Карта Таро «Побег». Ночь. Девочка в пижаме идет по дороге, рядом с ней то ли пес, то ли волк. Позади нее дом, и две огромные руки разрывают его на части. Дорога впереди похожа на подставленную ладонь. Идет дождь.

– Михаил Васильевич, вы заглядывали в ноутбук Марины?

Иван сидел на скамейке в маленьком городском парке. Осенью, когда ветер обрывает листья, а земля раскисает от бесконечных дождей, все парки выглядят довольно уныло. Но этот был настоящим рассадником депрессии. Маленький, чуть больше сквера, он не сумел сохранить ни одной целой скамейки, а детская площадка, располагающаяся в его центре, наверняка помнила Ленина молодым. Ржавые горки торчали на возвышении и щерились выгнутыми металлическими ступенями. Качели отвалились от каркаса и лежали на земле, в луже. Бетонные статуэтки, когда-то изображавшие, как Иван надеялся, веселых зверюшек, теперь напоминали надгробья.

Вампир приземлился здесь, потому что разговаривать по телефону в воздухе было очень неудобно, и теперь пытался усидеть на единственной перекладине скамейки.

– Да. Конечно, – отозвался полицейский. – В основном проверяли ее почту и соцсети. Вы что-то нашли?

– Не то чтобы что-то. Скорее, кое-что. Видите ли, все отзывались о ней как об очень скрытном и замкнутом человеке. Но даже таким людям нужно с кем-то говорить. И часто они говорят сами с собой, то есть ведут дневники. Я думал, что Марининым дневником были ее альбомы, но ошибся. Я нашел ее переписку.

– Переписку с кем?

– Не с кем, с чем. Она разговаривала с нейросетями. Я не смог восстановить все, потому что чат этого не позволяет, но он может пересказать суть. Похоже, ее дядя планировал поездку в родную деревню.

– И что в этом подозрительного? – спросил полицейский.

– В целом, ничего, но Рита говорила, что они очень старались не напоминать Марине о прошлом. Чтобы лишний раз ее не травмировать. Семейный выезд туда, где все произошло, не очень вписывается в эту концепцию, как вы думаете?

Полицейский помолчал.

– Вы правы, Иван, – сказал он задумчиво. – Может быть, Рита врет. А может быть, Алексей просто ничего с ней не обсуждал. В любом случае что-то должно было сподвигнуть их на это. И мне очень интересно что.

– И мне тоже, – кивнул Иван. – Еще кое-что. Не знаю, насколько это важно, но я нашел папку с ее личными картами Таро. Похоже, она просила нейросеть придумать для нее карты на разные ситуации и рисовала понравившиеся. Я скопировал их себе на флешку, дома посмотрю повнимательнее. Сами ситуации там, конечно, не описаны, но, может, мне или девчонкам удастся что-нибудь понять.

– Хорошо. Пришлите их мне на личную почту, я тоже гляну. А пока еще пообщаюсь с Центральском. И заметьте, я ни разу не спросил, как вы получили доступ к Марининому ноутбуку.

Вампир ухмыльнулся в трубку. Они попрощались. Иван почти видел, как Михаил Васильевич задумчиво крутит в пальцах карандаш, а потом набирает номер Центральской полиции. Он вздохнул и вдруг почувствовал, что проголодался. И это напомнило ему о других проблемах.

Запасы донорской крови для Заповедника потихоньку истощались. Благодаря поднятой шумихе в СМИ доноров становилось все меньше. Вампиры пока не могли снова открыть парк для охоты, и в первую очередь ради безопасности самих жертв. Активисты и протестующие не станут разбираться, кто перед ними, настоящий вампир или просто человек с готическим макияжем. Они могут напасть. И то, что для носферату будет досадной неприятностью, может сильно повредить ни в чем не повинным людям.

Да, люди… Это тоже сильно его беспокоило. Помимо Ани и Елисея, которые жили в замке, были и те, кто просто работал в Заповеднике. Садовники, курьеры, сотрудники ресторана – за них за всех Иван чувствовал ответственность, и все они могли оказаться под ударом, если ненависть к вампирам выйдет из-под контроля. Нужно их хотя бы предупредить. Да, вампиры лишатся доброй половины рабочих рук, причем именно тогда, когда они больше всего нужны, но уж лучше так, чем потом винить себя за бездействие. Он завязал себе мысленный узелок поговорить об этом с Аней. И, конечно, нужно попытаться уговорить ее саму уехать. Хоть это и будет нелегко.

При мысли об Ане у него потеплело на душе. Пять лет назад он и подумать не мог, как эта девочка изменит их жизнь. Тогда ему казалось, что он помогает ей, но на самом деле получилось наоборот. И дело было даже не в том, что Аня открыла ресторан, доходы от которого обеспечивали все нужды Заповедника. До ее появления вампиры были просто хорошей командой. С ней и Елисеем они стали семьей.

Когда у тебя в запасе вечность, она может стать невыносимой, если тебе некого любить и не о ком заботиться. Каждый из вампиров слишком долго был сам по себе и против целого мира, чтобы позволить себе банальную нежность. Они умели уважать и ценить друг друга, но скорее как деловых партнеров по выживанию, чем как друзей и близких. Близость предполагала уязвимость, а вампиры уже не помнили, когда могли себе это позволить. Каким-то невероятным образом Аня заставила их оттаять. А потом в Заповеднике появился Елисей и не оставил жутким клыкастым чудовищам ни шанса не стать людьми. Иван помнил, как они всей компанией висели на окне роддома и ждали, когда Аня покажет им маленький пищащий кулек. И как Елена закричала, хлопая крыльями, что она теперь тетя, а Ева ехидно поинтересовалась, почему же не бабушка. А потом все смеялись и очень ждали Аню и малыша домой…

Вампир посмотрел на часы и медленно поднялся в воздух. Пожалуй, стоит заглянуть в круглосуточный цветочный. Девчонкам не помешает немного радости.