Они в мгновение ока вернулись в гостиную.

«Простите, дамы», — Мэйв придала своему голосу интонацию сержанта Моргана, чтобы привлечь внимание, — «это довольно срочный вопрос. Кто-нибудь видел миссис Мортон?»

«С тех пор как она подала тот почти остывший кофе полчаса назад — ни разу», — ответила одна из дам в твидовой юбке, а остальные кивнули в знак согласия. «Она казалась как-то отвлечённой», — продолжила дама, — «она упомянула, что её муж болен, и я думаю, может, это её отвлекало».

«Без сомнения, это отвлекло её», — ответила Мэйв, пытаясь придумать, где ещё поискать, и одновременно обдумывая, куда обратиться за подкреплением.

Роберт Манро. Почему она не догадалась о нём раньше? В последний раз его видели час назад в бильярдной.

«Быстрее, Фи, в бильярдную. Нет, лучше так: ты проверь кухни, а потом встретимся в бильярдной. Я найду мистера Манро и расскажу ему о последнем открытии».

«Конечно, Мэйв, но почему?»

«Нет времени». Мэйв исчезла, мчась по неровному коридору, ведущему к задней части дома и бильярдной, несколько раз спотыкаясь о края плиток, что в конце концов заставило её замедлить шаг.

Но сколько времени у них осталось? Почему она не сложила все воедино раньше? Что не так с её способностью логически мыслить? Неужели она лишилась её, приняв жизнь аристократки? Слишком много вопросов и ни одного ответа.

Поправка: был один ответ, и он касался главного вопроса — кто убил мистера Макгрегора.

Она думала, что знает, но у неё остался ещё один вопрос. И замок с двумя сотнями комнат, который нужно было обыскать, а за ним — поместье площадью в тридцать тысяч акров.

Надо отдать должное этому человеку: Роберт Манро уловил суть дела, словно обсуждал в суде вопрос жизни и смерти.

— Я понимаю, — сказал он, — убийство, в котором вас изначально обвиняли… школьный учитель… закрытие школы… дарственная. Да, я всё понял. Нам нужно подтвердить факты».

«Да», — сказала Мэйв, как раз в тот момент, когда Фи вошла в бильярдную, где большинство гостей устроились растянуться в креслах — старых кожаных чудовищах — или же открывали окна и вылезали в красивый внутренний двор, из которого, казалось, не было выхода, кроме как через окна соседних комнат.

Такова была беспорядочная природа замка, строившийся поэтапно на протяжении восьмисот и более лет.

Роберт Манро изрядно выпил, терпеливо дожидаясь ужина, который оказался гораздо лучше, чем ожидалось, но он был далеко не самым пьяным, и, обдумывая факты, переданные Мэйв, он вдруг почувствовал удивительную трезвость.

«Мы должны обыскать весь замок», — сказал он.

— Втроем? На это уйдет целый месяц воскресений.

— Нас трое, а их — полно. — Он указал на кучу растянутых тел, затем вскочил на бильярдный стол и прочистил горло, готовясь к речи всей своей жизни.

— Друзья, римляне и соотечественники, — начал он, но тут же разразился серией кашля, хрипов, фырканья и икоты. «Остального я не помню, но нам нужен каждый, кто ещё стоит на ногах». Он оглядел их расслабленные позы. «Нет, я беру свои слова назад, нам нужно, чтобы все стояли. Это чрезвычайная ситуация. Нам нужно найти экономку, а именно одну…?»

«Миссис Мортон», — добавила Фи, пока Мэйв с открытым ртом пялилась на мужчину на бильярдном столе.

«Да, миссис Мортон пропала, и её нужно найти. Кто с нами в этом поиске?»

Рёв был оглушительным, совсем как на матчах по регби в Кардиффе, которые Мэйв посещала в детстве, ведь в Кардиффе регби смотрели все. На самом деле, говорили, что регби приводило к большему количеству браков, рождений, разводов и смертей в Южном Уэльсе, чем что-либо другое, включая угольную пыль из шахт.

Мэйв протянула руку, чтобы Роберт мог подтянуть её на бильярдный стол и она могла встать рядом с ним.

«Серьёзно», — воскликнула она, почти мгновенно добившись тишины и внимания. «Нам нужно навести здесь немного порядка». Но как это сделать? Она догадалась: подавляющее большинство мужчин перед ней, наверное, воевали на войне. «Я хочу, чтобы все выстроились в строй, давайте, в три ряда». И старики, и молодые смотрели на неё с непониманием. Она выпрямилась, откинув плечи назад и выдвинув подбородок вперёд. «Выглядите бодрее!» — воскликнула она. «Последний, кто займёт место, — додо».

Она задалась вопросом, удастся ли ей навести нужный порядок в царившем хаосе. Мужчины, когда пьяны, могут становиться агрессивными, но эти были уже за пределами этого, да и изначально не склонны к насилию. За пределами пьянства лежит сентиментальность, и именно в таком состоянии они сейчас и находились: толпились, сталкиваясь друг с другом, извиняясь без конца, прежде чем отступать и начинать всё сначала.

Но пока она смотрела на них так внушительно, как только могла, начала вырисовываться какая-то форма. Сначала лишь намек, который тут же исчезал, но, да, он был.

Три линии, по пятнадцать пьяных душ в каждой.

«Партия», — воскликнула она, полагая, что именно этим они и были — огромной вечеринкой, — «партия, подождите, партия, шаг!» Сорок пять пар обуви с разной степенью ловкости двигались, чтобы соединиться с другой ногой, а девяносто рук опустились по бокам тел.

Это срабатывало.

«Партия, я хочу, чтобы одна линия обыскивала заднюю часть дома, вторая — переднюю, а третья направлялась вниз, в кухню». Затем она назвала их первой, второй и третьей линиями.

«А как насчёт представительниц этого вида?» — прозвучал вопрос, когда Мэйв перешла к следующему этапу брифинга и спросила, есть ли вопросы.

«Я сейчас же отправлюсь туда, чтобы организовать их работу. Они будут проводить обыск на верхних этажах и докладывать непосредственно мне. Вы должны отчитываться перед…» — она замялась, не зная, какое звание Роберт мог получить во время войны. «Капитаном Манро», — сказала она, полагая, что он, должно быть, был довольно младшим по званию, поскольку спустя десятилетие выглядел явно моложе тридцати пяти.

«Точно в точку», — сказал Роберт, ухмыляясь, как и подобает пьянице, которым он и был.

Мобилизовать дам было гораздо проще. По сути, единственная настоящая трудность заключалась в том, чтобы удержать их в тишине достаточно долго, чтобы донести до них все требования.

«Фи — первая инстанция для отчёта», — сказала она, как только донесла суть задания, — «обязательно передавайте ей все свои находки».

«А не мне?» — спросила миссис Гамильтон, когда собрание расходилось. В этих словах не было ни капли злобы, и Мэйв ничуть не обиделась.

— У меня для вас особое задание, миссис Гамильтон, — ответила Мэйв, — я хочу, чтобы вы обыскали коридор, ведущий в кабинет старого графа».

«Считайте, что дело сделано, леди Стратфултон».

«Возьмите с собой одного человека, на всякий случай. Нет, не Фи, она слишком ценна для меня здесь, в штабе».

Почти сотня человек участвовала в поисках, включая обоих полупенсионеров-садовников, разбуженных от послеобеденного сна, и по всем этажам, а также вверх и вниз по лестницам раздавались крики. Каким-то образом лорду Троку удалось застрять на чердаке, куда никто не забирался уже много лет, но он не мог спуститься обратно, пока садовники не нашли несколько шатких лестниц, младшая из которых превратилась в наклонные носилки для шумного, отрыгивающего лорда королевства.

Несмотря на то, что поиски вели все эти люди, именно Кэт нашла самую ценную зацепку.

— Я хотела сказать вам раньше, миледи, как шумно в нашей спальне, когда Мортоны кричат и вопят всю ночь напролёт. Фи просто засыпает, а мне это не даёт уснуть половину ночи.

— Покажите мне вашу спальню, — сказала Мэйв, затем остановилась и отправила Роберта в другом направлении. — Я знаю, что комнаты Мортонов на верхнем этаже уже несколько раз обыскивали, — сказала она, — но, пожалуйста, поймите меня правильно, Роберт. Она дала точные указания и поручила Фи служить связной между двумя точками.

Спальня, которую делили Кэт и Фи, была очень маленькой и очень скромной. Две железные кровати, шкаф и комод с умывальником сверху, а также пара тумбочек, на каждой из которых лежала кружевная скатерть. Мэйв велела Кэт лечь на кровать и тихо ждать, как будто она уже погружается в сон. Она достала карманные часы и отсчитывала секунды до четырёх часов.

Наступил установленный час, прошел установленный час, но ни звука не было слышно.

— Это странно, миледи, ведь я точно слышала, как они вдвоём спорили до поздней ночи.

— Может, это был кто-то другой? — Она знала, что это невозможно, ведь, если не считать призраков, поблизости не было никого, кроме старого Ангуса, который обычно засыпал в кресле в своей кладовой.

В спальном крыле для прислуги было множество комнат, но все остальные были пусты.

Мэйв обдумывала это. Почти всегда для необъяснимого находилось вполне разумное объяснение. Ей просто нужно было его найти. Фредди Блайт нашла бы его, или мисс Сесс Питт, центр мира Фредди. У леди Дарриби-Джонс был круг людей, которые могли помочь во всём разобраться.

Мэйв ещё предстояло создать такой круг, но сейчас, как никогда раньше, она знала, что у неё это получится. Возможно, на это уйдёт несколько лет взаимных уступок, но она добьётся своего. Она почувствовала, как внутри неё поднимается прилив хорошего настроения. Это придало её уставшему разуму больше энергии, и она вновь прокрутила в голове все события последних нескольких дней…

— Скрытые комнаты, — сказала она, вскакивая с кровати Фи, к которой они обе как будто сами собой притянулись.

— Ты имеешь в виду что-то вроде секретного прохода?

— Да, Фи, я уверена, что есть какие-то секретные комнаты, о которых знают только Мортоны. В конце концов, весь замок — это лабиринт.

— Оставайся здесь, Кэт. Тебе приказано лежать в постели. Ясно?

— Да, миледи, — ответила она с улыбкой и сделала ещё один реверанс.

Мэйв отвела Фи вниз по одной лестнице и перевела её к другой, ведущей к комнатам Мортонов, где Роберт тихонько храпел на диване.

— Роберт, проснись, приятель. Нам нужно найти тайный проход в другую группу комнат, которая либо соединяется с помещениями для прислуги, либо проходит вдоль задней части комнат с этой стороны или по проходу. Сначала нам нужно сориентироваться».

У Мортонов была спальня, ванная, гостиная, кухня и столовая, а также крошечный кабинет. Всё это составляло прямоугольник, одна сторона которого была длиннее другой; Мэйв не могла вспомнить правильный геометрический термин для прямоугольника с одной наклонной стороной.

Планировка комнат исключала спальню, ванную и кухню, поэтому они разделили работу по комнатам: Мэйв взяла на себя крошечный кабинет, встроенный в ту наклонную стену.

«Мы ищем рычаг или защелку — всё, что может привести к подвижной панели, потайному люку или двери».

«Хорошо», — сказал Роберт, все еще находясь под сильным воздействием, но при этом снова и снова доказывая свою состоятельность.

Кабинет был прекрасно прибран: все было убрано по местам, и казалось, что у каждой вещи есть своё место. На деревянном столе стояла корзина для входящих документов, чернильница и ряд ручек и карандашей, а также несколько других мелочей. Стена, выходящая на спальни прислуги, была чистой и не содержала никаких признаков того, что там может быть спрятана потайная дверь. Противоположную стену занимал письменный стол, окно доминировало на дальней стене, а дверь — на ближней.

Это был не кабинет. В этот момент сначала Фи, а затем и Роберт сообщили, что в их комнатах всё в порядке. Казалось, что теория о потайной двери никуда не вела.

Она вышла из кабинета и направилась в гостиную, где её ждала Фи.

Но, может быть, всё-таки есть? Стена между кабинетом и гостиной казалась необычно толстой. Она закрыла дверь кабинета, чтобы заглянуть за неё. На середине стены был стопор, предотвращающий удары двери о штукатурку. Она пошевелила его пальцем, и целый участок стены сдвинулся внутрь, открыв новый проход между комнатами, которые они обыскивали. Мэйв попросила фонарики, и вскоре все трое осторожно вошли в неизвестность.