Влад старательно слушал объяснения старшого, а память уже выуживала из своего мешка новое воспоминание. Мальчиком Владюша любил киносказку о Варваре-красе и Чудо-Юде. Единственным неприятным моментом, который малыш всегда пропускал, была сцена, когда когтистый палец морского царя грозил из воды. Сейчас при словах о плате и жильце, на ум упорно приходили хриплые слова водяного «Должок». Неужели этот чокнутый идиот Савельев заложил нечисти не только свою душонку, но и душу Полины?

Поведение жены, которая в одну секунду превращалась из безучастной сомнамбулы в скандинавского берсерка, пусть и не удивляло (наудивлялся уже), но все так же пугало. И дело было даже не в том, что Полина, никогда даже в шутку не толкавшая мужа, сегодня попыталась вгрызться ему в горло, а в том, что Влад не знал, как вернуть прежнюю Полю. Сила, с которой жена отбивалась, когда он и рослый Фонарев вытаскивали ее из избы, совершенно явно не была человеческой.

– Я благодарен всем за помощь, – произнес архитектор, стараясь, чтобы голос не выдавал отчаяния. – Но, если честно, мне неважно, откуда это существо там появилось. Как от него избавиться?

– Я не так много знаю о подобных обрядах, – покачал головой Айрат, – это ведь настоящее черное колдовство. Думаю, нам тоже следует найти ведьму.

Влад подавил вздох – легко сказать.

Однако искать все-таки пришлось.

Если бы одна из соседок подглядела в окошко Авроры Карповны, зрелище ее озадачило бы – слишком уж походило на коллективный экзамен. Четверо человек с напряженными лицами щелкали пальцами по экранам смартфонов, а пятая – сама хозяйка – по широкоформатному планшету. Изредка кто-нибудь окликал остальных, чтобы продемонстрировать очередного претендента. Однако процесс оказался проблемным. Среди всех ясновидящих, знахарок, потомственных ведьм и магов, с которыми удалось связаться в тот день, не нашлось никого, кто бы смог объяснить странный ритуал. Предложения о чистке, снятии порчи, выкатывании яйцом (чтоб бы это ни значило) только раздражали.

– Может, обратиться к батюшке? – наконец спросила Аврора Карповна. Айрат заглянул ей за плечо – на экране отображалась церковная статья об освящении домов и квартир:

– Не возьмутся, – покачал он головой. – Сейчас с этим строго, порчи и отшептывания официально не признают.

Еще не давало покоя время. Влад не преувеличил, когда говорил, что ходит проверять Полю, он так и продолжал делать, всякий раз выставляя таймер. Однако с каждым его визитом, чудилось, что дыхание Полины становится слабее, мельче. В крайний свой приход (он упорно отказывался называть его последним) Влад собрал все пледы и одеяла, чтобы укрыть жену. Изба совершенно заледенела и источала смрадный холод, как подтекающий погреб или сырой склеп. Свет внутри больше не зажигался, а фонарик, которым Влад подсвечивал себе путь, спустя пару минут нахождения в чертовом доме замерцал и погас.

– Он очень смелый, – грустно сказала Лида, когда одинокая фигура скрылась за дверью дома номер пять. Андрей, который вместе с ней провожал Влада до калитки, кивнул.

По возвращении все трое застали Айрата и Аврору Карповну бодрыми, оживленными – неожиданность для шести утра. Завидев пришедших, старшой и пожилая женщина замахали руками, подзывая поближе.

– Что такое? – Влад подскочил первым.

– Мы кажется нашли того, кто нам поможет. Он знает про ритуал, – ответила Аврора Карповна шепотом, как будто боялась перебить собеседника на другой стороне. Айрат в это время продолжал молча печатать.

Пользователь «Ворон» с аватаром в виде черного круга с зеленой лентой часто мелькал на тематических форумах, оставляя подробные комментарии о различных ритуалах и ведьмовских церемониях. Стараясь найти помощь, старшой строчил посты с описанием рассказанного Ольгой обряда и просьбой расшифровать его. И вот, полчаса назад тот самый Ворон наконец отозвался. Айрат тут же создал приватное окошко для беседы и спросил в сетевой рубленой манере:

– Знаете, что за ритуал?

– Да. Это обряд зарока на человеческую голову. Жертву. С помощью такого прячут клады или получают силу.

– А сколько жертв?

– Зависит от вещи, к которой привязали сущность. И от самого беса, для которого предназначено подношение.

Влад взял телефон и начал «отбивать» подробности. Пальцы его слегка подрагивали. Лиде захотелось возразить, в конце концов, Айрат знал больше о подобных вещах и умел «говорить» на языке этих колдунов, ему и следовало общаться. Девушка уже открыла рот, но почувствовала, как ее руку сжали. Обернулась. Стоящий за ней Андрей, то ли поняв, то ли угадав намерения Лиды, отрицательно покачал головой.

– Это его дело, – беззвучно, одними губами произнес он. Девушка кивнула. Наверное, Фонарев прав, все-таки, речь не только о ее подруге, но и о жене Влада.

Консультация «Ворона» многое прояснила, однако и поставила сложную задачу. По словам «знающего», так он назвался, после того, как человек впал в состояние «подношения» – у него оставалось три дня до передачи души.

– Три дня до смерти? – уточнил Влад.

– Необязательно. Человек может оставаться в полном сознании, но быть уже собственностью беса. При желании тот может приказать своей жертве совершать новые злодейства, отказать она не способна.

По предположениям Ворона, разорвать связь с жильцом все-таки было можно, так как Полина не была обещанной, а просто приняла это звание по наследству, как новая хозяйка дома. Для того, чтобы она снова могла дышать вне избы, нужен был новый зарок.

– Достаточно пообещать бесу кого-нибудь вместо нее.

Когда эти слова отобразились на экране, реакция последовала незамедлительно.

– Нет! – крикнула Лида.

– Ужас какой, – заохала Аврора Карповна.

– Так не пойдет, – проговорил Айрат, хватая Влада за плечо.

Тот не обратил внимания ни на одного из них, молча сбросил руку старшого, и отпечатал:

– Как это сделать?

Экран затих. Несмотря на то, что Ворон все еще был в сети, новое сообщение не появлялось. Прошло еще несколько вязких минут, послышался писк таймера – час истек и нужно было идти проведать Полину.

– Пожалуйста, ответьте, если он еще напишет, – ровным сухим голосом проговорил Влад. – Мне надо к жене.

Слова эти будто встряхнули смартфон, и тот снова ожил – Ворон печатал ответ. Влад замер, поочередно глядя то на таймер, то на экран.

– Я схожу, – произнес Андрей. – А ты оставайся, поговори. Может, у этого знающего будут более радужные варианты.

Владу в такое не верилось, но он благодарно кивнул Фонареву. Лида вышла из дома вслед за Андреем.

Шагали молча, то и дело оскальзываясь – ночной дождь обильно полил деревенский грунт. Когда миновали калитку, девушка не остановилась, а продолжала следовать за спутником.

– Лида, постой.

– Не надо мне лидать, – огрызнулась она. – Ты даже не знаком с Полей, как ты ее будешь проверять? А вдруг она очнется и испугается, что какой-то мужик к ней лезет?

По лицу Андрея было заметно, как ему не понравились эти слова: то ли идея, что его можно испугаться была неприятна, то ли само присутствие Лиды в опасном доме.

– Я все равно туда попаду, так что можешь даже не пытаться, – предупредила девушка, уловив, что он оценивающе смотрит на нее.

Андрей помедлил пару секунд, а затем сдался – кивнул. Правда первой в дом зайти все равно не дал, ловко оттеснив плечом.

Внутри было мерзко, гадостно. Сладковато-гнилостный запах проник в ноздри, горло мгновенно отреагировало позывом. Лидия зажала рукой рот, стараясь не дышать глубоко. Фонарев покосился на нее и проговорил:

– Вчера утром так не было. Закрой лицо свитером.

Девушка послушалась. Двигались впотьмах – как и рассказывал Влад, оба: и телефонный, и карманные фонари погасли один за другим, испустив несколько судорожных мерцаний.

Потеряв источник света, Лида, которая ни разу не была в избе, предпочла просто следовать за Андреем.

«Самый темный час перед рассветом», – пришло на ум. Она знала, что фактически утро уже наступило, даже слышала крики петухов, но в избе все казалось иначе. Тишина была какой-то глухонемой, а тьма – наоборот глазастой… и знающей. Лида чувствовала себя словно человек, оказавшийся перед зеркалом-шпионом. Сама девушка не могла увидеть ничего, однако тот, другой, прячущейся в зеркальном омуте, разглядывал ее, изучал.

Так и подмывало взять Андрея за руку, просто чтобы получить осязаемое доказательство, что она здесь не одна с этим следящим за нею существом. Однако порыв пришлось сдержать – хватит и одной девицы в беде.

Дверь в спальню, где должна была лежать Поля, оказалась закрытой. Лида не думала, что затворил ее Влад, – никому в здравом уме не пришло бы в голову оставлять Полину за еще одной преградой. Это как запирать дверь в доме, где в любой момент может вспыхнуть пожар. Войдя в спальню, так же утопающую в темноте, оба остановились. Судя по возне, Андрей снова безуспешно пытался включить фонарик.

– Подожди, – проговорил он шепотом, – у меня была зажигалка.

«Курит? – промелькнула неуместная мысль, которую Лидия тут же шугнула. – Да какая разница, нашла время включать ЗОЖницу!».

Послышались щелчки кресала, но долгожданного света не последовало, вместо них – порция приглушенных ругательств. Похоже, и непробиваемому Фонареву тут не по себе. Осознание это повлекло за собой неожиданное чувство единения с мужчиной рядом – Андрей разделял Лидин страх. Разделял, но оставался. Девушка все же нащупала его руку и прошептала:

– Нужно просто проверить, дышит ли она.

– Хорошо.

Вслепую отыскали кровать, поверх которой были навалены пледы и одеяла. Поля нашлась под ватно-шерстяной грудой. Лида приложила руку к ее щеке, и показалось, что она трогает манекен-тренажер – на таких в автошколе их учили оказывать первую помощь. Кожа подруги не была ни теплой, ни холодной – как тот самый муляж, она только имитировала человеческую, притворялась. Отвлек голос Фонарева:

– Дышит?

– Сейчас, – отозвалась Лидия и попыталась найти пульс на шее. Несколько страшных секунд пальцы не ощущали ничего, Лида упрямо надавила и поймала его – мимолетное, слабое трепыхание. Слава богу!

– Да.

– Отлично, тогда пойдем, – девушку кольнул стыд, Андрей опять угадал ее чувства, уйти действительно очень хотелось. А лучше – уехать.

– Пять минут, – отозвалась она, заставляя себя побыть возле подруги еще немного. При виде ее потрескавшихся губ в голову пришло, что Поля возможно не пила целые сутки. Придется идти на кухню за водой. Стоило об этом подумать, Полина, до этого лежащая без всякого движения, резко выпростала руку из-под своих одеял и вцепилась в запястье Лиды. В тот же момент фонарь в кармане Андрея вспыхнул и теперь освещал все слепящим лучом – Лидию, застывшую возле постели, и Полину с широко открытыми черными глазами.

– Пошла вон со своей водой, – прошипела Поля совершенно чужим, низким голосом. – Забирай этого кобеля и убирайся.

Ногти ее вдавливались в кожу, медленно впиваясь глубже и глубже. Андрей рванулся к кровати и потянул спутницу на себя, но Полина не отпускала. Лида вскрикнула – оттаскивающий ее назад Фонарев и крепко державшая руку Поля походили на детей, не поделивших в песочнице игрушку.

– Смотри, какой у тебя спаситель, – насмешливым голосом проговорило существо в теле Полины, – не то что этот тупица Влад, которому хоть бороду отрежь, хоть палец, все равно будет винить во всем жену.

Оно хрипло захихикало, забулькало. Запястье Лиды полоснуло чем-то острым, девушка оторвала взгляд от скалящегося лица подруги и посмотрела вниз – Поля все еще держала ее, но рядом с хрупкими пальцами возникла другая рука – темная, узловатая, кончики которой заканчивались дугообразными когтями. По запястью Лиды заструилась кровь. Андрей перестал тянуть на себя и бросился разгибать хватку Полины.

– Если охота жить, не возвращайтесь, – захихикало существо, а затем гаркнуло с оглушительной ненавистью. – Они мои!!!

Сейчас же свет фонаря погас, и Лида ощутила свободу, ее наконец отпустили – и Поля, и тот – другой. Фонарев, не тратя времени, ухватил девушку за талию и поволок прочь.