг., что подчеркивает значение франкского императора как для немецкой, так и для французской культуры. Гитлеровский Третий рейх считал империю Карла Великого Первым рейхом.