Дамлин
Может, я уже умер, и всё происходящее — последний бред моего разума?
Иного объяснения всему этому я не вижу.
Целелеа, Сильвера, Глэрия…
Калейдоскоп, из которого я ничего не понял.
Вообще.
Но чего в моей голове никак не может уложиться…
Так это как Корнелия вообще стала Гарпией?!
Впрочем, я уже и не пытаюсь ничего понять.
Вести корабль? Ладно… Ходить с ней по отделу экстренной службы спасения? Ладно… Не мешать? Ладно… Подождать её в пункте временного размещения? Ладно…
В ступор я впал, когда до меня донеслись слова сквозь толщу стен. Смазанный от технических помех, но голос Корнелии различим. Они просматривали записи с камер. Видео свидетелей. Восстанавливали хронологию событий…
И это…
Было совсем как тогда.
Пираты. «Док». И слова…
Может, у меня начались голосовые галлюцинации?
Это же…
Очень похоже на то, что сказал я.
Когда-то давно…
Но это же мои слова…
Как это может быть возможно?!
Двери автоматически распахнулись.
— Идем, — кивнула Корнелия не глядя и пошла. — Мы улетаем.
Разумеется, я двинулся следом.
Но её слова… Мои слова… Эти несколько фраз…
Они никак не выходили из головы.
Я бы подумал, что совпадение…
Может, подсознательно вырвалось…
Но опять этот «Док»?
Опять нападение на лайнер?
Что за чертовщина происходит…
Слишком много событий за сутки.
Корнелия занялась своими делами, а стоило мне вернуться в каюту корабля, я не заметил, как уснул. Веки стали тяжелыми. И вот я снова на Сильвере. Этот мир как хрустальная сказка. Настоящая жемчужина среди миров. И я опять стою на этой сияющей улице.
Корнелия рядом. Всё выглядит как простая прогулка. Я. Она. Простой разговор… И.
Алая вспышка перед глазами в миг разрушает идиллию.
Одна фраза.
И кошмар ожил наяву.
Я взглянул на свои руки. Они снова в крови. Она еще теплая. Масляная. Настолько реальная, что будто еще пульсирует. Ей нет конца. Она не просто на моих руках… Кровь всюду. Везде. Я весь покрыт ей.
Рык изнутри заставил содрогнуться.
Нет… Не сейчас.
Зверь приоткрыл глаза.
Он хочет еще.
Кровь ему понравилась.
— Прибыли. Подъем, — раздалось над ухом.
Я вздрогнул и распахнул глаза. Корнелия стояла надо мной. Уже в белоснежной форме, полностью готовая к выходу.
Я проспал?
Да…
Точно…
Я на корабле.
На Сильвере всё обошлось.
— Мы… — я не смог сдержать легкую дрожь в голосе. — Мы уже в ВУЦМО?
— Да, в ангаре. Идем.
Каждый день подкидывал новые и новые сюрпризы. Этот не стал исключением. Стоило переступить порог ВУЦМО, как я услышал их. Мне казалось, что наши пути окончательно разошлись и больше никогда не пересекутся. Но их голоса я узнал сразу. Ларне. Желин. Преподаватели. Те, кто когда-то со мной учился…
Корнелия уверенно шла по коридорам. Она явно была тут не в первый раз.
— Подожди здесь.
Я кивнул и отошёл к стене. Ясное дело, что после такой шумихи нужно будет к Финриксий Элри Нейин. Их разговор не особо содержательный. Больше похоже на формальность.
Разве что…
Корнелия его вообще ни во что не ставила.
И он так просто допустил меня к ускоренной программе «стража»?
Стоит ли мне вообще хоть чему-нибудь удивляться?
Я перевёл взгляд на руку. После сна на ней будто до сих пор чувствовала кровь. И это всё?
На ВУЦМО рабов обычно селят отдельно от господ. Проще за всеми следить. Не мешают свободным. Если нужны хозяину — плазма об этом быстро даст понять. А хозяева здесь люди занятые, персонал в ВУЦМО имеется, а в рабах не всегда есть необходимость.
Но в казарме…
Я там не смогу.
Я не хочу снова всё повторять.
С Корнелией почему-то срывов практически нет. Только тот на Сильвере, и то она что-то сделала. Смогла меня остановить. И не только меня…
Это из-за связи истинной пары?
Или плазма всё-таки окончательно расплавила мои мозги?
Корнелия вышла из кабинета.
Я… Какой же я жалкий.
Но… Может… Если я просто спрошу, она меня хотя бы выслушает?
— Не отправляйте меня, пожалуйста, в казарму…
Почему каждая моя фраза звучит как бред?
— …Мне с вами спокойнее. Их практически нет, когда вы рядом… Ну… Если речь не заходит о…
Я бы уже сам себя послал. И нажал на все кнопки в меню от плазмы.
Хоть перестану мямлить, как школьник.
— Почему?
Ну да…
А что еще она могла спросить?
«Логично», как любит говорить Корнелия.
— Я… Думаю, вы и сами понимаете… Или вы хотите, чтобы я произнёс вслух?
Не заставляй меня…
Пожалуйста.
— Произнеси.
Черт…
Она не может не знать.
Хочет посмеяться?
Унизить меня?
Впрочем, я закрыл глаза, за десять лет я к этому привык:
— Я… Я влюблен в вас.
А когда-то строил воздушные замки о своей встрече с истинной парой. Насколько волшебным будет этот миг. Как я подберу момент, чтобы признаться…
Но у судьбы на меня явно другие планы.
— Ладно, можешь в моих апартаментах…
Я её не понимаю.
И в самом деле хотела просто услышать вслух о моих чувствах?
Эрик возник на горизонте внезапно. Да, он говорил, что учится тут. Но пересекаться с ним не хотелось. Тем более после того, что он сделал. Надо дать должное, Корнелия неплохо держалась, но этот тип явно не знает о понятии границ.
И я уже было сделал шаг, чтобы вмешаться, как… Замер, просто не в силах пошевелиться.
Я слышал голос. Я слышал шаги.
Но я не видел его столько лет.
Это… Ларне.
И в самом деле Ларне.
Он так изменился.
Возмужал. Появились первые морщины.
Но глаза остались такими же.
Я застыл как истукан, не в силах просто отвести взгляд. Даже не мог разобрать слов из их разговора. Сердце билось в груди так, что буквально оглушало. Мысли так и вертелись в голове…
Они знакомы?
Конечно, они знакомы.
Но…
Корнелия теперь дружит с Ларне?
Все дальнейшее происходило как в трансе. Будто мне снова вкололи смириаду. Тренировка прошла как в тумане. И только в апартаментах Корнелии наступила абсолютная тишина. Видимо, здесь внутренняя звукоизоляция. Прекрасно…
Отсутствие внешнего шума отрезвляло.
Я сегодня признался прямо Корнелии в чувствах. И она не послала. Можно ли считать это успехом? Ларне и Желин живы. Здоровы. А я сплю не в казарме. Наверное, всё же это хороший день.
Жить в мире, в котором меня больше нет, довольно… Необычно. Я их знаю. Их прошлое. Их переживания. Их откровения. Я даже не призрак… Призраки оставляют следы. Я просто никто.
В целом, я знал, чего ожидать от обучения. С пройденными курсами ВУЦМО эта программа «телохранителя» довольно проста. Лекции о нормах поведения, теория боя, оказания первой медицинской помощи, анатомия защиты… Практикумы, чтобы запомнить свое положение — пусть я и становлюсь телохранителем, но всё ещё раб. И, разумеется, тренировки. Дважды в день. С моей генетикой это было легко. Но для новичков такой экспресс-курс практически нереален для прохождения. Я же не пытался никак выделяться. Сдавал всё на высшие баллы, и всё. Не хотелось создавать проблем Корнелии… Да и завершив программу, уже будто не такое ничтожество.
Да и Корнелия… Будто определила меня на ступеньку фаворита. По непонятным причинам никогда не ставит меня на место. Позволяет создавать иллюзию общения… Наблюдает, как за интересным зверьком… Наверное, ее забавляет, что «зверек» в нее влюблен и готов на задние лапки встать, лишь бы она его не оставляла.
Но могу ли я вообще на это жаловаться?
Конечно нет…
Я должен быть благодарен за саму возможность находиться здесь. Знать, что с ними всё хорошо. Тем более рядом с моей истинной парой…
Подумать только… Это и в самом деле Корнелия.
Может и к лучшему, что она меня не помнит…
Кажется, всё вернулось в довольно привычное русло, и я как-то расслабился. Но ключевое слово «кажется». В этот день, возвращаясь с последнего экзамена, я услышал один разговор. Он был далеко от меня. Совсем в другой части здания. И я бы не обратил внимания, если бы незнакомый голос.
— Твои люди всерьёз вербуют Ларне? Зачем?
Желин. Я долго думал, стоит ли попробовать к ним подойти. Попытаться заговорить…
Но это с самого начала плохая идея. Никто меня не помнит. Для них я просто раб. Сказать о прошлом не смогу из-за Забвения. А эта жалкая попытка только доставит проблем Корнелии, чего бы мне совсем не хотелось.
— Он командор. У него растёт влияние в ВУЦМО.
Это был голос, искаженный связью, но не узнать его было сложно. Моерзе…
Тогда… Он был в этом замешан?
Я думал, 10 лет назад мне померещилось…
Но…
Желин и в самом деле связался с Паутиной?
— Ларне не согласится. Брось эту затею.
— Ты это мне? — холодно спросил Моерзе.
— Да. Он уже начинает копать под меня, — раздраженно ответил он, едва сдерживая голос.
— Так не вызывай подозрения.
— Если он продолжит, это может разрушить мою репутацию.
— Это не твоего ума дела.
О чем они?
Я опять чувствую себя идиотом, который ничего не понимает.
— После всего, что я сделал для Паутины, ты считаешь, что это «НЕ МОЕГО УМА»?
— Именно так я и сказал.
Голос стих. Помехи связи исчезли. Видимо, Моерзе закончил разговор, разорвав соединение.
— Нет. Да ты в край охерел! — он бросил лейрион.
Глухой удар.
Что-то разлетелось на осколки.
Тогда… Многое встаёт на свои места.
Но что я могу сейчас сделать?
Ничего.
Я просто раб. А Дамлина… Все забыли.
Что было, то прошло…
Наверное, стоит всё это отпустить и пытаться жить дальше.
По крайней мере, это единственное, на что я сейчас способен. Я уже хотел было пойти, как услышал его шаги по направлению к… апартаментам Ларне?
Мне могло показаться?
Черт… Я понимал, что нарушаю правила. Мне следовало бы пойти в апартаменты. Но я просто не мог…
Я не успею его просто перехватить. Он находится слишком далеко от меня.
Да и как я с плазмой его перехвачу?!
Желин нажал на звонок.
Дверь открылась.
— Привет.
— Привет… Выглядишь не очень… — хмыкнул Ларне. — Бурная ночь?
— У меня проблема… — выдохнул Желин, переводя дыхание.
— Что-то серьёзное? — у него мгновенно голос стал собранным. Не осталось и толики былой улыбки.
— Да… Ты можешь сходить со мной?
Нет. Не иди, Ларне!
Но он, разумеется, согласился.
Конечно, они же дружат больше десяти лет. Наверняка были не на одной операции вместе. Прикрывали друг друга. Ясное дело, что Ларне ему доверяет.
Я побежал.
Только как бы быстр я ни был, они уже вышли из основного корпуса ВУЦМО, идя по аллее к ангарам. Там корабли, куча камер… А вот за ним есть заброшенная стройка. Туда вряд ли успели провести систему безопасности ВУЦМО.
Я свернул на повороте, решив срезать.
Что бы ни задумал Желин, его нужно остановить.
До меня доносились обрывки из их разговора:
— Так ты мне расскажешь, что за проблема?
— Не здесь… Я боюсь нас могут услышать. Тут жучки повсюду…
— Настолько серьёзная проблема? Я думал, тебя в очередной раз отшила Корнелия…
— Не в этот раз…
Я продолжал бежать.
Плазма начала жечь.
Плевать…
Я только ускорился.
Он его увёл за ангар с кораблями сотрудников. Здесь были недостроенные здания. Когда-то планировалось расширение зоны ангара, но корабли стали мобильнее, меньше, и необходимость отпала. А зона так и осталась в собственности ВУЦМО…
— И мы в глуши, — фыркнул Ларне, оглядываясь. — На заброшке. И вокруг никого.
Черт. Черт. Черт.
Я не успеваю.
— Нам не нужны лишние глаза.
— Ну и что за проблема?
— Ты, — тихо ответил Желин.
Я уже видел их фигуры. Оставалось совсем немного… Ещё чуть-чуть и… Он выстрелил. Без предупреждения. Без последних слов. Без злорадства… Просто достал бэйстер и бесшумно выстрелил лазером.
НЕТ…
— Же… Желин… — Ларне не успел ничего сделать. Он ошарашенно смотрел, как на его белоснежной форме расплывается красное пятно.
Тот, ничего не говоря, выстрелил ещё раз. Совсем рядом с первым попаданием. Ларне попятился, зажимая живот. Кровь сочилась из-под его пальцев. Он медленно шел назад, не видя, что там был разрытый котлован.
Желин вновь прицелился. Но в его выстреле не было нужды. Ларне сделал еще один шажок и… Не нашел опоры и полетел вниз.
Я рванул вперед, отталкивая Желина.
— Успел… — выдохнул я, хватая его за руку.
Ларне уставился на меня, распахнув глаза.
— Не отпускай… — прошептал он. — Пожалуйста… Не отпускай…
— Не отпущу.
Я хотел его вытащить. Я бы легко смог его поднять, но…
Мне не хватило чуть-чуть. Совсем немного. Какой-то секунды… Плазма включилась на полную мощность. Конечно, я же напал на Желина. В глазах системы все выглядит очень однозначно: раб напал на свободного.
Перед глазами все застилало от боли. Жгло так, будто меня облили раскаленным маслом.
Гадство…
Встать не получится.
Но руку я не разожму.
Ни за что.
Пускай сжигает все внутри.
— Ты мерзкий выродок… — Желин поднялся, неспешно отряхиваясь. Он не спешил поднимать лазерный бэйстер. Наоборот, залез в карман, доставая пробирку. До меня донесся едкий аромат. Желин вообще рехнулся?!
Это хириа?!
Я и пошевелиться не могу. Он же сейчас это использует.
Надо что-то сделать… Хоть что-нибудь…
Просыпайся, монстр.
Давай…
Хотя бы сейчас.
Ну же…
Хоть раз сделай это, когда мне нужно…
Пожалуйста…
Умру я, умрешь и ты.
Изнутри раздался раздраженный рык. А потом… Огонь потек по венам, застилая боль от плазмы. Руки вновь обрели силу, я успел затащить Ларне.
Желин практически подошел к нам… Когда за его спиной практически бесшумно оказалась женская фигура. Она приложила палец к губам и…
Одним ловким движением забрала пробирку.
— Интересные у тебя игрушки…
— Корнелия? — Желин развернулся.
А она взяла и вылила все содержимое на него. Он даже ничего не понял, когда прошелестел разряд хириа и первые капли коснулись его.
Я никогда не забуду этого кошмара.
Даже зверь затих.
Это… Запрещенное всеми возможными конвенциями оружие. И ясно почему… Стоит им воспользоваться, и жертва прямо на глазах начинает гнить заживо. Кожа пузырится, разлагаясь за считанные секунды. Мышцы распадаются. Кости крошатся. Не остается ни единого следа ДНК на месте, где когда-то стоял человек.
— Ты… — это единственное, что вырвалось с булькающим звуком из уст Желина до того, как его язык с гортанью распался. Но осознание ужаса все же мелькнуло в вытекающих глазах.
Корнелия повернулась ко мне и Ларне.
— Пожалуйста… Помоги ему… — прошептал я.
— Ума хватит держать язык за зубами? — она наклонила голову, следя за каждой чертой его мимики. От этого даже мне стало жутко.
— Да… — едва слышно произнес он посиневшими губами.
Судя по всему, напуган. Еще и потерял кучу крови, но довольно честен.
— Ладмин, отнеси его в медикопак на моем корабле.
Мне не нужно было повторять. С ее появлением заряды плазмы окончательно стихли. Осталось лишь боль от последствий. Но к этому я давно привык, так что подхватил Ларне на руки и понес на корабль. Быстро положил в кабину и запустил программу для экстренных случаев. Что ж… Осталось только ждать. Но у программы высветился положительный прогноз.
Корнелии все не было.
Я сел у стены напротив медикопака.
Из ее корабля было мало что слышно о происходящем извне. Видимо, заметает следы… Хотя какие следы заметать, если от Желина буквально ничего не осталось?
Его смерть все еще проносилась перед глазами. Как она может так спокойно убить того, кто недавно был другом?
Я слышал ее сердцебиение. Оно оставалось ровным…
Медикопак прозвенел. Дверца кабины отъехала.
Ларне уже был в сознании. Бледный… Но главное живой.
— Тебе можно разговаривать? — хрипло спросил он.
— Да. Что-то случилось?
Не по правилам… Но я остался сидеть. Сил вставать не было. Все тело болело после плазмы.
— Нет… Спасибо. Правда спасибо. Если бы не ты… Я…
— Пожалуйста, — улыбнулся я.
Ларне сделал шаг… Пошатнулся и решил сесть на пол рядом со мной.
Мы просидели какое-то время в тишине, пока он не нарушил ее:
— Давно хотел спросить. Ты служил?
— У меня печать Забвения. Я не смогу ответить на этот вопрос.
— Да… Извини. Просто… — он запустил пятерню в волосы. — У меня есть ощущение, будто мы знакомы. Не первый раз уже. Тогда… Эм, на тренировке… Да и потом…
Я застыл. Как… Ларне же не может меня помнить.
— Может, звучит как бред сумасшедшего… — продолжил он. — Но я часто перебираю воспоминания прошлого. И многое у меня не сходиться. Мне кажется, что еще в кадетские годы у меня был лучший друг… Но из друзей, с которыми я тесно общался, помню Желина. Почему я вообще дружил с Желином? И зачем нам нужно было лететь с ним на Асмелиду во время каникул? Ни у него, ни у меня там даже знакомых не было… Почему мы знали Корнелию до ВУЦМО?
У меня ком застрял в горле. Что я вообще могу на это сказать?
Ворох идей, но ни одной о том, как обойти эту дрянь и сказать всего два слова: «Это я».
— Ты так рисковал сегодня, чтобы помочь мне… И так смотрел, что… У меня реально ощущение, будто мы знакомы.
Я не смог сдержаться. У меня по щеке потекла одинокая слеза.
Я быстро ее стер, но Ларне все-таки заметил.
— Ты чего?
— Я… Я правда не смогу сказать…
Корнелия зашла внутрь и выглядела задумчивой.
Она оглядела нас, остановившись на Ларне.
— Подпиши рапорт, что на тебя напал Желин. Угрожал тебе хириа… — Корнелия передала ему голографический монитор. — Можешь в зоне управления сесть, ознакомиться.
— Хорошо… Спасибо… — Ларне, пошатываясь, поднялся и ушел из медотсека.
Мы остались одни. Корнелия подошла к медикопаку, просматривая сводку из отчета.
Все произошло так быстро… Я же нарушил столько правил…
Как я объясню ей свои действия?
Никак…
Но попытаться стоит.
— Я…
— У него нет переломов? — перебила меня Корнелия.
— Нет, только ранения…
— Ни одного? Ребра?
— Нет. Все кости целы. Было несколько ушибов…
Я точно это знал. Следил за работой медикопака… Да и Ларне на самом деле крепкий орешек. Сколько тренировок, операций… Обычно выходил с ссадинами. Он бы не попал в такую ситуацию, если бы не доверял Желину.
— Сделай подробное заключение и перенеси на травлогер. Несколько копий. Сможешь?
— Да… Сейчас займусь.
Я сдерживая дрожь поднялся.
Наверное, ей нужно это приложить к рапорту. Учитывая все… Вряд ли у Корнелии будут проблемы. Но формальности нужно соблюсти.
Переброс данных занял какое-то время…
Я привычно прислушивался к разговору за стеной:
— Я прочитал, подписал… Спасибо, что занялась этим. Желин, завтра экспедиция… Я бы даже вспомнил о рапорте…
Корнелия кивнула. У нее в руке что-то было… Но на слух не разберешь, что именно.
— Жаль, ты не сможешь поехать с нами.
— Это ещё почему? Я уже в порядке, — Ларне явно попытался улыбнуться. — Посплю, вообще свеженьким буду.
— А как ты будешь с переломанными ногами?
О чем она?
— У меня не…
Я услышал хруст. Его ни с чем нельзя спутать. Так ломаются кости.
В груди похолодело.
Еще один хруст.
Я рванул наружу.
Картина, которая открылась, была еще ужаснее, чем Желин с бэйстером. Корнелия стояла с металлической битой над Ларне. У которого уже голени были вывернуты под неестественным углом.
— Вот видишь… — хмыкнула Корнелия.
На его лице застыла гримаса боли и ужаса. Только что давний друг пытался его убить, теперь еще и Корнелия…
В ее глазах не было ни жалости, ни сочувствия… Она выглядела как обычно, будто писала отчет или управляла кораблем. Сердце все также билось ровно, не сбивая ритм.
Она замахнулась ещё раз, но я перехватил рукоятку.
— Хватит… Пожалуйста… — прошептал Ларне. Он от шока и боли даже не мог кричать. — Пожалуйста… Хватит… Прошу.
Я никогда не видел его в таком состоянии… Даже при Желине.
Корнелия перевела взгляд на меня.
— Зачем?
Спросил я единственный вопрос, который крутился у меня в голове. Зачем ей это? Это же Ларне…
В ответ тишина. Биту из рук она не выпускала. Я продолжал ее держать, не давая нанести удар. Плазма вновь запустила свои щупальца, заставляя подрагивать от импульсов боли.
— Пожалуйста, Корнелия… — тихо проговорил я. — Не надо…
Ее пальцы разжались. Она как ни в чем не бывало пошла за рапортом и внесла в него какие-то изменения.
— Вали отсюда, — обратилась она к Ларне.
— Как?! — сдерживая стон ответил Ларне. — Ты мне вообще-то ноги сломала…
— Тогда ползи.
Я сделал шаг к нему, но это не укрылось от глаз Корнелии.
— Ладмин. Возвращайся в апартаменты.
Это приказ…
Плазма зашевелилась еще сильнее.
— Корнелия… — прошептал я, глядя на трясущегося Ларне.
Довести его до такого?! Да что с ней не так?
Она подняла взгляд на меня, наконец-то смотря прямо в глаза.
— Иди к черту, — выплюнул я.
Корнелия ничего не ответил, но было видно как желваки заиграли на нее щеке.
Я молча взял его на руки и понес. Да, прямое нарушение приказа. Так еще и самовольные действия. Но это же Ларне… Как я могу поступить иначе.
Боль пронзала все тело.
Плевать.
Да, она моя истинная…
Но сейчас…
Плевать.
На все плевать.
Захочет убить — убьёт.
Я буду не первым и явно не последним.
Ларне я погрузил в медикопак в полигоне. Переломы ног серьезные. Если бы не уровень современной медицины, неизвестно, чем бы это все закончилось.
Плазма гудела, не давая расслабиться.
Кабина открылась. Ноги в синяках, зафиксированы ортезами, но целы.
Ларне спал от введенного наркоза. Я взял его на руки и отнес в его комнату.
Пускай спит…
Только выйдя в коридор, я не знал, куда идти. Прошел пару поворотов и опустился у стены.
Возвращаться в апартаменты к Корнелии?
Не могу.
Остаться сидеть тут в коридоре?
Тоже не могу.
Плазма так и полностью мозги может сжечь.
Но самое паршивое даже не это… А то, что меня по-прежнему тянет к Корнелии. Несмотря на то, что она сотворила. Несмотря на то, что ее жестокость переходит всякий здравый смысл. Несмотря на то, что, видимо, у нее нет даже толики совести.
Несмотря на все это, мои чувства к ней не стали меньше.
Вот каково это — иметь истинную пару?
— Ты специально нарываешься?
Корнелия стояла прямо надо мной. Наверное, отследила мое местоположение по плазме.
— Да.
Но мои чувства не означают, что я закрою глаза на то, что она сотворила с Ларне. Со мной ладно… Пускай развлекается как хочет. Но с Ларне… Не позволю.
— Что сегодня с тобой не так?
— Это что с тобой не так?! ЭТО ЖЕ ЛАРНЕ! Ларне, который…
Печать Забвения активировалась, заставляя меня скрутиться от боли. Корнелия нажала на чип. Вспыхнула панель управления. Обширное меню для плазмы.
— Давай, нажимай на плазму. Добей. Можешь еще битой пройтись, если тебе так нравится… Или прикончи меня.
Уже все равно.
Я заслужил, наверное… Вообще у нее уже было с десяток причин для настоящего наказания. Просто сейчас будет особенно больно. Она поднесла палец к кнопке… но так и не коснулась ее.
— Это всё из-за Ларне?
О чем она… Я молчал, переводя дыхание.
— Тогда… — она смотрела прямо на меня, будто что-то искала. — Месяц назад в коридоре ты застыл, потому что увидел Ларне?
— Что?
Ничего не понимаю.
— Тридцать дней назад. Когда мы прибыли в ВУЦМО. Ты застыл из-за Ларне?
— Да…
Я не очень понимал, к чему этот вопрос. Почему ей сейчас интересно именно это?
Корнелия, конечно, с детства была наблюдательной…
Но ход ее мыслей сложно понять.
— Возвращайся в апартаменты и ложись спать.
Корнелия закрыла голограмму меню.
Боль от постоянных разрядов плазмы отступила.
Вот так просто?…
Серьезно?
Я и в самом деле пытался уснуть. Но сон никак не шел. Перед глазами Желин, стреляющий в Ларне. Корнелия использует хириа. А потом ломает ему ноги.
Никак не могу понять, что на нее нашло.
Зачем?
Ларне бы и так ничего не сказал.
Раздались тихие шаги из спальни. Дверь приоткрылась. Если бы не мой слух, я бы их не распознал. Корнелия же подошла ко мне. И… села?
Если бы не плазма и не мое положение, я бы не стал с ней разговаривать. Не сейчас. Не после того, что она сделала с Ларне.
Но Корнелия сидела возле меня и не двигалась.
Это одновременно напрягало и… смущало.
Мда… После этих событий она все равно меня смущала…
Что она пытается во мне разглядеть?
— Я вижу, что ты не спишь. Ты покраснел. Ресницы дергаются.
Черт…
Я открыл глаза.
За окном была глубокая ночь. А она и в самом деле сидела на корточках возле моего дивана… И просто на меня смотрела. Ну и как это понимать?
Передумала и все-таки решила наказать?
Пускай.
Хуже уже не будет.
Но… Она просто молчала и ничего не делала.
— Что-то случилось? — не выдержал я этой игры в молчанку.
Тишина…
Через несколько минут мне стало казаться, будто я так и не произнес вопроса.
— Ты знаешь, как можно полностью изменить ДНК человека?
Она сейчас серьёзно?
Ей ночью больше нечем заняться?
Но она так и продолжала сидеть, ожидая ответа.
— В Межгалактическом Совете нет таких разработок… И вряд ли реально абсолютно изменить ДНК с помощью науки…
Не знаю, зачем ей это… С другой стороны, если из-за этого она собирается не спать всю ночь… Я вряд ли смогу простить Корнелию за Ларне. Причины так с ним поступать у нее были. Это была жестокость в чистом виде, но… Почему-то ей важно получить ответ именно от меня. Корнелия и сама может вдоль и поперек изучить тему ДНК, если не уже… А тут ночью приходит ко мне. Это и в самом деле так важно?
— Я не смогу никак доказать, но… У некоторых рас есть особенности, из-за которых ДНК меняется. Не знаю, насколько процентов… Никто не проверял. Возможно, и полностью. Это переход из одной фазы в другую.
Корнелия закусила губу, собираясь с мыслями.
— А твое ДНК менялось?
Вопрос в лоб.
Да.
Но как я на это отвечу вслух?
И почему вдруг речь зашла обо мне?
— Я не смогу ответить на этот вопрос… Забвение.
Корнелия кивнула, так и не сдвинувшись с места.
— Скажи то, что допускает печать Забвения.
Я прикрыл глаза, думая. Сказать о прошлом, не говоря о прошлом…
Хм…
А если так:
— Почему вы не знаете о существовании таких рас, а я знаю?
Корнелию будто током ударили. Она распахнула глаза и… плюхнулась на спину.
Да что это с ней?
Я подскочил, помогая встать.
— Мне… — ее голос дрогнул. — Мне нужно подумать.
У нее голос задрожал? У Корнелии?
Что вообще происходит?
Это из-за моего ДНК?
С ним что-то не так?
— Не хочешь лечь спать?
Корнелия отстраненно кивнула.
И осталась стоять на месте…
— Хочешь, донесу до кровати?
Снова кивок.
Я поднял ее и уложил на кровать, накрывая одеялом.
— Останься, — ее рука обхватила мое запястье.
Серьезно, что ли?
— Я… Ты уверена?
Я был бы только рад, если бы она сказала это вчера, но сегодня… Я медлил.
— Ляг.
Я постарался лечь на самый край, чтобы не мешать Корнелии, но… Она сама перевернулась ко мне, укладываясь на плечо.
— Ни слова, — прошептала Корнелия.
Ни слова так ни слова…
Только как мне теперь уснуть?
Ее вообще ничего не смущает?
Только за сегодняшний день… Желин, оказывается, входил в Паутину. Работал с Моерзе. Попытался убить Ларне. Корнелия убила Желина. Ларне понял, что мы были товарищами… Сам. Она же ему раздробила ноги битой… И посреди ночи решила задать странные вопросы, а потом затащить меня в кровать.
Ладно, здесь хотя бы точно никто не пострадает. По крайней мере, кроме меня, но… Действовать дальше она вроде не собирается, а просто так лежать рядом с ней довольно… приятно. Особенно если забыть обо всем произошедшем.
Я должно быть и в самом деле умер и нахожусь в последнем бредовом глюке от моего сознания.
Где-то внутри прозвучал согласный рык.
Заткнись.
Это всё из-за тебя.