Корнелия

Голова такая тяжёлая. Я лежала на ком-то тёплом. Рельефном. Довольно приятном, но…

На чём я лежу?!

Я моментально поднялась.

Ладмин… И без рубашки.

— Только не говори, что… — прошипела я.

— Ничего не было, — он приоткрыл глаза. — Я вас унёс в комнату… Вы просто захотели, чтобы я разделся…

Я. Захотела?!

Что вообще вчера было?..

Последнее, что помню, этого прилипалу с его коктейлем…

Вот оно что…

Коктейль.

Ублюдок.

Я убью Эрика.

Мне казалось логичным, что в окружении своих друзей, находясь у всех на виду, никому и в голову не придёт устраивать такое безрассудство. Поэтому и выпила эту дрянь… А эта мразь настолько в свои силы поверила? Думает, что раз кадет ВУЦМО, то ему всё можно? Ха… Иронично будет.

Ладмин тонко уловил моё настроение. Сам поднялся и стал надевать новую рубашку. На полу валялись какие-то обрывки ткани.

— Вам принести кофе?

— Да.

Он вышел, оставив меня одну.

Ладмин и в самом деле просто взял и унёс меня оттуда.

И зачем ему это?

У меня на сгибе локтя едва заметная точка от укола. Мне что-то ещё вкололи? И на пальце характерный порез… Секрэн? Следы похожи.

Я оглядела комнату вокруг.

На тумбочке лежали результаты анализов.

Гръенсе.

Нет, я его не просто убью.

Его смерть будет мучительной.

Гръенсе вообще полузапрещённый препарат. Его используют для шлюх в борделях. Те становятся… Раскрепощёнными. На самом деле та ещё дрянь.

Эрик сдохнет. На этом точка.

Я встряхнула головой и пошла в душ, приводя себя в порядок, а как вышла, Ладмин уже вернулся с кружкой кофе.

— Ничего страшного, если я в письменном виде угрожал Лане, используя ваше имя?

— Нет.

Он и угрожал?

Пускай…

— У меня след от укола, — я кивнула на свой локоть.

— Я вчера вечером вколол щанри… Не нужно было?

Щанри… Ускоряет вывод токсинов из организма. Видимо, из-за этого я и избежала все прелести эффекта от гръенсе. Но голова ощущается, будто мне недавно хорошо по ней врезали.

— Нет, спасибо, — даже не хочу представлять, чем бы это закончилось, если бы Ладмин не вмешался. — Что вчера было?

— Обычно через какое-то время воспоминания сами возвращаются. Но я обещал напомнить, что вы хотите меня наказать…

— Издеваешься?

— Накажете? — Уголки его рта тронули. Мимолётно.

Издевается.

Совсем, видимо, страх потерял. Впрочем… Мне это почему-то нравится.

Но он как-то многовато знает об действии гръенсе. Я не слышала о таком эффекте. Помутнение рассудка. Отзывчивость тела. Лёгкая внушаемость. Но о том, что провалы в памяти возвращаются… Да и то, что они вообще есть. Почувствовал все прелести на себе?

— Да, — я отпила кофе, пытаясь привести все мысли в порядок, всё же голова гудела. — Пойдёшь кататься со мной на лыжах.

С Ладмином вероятность того, что я убью Эрика, как только его увижу, снижается. Нет, я его, конечно, убью… Но не сегодня. Слишком много свидетелей.

— Эм… Я не умею.

— Какое совпадение.

* * *

— Зачем ты взяла с собой раба? — Лана трещала об этом с того самого момента, как мы сели в гондолу.

Она покачивалась, поднимаясь на заснеженную вершину склона. Из окна снег. Снег. И еще снега. Ничего кроме снега. Мрак…

— Мне самой нужно лыжи тащить? — я смерила ее таким взглядом, что она быстро засунула свой язык куда поглубже.

Ладмин и так вел себя тихо, никак не привлекая к себе внимания. Я сама уселась у окна, а его посадила с другой стороны, чтобы никто ко мне не подсел. Особенно Эрик. Только этот кретин с самодовольной ухмылочкой решил расположиться напротив.

— Ну мы же сами как-то тащим… — влез он в разговор.

— Соболезную.

Я закончила разговор, уставившись в окно. Разговор сместился в обсуждение предстоящей свадьбы и церемонии после… Ничего важного.

Но стоило нам выйти из кабины, как Эрик за руку отвел меня в сторону. Просто взял. И потянул за собой. Я и так едва сдерживалась, чтобы не прикончить этого кретина на месте. Мы стояли в отдалении от нашей компании. Никто из них ничего странного в действиях этого имбецила не видел. И только Ладмин, доставая лыжи из чехла, напряженно смотрел в нашу сторону, явно готовый вмешаться.

— Лана, могу я с вами лично обсудить поведение вашего раба?

Любопытно, что он спрашивает об этом уже после того, как самолично меня увел.

— Не можете.

— Я боюсь, что вынужден настаивать. Раб проявил неподобающее неуважение, — поделился Эрик своим невероятно важным мнением, на которое я, разумеется, клала большой и толстый болт. Руки так и чесались, чтобы помочь ему испустить свой последний вздох.

— Можете настаивать на чем угодно. Ладмин мой. Я решаю, наказывать его или нет.

— Но его поведение выходило за все рамки. Я буквально требую, чтобы вы при мне его наказали.

— Я приму ваше пожелание к сведению.

Я ушла обратно к ребятам. За это время к ним уже подошел тренер, который был нанят для нашей группы. Он дребезжал о технике спуска и правилах безопасности… Скукота.

На лыжах я и в самом деле не умею кататься. Так… Приходилось ездить пару раз. Сложную дистанцию точно бы не осилила. Но я все равно поехала одной из первых, чтобы не видеть этих надоедливых рож. Ладмин же за мной. Ха… Он и в самом деле не умеет стоять на лыжах. Впрочем, я от него не так далеко ушла.

Как только ребята скрылись из виду, я тут же резко свернула с трассы, отдаляясь от них еще дальше. Сойдет. Я кое-как остановилась на этих досках и сняла их.

Ладмин подъехал ко мне сбоку, но замедлиться у него не получилось. Ноги разъехались, и он плюхнулся в сугроб снега. Лыжи на ногах взметнулись вверх.

Я не сдержалась и фыркнула.

— Вы… больше не будете кататься? — он попытался встать, но лыжи вновь отъехали в сторону. Кто-то опять не удержал равновесия и вернулся в насиженный сугроб.

— Нет, — я уже давилась смехом.

Не помню, когда мне было так смешно. И почему вообще меня это смешит… Но то, как он озадаченно смотрит на лыжи, все еще сидя в сугробе… Еще и покраснел. Есть в этом что-то комичное.

Может, потому что он копия Дамлина? Или это остаточный эффект от гръенсе?

— Можно… — Ладмин смущенно улыбнулся. — Я тогда лыжи сниму?

— Снимай.

Он разбирался с креплением лыж, потихоньку снимая одну за другой. Я едва заметно поёжилась от холодного ветра. Всё же больше в эту ледяную обитель не сунусь. Ладмин встал на ноги и зачем-то стал после лыж снимать еще и свою куртку.

— Можно? — он подошел ко мне ближе.

Я ничего не ответила, приподнимая бровь.

Ладмин же осторожно накинул ее на мои плечи и сам же стал застёгивать молнию. Учитывая его размер куртки, она легко налезла на мою, и я в ней буквально утонула. Но и в самом деле стало немного теплее.

— И что это значит?

— Мне все равно на холод, а вы замерзаете.

Мда… Ему и в самом деле не холодно в одной рубашке?

Тут, между прочим, минус двадцать. Повсюду снег. Жгущие потоки ветра.

— Какой план?

— Заблужусь до вечера. Завтра отсюда…

Я не успела договорить.

Голова от гръенсе была до сих чугунной, поэтому я не сразу заметила гигантскую снежную волну, что неслась с горных вершин прямо на нас.

Лавина…

Мне прямо везёт в этой снежной заднице.

Последнее, что я увидела…

Ладмина, который кинулся ко мне.

* * *

Холод пробирает до костей. Только подо мной что-то горячее. Одновременно и холодно, и тепло… Тепло. Я лежу на чем-то теплом. Приятно…

Опять?!

Сознание стало проясняться.

Все события вчерашнего вечера пронеслись перед глазами.

Бездна…

Я себя так вела?!

Эрик уже может назначать дату похорон.

— Корнелия… Корнелия, очнись. Пожалуйста…

Этот голос… Дамлин?

Я открыла глаза. И отшатнулась.

Нет, это Ладмин.

Хотя…

Я уже ни в чем не уверена.

Чем больше времени проходит, тем больше я вижу в Дамлине.

— Подожди… — он ладонью закрыл мою голову, не давая соприкоснуться со льдом. — Не так резко. Ударишься же…

Забыл в такой ситуации нормы рабского поведения?

Ха… Но когда он не ведет себя так… То Дамлин во плоти.

— Лучше… эм… прижмись ко мне. Тут должно быть холодно для человека. Я ничего такого делать не буду, правда…

Я и ответить не могла. Его тон. Манера речи. Даже если внешне практически двойник, то поведение же не может настолько совпадать?

Я осторожно попыталась оглядеться вокруг. Мы под толщей снега. Тело Ладмина источало жар, не остывая от мороза. Вокруг нас образовалась утроба, покрытая льдом. Ни развернуться, ни подняться… Темно… Но у сильвов зрение немного лучше, чем у людей, так что полностью я не ослепла от мрака. Ладмин, судя по всему, тоже все видел, ведь его глаза едва заметно подсвечивались красным сиянием.

Видимо, выбора нет. Я дотронулась до датчиков на запястье. Они невидимы для окружающих и любых межгалактических приборов сканирования, но с моим отпечатком и нейроным одобрением открываются показатели.

— Я сделал что-то не так? — тихо спросил Ладмин.

А… там же рядом и чип по контролю плазмы.

— Нет. Я проверяю состояние своей защиты.

— Защита?

— Да.

По всей моей коже пробежала синяя рябь. Защита стояла на месте. Она бы не дала мне сдохнуть. Ну, в восьмидесяти процентах случаев… Если бы у меня было прямое ранение, то не позволила бы истечь кровью. Поддерживала минимально приемлемую температуру. При сильном обморожении не давала коже пострадать, но никак не помогала с мерзким ощущением холода. А еще оснащена датчиками для считывания биометрических показателей, но самое главное, показывала, на какое расстояние хватит генома сильвов. Судя по ним, для Сильверы сил у меня достаточно. Значит, ситуация не настолько и плачевна.

— Работает?

— Да, — я перевела взгляд на него и озвучила вопрос, который уже давно не выходил из моей головы. — И все же… Зачем?

— На морозе нежелательно засыпать…

Он всерьез считает, что я этого не знаю?

— Я не про это.

— Привычка, наверно…

Я приподняла брови. Привычка?

— И я правда не хочу, чтобы вы пострадали… — уже тише ответил он. — Я… вы же знаете, о чем мы говорили с вашим отцом.

Странный…

Но если это Дамлин…

Это же может быть признание в любви от Дамлина?

Стоит только представить… Он единственный, кто может одной только мыслью о нем выбить из колеи. Я забыла, как дышать. Вот же…

— Я… просто и в самом деле не хотел, чтобы вы пострадали.

Внезапно стало так тесно… Еще и он подо мной. В одной мокрой рубашке, под которой горячее тело. Если это и в самом деле признание от Дамлина…

Да я даже в самых смелых мечтах такое не представляла.

Наверное, потому что Дамлин всегда не допускал и мысли, что между нами может что-то быть. Никогда. Даже когда я сама призналась…

А это…

То, чего мне бы невероятно сильно хотелось.

Я бы так хотела, чтобы это был Дамлин.

Но разве такое возможно?

— Вы в порядке?

— Да.

Как же хочется, чтобы это был Дамлин.

— Ничего, что я… — он едва заметно шевельнул рукой, которой придерживал меня за спину. Если так подумать, к Дамлину я никогда не была настолько близко. Физически. А тут…

— Нет, — хрипло ответила я.

Даже когда думаю о Дамлине, забываю о всяком здравом смысле. Только на его остатках я продолжаю называть Ладмина Ладмином. Доказательств иного пока нет. Нужно разбираться с насущными проблемами.

Я постаралась замедлить сердцебиение, возвращая контроль над дыханием.

— Я… Мне кажется, это была неестественная лавина.

Логично… Синоптики о естественных знают и их предотвращают. Другой вопрос, почему их цель — мое убийство? Нет, я многим перешла дорогу… Но меня гораздо логичнее похитить.

— Ты что-то заметил?

— Что-то похоже на ультразвук перед сходом лавины…

Хм… Бюджетно. Грубо. При разбирательстве явно будет ряд следов.

Это старые «знакомые» напоминают о себе?

Они могли как-то вычислить мое прибытие на Целелею?

Вполне…

Лана.

Если их слежка велась давно, то мою встречу с ней могли видеть. Ее устройства едва ли защищены от слива данных. А значит, и мишень она простая. Взломали ее аккаунты, просмотрели переписки… И поняли, где и когда я буду. Сколько же от нее проблем…

— Мне нужно, чтобы ты закрыл глаза, не подглядывал и не пытался понять, что я делаю, — я перевела взгляд на Ладмина.

Видимо, меня всё-таки запрягут с ними разбираться. Учитывая, что я почему-то стала их целью. Считают, что я легкая добыча? Или есть еще мотивы?

Они смогли выйти на Паутину, а значит, не такие уж и идиоты, чтобы считать меня простой целью. Однозначно, мотивы еще есть.

— Тогда будет проще меня убить…

— В плане? — я вообще не поняла, к чему это он.

— Я ощущаю давление, колебания, даже сквозь закрытые глаза буду примерно знать, что вы делаете…

Это проблема. Но не особо существенная.

Желательно, чтобы он ничего не видел, не слышал. А так все равно вряд ли поймет, что произошло.

— Я серьезно насчет убийства. Вам же ничего за это не будет?

— Не будет, — согласилась я.

И как мы к этому пришли?

— Я… Можно только безболезненно? — он закрыл глаза, словно был готов к тому, что я сейчас и в самом деле его прикончу. — Я… устал от боли…

— Мне ничего за твое убийство не будет. Но я не собираюсь тебя убивать.

С чего вдруг у него такие пожелания? Убить я могу любого. В большинстве случаев даже без последствий. Но Ладмина-то мне зачем убивать?

— Я слышал… Вы собираетесь вернуть на рынок. Меня вновь отправят на утилизацию, а в этот раз это точно смерть, просто медленная и мучительная. Поэтому можете убить, пожалуйста, сейчас? Пожалуйста… Плазма не позволит мне самостоятельно…

Так вот оно в чем дело… И даже считая, что я его верну на рынок, он все равно вновь пытался меня спасти… Еще и вчера… Да что с ним такое? Он всерьёз настолько в меня влюблён?

Это же вообще никакой логике не поддается. Но… такая преданность.

— Я решила тебя оставить. Перед Ланой не отчитываюсь за изменение планов и свои решения.

Ей бы пришлось объяснять около часа и то не факт, что она бы поняла хоть что-то. Да и зачем Лане вообще что-то объяснять и знать о моих планах?

— Правда?.. — его глаза распахнулись в неверии.

— Знаешь о программе «Страж»?

— Да…

Даже не удивлена. Меня уже удивит, если он чего-то не знает.

— Сможешь пройти?

Ладмин не дурак. Сможет здраво оценить свои возможности.

— Да…

— Значит, остаёшься, — я тоже так думала, поэтому кивнула. — Теперь закрой глаза.

Он послушно закрыл.

— Я все равно понимаю ваши движения.

Зато честно. В целом, этого достаточно. Я взяла микротелегр. На всякий случай всегда ношу с собой — хватит на одно сообщение заранее заданному адресату. В моем случае, Паутине. Так что я отправила короткое сообщение Паутине. Пока мой отпуск не подошёл к концу, это их забота. Пускай сами с ними разбираются. Наводка у них есть, а у меня заслуженный остаток отпуска и ни малейшего желания этим заниматься. По крайней мере пока. Потом все равно запрягут.

Я вновь взглянула на Дамли… На Ладмина. Пока нет теста — Ладмин.

Тот послушно держал глаза закрытыми. 

Никакие кольца мне уже давно не нужны. 

Материя под нами разошлась.