Вечерело. Октябрьское солнце поторапливалось за горизонт – на вторую смену в какой-нибудь Канаде или Аляске. Здесь же наступал час сумерек, которые растили темных двойников. По земле выстелился черный лес, рядом с фонарем лег черный близнец. Дома в Полеховке тоже разбросали теневых соседей, и только один из них сам был как тень, без двойника – дом номер пять.

Влад, Лида, Айрат и Андрей выстроились возле избы. Аврору Карповну оставили дома, тут голоса были непримиримы – четверо против пятой. У ног их лежала осиновая охапка, бутыль с водой, мешок четверговой соли, два топора, два ножа и старый рюкзак. Полеховка сейчас казалась как никогда пустынной, бутафорской, словно жители-актеры давно ушли, оставив гостей одних в этой жуткой декорации. Вероятнее всего, деревенские прознали, что с Полининой избой творилось неладное, и теперь всем скопом сторонились этого места. И правильно делали.

Нерешенным оставался важный вопрос «Где искать фигурку?». Об этом и спросила Лидия.

– Ты сама сказала, что существо знает о наших планах, – с будничной уверенностью отозвался Влад, – фигурка будет, когда я разложу круг. Ему же нужно, чтобы я как-то отдал свою душу.

Затем помолчал и добавил:

– И вы слышали, что тень и так на мне.

Лида поморщилась, какие все-таки ужасные слова. Девушка вспомнила, как то же говорила церковная прихожанка, отдавшая им крещенскую воду и платок с четверговой солью. Марина Павловна тогда выпроводила Влада будто обреченного, которому не место в доме. Так же, наверное, добрые люди прогоняли чумных или прокаженных, досрочно хороня неприкаянных и уже полузабытых больных. Лидия не винила прихожанку – в конце концов, она чужой человек, а вот как быть с ними – с остальными? Как они могут отдать друга на растерзание темному существу. Девушка искоса глянула на Айрата, затем на Андрея – оба хмурятся, но молчат. Через секунду Фонарев поймал ее взгляд, однако Лида тут же отвернулась – не хотелось сейчас сосредотачиваться на Андрее, и так последние несколько дней тот прописался в ее голове.

– Я иду один, – напомнил Влад.

Андрей, слегка помешкав, тоже отвернулся от Лиды и, взяв бутыль с водой, принялся осторожно переливать жидкость в пластиковый походный пузырь.

– Зачем это? – спросил Айрат.

– Стекло легко бьется, – объяснил Фонарев, не останавливаясь. – А больше нам быстро не достать.

Старшой кивнул. Ну да, мысль здравая.

– Запомнил, как раскладывать ветки? – уточнила Лидия, стараясь переключиться на деловой тон. Если не можешь изменить ситуацию, то надо обеспечить максимальный результат, правда ведь? Она всегда старалась следовать этой простой привычке, но сейчас не выходило. Неправильность, ненормальность принятого Владом решения мешала, саднила как шипастая заноза.

– Запомнил, – кивнул тот. Он с Лидией потренировался еще у Авроры Карповны, фиксируя схему, предложенную Вороном.

– Мы с Айратом насыплем соль вокруг дома, – сказала девушка. – А ты после того, как разложишь круг, омой руки в воде – тогда сможешь с ним поторговаться.

На это и был расчет. Доверять бесу глупо – все на свете сказки, фильмы, байки и даже реальный случай с Георгием Савельевым свидетельствовали о том, насколько плоха эта затея. А значит, нужно было договариваться по-умному, то есть положив козырь-другой в длинный рукав.

«Договариваться с бесом – оксюморон какой-то», – громыхнуло в мыслях, и она почувствовала себя совершенно беспомощной и наивной, словно человек, идущий на пожар со стаканом воды.

– Смотрите! – крикнул Айрат, указывая рукой на дом. Лида подняла голову и с трудом сглотнула. Все это время стоявшая пустой и мертвой изба, опять изменилась, в окнах появился свет – приветливый, успокаивающий. Сейчас пятый дом напоминал самого себя с Полининых фотографий, когда та активно занималась реставрацией и получала желанные ворохи лайков и комментариев.

– Что это? – пробормотала Лидия, пытаясь разглядеть внутренность избы.

– Приглашение, – проговорил Айрат.

Это слово, брошенное голодным сумеркам, странным образом погасило всякие звуки. Сделалось одновременно тихо и жутко, и в этой полой тишине Дом поглядел на четырех людей у его ног.

– Мне пора, – наконец произнес Влад. Не мешкая и не оглядываясь на товарищей, он подхватил осиновые ветки, сунул пластиковую флягу, топоры и ножи в рюкзак и двинулся к дому. Ни прощаний от него, ни напутственных слов от них. Солнце захлебывалось в черных водах, а глазища дома разгорались все ярче. Когда архитектор поднимался по ступенькам, дверь сама собой аккуратно растворилась. Шаг. И также мягко, беззвучно захлопнулась. Ночь наконец наступила.

Лида переминалась с ноги на ногу. Соль вокруг избы была рассыпана – аккуратно, в несколько слоев, чтобы никто и ничто случайно не нарушили магического барьера. А больше и делать было нечего. До этого момента Лидия понятия не имела, насколько невыносимым, тягостным может быть бездействие. Говорят, что нет ничего хуже, чем ждать и догонять, но в действительности первое не шло ни в какое сравнение со вторым.

Изба, которая теперь выглядела не страннее дома Авроры Карповны, стояла тиха, светла и неподвижна. Внутри можно было легко разглядеть привычные предметы, но не людей, хотя Влад в какой-то момент должен был оказаться напротив одного из окон. Близко девушка не подходила, но нужды в этом и не было, у запасливого Фонарева оказался бинокль. Сейчас Андрей исследовал самое большое окно.

– Я тоже никого не вижу, – подтвердил он и передал устройство Айрату, старшой немедленно навел объективы на избу.

– Что это значит? – спросила Лида. – Дом просто проглотил его?

– Или не показывает нам, – пробормотал Айрат, возвращая бинокль Андрею.

– Не понимаю тебя.

– Я хочу сказать, что эти окна не лучше намалеванной картинки на стене, – ответил старшой. – Ты сама видела, как легко он может менять свой облик. Я даже не уверен, что мы все видим одно и то же.

Лида взглянула на экран телефона.

– Прошло уже двадцать минут. Сколько нам ждать?

Айрат сперва посмотрел на Андрея поверх головы Лиды, а затем перевел взгляд на девушку.

– Что? – спросила та.

– Теперь наша очередь.

Лидия удивленно наблюдала, как Айрат роется в ближайших кустах, волоча бугристую котомку, из пасти которой серебристыми молниями посыпались ножи.

– Просто повторяйте за мной, – проговорил он. – Я правда не могу сейчас объяснить.

После этого мужчина передал спутникам лезвия и зашагал к дому. Остановившись прямо у ступенек, обернулся:

– Лида, ты возьми ближайшее большое окно, воткни ножи по углам. Андрей, на тебе три задних. Я закрою порог и два передних.

Через десять минут во всех местах «входа» стальными клыками щерилось острое железо.